It is not your fault

Кровь. На руках его брата была кровь. А так же остром оружии, торчащем из руки Саске. Повернув голову, он увидел этих деревенских, которые уже убегали. Это они бросили этот блестящий предмет. Это значило… Глаза расширились, Наруто медленно начал крутиться. Едва заметил Гая, который подбежал, чтобы осмотреть Саске. Но весь его разум кричал, что эти ублюдки должны отплатить. Они должны быть разорваны и повреждены до неузнаваемости. Он почувствовал, как что-то меняется в нем, часть его хотела поднять руку к перевязанному глазу, но вместо этого он потянул руку к окну. Прежде чем Какаши смог подойти к нему, или ему показалось, что это был Какаши, он бросился сквозь разбитое окно. Свежие порезы на его коже ужалили его, но потом по его коже разлилось тепло, и боль исчезла. Решив, что в данный момент его не должно это волновать, Наруто бросился за нападавшими. Саске кричал позади него, но кровь в его ушах стучала слишком громко. По мере приближения к деревенским в нем начинала подниматься злость. Низкий рычащий смех наполнял его разум, и прежде, чем он заметил все эти изменения, он начал смеяться вслух. Четверо деревенских бежали до тех пор, пока у младшего из них не закончилось дыхание, он явно жил легкой жизнью, в которой не нужна выносливость. Они свернули в переулок, надеясь отвязаться от мальчика в темной местности. Однако им не повезло. Блондин преследовал их в этом небольшом пространстве; он чувствовал, что ожесточается все больше. Женщина с трудом дышала, а мужчины все кричали, явно от страха или злости. Какое они имеют право? Какое право они имеют злиться на него?! Нагоняя их, Наруто почувствовал, что сам рычит в ответ. Взрослые не сдавались. Наоборот, они начали бросать оскорбления и угрозы. — Тупое демонское отродье! Ты использовал Учиха-Сама как щит! Просто умри! — Оставь Учиха-Сама в покое, питомец предателя! Уходи к Итачи! Его тело застыло, а голова опустилась. Группа приняла это за признак того, что их оскорбления сработали, и продолжила обвинения. — Ты не заслуживаешь любви, которую он тебе дает. Просто убей себя и освободи его, черт возьми! — Ками, даже Итачи был бы для него сейчас лучшей компанией! — Грязное отродье! Обычно это не ранило так сильно. Слова деревенских обычно просто отскакивали от него, и он продолжал жить дальше. Так почему? Почему это ранило так чертовски сильно сейчас? Он стиснул зубы и сжал кулаки, боль и гнев стремительно усиливались. Наконец проклятые слова, покинувшие уста одного из деревенских, переполнили чашу терпения. — Может быть, нам просто забрать Учиха-Сама с нами? — ОСТАВЬТЕ НИИ-САНА В ПОКОЕ! У его первой жертвы был только миг, чтобы попытаться увернуться, когда Наруто бросился на группу. Его клыки были острее гвоздей. Кроваво-красные глаза сконцентрировались на цели, на последнем, кто говорил. У входа в переулок Наруто замахнулся на того, что атаковал Саске, мужчина едва уклонился, но потерял руку. Женщина закричала, другие застыли в шоке. Быстро вращаясь, Наруто схватил самого молодого, ударил его об стену и оставил без сознания. Когда молодой отскочил от стены, мужчина немного старше заслонил собой самого старого, готовясь защищать его кухонным ножом. У него не было ни единого шанса. Ноги Наруто едва касались земли, когда он вскочил и схватил мужчину, ногами захватив его руки, чтобы остановить сопротивление. Он снова услышал женский крик, когда клыки вошли в шею. Мощным рывком он вырвал горло. Парализованная страхом, женщина беспомощно наблюдала, как мальчик направился к ней, засунув безжизненное тело ее товарища в мусорный бак. Один последний крик вырвался из ее горла, когда руки мальчика пронзили ее живот, вырывая органы. Шок от удара и боли принес ей скорую смерть, и Наруто почувствовал это. Давая ей упасть на землю, он увидел, как внутренности вываливаются через рану, которую он ей нанес. Последний мужчина, тот, который бросил кунай, был зажат в противоположном углу переулка, дрожа от страха. Красные глаза осматривали его, вычисляя самую мучительную смерть, которую он мог принести этой крохотной форме. Пытаясь подняться, мужчина снова и снова падал, и ребенку пришла в голову идея. Он злобно усмехнулся и потрогал кровь кончиками пальцев. — Беги. Без каких-либо еще предупреждений, мужчина побежал. Наруто засмеялся, его голос был низкий, с небольшой хрипотцой. Он не замечал этого. Он опустился на четвереньки и побежал за мужчиной. Ему не нужно было ускорять конечности с помощью чакры. Грязный человек был слишком медленный, чтобы стараться для него. Мужчина бежал, спотыкаясь, пока вдруг обнаружил, что они оказались у монумента Хокаге. Наруто усмехнулся и поднялся на ноги. Мужчина перед ним огляделся, как будто надеялся найти выход. Единственным выходом была смерть. Сделав шаг вперед, Наруто заломил костяшки пальцев, страшно улыбаясь в лицо мужчине. Тот выглядел совершенно ошеломленным, и это принесло радость в сердце Наруто. Конечно, Саске не сильно повредил удар, но сама мысль о причинении боли его брату была наказуема смертью. Черт, это, возможно, наказывается смертью всей деревни. Через некоторое время Наруто покачал головой. Не все в деревне вредили Саске, не все заслуживают смерти. Часть его разума говорила, что все это было неправильно. Но громкий голос заглушал все следы этой мысли. Человек пошатнувшись шагнул назад, когда Наруто подошел к нему. Блондин наклонил голову, словно спрашивая, был ли этот человек глуп. Взбешенный Наруто бросился вперед, направив руку к груди мужчины. Он еще не собирался убивать его. Он должен сначала заплатить. Кровь текла по его рукам, маленькие капельки падали на каменные волосы Четвертого. С минимальными усилиями Наруто поднял мужчину над краем, убедившись, что он видит расстояние между собой и землей, прежде чем продолжить свой план. Пальцы сжались вокруг сердца мужчины, ногти царапали его не сильно, достаточно, чтобы причинить боль, но не чтобы убить. Его улыбка стала шире, когда он почувствовал тепло стекающей на локоть крови. Этот мужчина будет страдать. Он позаботится об этом. — Из всех жителей деревни ты решил испортить мое беззащитное существо? Что? Мужчина кашлянул, кровь брызнула на повязку Наруто. Свободной рукой мальчик снял повязку, чтобы показать второй красный глаз. Раны вокруг глаза почти зажили. — Ну, по крайней мере ты подтолкнул его. Спасибо, что помог сделать из отродья марионетку. Он почувствовал, как его ухмылка становится шире, когда его разум охватило безумие. Так все это время глупый лис играл им?! Он был расстроен, что Кьюби смог получить контроль над ним. Он хотел плакать, кричать от разочарования и ужаса, но его рот больше не принадлежал ему. Он потерял себя в девятихвостом лисе. Наруто почувствовал, как сильнее сжал кулак, слабый всхлип вырвался из горла мужчины, умирающего от его руки. Он почувствовал боль. Он должен был понять, когда решил, что убийство – лучшее решение. Должен был понять, что что-то не так, когда атаковал, как дикое животное в том переулке, наполненном угрозами. Вина затопила его, скручивая его кишки. «Мне жаль, Нии-Сан, Гай-Сенсей, Какаши-Сенсей…» Неожиданно кто-то приземлился позади него, так мягко, что ему пришлось прислушаться. Знакомая чакра, принадлежащая Гаю, заставила Наруто загореться надеждой. — Наруто… Наруто вздрогнул от его тона, а Кьюби повернул голову, чтобы посмотреть на мужчину. Он улыбнулся во все зубы высокому брюнету. Его глаза дрожали от веселья, когда он, наконец, раздавил сердце мужчины. Фонтан крови брызнул на его голову и одежду, но это его не волновало. Он воспользовался свободной рукой, чтобы стряхнуть тело с руки и смотрел на Гая, пока тело летело вниз на землю. — Ах, последняя фигура отца моего беззащитного существа. Я должен поблагодарить тебя! В конце концов, ты научил мое отродье бороться. Ухмылка стала шире, опасность светилась в его глазах. Гаю было больно смотреть на это. Он не хотел, чтобы такое случилось с Наруто. Он не заслуживал той боли, которую будет испытывать, когда все это закончится. — Так что спасибо. Теперь, я могу убить тебя без усилий. Он засмеялся, громко и беззаботно, запрокинув голову. Гай не двигался. Не сказать, чтобы он был напуган, не так, как думало то существо, которое захватило Наруто. Нет, он собирался сражаться за своего сына, вместо того, чтобы повернуться и убежать. Учитывая, как давно собаки-ниндзя Какаши разбежались, один из них должен был найти их примерно сейчас, так что помощь уже в пути… он надеялся. — Что делать, что делать? А, я знаю! Как насчет того, чтобы сначала оторвать тебе ноги, даттебаё! Они оба застыли. Глаза Гая расширились от осознания, что Кьюби зарычал в отчаянии. Наруто отбивался! Так и должно быть! Понимание, что Наруто еще не потерян, возродило в Гае искру уверенности. Он должен этим воспользоваться. — Гр-р-р-р, ты, отродье! Просто ложись спать и дай мне немного растянуть ноги! — Наруто! Не сдавайся! У тебя все еще есть юность для жизни! Кьюби застыл, его глаза сузились, когда он шагнул к Гаю. Внутри он начал паниковать. Этот ребенок подталкивал его обратно к его клетке! Это проклятое приспособление, в котором Четвертый запер его! Он не вернется! С ревом гнева Кьюби запустил тело Наруто в Гая, рука откинулась назад, готовясь ударить его. Когда он приблизился к мужчине, тот качнулся, но рука не двигалась. Выражение шока появилось на лице Наруто, когда он посмотрел на руку и увидел, что ногти притупились. Он не заметил, как упал на грудь Гая, а тот в свою очередь подхватил его. Когда он осознал, что Наруто захвачен, Кьюби затрясся. Нет! Он не вернется! ОТПУСТИ ЕГО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! — НАДОЕДЛИВЫЕ ЛЮДИ! Я РАЗОРВУ ТЕБЯ! — НЕТ! Оба тела застыли, Гай ослабил схватку на мгновение. Его черные глаза посмотрели вниз на мальчика в его руках, дыхание перехватывало от его вида. Его правый глаз был пылающим красным, но его левый снова стал голубым. Рыдания рвались из груди, рот мальчика искривился от отчаяния и печали. Рука, избавившаяся от когтей, вцепилась в зеленый костюм Джонина. Гай разрывался между тем, чтобы удерживать блондина на месте или обнять его; последнее победило, когда Наруто стал бороться с Кьюби с помощью чистой силы воли. — О, Наруто, мне так жаль. — Гай-Сенсей, вы убьете меня! Мужчина напрягся, слишком напуганный, чтобы взглянуть прямо в лицо Наруто. Он не знал, сможет ли он справиться с такой болью у такого маленького мальчика после его победы над Кьюби. — Я не… Я не хотел! Я недостаточно сильный, чтобы бороться с ним! Простите, Гай-Сенсей! Прости, Нии-Сан! Пожалуйста! Не дайте мне причинить боль еще кому-то! Он не мог! Он просто не мог. Он понял, к чему ведет Наруто и его желание не причинять боль никому больше. Но… Черт побери, это его сын! И Саске тоже! И он не может позволить Наруто заплатить за то, что сделал Кьюби. — Никогда! Нежно он отстранился от Наруто, чтобы посмотреть ему в глаза. Даже если Кьюби взял верх над одним из них, он знал, что Наруто увидит его убеждение. В выражении его лица, в его голосе и в его темных глазах была уверенность в этом. — Я не буду наказывать тебя за то, что сделал лис! Наруто, ты и Саске — вы лучшее, что случалось со мной, и я отказываюсь отдавать тебя этому… этому демону! Слезы сильнее потекли из глаз Наруто, и он покачал головой. Гая ослабил объятья, и он мог освободиться и прыгнуть назад, на край монумента Хокаге. Джонин почувствовал тревогу в сердце. — Нет! Вы должны! Я… я… я монстр! Я ДЕМОН ЛИС! Почему вы не можете просто понять? Так будет лучше для всех! — Для Саске тоже?! — Нии-Сан… Нии-Сан оправится от этого, как и все остальные. Воздух словно стал тяжелым, загустел, не позволяя Гаю мог стоять прямо. Он опустился на колени и наблюдал, как голубой глаз Наруто снова стал сиять красным. Дикое рычание сорвалось с его губ, клыки и когти снова увеличились. Кьюби вернул себе контроль. — Я не дам вам, грязным людям, забрать меня или отродье! Он — мое существо! Я разрушу Лист и- Прежде чем он смог закончить, Анбу появился перед ним. Через глазные отверстия маски на Кьюби уставились томое-шаринганы. Гай в ужасе закричал, когда Наруто упал навзничь. К счастью, Анбу поймал блондина раньше, чем тот коснулся земли, и аккуратно положил ребенка рядом с Гаем. Гай сразу же осмотрел ребенка. — Он будет в порядке, Гай-Сан. Пожалуйста, посмотрите за ним еще немного. Гай повернул голову на голос Анбу. На том месте, где он только что стоял, было пусто. Через несколько секунду появился Какаши, и несколько других шиноби приземлились недалеко от них. Осмотрев блондина, два ниндзя шагнули вперед и надели наручники на его крошечные запястья. Гай хотел протестовать, но был остановлен Какаши. Он покачал головой. — Какаши, это не его вина. Пожалуйста… — Мне жаль, Гай, но это создание слишком опасно для Листа. Теперь его судьбу будет решать совет. С чувством беспомощности, охватившим его, Гай наблюдал, как Наруто уводят ниндзя. Гай стоял перед Хокаге на следующий день с напряженным лицом. Он попросил Ируку присмотреть за Саске, не доверяя больше Какаши. Он знал, что это несправедливо; беловолосый ниндзя любил мальчиков как дядя. Но он не мог действовать по-другому прошлой ночью. Не было вины Наруто в том, что деревенские напали на него. Это было несправедливо. С громким вздохом Сарутоби заглянул в свой хрустальный шар. Наруто сидел в своей камере, молча, плакал и дрожал от холода. Это разбивало ему сердце; он знал, как сильно Наруто страдал, но сейчас он ничего не мог сделать. Это ужасно, но наказание было решено. — Гай, я осознаю, что в этом не было вины Наруто. — Тогда его можно освободить- — Но… Совет решил, что будет безопаснее стереть Кьюби навсегда. Кулаки Гая сжались, когда он пытался бороться с эмоциями. Если бы он был быстрым, он мог бы побежать, схватить Наруто и Саске и покинуть эту проклятую деревню. В конце концов, кто захочет жить в таком жестоком месте, которое подталкивает ребенка к такому? Сначала побуждает его, а потом наказывает? В последнее время он много раз повторял эту мысль, но жизнь поистине жестока. — Наруто… пока не знает. Я полагаю, что он бы нас понял, но мы не можем знать наверняка. Кроме того, одним из условий казни является то, что ни вы, ни Какаши не сможете быть рядом с мальчиком. Саске, очевидно, так же не допускается. Гай немедленно собирался протестовать, но был остановлен поднятой рукой. Посмотрев на Каге внимательно впервые, с тех пор как его вызвали, Гай увидел боль на лице старика. Обдумывая сказанное, он замолчал и прислушался. — Я думаю, было бы хорошо, если бы вы остались с Саске и убедились, что он в порядке. Это нелегко — потерять весь клан в течение одного года. Он хотел кричать. Плакать. Дать миру знать, как сильно он ненавидел все это. Наруто было больно, а ему даже не позволили утешить мальчика. Даже не разрешили ему следить за ним издалека и надеяться, что блондин почувствует его успокаивающие мысли. С разгромом в душе и с мыслями о сыне он покинул кабинет с коротким кивком и пошел объяснять ситуацию мучившемуся от неизвестности Учиха. Как пить дать, он снова почувствуют приступ безумия, как только узнает обо всем. Но узнать сейчас было бы лучше, чем несколько лет верить, что его брат просто заперт в тюрьме, а потом узнать правду. Он совершенно не хотел добавлять еще и эту боль ко всему, что чувствовал мальчик. Наруто сидел в камере, следы высохших слез вели от глаз до подбородка. Его тело дрожало, когда холодный ветер проходил через трещины в стене камеры. Он знал, что теперь случится. Он убил людей. Растерзал их. Безусловно, его заставят отвечать за это. Его дыхание на мгновение перехватило, кашель вырывался из груди. Прокашлявшись, он фыркнул. Он принял свое наказание. Он хотел только извиниться перед Саске лично. Это то, что он заслуживал после всего, через что они прошли вместе. После того, как он убедил Итачи и родителей усыновить его. Он был так одинок до этого момента. Никто не заботился о нем, и это причиняло ему так много боли. Нет, ничто не сравнится с болью от одиночества. Услышав шаги, он поднял голову и увидел входящего. Голубые глаза сфокусировались на престижной белой маске. Глаза расширились, когда Анбу медленно поднял руку, чтобы снять маску. Длинные черные локоны упали по обе стороны его лица. Черные глаза уставились на лицо Наруто, разглядывая засохшую кровь на его коже. — Нии-… Сан…