Судьбоносная встреча

      В сознание приходила с трудом. Сначала я почувствовала болевые ощущения в теле, словно меня лупасили дубинками целый день, потому старалась не делать лишних движений. Пока не ощутила настойчивое щекочущее чувство. Что-то непонятное ползло вверх по моей руке.       Еще толком не соображая, я с трудом приподняла голову и заторможенным, слегка мутным взглядом посмотрела на свою руку. В следующий момент я, позабыв обо всём на свете, подрываюсь и с диким визгом прыгаю и брыкаюсь как сумасшедшая, стараясь скинуть с себя гигантскую мать её сколопендру, которая продолжала хреначить вверх по моей руке своими мерзостными ножками! Мой страх невозможно было описать словами. Отборные ругательства, которые я еще с дедушкиных застолий с друзьями наслушалась, так и сыпались на хитиновую голову бедного членистоногого, которое решило прогуляться по моему телу. Сколопендра уже давно слетела с моей руки, но я всё равно продолжала передергиваться, испытывая мандраж по всему телу. Это ж надо, а! Такая богомерзкая тварина, и на мне, брр.       Вздохнув пару раз для успокоения я, наконец, ощутила всю прелесть болящих мышц, которые скрутили меня в три погибели, вынудив с силой стиснуть зубы и зажмурить глаза. Больше никогда, ни за какие коврижки на экскурсии не поеду! Хватит, нагулялась! Испытала на себе всю красоту леса, теперь на всю жизнь хватит. А Такахаши... уж моя мама постарается, чтобы эту мерзавку, наконец-таки упрятали в колонию для несовершеннолетних. Моё терпение лопнуло, доигралась! Я ведь могла там... - Кстати, где я? - а вот это был очень интересный вопрос, потому что сейчас ворох мыслей затих, и я смогла расслышать рядом шум моря.       Открыв глаза, с немым удивлением увидела под своими заляпанными засохшей грязью сапогами, песок. Песок был странный, как будто не настоящий, словно нарисованный, и не только он. Мои руки, ощущения те же, но выглядят, словно мультяшные что ли, у меня кожа никогда такой гладкой и красивой не была. Что-то меня гложут большие сомнения, да такие что подымать голову не хочется. Но делать всё равно нечего, не буду же я вечность на корячках сидеть. Поняв, что боль немного отступила я, аккуратно выпрямившись, решила оглянуться... и обомлела. Передо мной растиралось самое настоящее синее море, сверкая переливом на солнце. В небе, не затронутом ни единым облачком, кричали мимо пролетающие чайки. - Мамочки. - пропищала я, начав пятиться назад, но отступилась и грохнулась на задницу. Под ладонями чувствовался горячий песок и маленькие острые камешки. Это ж насколько мне было плохо, что я сразу не обратила на это внимание…? А, ну да, сколопендра. - Где я? Как меня сюда занесло? Это что, шутка какая-то?!       Ответом мне был крик чаек, что продолжали свой мирный полет. Внезапно поднялся ветерок, развивая мои слипшиеся от пыли и песка локоны и за спиной послышался шелест. Повернувшись боком, я узрела пестрящие своей зеленью джунгли. Ну, всё, пора звонить дяденькам в белых халатах, пусть забирают, кажется, я готова. Помотав головой, и пару раз зажмурив глаза, я вновь взглянула себе за спину.       Не показалось. Картина не поменялась, и я всё еще нахожусь на острове. Тут к гадалке не ходи, даже детсадовец понял бы. Но, как я сюда попала? Ведь... я же была в колодце, потом начался дождь, я начала захлебываться и тонуть, а потом... браслет!       Схватив свою правую руку, я шустро дернула рукав кофты на себя и немигающим взглядом уставилась на то место, где должен был находиться браслет. Он там был, кожаной лентой обвивая моё запястье, но вот камень, что ранее имел нежный розовый цвет, приобрел оттенок баклажана. Внезапно, в голове всплывают некогда сказанные мне слова дедушки. - Аметист – сам по себе камень талисман, имеет розовый окрас, но в большинстве случаев он темно-фиолетовый, черным он становится к изменчивости погоды. - рассказывал дед, сидя со мной за праздничным столом, пригубив стакан с пивом. В этот день мне исполнилось двенадцать лет, и мы справляли мой день рождение в кругу семьи у дедули на ферме. Он не был пьян, трезвость его ума доказывали смотрящие в тот момент на меня жесткие, суровые глаза. Потому у меня не было сомнений, что родственник говорит всё на полном серьёзе. - Используется такой камень людьми со сверхспособностями - магами и колдунами. Но это не главное, самое важное то, что перед приближением дождя, грозы или урагана, камень меняет свой цвет, чем способен предсказать катаклизмы и стихийные бедствия. Именно по этим причинам его используют мореплаватели и рыбаки, считающие камень своим талисманом. Внучка, я хочу, чтобы этот оберег достался именно тебе, когда-то он спас мне жизнь и после уберег от несчастий пару раз, поэтому мне будет спокойнее, если я буду знать, что он у тебя и что с ним, твоей жизни не будет угрожать смертельная опасность. Носи его, не снимая, это мой тебе наказ! - Спасет, значит... убережет от беды... - пробормотала я, разозлившись. В носу засвербело, и к горлу подкатил тягучий ком. Часто задышав, я с остервенением сдернула браслет и зашвырнула тот в море. Послышался характерный звук, булькнувшего предмета в воду и я дала волю чувствам, громко разрыдавшись. - Тогда почему он не спас меня тогда...?!! Почему не уберег от нападок и издевательств?! - причитала я, размазывая по лицу слезы. Было до ужаса обидно и жалко саму себя. Почти два гребаных года под гнетом, а всё из-за того, что я не хотела приносить проблем своей и так нервозной матери, у которой от малейшей моей провинности начиналась публичная истерика. Болезнь ли это была из-за смерти отца или нет, но она любила играть на публику. Я молчала, закусив до боли губы и терпела, сжимая кулаки, впиваясь ногтями в кожу до крови. Я бесхребетная трусиха, но всё же живой человек, у меня тоже есть чувства. - Почему не защитил? Почему ты только... «Только, что?» - внезапно замерла от осознания чего-то важного, вытаращившись немигающим взглядом на спокойное море.       Всхлипывая и икая, я, качаясь из стороны в сторону, побрела ближе к воде, остановившись у края затронутого волнами темного, мокрого песка. У самого носа сапога лежал, поблескивая камнем в лучах солнца, браслет, что должен был затонуть на дно моря. Я точно видела, что тот не всплыл, после того как я закинула его в море. - Мистика какая-то. - с хмурым выражением лица высказалась я, подбирая браслет, и возвращая тот на привычное место.       Опустив рукав кофты, я вытерла им лицо, специально избегая область вокруг глаз. И так вся грязная и лохматая, не дай Ками еще всякую дрянь в глаза занесу. Закончив промокать лицо, я обратила внимание на свое отражение в воде. От увиденного я, кажется, позабыла, как дышать. Моя внешность...! Боже, что происходит?!! Я выгляжу так же, но по-другому, и это до дрожи в коленях меня пугает. Глаза привычного фиалкового цвета, были неестественно большими, ресниц стало больше и теперь они были не черными, а под цвет моих волос. Кстати о них. Бежевые волосы стали еще пышнее и длиннее, чем были раньше, теперь они чуть ниже плеч, хотя раньше еле-еле их доставали. Я специально стриглась коротко, потому что короткая стрижка занимала куда меньше времени на свой уход. Подбородок стал уже, щечки пухлее, губки бантиком... Кошмар, да я на куклу стала похожа!!! На ту самую куклу, каких рисуют в любимом аниме Микан. Она бы точно обрадовалась, увидь меня такую. Догадка пришла сама собой. - Зашибись! Я нахожусь в другом мире, черт знает, в каких дебрях! Господи, за что! Черт, и почему мне так не везет?!! Может я словила галлюцинацию? Или всё еще сплю? Точно! Скорее всего, я попала в кому после всего пережитого... только почему-то я сама не верю в то, что говорю! Тому, что я теперь такая, должно быть разумное объяснение, которого у меня пока нет. Так Кирина, отставить панику! Будем решать проблемы по мере их поступления, нужно сначала разобраться на какой остров меня занесло.       Успокоившись и поняв, что слезами и причитаниями делу не поможешь, особенно если никто этого не видит, чтобы можно было надавить на жалость я, подхватываю свою найденную неподалеку от моей лежанки сумку, предусмотрительно перекинув ремень через плечо (а то мало ли, может бежать отчего-то придется) и с не пойми, откуда взявшейся смелостью отправляюсь исследовать джунгли.       Не стоит говорить, как я терпеть не могу подобную среду. Мои и без того волнистые волосы, теперь больше походили на слипшиеся бараньи завитушки из-за влажного климата. Но бесило меня больше не это, а то, что повсюду что-то ползало или летало, противно жужжа над ухом. Было море паутины, в которую я то и дело вляпывалась, а потом истерила, как ненормальная. Как меня вообще занесло в подобное место? Если во всем виноват браслет, то пусть вернет меня обратно, мне и в колодце неплохо сиделось, главное чтоб сезона дождей не было... это у меня, наверное, из-за стресса разум совсем съехал набекрень, раз я прошу вернуть меня в то страшное место. У меня теперь возможно даже развилась клаустрофобия из-за чертового колодца. Больше и близко к одному из них не подойду!       Размышляя над этим, я не заметила, как вышла к неширокой речке, которая тихо себе журчала. Вдыхая полной грудью, запах свежей листвы, я спустилась к берегу, решив немного привести себя в порядок. Скинув сумку и кофту, я осталась только в выцветшем лонгсливе и заляпанной кое-где грязью, юбке и колготках. Запасной одежды со мной не было, всё осталось в отеле, даже моя кофточка, которую отстирала Микан, и то осталась при ней в храме. Понятное дело, что грязнулей я ходить не могу, но и переодеться не во что. Значит, перво-наперво нужно снять сапоги, колготы и юбку, и почистить их в речке, так же как и кофту. Надеюсь, здесь меня никто не увидит, как-то неловко будет светить своим нижним бельем. Выполнив это, я разложила на предварительно расчищенном булыжнике, что находился неподалеку прямо под палящими лучами солнца, одежду сушиться, а после сама решила сполоснуться. Речка была холодная, но выбирать не приходится, так что через пару часов, я уже была вполне чистая, и одетая в не до конца высохшую одежду. Как раз к этому времени, желудок запросил еды. - Очень вовремя. - буркнула я, слушая завывание желудка, пока подвязывала голову клетчатой арафаткой. Питаться попадающими мне на пути странными на вид ягодами и фруктами я побоялась, мало ли может отравленные, не хочу потом помереть или из кустов не вылезать. И ладно если бы у меня была туалетка, тут даже лопухи мне на глаза не попадались, чтобы использовать их по назначению, уж больно папоротниками не подотрешься.       За время своего движения, я умудрилась пару раз натолкнуться на весьма недружелюбную фауну, что пожелала мной отобедать, но вовремя успела унести ноги. Набрести на заброшенную толи пещеру, толи шахту, и опять же огрести, за вход на чужую территорию от злобного, но не менее голодного пятнистого кота, пришлось удирать оттого с удвоенной силой. Человек испытывая жуткий страх вперемешку с адреналином, может сделать невозможное. Вот и я, умудрилась завести зверя в вырытую кем-то ловушку с расставленными по всему нутру деревянными кольями. Кровожадный котик не выжил, а вот я, кажется, успела поседеть на пару волосков. А если бы я туда угодила? Лучше об этом не думать. Но это значит, что остров обитаем, что уже хорошо. Осталось только найти людей. А то я таким темпом с голоду помру.       Время уже потихоньку клонилось к вечеру, а признаков людей, как не видать. Я очень хочу, есть и пить. После такого насыщенного дня еще б поспать не помешало, я бы даже согласилась спать на земле, лишь бы дали подушку и одеяло. Мимо моего уха опять прожужжало какое-то насекомое ядовитого окраса, и я шарахнулась от него вбок, побрезговав отмахнуть его от себя. Ненавижу насекомых, ненавижу влажный климат, и уже который час поминаю во всех красках браслет, что занес меня невесть куда. Домой хочу. Мама там уже, наверняка всех на уши подняла, угрожая всех засудить к чертовой бабушке. Она года два назад пошла учиться на юриста, чтобы иметь второе высшее, поэтому если вдруг что, всех грозится под суд отдать. Иногда не в шутку. Вот такая у меня чудная мама, но я всё равно её люблю, и очень сильно хочу вернуться обратно к ней. Знать бы еще, на какой материк меня переместил дедушкин подарок. Надо будет потом по возвращению не забыть отослать его ему обратно, на фиг мне такая защита, до сих пор отойти не могу. Хотя, может мне всё это перемещение из мира в другой, только кажется? Ведь на нервной почве померещиться всё что угодно может.       Внезапно, позади меня послышался хруст. Замерев от страха, я с опаской оглянулась. Вроде показалось, но сделав еще пару шагов, у меня неожиданно пробежали по спине мурашки. У меня так обычно срабатывает предчувствие чего-то очень нехорошего. И оно меня не обмануло. Послышался шорох, от которого у меня сердце ускакало в пятки от ужаса да, там так осталось, и над моей макушкой что-то просвистело, воткнувшись в ствол дерева рядом. Этим, чем-то оказался дротик с пестрящими на конце красными перышками. - Ах, ты ж…! - вырвалось у меня. Сердце мгновенно ускорило свой ритм, вновь произошел выброс адреналина и я, дала стрекача в сторону. За мной следом бежала толпа ног.       Сколько этих сволочей было, не знаю, и знать не желаю. Если они решили меня атаковать, значит нужно держаться от них подальше, кто бы они ни были. Уж больно мне не хотелось близко знакомиться с их оружием, перед глазами до сих пор стоял тот мертвый котик. Та яма точно их рук дело! Страх гнал меня вперед. Виляя между деревьями, перепрыгивая кочки и вздыбленные корни, как олимпийский чемпион, я неслась в неизвестном направлении, не разбирая дороги. В меня пару раз с улюлюканьем запустили еще пару дротиков, но я вовремя ныряла за деревья и те проскакивали мимо. - «Не хочу умереть так. Если эти люди людоеды, мне точно несдобровать.» - судорожно скакали мысли в моей голове, пока мимо глаз не проносились лианы, и я не успела заметить, как угодила в ловушку. Мою ногу обхватила одна из них, меня подбросило и я, вопя не своим голосом, оказалась висячей вниз головой. Около моего лица с молниеносной скоростью оказались опасно поблескивающие наконечники копий. Всё. Добегалась. Финита ля комедия, товарищи. Меня сейчас пустят на мясо, как свинку на шашлык.

***

      Не знаю, что лапочили на своем эти аборигены, переговариваясь между собой, в самодельных одеждах из кожи и листьев, но меня быстро спустили наземь и, окружив, куда-то повели. Благо хоть не связали. Я не пыталась с ними словесно контактировать, так как явно тут походило выражение "я твоя не понимать", и чтобы я не сказала, это пролетит мимо их ушей, так и не достигнув понимания. - «Господи, мамочки, я не хочу стать чьим-нибудь ужином.» - хныкала я в мыслях, с настороженностью и непередаваемым страхом поглядывая на краснокожих людей.       Их кожа реально была ненатурально красная, как будто их меловым порошком с ядреным красителем натерли. Их головы украшали дредлоки с вплетенными в них украшениями из разноцветных бусин и перьев. Разукрашенные физиономии больше походили на индейские, но я могла ошибаться. Не часто же я с папуасами общаюсь, или кто они вообще, по национальности.       Спустя пятнадцать минут виляний по джунглям, меня привели в расположившееся на пустыре поселение. По всей территории разместились небольшие деревянные домики округлой формы, крыши которых были из одних связанных в пучки веток накрытых поверх широкими листья, так же имелись пустые отверстия в виде окон, а двери заменяли шкуры убитых животных. Повсюду сновали, такие же краснокожие люди от стариков до женщин с детьми разных возрастов. Я так понимаю, молодых мужчин отправили на охоту, и одна из групп привела меня в качестве закуски.       Посередине площадки горел небольшой костерок, рядом с ним расположились бревна служащие людям сиденьем. Народ без всякого выражения на лице окинул меня странным взглядом и снова расползся по своим делам. Старики что-то мастерили, женщины шили или готовили еду, а детвора носилась в догонялки или играла в самодельные игрушки. Меня без лишних слов насильно усадили на одно из бревен, и толпа из шестерых мужчин отошла в сторону, только один из них зычно что-то выговорив, отделился от своих предшественников, и прошел в один из рядом стоящих домиков. - Это я что-то не поняла, меня что, есть, не будут...?! - пробубнила себе поднос, тут же спохватившись и мысленно дав себе по губам. – «Мне показалось или в моем голосе проскользнуло некое разочарование?! Не~е мать, у тебя уже совсем с голоду крыша едет.» - хлопнула себя по лбу, из-за чего люди вытаращились на меня, как на чудо света. Угу, я б сказала - цирковую обезьянку.       Спустя какое-то время, из домика вышел тот самый мужчина в сопровождении другого, более старшего по возрасту человека. Его вид привел меня в трепет и я, сжавшись, уставилась потерянным взглядом на свои коленки. Руки нервно теребили край юбки, не зная, куда себя деть. Я буквально нутром чуяла, как он сверлил своим острым взглядом мою сгорбленную фигурку. Сам он был массивным, широким в плечах мужчиной в преклонных годах. Видимо это был вождь племени. Он был похож на своих соплеменников, но внешность его разительно отличалась от других тем, что при ходьбе за ним следом волочилась мохнатая шкура белого тигра. Сам он по пояс был оголен, ноги были облачены в длинную кожаную юбку, украшенную непонятными письменами, и опоясанную шнуровкой с кожаными мешочками непонятного содержания, на шее висела связка бус и что удивительно, драгоценных необработанных камней. В ушах серьги из перьев и когтей, на щеках намалеваны чем-то белым символы мелким шрифтом, в длинные дреды так же были вплетены украшения. Он больше походил на некого шамана, чем на вождя, но это не значит, что он им не являлся. Что больше меня испугало так, это держащий им в руке предмет. Длинный, сделанный из дерева посох, обвязанный кремовыми лентами, исписанными теми же письменами, на основании, которого прикрепили человеческий череп с присобаченными миниатюрными оленьими рогами. Челюсть черепа была распахнута и из неё торчали острые треугольные зубы, что крепко сжимали мутный стеклянный шар. В глазницах были вставлены глаза похожие на козлиные своим зрачком. Может муляж, но уж больно выглядит всё по-настоящему, оттого и жутко. Совсем рядом послышался стук посоха об землю, и я подняла голову. Напротив меня, у догорающего костра, важно восседал этот самый мужчина, сверля меня оценивающим взглядом. Решает, пойду ли я на жаркое? - Имаму Кэлетэка*. - сказал он, и после повел рукой в мою сторону. Это он так представился что ли? Думаю, с будущей едой он не стал бы церемониться, значит, меня привели сюда не в качестве человеческого деликатеса. Попробуем с ним поговорить, вот только, как это будет выглядеть? Язык-то у нас разный, сомневаюсь, что он знает, русский или английский, и уж тем более японский. - Эм... Кирина я. - кивнув ему, представилась. Мужчина благодушно кивнул и задумчиво потер пальцами свой подбородок. - Эм Киирая. - громко провозгласил он, и народ закивал, повторяя за ним следом. Чего?! Он подумал, что это моё имя...? А хотя, пусть. Мне не обидно, ни капельки. Да, и нечего со старшими спорить, когда за спиной до сих пор с копьями наизготовку стоят. А мужчина тем временем продолжил. - Ньюга эмбей игдуа. Оньгонг, васса. - «... Чё~ё?» - мои вытаращенные в офиге глаза говорили о многом, в частности о том, что я ни слова не поняла о чем он там лабочил. - Васса? - видимо переспрашивал он, раз я примолкла. И чё ответить? - Не понимаю вас. - с трудом выдавила из себя я, пристыжено покраснев. Я сама не понимала, почему испытывала сильный стыд. Может ему английский чуть-чуть знаком? Ну, мало ли. Попробую. - I do not understand you. I do not know your language. (Я не понимаю вас. Мне не ведом ваш язык). - тот удивлено вздернул бровь и оглянулся на своих людей. Те тоже таращились на меня в недоумении, переглядываясь и переговариваясь между собой. Значит с английским полный пролет, думается мне, что с русским даже пытаться не стоит.       Вижу, как мужчина, подозвав к себе одну из стоящих неподалеку женщин, что-то ей сказав, отослал её обратно. Та шустро удалилась в ближайший от нас домик. На мой нахмуренный взгляд, он только махнул рукой - характерный жест говорящий: "ни о чём не беспокойся". Через некоторое время, что мы, молча, сидели и пялились на вновь подпаленный костер, женщина вернулась с огромной плетеной чашей, в которой я смогла рассмотреть порезанные фрукты и вяленое мясо. Мой голодный желудок дал о себе знать, утробно заурчав. Застеснявшись, я снова уставилась на огонь, когда как мужчина понимающе гмыкнул. Мне протянули чашу, и разместили её на моих коленях. Женщина жестом показала, что я могу угощаться. Видимо эта еда предназначалась мне, и я могу, есть, сколько мне влезет. Рот тут же наполнился слюной от сладких и пряных запахов и я, словно оголодавший с Поволжья накинулась на еду, что за щеками аж хруст стоял. Люди заулыбались, видя такую картину. Возможно если бы я побрезговала брать предоставленное мне угощение, они бы обиделись, и того хуже сделали бы со мной что-нибудь ужасное. На мое счастье я была слишком голодная, чтобы думать, мытые ли эти фрукты или, из какого животного это вяленое мясо. И животного ли оно...? Лучше об этом не думать, просто молча, жуй, неизвестно, когда еще сможешь, вот так хорошо поесть. Фрукты были сочными, исходили сладко-кислым соком, мясо жестким, но вкусным, правда, слегка пресным, но меня это не особо огорчало. Закончив, есть я, склонила голову в благодарном жесте. Мужчина, видимо поняв, помахал соплеменнице и та незамедлительно забрала с моих коленей пустую чашу. И мне сразу же в руки всучили странно попахивающий отвар в глиняной чашке. Горячая жидкость была мутно-зеленой и в ней плавали непонятные мне размякшие черные травинки. Пахло травами и чем-то кислым. Не думаю, что меня хотят этим отравить, если бы хотели давно б убили более извращенным способом, скорее всего это их собственный рецепт чая, я всё же не в цивилизованной местности нахожусь. Пригубив отвар, я постаралась не кривить лицом, но мой сморщенный складками лоб, сдал меня с потрохами. Чай очень горчил, и после него осталось неприятное сладковатое послевкусие. Это, на каких же травах его настаивали? Но с горем пополам выдув всю чашку, я передала её женщине, что дожидалась, пока я допью. Интересно, после того как меня накормили и напоили, что они собираются делать дальше?       После минутного молчания, мужчина окинул меня удовлетворенным взглядом и громко проговорил непонятную тарабарщину. Народ после этого сразу разошелся по своим делам. Некоторые отправились в свои домики, даже сопровождающая меня делегация скрылась обратно вглубь джунглей. А ведь уже небо окрасилось закатом, они что собираются и ночью охотиться?       Мы остались с их главным наедине. Огонь всё продолжал гореть, тихо потрескивая бревнышками. На удивление мне было очень уютно. Тепло от выпитого ранее отвара распространялось по всему телу, сытый желудок, наконец, успокоился и меня начало клонить в сон. Абориген, завидев это, чему-то кивнул и, помедлив, сунул свою руку в один из своих мешочков, что висели на его поясе. Вынув сжатый кулак наружу он, протянул мне над костром руку, призывно ей тряся. Недолго думая, я потянула свою правую руку ладонью вверх. От этого движения, рукав кофты задрался, оголяя запястье на котором находился браслет с переливающимся в языках пламени аметистом. Моё запястье внезапно крепко хватают, отчего я чуть не улетела в костер. Что происходит?! Вождь, немигающим взглядом уставился на моё украшение, а после потянул меня в сторону, чтобы я смогла обойти костер. - Имбубвей. - указал пальцем на браслет. Я помотала головой, показывая, что не понимаю его. - Имбубвей анава? Пугоэ ычеуа. - «Да, что он несет?!» - видя, что я никак не реагирую на его слова, он впихнул мне в руку плетеную фенечку - видимо презент, я его сразу же повязала на левую руку и прикрыла рукавом - и усадил на бревно, а сам удалился в свой домик, перед этим, жестом наказав мне никуда не уходить. – «Не понимаю. Чем его так привлек браслет? Может он знает о его свойствах? Тогда одно из двух: либо он отберет его у меня, чтобы использовать в каком-нибудь своем колдунстве, либо поймет, как я здесь оказалась и поможет вернуться домой. Хоть бы второе. Жалко еще, что я не знаю их язык, было бы намного легче в понимании.»       Мужчина вновь вернулся, неся в своих руках вырезанную из черного дерева шкатулку, расписанную всякими узорами и письменами, за ним следом поспевал незнакомый мне мальчишка лет тринадцати. - «Видимо, это его сын. Странно, что он ранее не вышел на меня поглазеть.» - размышляла я, пока абориген не встал рядом со мной и, передав шкатулку мальчику, заставил встать, крепко держа меня за локоть. Это было слишком грубо, между прочим! Синяк может остаться. Но я проглотила свое возмущение, чтобы не злить вождя, уж очень у него был воинственно-настроенный вид.       Пролепетав на своем народном мальчуган, протянул мужчине шкатулку, с опаской поглядывая на мою руку. Да, что с этим браслетом не так?!! - Имбубвей. - указал вождь на мою руку. Я сразу подняла её и закатала рукав, чтобы не мешал разглядывать украшение. Мы еще раз все дружно окинули взглядом, неожиданно вспыхнувший аметист. До этого камень тускло поблескивал фиолетом. И, правда, мистика какая-то.       Абориген открыл крышку шкатулки, и вынул наружу обвернутую плотной тканью предмет круглой формы. Меня больше озаботил не сам предмет, что скрывался под тканью, а то, чем была обвязана тряпка - плотной шнуровкой на которой разместился такой же сияющий розовым светом аметист в форме ромба. Это явно неспроста. Что-то у меня предчувствие плохое заиграло, опять мурашки по спине пробежали, оставив после себя липкий холодок. Сейчас внутри меня боролись два чувства - страх и любопытство. Одновременно хотелось узнать, что же было спрятано под тканью, а с другой, брать ноги в руки и валить отсюда на фиг. Но со вторым была маленькая проблемка... я могла смело получить удар в спину копьем за попытку побега.       Вождь больше немедля, сдернул шнуровку с камнем, предусмотрительно поместив её в шкатулку, и развернул ткань. Наверное, у меня таких очумелых глаз давно не было, потому что я, успела себе напридумывать невесть что, когда в руках мужчины оказался обычный плод похожий на дыню-торпеду размером с грейпфрут. Ну ладно, необычный. Я впервые вижу дыню черного цвета с зигзаговыми узорами фиолетово-розовых цветов. Если приглядеться, то можно увидеть, как цвета толи переливаются, толи плывут вниз к попке фрукта. А эта вещь точно не из Чернобыля, а? А то я бы сотню раз подумала, чтобы такое в руки брать, глядишь, облучит еще, иль отравит. Мне попытались впихнуть плод в руки, но я попятилась назад, из-за чего краснокожий нахмурился. О нет, я не хотела своим действием его разозлить. - Вы не подумайте ничего плохого, но эта штука выглядит... неважно. - заартачилась я, помотав головой. Понятное дело, он меня не понял и снова протянул мне фрукт. - Нгоньга. - сказал он и сделал ртом движение очень похожее на – "ешь". Что~о?! Я должна съесть, это непонятное нечто?!!       Я отступила еще на шаг, но путь к отходу мне перекрыл быстро оказавшийся за моей спиной мальчишка. Тот шкатулкой, держа её в своих руках, подтолкнул меня вперед. Мне больше ничего не оставалось - конечно, все ходы к отступлению перекрыли, как поговаривал мой дедушка: "отступать не куда, позади Москва, а вокруг вражина обложила", выбор не велик, придется действовать по-ихнему – как с опаской взять плод в руки. Настороженно покрутила тот перед своим лицом, и не заметила ничего отталкивающего, не считая внешнего вида. Кожура жесткая, но не твердая, и гладкая, как у нектарина, и запах не отталкивающий, правда, размер как у спелого грейпфрута, в один укус не управлюсь. Но неужели я и вправду должна его съесть? Сглотнув, вновь кинула взгляд на смотрящего на меня в упор Вождя и, зажмурившись, откусила приличный кусок. Уж лучше бы я этого не делала.       Начнем с того, что вкус был омерзительный. Думаю, человек, посещавший хоть раз в своей жизни стоматолога, знает, что такое анестезия. А еще он знает, каково обезболивающее лекарство на вкус, потому что не попробовать его на слегка онемевший язык попросту не возможно. В общем, этот фрукт был на вкус, как анестезирующее средство, до того горькое, что из глаз выступили слезы, и мне незамедлительно захотелось выплюнуть всё на землю. Но предостерегающий взгляд аборигена мне этого сделать не позволял. Да, что он так прицепился к этому фрукту? Ему что, принципиально чтобы именно я его весь съела?!       Рвотные позывы подступили к горлу, я часто задышала, стараясь не думать о гадком вкусе и, как можно меньше разжевывая с трудом, проглотила кусок. Это было ужасно, а ведь еще больше половины плода осталось. Хоть бы запить, чем дали. Жалко у меня нос не забит, глядишь, вкус бы не почувствовала. С большим трудом, превозмогая себя, спустя долгие десять минут, что показались для меня вечностью, я всё же осилила этот фрукт и съела его полностью, даже маленькой веточки с листочком не оставив - посмотрела бы я на вас, когда на вас пялится мужик в два раза больше вас с грозным и не предвещающим ничего хорошего, взглядом. Сдалось ему, чтобы я в прямом порядке съела всё до единого кусочка?! Надеюсь, я не помру через пару часов после такого. - Умапутру, Эм Киирая! Бемпау Имбубвей, ныисуа ау. - заслышала своё непривычно произнесенное имя, а после еще ряд непонятных фраз. Что ему снова от меня надо? Сразиться голыми руками с пумой? Спрыгнуть с утеса в море, или может залезть на те возвышающиеся над поселением скалы? Говорите-говорите, я всё сделаю, я ж супергёрл, всё могу! Что б тебя хренов папуас, ночью москиты закусали! - Слушайте, просто дайте мне уже отдохнуть. - пробормотала я, устало вздохнув. Этот день был слишком насыщен событиями, у меня уже голова кругом идет. - Если вы ничего не знаете про браслет и его функции, отпустите меня спать.       Мужчина кивнул, отчего я удивленно на того вытаращилась. Он понял, что я сейчас сказала? Быть того не может. Скорее всего, об этом ему подсказал мой побитый и измученный вид. После он показал рукой, чтобы я снова уселась на бревно. Ан-нет, видимо опять какая-то непонятная хрень меня ждет.       Выполнив его указания, я вновь с хмурым видом воззрилась на костер, к которому подошел краснокожий. Снова покопавшись в своих мешочках, тот выплеснул руку вперед, и из разжатого кулака в догорающий огонь полетел темный песок. Пламя в ту же секунду вспыхнуло пурпурным огнем, после чего повалило тучным дымом. Я во все глаза таращилась на шаманское колдунство, безмолвно хлопав ртом, как рыба, которую выбросило на сушу. Н-да, такое нечасто увидишь. Вождь, оказывается, правда был еще и шаманом.       Затем мужчина взял в руку, висевший на его поясе за ремешок, посох, и начал трясти им над полыхающим с новой силой огнем. На мгновение, мне показалось, что зрачки в глазах черепа поменялись с горизонтального положения на вертикальное и стеклянный шар поменял свой цвет с мутно-серого, на тёмно-желтый. Абориген, ходя вокруг костра, стал нараспев говорить только известные его народу слова. Смотря на его действия словно завороженная, я спустя время поняла, что мое тело мне теперь не подчинялось. Я не могла пошевелить даже пальцем. Небо над нашими головами разительно потемнело, и из непонятно откуда наплывших кучевых облаков, выплыла лиловая луна, озарив нас своим светом. Перед глазами проносились образы, сотканные из черного дыма - люди, животные, птицы, корабли - всё смешалось воедино. Дышать с каждым разом становилось всё труднее, и вот, когда я уже была готова отключиться, Вождь, неожиданно остановил свою трель и, повернувшись ко мне передом, внезапно долбанул мне своим посохом прямо по лбу, отчего я незамедлительно отключилась, перед этим почувствовав боль и звон в ушах от удара.       В голове отчетливо пронеслись слова, которые если бы я захотела, всё равно бы не услышала: «Пусть твой путь будет долог и труден, но найдешь ты в нем предначертанную тебе судьбу, благословленная русалками.» _________________ Имаму Кэлетэка* - духовный гид; опекун людей. Фрукт - https://hostingkartinok.com/show-image.php?id=32ef43b334beafffbb55804f29d5a30c