Лагерь в Хэцзяне

Лагерь напоминал большой шумный муравейник. Воины у походных костров отдыхали после тяжелого дня, кто-то с аппетитом уплетал простую еду, выуженную из котелка, кто-то начищал оружие и чинил доспех. То тут, то там раздавались смех и крики, изредка перемежающиеся бранью бедолаг, проигравшихся в кости, или возничих, пытающихся вытащить из канавы застрявшее колесо телеги. Деловито сновали гонцы с важными донесениями и вызывающе хохотали лагерные шлюхи. Среди разбросанных по всему полю шатров на возвышении выделялся самый большой, со знаменем с изображением свирепого зверя, напоминающего пса или кабана, в котором безошибочно можно было определить ставку командующего. Туда-то Мэн Яо и направлялся. Вот уже некоторое время он трудился помощником главы ордена Не и был искренне благодарен ему за предоставленную возможность. Глава ордена Не, Не Минцзюе, заметил Мэн Яо, когда тот раз за разом оставался последним заклинателем на поле боя, помогая пострадавшим и мирным жителям. Не то чтобы Мэн Яо действительно было много дела до пострадавших мирных жителей, но привлечь внимание главы ордена у него получилось. Заметив его, Не Минцзюе все больше и больше полагался на Мэн Яо, ценя его острый ум и расторопность в делах, и, наконец, сделал своим помощником. И теперь Мэн Яо спешил передать командующему важные и радостные вести. Еще один шаг к победе коалиции сделан, и, несомненно, это обрадует главу ордена Не, который слыл самым непримиримым врагом Цишань Вэнь. Самого Мэн Яо новости тоже порадовали, ведь они означали, что с Лань Сичэнем, молодым главой ордена Лань, все в порядке. Мэн Яо встретил его, когда юный наследник скрывался от преследовавших его адептов ордена Вэнь после сожжения Облачных Глубин, и укрыл его. После того как Мэн Яо был с позором скинут со ступеней Башни Кои, он посчитал, что все заклинатели высокомерные мерзавцы, и решил больше не иметь ничего общего с их миром, строя свою жизнь среди обычных людей. Но судьба распорядилась иначе, познакомив его с Лань Сичэнем, который своей искренней добротой и участием пробудил в Мэн Яо прежние мечты. Мэн Яо хорошо помнил его слова: «Не Минцзюе человек справедливый и ценит людей за способности, не взирая на происхождение». Это и определило выбор Мэн Яо сразу после начала войны. Погруженный в эти мысли, Мэн Яо дошел до места. Стражники у входа в шатер переглянулись, увидев его. Один из них, дородный туповатый верзила с квадратным лицом, нехотя посторонился, намеренно задев Мэн Яо плечом, едва не выбив свитки из его рук. «Даже подобный тупица считает себя выше меня. И все потому, что мать родила его в законном браке» Мэн Яо застал главу ордена Не погруженным в чтение донесений с фронта. Подняв голову, он увидел вошедшего помощника. - Проходи. Садись, - он кивнул на походный стул, - вижу, ты с новостями. - Да, Глава Ордена. На этот раз вести действительно радостные: обстановка в Гу Су стала менее напряженной, а Лань Цижэнь прочно занял оборонительные позиции, - Мэн Яо сел на указанное место. Складка между бровей Не Минцзюе разгладилась и обычно суровое лицо его приобрело более благосклонное выражение. - Что с главой ордена Лань? - Он жив. Несколько раз его видели на месте жестких боев, приходящим на помощь союзным войскам и мирному населению. - Это так похоже на него, - лицо Не Минцзюе посетила редкая гостья – улыбка, - возможно, в скором времени путь его пройдет через Хэ Цзян. Войска Не Минцзюе прочно удерживали Хэ Цзян, не давая ордену Цишань Вэнь продвигаться на юг. Эта местность была стратегически важна для связи сил коалиции между собой и поставок продовольствия из Шаньдун. Орден Вэнь не раз пытался отбить его у Не, но всякий раз встречал яростный отпор. Поговаривали, что в чем-то провинившихся заклинателей ордена Вэнь отправляли на фронт в Хэ Цзян. И действительно, ни один пес из клана Вэнь не мог выжить, повстречав главу ордена Не на поле боя. - Надеюсь, так и будет, Глава Ордена. - Мэн Яо действительно хотел увидеть Лань Сичэня вновь. От одного только воспоминания об этом человеке в груди Мэн Яо стало теплее и он невольно улыбнулся. От Не Минцзюе это не укрылось. - У тебя еще новости? - Нет, Глава Ордена, других известий нет. - Тогда что это там у тебя? – Не Минцзюе кивнул на свитки в руках Мэн Яо. - О, это, Глава Ордена, великолепное полотно известного художника Мэй Цина. Говорят, сам император восторгается им. Оно почти случайно попало ко мне, - на этих словах Не Минцзюе поднял бровь, - и я решил, что Главе Ордена определенно придется по вкусу такая изысканная работа. Мэн Яо развернул лист рисовой бумаги с изображением цветущей сливы на фоне величественных гор, от ее толстого старого ствола отходили юные побеги. В верху картины тонкой кистью с необыкновенным мастерством были нанесены строки стихов. Множество людей полжизни отдали бы за то, чтобы обладать этим полотном. Но, похоже, не Не Минцзюе. Он едва взглянул на картину и равнодушно отвернулся. - Бесполезная мазня. Пустой перевод бумаги и чернил, никакого проку. Чем заниматься такой ерундой, лучше потратить время на что-то полезное. У Мэн Яо опустились руки. В предыдущий раз Не Минцзюе точно так же отреагировал на необычайно редкий и дорогой сорт чая, доставшийся Мэн Яо путем неимоверных усилий. Заварив его по всем правилам, не смея ни шаг отступить вправо или влево, Мэн Яо рассчитывал, что Не Минцзюе оценит его непревзойденный вкус и будет благодарен помощнику за доставленное удовольствие. Однако тот одним махом выпил всю чашку, как выпил бы чай в самой низкосортной забегаловке, и отправился на тренировочную площадку. Мэн Яо вздохнул. Не Минцзюе поистине напоминал неприступную крепость.