Изгой

"Чимини, мой хороший, держись, ещё неделя, всего неделя"

***

Прошла уже неделя, Чимина выписали и он благополучно вернулся в школу. Заново всех изучил. Юнги ему настолько втерся, что он его полюбил, хоть и некоторые сомнения терзали его. Это "Чон Чонгук" звучит так знакомо. Но... Забыв один раз, забудет и второй. - Сходим сегодня в бар? - подходит Юнги и обнимает Чимина за талию. - О... Да... - говорит Тэ. Нет, они не привыкли обманывать, и уж тем более не привыкли к Паку, но делать нечего. Сейчас, в наше время, репутация важнее чувств человека. - А ты? - Юн переводит взгляд на своего любимого и заглядывает прямо в глаза, полные любви, но непонимания. - С тобой - куда угодно! - лепечет Чимин. И кажется, что после таких слов, все будет блевать розовыми блёстками. А зная натуру Юнги... И это так, парней чуть не стошнило, но не Юнги. Кажется, таким камнем и ледышкой, но вот вот вспорхнет на небеса к радужным единорогам. - Замётано. Так, ребят, идем курнем и обсудим наши планы. Юнги берёт маленькую ручку и парни идут на своё место. - Уф... - Мин прыгнул на свой излюбленный гараж - наконец то я с тобой... - Изменщик! - тихо ворчит Пак, но его слышат. - Эй! - Та я ж шучу - Чимин достает пачку и берёт оттуда уже вторую за день сигарету. Да, Пак не курил, он покуривал, но встретив ИХ - маленький мальчик конкретно испортился. Ребята договорились на встречу в шесть часов и разошлись по домам. Юнги пошёл провожать Чимина до дома. Вот они и пришли. Пак предложил зайти и Мин не отказался. - Спасибо за гостеприимство... - оглядывая квартиру произносит Мин. - Что нибудь хочешь? Чай там... Кофе? - очень неловко чувствует себя Чимин, как будто он пригласил девочку первый раз домой, в лет так 14. О, эта ухмылка, Чимин изучил её от и до. С уверенностью можно сказать, что такая ухмылка от царя ада Мина Юнги - не принесет ничего хорошего. - Только тебя - резким движением Юнги прижимает Чимина к стенке. Пак в свою очередь нервно сглатывает ком, который уже давно стоял в горле. - Юнги... - шепчет Чимин, но Мин держит его руки и приближается ближе. - Что, мой хороший? - его рот оказывается около мочки уха и теплым дыханием говорит Чимину эти приятные, но из его уст грязные слова. - Что ты делаешь? - Чимин хочет сделать тоже самое, но выходит не очень, ведь он боится. Чувствуя смущение, страх, похоть ухмылка на лице Мина снова заиграла, он словно питается этими чувствами, чувствами не простых людей, а своих жертв, которые в него влюбляются и которых любит он... Наверное любит... Чувствуя смущение своего маленького мальчика, Юнги пользуется этим. И вот Чимин уже чувствует в области паха нечто такое же: теплое, пульсирующее и твердое. Да, у этих любовничков встал. Одну руку Юнги отпускает и проверяет свои ощущения у Чимина в штанах. - Ммм... - стонет Чимин, когда холодная рука Юнги касается его паха. - стоп! - резко говорит Пак и хватает за руку Юнги, которая как раз находится на его интимном месте. Мин ничего не говорит, а просто вопросительно смотрит. Он уже весь на пределе, выпирает не только там, но видны и вены на руках и шее. - Я девственник, подожди, я не готов ещё... - Пак отталкивает Юнги и уходит на кухню. Нет, не то что бы Чимину не нравились ласки со стороны любимого человека, просто... Просто, что то не то, что то не так... Чимин же принцесса! Ему нужен романтик-ужин: свечи, лепестки роз, шампанское, крыша и всё такое... Но не это дерзкое, можно сказать, изнасилование. - Эй - Мин бежит за ним на кухню. Да, он в шоке. Ведь ему! Ему! Самому Мину Юнги, отказывает какой то изгой. - Что такое? - дерзкий парень подходит вплотную и упирается одной рукой о стол, а другой о спинку стула на котором сидит Чимин. Пак смотрит в эти холодные глаза и не видит ничего, кроме пустоты. Юнги пустой, слишком пустой для такого чувства, как любовь. - Мин Юнги! - переходит на тон выше Чимин - отойди от меня, я ещё раз говорю, что я не буду так лишаться своей невинности! - голос звучит очень крепко и Чимин встаёт. Как грозно и уверенно! Но Юнги не отходит он стоит дальше и смотрит прямо в глаза Чимина. Вода и огонь. Добро и зло. Но кто есть кто? Они бы так стояли вечно, если бы не законы физики. Чимин то встал, а вот крепкие руки всё ещё были поставлены на мебель. На стул было направлено больше силы и передние ножки просто начали подниматься, а задние скользить вперёд. Чимин чувствует, как сидушка бьёт ему прямо в ногу. А вот Юнги чувствует, как ослабевает его левая рука и чувствует, как нежная рука подхватывает его талию. Неуклюже? О, да... Но романтично... Романтика и была бы, если бы они упали и стул не грохнулся с неистово громким звуком. - Юнги, чай то будешь? - спрашивает Чимин прижавшись к груди Мина. - Нет, я домой - Юнги смотрел в сторону и не понимал, почему же он завис. Почему прижимает к себе этого жалкого мальчишку? Зачем снова прикусывает в поцелуе его нижнюю губу, а затем нежно целует в лоб и уходит? Зачем всё это? Сейчас, именно сейчас он бы мог просто силой трахнуть его и всё, но зачем это? Любит? Может быть... Привязанность? Возможно... Жажда секса? Тоже может быть... А может жажда любви в свою сторону? Без понятия... Что же движет Юнги по отношению к Чимину? Он сам не знает... Списывая всё на желание его в постели, Мин не замечает, что хочет совсем не задницу Чимина, а его душу. Как бы дьявольски это не звучало... Он хочет любить и быть любимым, а для этого ему нужен Пак Чимин. Этот маленький, беззащитный комок счастья, который несёт доброту и любовь. Юнги хочет защищать его и быть всегда рядом, но не может... Прогнившее общество не даёт спокойно любить. Ходят слушки по школе о том, что Юнги использует Чимина. Но так ли это? Юнги, которому так важна репутация полностью согласен, но вот Юнги в душе... Не тот камень и безразличный парень, который во всех стреляет своим, пропитанным уверенностью и крутостью, взглядом. Юнги в душе... Это тот славный парень, который умеет любить, который умеет защищать, который не может причинять боль любимому... Это тот Юнги, который находится с Пак Чимином наедине. Юнги идёт уже домой. - Я дома! - резко бросает он, но ответа не слышит. Папа как обычно смотрит футбол, да и мама тоже... Но вот мама ли? Или же двое пап...