Перемирие

Бывают такие моменты, что ничего не хочется. Лишь забраться под мягкий плед со своим любимым человеком. Уткнуться в его теплые объятия и просто сидеть, смотря какой – то фильм. Но этого не скажешь про айдолов. Бесконечные концерты и тренировки, замучили Чонгука. Хотя он не сдавался и усердно работал. Он «Золотой макнэ», он должен уметь все. Но усталость все накатывала и накатывала. Хотелось просто закрыться в комнате с Тэ и провести с ним хотя бы один день. Только они вдвоем и больше никого. Чонгук так хотел зарыться руками в его мягкие волосы и осыпать хена мелкими, нежными поцелуями. Но в тоже время он хотел на всеуслышание заорать, что этот милый инопланетянин только его и больше ничей. Что, только он может целовать его и видеть в своих снах. Чонгук любит АРМИ, но Тэ любит чуточку больше и не хочет отдавать его. Хотя… Он и так его. Выйдя на сцену в Японии, Чонгука захлестнула радость и игривость. Зал кричал их имена, он никогда не устанет это слушать. Как их поддерживает толпа, самое волнующее чувство. Каждый раз, в животе порхают бабочки и хочется разделить этот момент с любимыми хенами, а также с любимым Тэхеном. Поэтому недолго думая, он подошёл к Тэ сзади и обнял его, упиваясь его возбуждением и радостью. Начинается песня, Тэ начинает петь, но Чонгук не отпускает его, еще крепче прижимаясь к сильному телу хена. Им нужно танцевать, нет! Мысленно кричит Чонгук и неохотно отпускает разгорячённое тело. Все проходит на ура, как и всегда. Ребята возбужденные и уставшие направляются в комнаты, чтобы наконец положить чугунную голову на подушку. Чонгук все липнет к удивленному Тэхену, который не привык, что сам мелкий проявляет инициативу. Но это его радует, и он берет Чонгука за руку, нежно поглаживая его пальцы. Чонгук удовлетворенно вздыхает и расслабляется, словно он получил долгожданную дозу. Чонгук словно наркоман, одержим Тэхеном. Его всегда так мало и всегда так много. Никогда не бывает достаточно, особенно его объятий. Они часто обнимаются, но в большинстве случаев это не то. Всего лишь показуха, пустая и холодная. Это совершенно не то, когда они страстно сливаются в одно целое. Это происходит так редко. Чонгук вздыхает и чуть опускает голову. Они уже в комнате и Тэ готовиться принять душ. Неизвестно какими методами, Чонгук выбил себе место в комнате Тэ. Видимо менеджер и хены заметили его немного депрессивное состояние. А макнэ всего лишь нужны были объятия Тэхена. - Я в душ. – бросает Тэ, как – то странно и обеспокоенно посматривая на Чонгука. - Угу. – лишь буркнул Чонгук, так и не поднимая головы. Тэ еще немного на него смотрит и в итоге сам себе кивает и уходит. Задержавшись возле двери, все-таки бросает напоследок, улыбаясь своей квадратной улыбкой: - Если хочешь, можешь присоединиться ко мне. – и быстро исчезает. Чонгук поднимает голову и закатывает глаза, улыбаясь. Быстро сбрасывает с себя одежду и одевает мягкий белый халат. Когда заходит Чонгук, Тэ намыливает голову шампунем. Макнэ с жаром во взгляде, разглядывает голое тело хена, возбуждаясь. У него очень красивое и стройное тело. Чонгук никак не может понять, почему Тэ стесняется его показывать? Но тут же радуется, что это зрелище достаётся только ему. Он сбрасывает с себя халат и встает по теплые струи душа, чуть толкая Тэ в сторону. Тот вздрагивает, но отходит, приглушённо хмыкая. Чонгук не отрывает томного взгляда от задницы Тэ и начинает медленно ее поглаживать, даже уже не пытаясь себя сдерживать. Ему совершенно плевать если в их комнату кто-то зайдет и услышит их. Ему сейчас просто необходимо прикоснуться к Тэ. Просто необходимо. Тэ довольный ласками, двигает бедрами навстречу Чонгуку, продолжая намыливать голову. Шум воды, влажная кожа, приятный аромат шампуня дурманит голову Чонгуку. Он хватает чуть привставшую плоть хена и медленно водит туда-сюда, пока она не становиться твёрдый, как скала. Тэ часто дышит, сильнее толкаясь бедрами в ладонь Чонгука. Смыв наконец шампунь он поворачивается и встает на колени перед Чонгуком. Макнэ удивленно вздыхает, поглаживая щеку хена. Тэ не разрывая взгляд с Чонгуком медленно берет его плоть, налившуюся кровью. Чонгук закатывает глаза, откидывая голову назад, стукаясь о кафель. Но эту боль он почти не замечает. Ему становиться так хорошо, словно он парит над сценой. Он кончает, громко выкрикнув имя Тэхена. Тот облизывает свои пальцы и встает, попутно поворачивая задом к себе обмякшая Чонгука и медленно входит него. Блаженство накрывает их с головой. Капающая вода, лишь придает больше страсти и делает тело еще более чувствительным. Они пробыли в душе около часа, никак не могли оторваться друг от друга. На следующий день, им обоим замазывают большие и сочные засосы на шеях. А Чонгук светился всеми цветами радуги.