Коса с полынью и липой

If you want me to listen whisper If you want me to run just walk Wrap your name in lace and leather I can hear you You don't need to talk Let us make a thousand mistakes Cause we will never learn You're my obsession My fetish, my religion My confusion, my confession The one I want tonight You're my obsession The question and conclusion You are, you are, you are My fetish you are Если хочешь, чтобы я слышал – шепчи. Если хочешь, чтобы я бежал – иди. Спрячь свое имя в шнуровке и коже. Я могу слышать тебя, Тебе не нужно говорить. Давай сделаем тысячу ошибок, Потому что мы никогда не научимся. Ты моя навязчивая идея, Мой фетиш, моя религия, Мое смятение, моя исповедь, Единственное, чего я желаю сегодня ночью. Ты моя навязчивая идея, Вопрос и ответ, Ты, ты, ты, Ты мой фетиш Cinema Bizarre “My Obsession” Источник перевода: https://www.amalgama-lab.com/songs/c/cinema_bizarre/my_obsession.html

      Лий       Утро понедельника было сонным и торопливым. Тима вчера пришёл поздно (я уже спал) и немного проспал, несмотря на будильник. Сейчас бета торопливо завтракал овсянкой быстрого приготовления, которую я быстро заварил, пока он умывался. Я пил чай и улыбался. Мог ещё поспать, но я не увижу его весь день, нужно насмотреться про запас.       Дочитал первую книгу, начал вторую. Глаза уставали с непривычки, всё-таки бумажные совсем по-другому воспринимаются.       И тут написал Рома. Хотел просто поболтать. Я уже привык, что Тима обычно присутствует, когда мы переписываемся, поэтому чувствовал себя слегка неловко. Но бета ведь не запрещал мне это, так чего стыдиться? Мы поболтали немного “ни о чём“, потом Рома рассказал мне, как здорово теперь в комнате и какой он присмотрел диван. Я не скучал по квартире и старой обстановки было ничуть не жаль. Кажется, последний ремонт был в ней, когда бабушка была ещё молода. Здорово, что Рома так увлечён ремонтом. Он пообещал сделать из квартиры конфетку, и я ему верил.       Так прошёл весь день. Полпятого приехал Тима, и мы сразу поехали в центр, к психологу. Эта беседа прошла гораздо спокойнее, я рассказывал про свои успехи и про дело, которое открыто на моего насильника. Потом она также попросила рассказать про чувства к альфе, обещая, что всё останется между нами. Я выложил ей без утайки всю ту сумбурную реакцию, которую он у меня вызывает. Она, похоже, была удивлена моей откровенностью, но спокойно выслушала, не высказывая неодобрения.       Тима вежливо прождал меня в приёмной, поэтому, как только я вышел из кабинета, мы сразу поехали домой. После ужина Тима повёл меня погулять на набережную, смотреть на закат. Я радовался как ребёнок получающий мешок новогодних подарков. За эти дни мне так не хватало его, такого уютного, спокойного, ласкового. Я осмелел настолько, что полез целоваться прямо там, на улице. Тима нежно ответил, но попросил придержать до дома, и мы поспешили вернуться. Кажется, роли поменялись и теперь он стесняшка.       Дома мы набросились друг на друга прямо на пороге, до кровати добрались уже раздетые. Бета ласково подавлял, я счастливо подчинялся. Когда он ввёл в меня палец, я уже был влажным и хотел больше. Поэтому вскоре он добавил второй, не переставая меня целовать. А потом он ловким движением перевернул на живот и поставил в колено-локтевую. И я напугался. Совершенно неожиданно, но не мог ничего с собой поделать, я замер, пытаясь зацепиться за что-нибудь взглядом, что не позволит мне уйти в панику, возбуждение спадало, кажется, на лбу выступил холодный пот. Тима тихонечко присел сбоку и просто гладил по спине и что-то говорил. Я должен успокоиться, это ведь Тима, мой Тима, он не сделает ничего плохого. Но я не мог. А потом я почувствовал запах полыни. Сильный свежий и возбуждающий. Я наконец-то отмер и услышал зовущего меня бету. Он перевернул меня обратно на спину и поцеловал. Я углубил поцелуй как мне хотелось, возбуждение накатывало волнами и эти волны пахли полынью. На секунду опять устыдился, что использую Рому как "виагру", но мысль была быстро вынесена из головы очередной волной. И вот я уже сам переворачиваюсь и развратно подставляюсь Тиме. И он берёт. Нежно и сильно. Правильно. Я пытаюсь двигаться ему навстречу, мне хочется ещё сильнее, ещё глубже. Надеюсь, соседям не слышно моих криков. Бета мнёт мне надплечье, насаживая на член, а в голове бьётся мысль, что я очень хочу, чтобы он укусил туда. Прямо сейчас туда, где метка Ромы, или за другое, не важно. Хочу почувствовать его зубы на себе и мне не важно, что он бета. То ли я всё-таки сказал это вслух, то ли он почувствовал, но вдруг я ощущаю, как он склоняется, щекоча волосами и дыханием, и внутри меня всё трепещет от предвкушения. И вот оно, слабее, чем мне хотелось, но всё равно так прекрасно. Я выплёскиваюсь оргазмом на простыни и замираю под ним. Так пусто и звонко в голове. Волны расслабляющего удовольствия расходятся по всему телу и колют кончики пальцев. Тима кончает и отпускает меня как раз в тот момент, когда у меня подкосились руки, и я падаю в подушки.       Мы просто лежим и смотрим друг на друга какое-то время. Потом он нежно отводит волосы с моей щеки и спрашивает:       – Хей, ты в порядке?       Я готов мурлыкать под его руками, переполненный счастьем в этот момент.       – Лучше, чем в порядке.       – Хорошо. Я беспокоился о тебе, не всегда мог понять, от чего ты стонешь: от страха и боли или от удовольствия.       – Мне было страшно только вначале, когда ты меня развернул. Когда я сам подставился, мне уже не было страшно. Только хорошо и слишком хорошо.       Тима смотрел на меня своим коронным восторженным взглядом, который возносил меня куда-то выше простого смертного. Я чувствовал себя богом счастья, и мне хотелось дарить его всему вокруг. Но мы были сыты и усталы, а у Тимы завтра рабочий день, поэтому дарить счастье пришлось ласковыми поглаживаниями во время водных процедур. Тима почти сразу уснул, а я ещё долго лежал, смотря в потолок и улыбаясь. Как же мне повезло встретить его тогда в лесу. Он вынул из меня всю боль и заменил её ощущением полного и безграничного счастья.       Наутро я проснулся первым, ещё раньше будильника, успел приготовить Тиме сытный завтрак и разбудить поцелуями.       Сегодня мы спокойно завтракали, и Тима рассказывал про своих коллег, которые почему-то сразу раскусили, что у него кто-то появился.       Было жаль прощаться, но бете пора на работу.       Днём писал Рома, сообщил, что сегодня опять заберёт у меня Тиму. И чтобы было быстрее, захватит нас прямо из дома, отвезёт меня в центр и сам потом заберёт с занятия. Обещал, что сегодня закончат с ванной и, если получится, с прихожей. А вот кухня откладывается на выходные. Настроение было хорошим, и мы немного поболтали на отвлечённые темы. Разговор как-то сам по себе перешёл на Тиму. Ромка рассказал, как на него запала какая-то однокурсница, а он всё стеснялся сказать, что не играет за эту сторону.

“В результате мы просто подстроили, чтобы она видела наш поцелуй. Мы ещё даже не встречались тогда, друзьями были.

“Могу поспорить, затея была твоя”

“Конечно, Тима бы постеснялся, знаешь такой правильный. А я как-то никогда не был гомофобом и к поцелуям серьёзно не относился. Но тогда я увлёкся, конечно.”

“Ещё бы!”

“Вскоре после этого мы и стали встречаться”

“У тебя не было шансов устоять”

“Вот ты понимаешь, да. А он нет.”

“Угу. Он как будто ждёт, что я уйду при первой же возможности”

“Со мной было то же самое, он уходил в тень при каждой девушке или омежке, оказывающим мне повышенное внимание. А я хотел им гордиться. Тебя он хотя бы защищать пытается, а не посылает прямо в объятия чужие.”

“Вообще-то посылает. В твои.”

“Оу. Ну да. Меня тоже.”

“Глупо получается, правда?”

“Ага. Ты на меня не злишься? Ну за то, что я кручусь с вами рядом?”

“Нет, что ты. Ты очень помогаешь”

“Тиме очень повезло с тобой”

“Ну да, зашуганное существо непонятного пола, прочно севшее на его шею – прям мечта…”

“Может, ему и нужно было, чтобы кто-то сел ему на шею. Он же заботливый, а я, неблагодарный и независимый, не принимал его заботу, а теперь жалею.”

“Сложно всё у вас”

“Ну да”

      Разговор после этого как-то утих, но не было неловкости. С Ромой вообще было теперь просто общаться.       Он приехал вместе с Тимой, так что мы успели поесть перед тем, как поехать в центр. На самом деле, я уже чувствовал себя вполне уверенно. Возможно, дело в том, что люди в группе перестали быть незнакомыми.       Быстро доставив меня домой, Рома опять укатил к Тиме.       Потом он прислал фото квартиры. Если бы не сказал, что это моя, я бы не поверил. Светлая, чистая, свободная комната выглядела скорее похожей на гостиничный номер. Решено, в следующий раз поеду с ними. Хватит уже сидеть и дрожать тут.       ***       Тима       Сегодня Рома вёл себя крайне прилично, только посматривал напрягающе. Как будто затаился перед броском. Но поработали мы хорошо. В квартире, правда, была духота, как досохнут обои нужно заехать проветрить. Завтра у меня дежурство, не поедем никуда, а в четверг у Лия занятия, опять же не очень удобно. Кухня – это надолго, снимать все шкафы, сдирать обои, класть линолеум… В общем, до выходных. Договорились, что в пятницу Рома заедет, откроет все окна проветриваться, а в субботу со свежими силами приступим.        Дома Лий встретил меня неожиданным желанием поехать с нами. Он такой молодец, нужен ли ему ещё психолог? Осталось только избегание прикосновений незнакомых людей, а так – вполне нормальные реакции здорового человека. Он теперь много улыбается даже на улице и легко общается с Ромой. И легко проявляет свои чувства. Я не любитель прилюдных поцелуев, а его такое не волнует. Либо у всех альф и омег другие нравственные нормы, либо мне так везёт. Хотя, наверное, действительно дело в том, что я бета. И в моём случае гомосексуальность противоестественна и порицается обществом.       Открытие омег здорово всколыхнуло общественность. Сначала против них ополчились всякие блюстители нравственности и в первую очередь церковники. Где это видано – рожающий мужик. Биологически обоснованная гомосексуальность. Однако, вскоре всё стихло. Мутации были полезны обществу и рождались у влиятельных людей, охоты на ведьм удалось избежать. Омеги и альфы остались на особом положении, им разрешались гомосексуальные браки. Хотя само понятие гомосексуальности нужно пересмотреть, они хоть и имеют сходство с мужчинами, но это всё-таки два новых пола. Ну, а с бетами осталось всё по-прежнему. Скрипели зубами в спину или откровенно осуждали, если, конечно, узнавали, что один из пары бета.       Мои родители отказались поддерживать со мной отношения, когда узнали, что я сплю с мужчиной. Я знал о своей ориентации ещё со школы, но удавалось скрываться. А вот с Ромой не удалось. Собственно, о нас знал если не весь универ, то весь курс точно. Родители были знакомы с Ромой, и он им даже нравился, но явно не в таком качестве. Мама была фанатично верующей, однако вера её, очевидно, говорила отказываться от таких детей, как я. Отец назвал меня самым большим разочарованием и просил не здороваться на улице. Сестра и маленький брат сочувствовали, но ничем помочь не могли. Я иногда общаюсь с ними: сестрёнка в следующем году будет поступать в ВУЗ, а братик ещё только в 7 классе. Надеюсь, у них всё будет хорошо и они не разочаруют отца с матерью.       ***       Рома       Неделя пролетела незаметно.       Днём переписывался с Лием, по вечерам – занимался квартирой омеги. На конец недели пришлись пара встреч с родными и друзьями, так что скучать не давали.       Но выходных ждал с нетерпением школьника. Я всё чаще думал о Лие. Несмотря на то, что с ним случилось, он остался чистым. Лёгкий и доверчивый. Теперь он светился счастьем и оптимизмом. При этом назвать его глупым язык не повернётся. Разницу в возрасте я уже не ощущал. С ним было легко и приятно общаться, отсутствие ревности ко мне всё ещё оставалось загадкой. Хотя, с другой стороны, его я тоже не ревновал к бете. Он не был похож на знакомых мне омег, интересно каково бы было с ним встречаться? Тима так навязчиво предлагал его, что я не мог не задуматься об этом. Я почти привык не терять разум от его запаха, но он всё ещё оставался слишком желанным.       А Тима… Тима был по-прежнему недоступным. Хотя его холодность периодически давала трещины. То, что я испытывал к нему, стало похоже на одержимость. Днём – колючий, а по ночам, во сне – отзывчивый и ласковый. Иногда мне снились они вдвоём с омегой, от этих снов было ещё жарче. Нужно было что-то делать, я не приучен сдаваться. Я теперь точно знаю, чего хочу, и меня не колышет, что могут подумать об этом другие. Меня интересуют только эти двое. И если мне дают вольную на омегу, ну что ж… зайдём с этой стороны.