Зонт

Так уж вышло, что на сердце навсегда отпечатываются люди, которые после оставляют след. След, что после ищешь в других. Так уж вышло, что женщина всегда ищет того, кто ее сильнее. Так уж вышло, что пропуск в разум и сердце песчаной куноичи — гениальность. Ее отец, который при всех своих недостатках остается ее отцом. Ее братья, чью гениальность сложно переоценить. Ее друг, чей разум возвышается так же, как рога символа его клана. Тот, кто указал иной путь; чей свет и улыбка освещает всех; чья гениальность не сразу проявилась. Гений разума и навыков, блеск катаны, который всегда поражал девушку. И кто всегда мог согреть спокойной улыбкой вечером. И вот, наконец, гений, который часто скрывался в тиши. Но в какой-то момент затмил всех. Теплые, темные, все понимающие глаза. Темные, непослушные кудри и сердце, поглощенное огнем. Его сила не всегда видна, но всегда ощущается. Девушка смотрела на него, как на недосягаемое величие. Как же случилось, что взгляд на него изменился? Дружеское участие переросло в заботу. Она выросла в прекрасный цветок переживания и трепета, что расцвёл от касания и одарил ароматом нежности и чувств. Они оба преданы своему делу. Они оба знают цену своих миссий. Они оба жертвуют многим ради деревни. И каждая встреча, что глоток воздуха — неосязаемая дрожь и наэлектризованные кончики пальцев. Он видит всю ее душу, словно она не скрывает эмоций за усмешкой. Она словно не видит глаз, что питаются ненавистью. Смогут ли они найти ритм, что поможет им смотреть в одном направлении? Девушка вылетела из общего дома, даже не услышав, что ей вслед сказал Итачи Учиха. А он и правда что-то говорил, но, как порыв ветра в пустыне, Темари скрылась за дверью. Сегодня утром она обнаружила ужасное упущение: забыла о том, что договорилась с командой генинов о помощи в отработке пары техник. Почему именно ее попросили об этом, Собаку-но не знала. Впрочем, блондинка не могла отказать. Ни этим глазам, ни внутреннему желанию ощутить упоение, когда на тебя смотрят с такой детской наивной доверчивостью. Смысл слов одного из обладателей шарингана дошли до шиноби на половине дороги домой. Когда молния поделила серое небо на две части и осветила надвигающийся сумрак. Дождь. Ее пытались предупредить о дожде. Темари поплотнее завернулась в шарф, уже смирившись с тем, что придет домой словно мокрая кошка. Что же, значит, горячая ванна будет ее главной мечтой. Правда слегка злит собственная невнимательность к прогнозу погоды. Вот тебе и элита. — Доброго вечера, Темари-чан, — теплый голос, что тут же выдернул зеленоглазую из размышлений. — Доброго, Шисуи-кун. Улыбка на лице появилась против воли. Парень вышел из переулка в тот момент, когда первые капли попали на лоб девушке. Учиха раскрыл зонт, что легко вместил под себя двоих. — Ты домой? — звуки дождя в одно мгновение заполнил тишину улиц. — Да, — Темари выдохнула. Она не рискнула признаться в том, как рада видеть обладателя черных глаз по многим причинам. — А ты? — Я тоже собирался. Так что нам по пути, — улыбка, что завораживала куноичи и в этот раз на секунду вывела из реальности. Они неспешно направились в нужную им обоим сторону. — А ты чего без зонта? — А? Да. Я не знала, что будет дождь. Вернее, меня пытались предупредить. — Вот кому кричал Итачи, — тихий смех, — как удачно мы пересеклись, в таком случае. Было неприятно, если бы ты промокла и простудилась. Девушка слегка смутилась и насупилась, отвернувшись, дабы это скрыть. Лишь пожала неопределенно плечами. Дождь усиливался, питая землю влагой. Мимо пары уже стекали небольшие ручьи вниз по улице. — Плохим была бы я шиноби, если меня так легко простудить, — легкое недовольство проскользнуло в голосе. Хотя оно было направленно лишь на саму себя. — Я не это имел в виду, — парень с удивлением чуть наклонился вперед и даже замедлил шаг. — Да, прости, — девушка чуть дернулась, из-за чего ее плечо оказалось вне зонта и мгновенно промокло. — Ой. Шисуи лишь вздохнул. Остановившись, он бережно взял руку куноичи в свою и положил так, чтобы ладошка девушки легла на его собственную, что держала зонт. Их предплечья соприкоснулись. Темари застыла. — Вот так. Теперь ты будешь достаточно далеко от края. Не мокни, — улыбка. Но она знала, что это была инструкция и возражений Учиха не примет. — Хорошо. Захотелось даже извиниться за собственную оплошность. Но это было бы крайне глупо. Они пошли дальше. Девушка почти невесомо касалась ладони. Страшно было прервать контакт и не менее смущающее — приблизиться плотнее. Из-за этого вся рука была в напряжении и начала подрагивать. Темари не могла не смотреть на пальцы, что сжимали рукоять зонта. Ее рука не была женственной — мозолистая, грубая от множества тренировок. Но на фоне его, пусть и изящной ладони с длинными пальцами, она казалась хрупкой. Легкое движение — Шисуи приподнял зонт вверх. Кожа к коже. Ладонь в ладонь. Темари ощущала тепло, исходившее от Учиха. Рука доверчиво опустилась на чужую. Перестала дрожать. Локти соприкоснулись, словно это было привычно — вот так идти домой. Они шли молча, слушая биение капель дождя по зонту. Если вслушаться, там была мелодия. А если обладать нечеловеческим слухом, то ритм капель бил в унисон с биением сердец. Быстро-быстро. Словно шел бой. Но кого с кем? Они шли нога в ногу, не сговариваясь и не сбиваясь с ритма. Легко приспособившись к скорости другого. Было прохладно, но ни один из них этого не замечал. Все внимание — на руках, которые соприкасались все это время. Шум прекратился. Словно кончилось ведро, которое некто на небе перевернул над деревней Листа. Последние капли и пусто. Тучи начали так же быстро расходиться, как минут двадцать назад нагрянули на небо. Это было не важно. Эти двое прошли последние сто метров до крыльца так, будто бы ливень не прекратился ни на миг. Секундная заминка, и куноичи первая впорхнула на крыльцо, встав в пол-оборота. Она не решалась посмотреть на Шисуи. — Спасибо. — Спасибо случаю и удаче. Блондинка кивнула и, прежде чем войти, порывисто, как и многое, что она делает, поцеловала Учиха в прохладную щеку. И скрылась за дверью. Она не была уверена ни в мыслях, ни в поступке. Но она привыкла рисковать. Она была шиноби. А еще, она была девушкой, которая не знала, что делать. На крыльцо вышел Итачи, задумчиво провожая спину принцессы Песка, скрывшейся в глубине дома. — Так вот почему ты сорвался из дома вместе с зонтом. Шисуи лишь многозначительно хмыкнул. Ему незачем было что-то говорить. Это не имело смысла.