Как Тони Старк случайно папой стал

Питеру потребовалось некоторое время, чтобы сосредоточиться и приступить к сочинению. Он все разрывался между желанием мысленно отчитать себя за то, что снова стал вести себя как восхищенный фанат на глазах у Мстителей, и желанием мысленно отчитать себя за то, что он снова думает об этом и снова фанатеет. Но блин, это же Мстители. И, нет, Питер не психует. Совсем нет. Ладно, может совсем чуть-чуть. И именно поэтому ему потребовалось целых два часа, чтобы набросать черновик сочинения. Отчасти потому, что он тратил время на размышления, и отчасти, потому что он старательно тянул время, чтобы не возвращаться туда и не выставить себя дураком у них на глазах. Снова. Он надеялся, что мистер Старк придумает хорошую историю, помимо «просто стажер», потому что большая часть команды, очевидно, не купились на это. И теперь, когда Питер задумался об этом, он понял, что они ведь с Тони вроде как близки. Однако, он все равно не мог понять, с чего вдруг Клинт решил, что Питер – ребенок Тони. Он решил, что готового черновика на сегодня будет достаточно, потому что монотонная работа раздражала его нервные окончания, которые просто кричали ему подняться и начать ДВИГАТЬСЯ. И он послушался. Он заполз по стене и уселся на потолок, чтобы закончить несколько уравнений, которые он не успел закончить в библиотеке. Учитывая, кто теперь находится в здании, ему, наверное, следовало бы закрыть дверь, но Питер бы не был Питером, если бы не решил, что он не настолько важен, чтобы кто-то из Мстителей, помимо Тони, пожелал заглянуть к нему в комнату, и что они бы постучали, если бы захотели навестить его, верно? Но Наташа Романофф стучит в дверь так же часто, как и Тони. Читай: никогда. ---- После ухода Питера встреча затянулась еще на два часа, и Наташе надоело быть посредником. Хоть события Войны Бесконечности несколько смягчили большую часть углов, на повестке дня все еще оставалась одна проблема: дело Баки Барнса. Разумеется, Стив хотел, чтобы его лучший друг остался с ними на базе. Разумеется, Тони совершенно не хотел, чтобы убийца его матери жил с ним под одной крышей. У них обоих были веские причины, но Наташа не могла выбрать кого-то одного из них, и вместо этого решила позволить им просто выпустить пар. Но, в конце концов, это зашло слишком далеко. Наташа поднялась на ноги. В комнате воцарилась тишина, и она почувствовала вспышку удовлетворения от мысли, что она все еще способна вызвать такую реакцию. - Тони, ты знаешь, что Баки в этом не виноват. Стив, прояви хоть каплю сочувствия, его мать убили. Вам обоим необходимо остыть и взглянуть на происходящее глазами другого. Теперь, я думаю, что остальные из нас могут разойтись, потому что нам тут делать особо нечего, и мы уже немного устали наблюдать за тем, как вы двое грызетесь, словно вы не соскучились друг по другу так сильно, что готовы рыдать в объятиях друг друга пока не отключитесь. Итак, вы собираетесь прийти к соглашению, или мы уходим? Потому что вы можете продолжать в том же духе еще пару дней. Молчание. Никто не произнес ни звука. Наташа выгнула бровь, глядя на Тони. Глубоко вздохнув, он тоже поднялся на ноги, прежде чем покачать головой. - Стив, если он хотя бы взглянет в сторону Питера как-то не так – вылетит отсюда в ту же секунду, ты понял? Стив захлопал глазами, глядя на Тони, затем на Наташу, затем снова на Тони, словно он никак не мог осознать, что тут сейчас только что произошло. Тони еще раз вздохнул и развернулся, чтобы выйти из комнаты. - Отнесите кто-нибудь вещи Питера в его комнату. Первая дверь налево, рядом с бывшей комнатой Вижна. Остальные можете… делать, что пожелаете. Пойду повожусь в лаборатории. И с этими словами, он вышел. - Стоп… это было «да»? – спросил все еще слегка потерянный Стив. Наташа закатила глаза. - Считай, что тебе повезло, что Тони соскучился по тебе, иначе он, скорее всего, отказал бы. Я отнесу вещи парню. Как бы печально это ни было, возможно только от меня он не впадет в панику. И впервые Наташа оказалась категорически неправа. -------- - ОбожеэтожеЧернаяВдовабожечкиНаташаРоманоффнемогуповеритьчтоэтопроисходитобоги! – протараторил Питер, сваливаясь с потолка. - Ой. Наташа прищурилась. - Тони попросил, чтобы я занесла твои вещи. Питер захлопал глазами, продолжая лежать на полу. - Что? После церемонии в красной комнате, Наташа была уверена, что все материнские инстинкты были полностью выжжены из ее мозга. Но стоило ему посмотреть на нее своими огромными очаровательными карими глазками, и она начала подозревать, что ее предположения были в корне неверны. Кажется, теперь она понимала, что именно сделало Тони таким мягким. Она ухмыльнулась, но позволила ему самостоятельно подняться на ноги. Он начал беспокойно ерошить волосы, пытаясь как-то выпустить энергию, которая, казалось, била ключом под его кожей. - Тони попросил, чтобы кто-нибудь принес тебе вещи. Я подумала, что покажусь тебе менее… фантастической, чем остальные. Питер в замешательстве поднял на нее взгляд. - Но… вы же Черная Вдова. В груди Наташи потеплело, но прежде, чем она могла ответить, он, похоже, наконец осознал, в каком виде она нашла его, и его лицо побледнело. - О, божечки, насчёт потолка и всего…эммм… я действительно… - Расслабься, маленький паучок, - сказала она, располагая сумки у двери. – Я уже знаю. Услышав это, он слегка расслабился, только начал нервно теребить рукав, не поднимая взгляд. - О. Эм, если вы… не станете рассказывать об этом остальным, это было бы… - с его губ сорвался нервный смешок, - фантастично. Не то, чтобы я просил вас лгать им, или типа того, я не стал бы, но… Наташа коротко рассмеялась. - Все хорошо. Я постоянно лгу им. К тому же мы, арахниды, должны держаться вместе. Питер улыбнулся. - Арахниды. Точно. Эм, спасибо что… принесли мои вещи. Наташа кивнула, поворачиваясь к выходу. - Держи Старка в узде, маленький паучок, ради меня. И даже повернувшись к нему спиной, она буквально ощущала на себе его восхищенную улыбку. Не удивительно, что Тони стал таким папашей. Этот мини-паучок веревки из него вьет. И скоро, возможно, начнет вить веревки из всех них. И в этот момент Наташа поняла, что, похоже, она совсем не против этого.