Клятва на крови

— Сегодня, сразу после отбоя я буду тебя ждать в зале, в котором стоит Зеркало Еиналеж, — шепотом над ухом прозвучал приятный юношеский голос. — Ты… уверен? Ты действительно этого хочешь? — нерешительно пробурчал парень с невероятным для своего возраста седым цветом волос. — Скажи мне главное: ты этого хочешь? — настойчиво продолжал парнишка, сунув охладевшие руки в карманы клетчатых брюк. — Да… — охрипшим от волнения голосом проговорил седовласый, опустив вниз голову. На бледной, неестественно белой коже проявился еле заметный румянец. — Хорошо… тогда, останься незамеченным. Я буду ждать тебя ровно в десять, — настойчиво произнёс парень и, развернувшись на пятках, пошёл прочь. — Угу, — тихо хмыкнул мальчик, стесненно отвернувшись, переминаясь с ноги на ногу. Никто точно, даже сам Альбус, не мог знать, что происходит в голове у этого скрытного, неизвестно о чем мечтающем, парня; единственное, что объединяло юношей, — это взгляды на будущее магического мира. Судьба, которая скрепляла их неразрывными узами, казалось бы, наконец благоговела и шла навстречу мечте. Мысли, что непрекращающимся потоком сплетались в единые реки, заставляли оставить обыденные стены родной школы и улететь за её пределы далеко-далеко… Нет, такого не бывает… Сколько бы Альбус не пытался переубедить себя в обратном, ничего не выходило: — Он точно мой соулмейт, иначе быть не может! — Шёл юный волшебник по родным коридорам школы, лениво шаркая ботинками и размышляя над навязчивой мыслью. Его спокойное лицо в кои-то веки расплылось в блаженной улыбке, заставляя опустить голову, чтобы не казаться глупым. Всё и вся проходило мимо него, его сознания, а главное — мыслей. Они были заняты лишь одним: сегодня в десять вечера он точно скажет, точно признается и его чувства вырвуться из груди горящим потоком, словно феникс — символ семьи Дамблдоров. Стоит лишь подождать… Совсем немного, ещё чуть-чуть… Неведомым для Альбуса образом около двух месяцев в Годриковой впадине он познакомился с незнакомым, до этих пор, парнем со странной фамилией Грин-де-Вальт. «Он явно не местный,» — промелькнули в голове его первые мысли, когда он, завидев парня с белыми, буквально седыми волосами и гетерохромией, протянул ему руку в знак знакомства. — Добрый вечер, я — Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор. Можно просто Альбус, — улыбнувшись уголками рта, отрапортовал парень, опуская руку и по привычке заводя её за спину. — Здравствуй, рад знакомству. Я — Геллерт Грин-Де-Вальд, — довольно уважительно и серьёзно представился парень, но тут же заулыбался… так, что вокруг уголков глаз появились мелкие морщинки. — Можно просто Геллерт. С этого немного неловкого приветствия и знакомства начался путь двух сильнейших волшебников мира. Но сколько лет ещё должно пройти, чтобы сбыться событиям, прописанным в пророке Тихо? Много, однозначно… Дамблдор толком и вспомнить не мог, как юноша нашёл его и чем привлёк внимание, ведь они совершенно из разных школ и понимание о многих вещах соответственное. Альбус обучался искусству магии в школе Хогвартс, а Геллерт в — Дурмстранге. Как позднее стало известно, седовласого выгнали из школы… За что? Черт его знает. Грин-Де-Вальт мало что рассказывал о самом себе, в большей степени посвящая Дамблдора в свои масштабные планы. Мечта о Дарах Смерти во имя великого дела для всего волшебного мира… но так ли это?.. Постепенно Альбус начинал понимать, что за обычной, казалось бы, дружбой, скрывается нечто иное… То, что не разглядеть под призмой мечты или увлечений. Долгое время он сам не понимал, что это за чувство, что оно за собой влечёт и какие ощущения оно приносит. Это было до сих пор что-то неведомое, необъяснимое, что будоражило молодую горячую кровь, заставляя биться сердце чаще и делать все во благо этого человека. Больше, чем дружба… Больше, чем братское чувство… Намного больше… За окном стремительно спускалась ночь, вступая в свои права. Ночь, полная открытий, признаний и ошибок… Возможно, тех, что принесут несчастье и горе в будущем всему миру. Но есть ли сейчас смысл что-либо менять? Что можно поделать? Кто знает, что ждёт завтра? Небытие и только. Альбус по обычаю своему сидел на холодном каменном подоконнике в спальне, глядя на полную жёлтую луну и изумрудно-зелёный запретный лес. В поздний час мыслилось особо свободно, пространно и легко, но отчасти тоскливо. Причины этой тоски Дамблдор найти не мог: то ли опустошение, то ли навеянное? Неведомая, из ниоткуда взявшаяся грусть окутывала молодого волшебника своими цепкими и липкими путами. Он смотрел едва мокрыми глазами на двор родной школы, на мелькающие в синеве звезды и на пробежавшийся вдали белый огонёк. «Это он!» — как шаровая молния проскочила мысль в голове Альбуса, от чего дыхание сбилось, становясь рваным и прерывистым. Наспех накинув спальный халат, взяв с тумбочки волшебную палочку, юноша проскочил в темный и пустой коридор. Голые ступни бесшумно ступали по ледяному полу, ритм сердца набирал обороты, а ладони потели. Пару метров и… — Почему ты опоздал? Это же не просто так, Геллерт! — нервно сглотнул Дамблдор, тяжело прошагав в сторону приоткрывшейся двери. — Я жду тебя уже минут десять, хотя видел твой сигнал довольно-таки давно. — Протяжный скрип пролетел по всей комнате, обиваясь о каждый угол оштукатуренных стен, отражаясь о них и заставляя в очередной раз морщиться от неприятных звуков. — Прости… Меня чуть не поймали в коридоре, — растерянно промолвил парень, закрыв тяжелые ставни дверей и застыв на месте. — Что такое, Геллерт? — в замешательстве проговорил Альбус, подходя ближе и кладя ладони на плечи парня. Юноша заметил необычное поведение друга и не смог оставить этот факт незамеченным. — Понимаешь, это очень серьезно! — слегка вздрогнув от неожиданного прикосновения, чуть громче обычного, проговорил седовласый. — Я доверяю тебе, и именно поэтому не сомневаюсь. Ты ведь тоже, Грин? — наклонился над самым ухом Альбус, обдав его жаром. Вся комната отражала каким-то неведомым темно-синим светом, проникающим через оконные ставни с улицы. Тишина на мгновение наполнила просторную комнату, заставляя услышать дуновение ветра из сквозных щелей в стенах. Гнетущая дух и разум атмосфера заставляла дыхание замереть, а сердце остановиться. — Да, Альбус, — ответил Геллерт, немного помедлив и легонько качнувшись. Неспешно развернувшись, парень снова улыбнулся так, как при первой встрече с Альбусом. — Начнём? — поймав глоток воздуха, облегченно вздохнул парень, доставая из кармана волшебную палочку. — Конечно, — скривив в улыбке узкие белые губы, на этот раз вполне решительно кивнул Грин-Де-Вальд, тряхнув серебристой копной волос. — Во все дни… — раздавались слова Альбуса, поочередно с речами Геллерта. Брюнет приблизил острие палочки к ладони, блаженно прикрыв глаза и с облегчением выдохнув. — При любых обстоятельствах… — нажимая кончиком на белоснежную кожу, смело проговорил Геллерт. — Во веки веков… — Тонкое лезвие провело ровную полоску на коже, из которой в мгновение начали сочиться рубиновые капли крови. — Брат никогда не пойдёт на брата… — скрипя зубами от боли, продолжал седовласый, не отставая от Альбуса. — С войной… — Не проливая кровь ближнего… — Ни за что… — одновременно закончили приносить друг другу клятву юноши, открыв глаза и ошеломлённо глядя на друг друга. В миг капли крови воспарили над их ладонями и сплелись воедино, создавая вокруг себя неприступную ауру, состоящую из чистой магии. Свет и искры исходили от заклинания, заключая рубиновые капли в некий пузырёк. Это начало конца… Оба парня пребывали в недоумении ещё некоторое время; тем временем Дамблдор расплылся в искренней и чистой улыбке, пока Геллерт легонько подрагивал всем телом, пытаясь осознать только что произошедшее. То, что только что произошло было лишь их тайной… Запретной, недоступной, но такой манящей и желанной. — Грин… — неожиданно прервал прострацию друга парень, слегка склоняя голову набок и в испуге подходя к нему впритык. — Да, Альбус? — словно зачарованный, он перевел взгляд с возникшего талисмана на друга. — Мы сделали это! — радостно разведя руки, юноша обнял своего товарища, так сильно, что тот буквально не смог полной грудью вдохнуть. Холодный нос Альбуса упёрся в бьющуюся на тонкой шее венку, ощущая жар кожи Грин-Де-Вальда. Вдыхая аромат его тела, парень провёл им вверх, к самому уху, остановившись и проговорив: — Разве ты не рад? Мы же так давно этого ждали… — шёпотом спросил он, выпуская из цепких объятий друга. — Я безусловно рад, Альбус! — аккуратно выбравшись из рук юноши, впервые за долгое время радостно сказал Геллерт. В уголке его правого глаза, цвета морской волны, собралась соленая слеза, которая норовила вот-вот скатиться по фарфоровой коже. — Почему ты плачешь? — удивился Альбус, аккуратно смахнув большим пальцем прозрачную каплю и нежно приподняв Геллерта за подбородок. — Все же хорошо… — Я очень счастлив, что мне повезло встретить в жизни такого человека, как ты, Альбус… — переведя взгляд с парящего в воздухе амулета на брюнета, промолвил седовласый. — Я… — Должен тебе кое-что сказать… — не дал договорить Дамблдор и, отпустив острый подбородок парня, провел рукой по его щеке. — Я не могу объяснить чувств, которые я к тебе испытываю, но я просто не хочу отходить от тебя. Никогда… ты мне невероятно дорог, Грин, и терять я тебя не могу, во что бы то ни стало… В глазах Грин-Де-Вальда Дамблдор разглядел то самое кроткое смущение и недоверие, которое было ему присуще перед клятвой. Своеобразное отречение, отрицание, непонимание… Неуверенность в словах, заставлявшая множество раз думать, что всё напрасно, но в тот же миг обнадёживающая решимость в действиях, которая сводила всё на нет. В комнате темно, холодно, сыро. Позади огромного старинного зеркала шепчутся два парня, поглощённые порывами эмоций и силой юности. Такое серьёзное решение, делящее жизнь на «до» и «после» в таком раннем возрасте. Но порывы каждого из них далеко не ветреные и устойчивые, решительные и обдуманные. Но что сжигает одного из них изнутри? Что это за неведомое чувство? Страх и все сомнения юного Дамблдора улетучились, когда в до боли родных глазах он заметил некую искру, которая значила одобрение со стороны Геллерта. Медленно приближаясь к заветным бледным губам, которые он так давно хотел ощутить, Альбус чувствовал незнакомую до сих пор дрожь в ногах и слабость тела. «Это ли и есть волнение?» — подумал он, но мысли его оборвались, когда Геллерт испуганно отвёл голову вбок, глядя вдаль. — Тебе не стоит бояться моих действий, Грин. Я испытываю к тебе больше, чем дружеские или братские чувства, понимаешь? — голос брюнета дрогнул от горького кома, вставшего посреди горла. — Наверное, это и есть та самая любовь… Переведя взгляд на Альбуса, Геллерт еле заметно качнул в знак одобрения головой и прикрыл глаза. В тот же момент мягкие тёплые губы коснулись тонких и холодных, как лёд. Руки Альбуса покорно остановились на тонкой талии Геллерта, не стремясь водить по телу. Нежный и невинный, первый украденный поцелуй продолжился считанные мгновения, но забыть его было невозможно… Осторожно, не создавая лишних движений, чтобы не вспугнуть поглощенного прелестью поцелуя Альбуса, Геллерт Грин-Де-Вальт вытянул руку и позволил амулету с кровью беззвучно опуститься на раскрытую ладонь… — Мистер Дамблдор?! Мистер Дамблдор! — пытался «достучаться» Ньют до сознания Дамблдора. На мосту, вымощенном медового цвета камнем, у входа в Хогвартс, стояли только что прибывший Ньют Саламандер и Альбус Дамблдор. — Как же? Как тебе… — вернувшись из воспоминаний, ошеломлённо задавал вопросы мужчина в строгом школьном костюме. — Скажите спасибо нюхлю. Это ему удалось утащить с собой этот амулет, — гордо рассказал Саламандер. — Вы же… сможете с этим что-нибудь поделать? — Всё, что будет в моих силах…