Не считая дней

Больше всего на свете Цзинь Лин ненавидел, когда его игнорируют. Если его не замечали незнакомцы или избегали те, кто должен был избегать, то он был не против. Если это делали те, кто не должен был этого делать, он яростно ругался и делал всё, чтобы на него обратили внимание. Но когда дорогие ему люди начинали игнорировать юношу, он просто не знал, что делать. А ведь ещё вчера вечером всё было нормально. Он прекрасно помнил как две тёплые пары рук нежно притягивали его к телам своих обладателей, как горячее дыхание щекотало шею, заставляя жар растекаться по всему телу, как он сам зарывался пальцами в длинные шелковистые волосы. Но наутро всё исчезло. Он проснулся в полном одиночестве на уже давно остывшей постели. Поначалу Цзинь Лин просто немного обиделся, что его не разбудили и вообще ушли без него. Затем, не сумев найти тех, кого искал, удивился. Но когда он наконец-то встретил их, его будто холодной водой обдало. Лань Сы Чжуй и Лань Цзин И смотрели отстранённо вежливо, будто никогда не были с ним знакомы и даже слова не произнесли. Цзинь Лин даже не помнил, когда у него в последний раз так сильно болело в груди. Он мало что понимал, но ощущение брошенности слишком остро чувствовалось. Юноша не проронил ни звука, отвёл взгляд и посторонился, пропуская их. Цзинь Лин не сразу сообразил, что щёки мокрые от слёз. В голове мелькнула мысль, что хорошо, что они не видели. Следующая была – надо, чтобы никто и не увидел, поэтому юноша быстро вытер лицо рукавом и поспешил в выделенную ему комнату, где с момента своего приезда был всего пару раз, но всё же. Не так давно он стал частым гостем Облачных Глубин. Но никто не был против того, чтобы он здесь бывал. Даже Лань Си Чэнь лишь светло и так понимающе улыбнулся и выделил ему комнату. Это немного смущало, но глава ордена Гу Су Лань был хорошим человеком, поэтому Цзинь Лин был даже рад, что тот так легко отреагировал на их… На их бывшие отношения. Эта мысль больно ранила юношу. Прямо сейчас, отчаянно захлёбываясь слезами, он не ощущал себя ни наследником великих родов, ни отважным воином. Он впервые действительно ощущал себя юной госпожой с разбитым сердцем. Ощущение, что его использовали, не отпускало. Но гнева не было. Была лишь тоска. Больше всего Цзинь Лин боялся одиночества. С того самого момента, как у него появились настоящие друзья, позже ставшие кем-то большим, юноша совсем забыл о том, что это значит. Но теперь, оставшись совсем один, он с болью осознавал, что боится этого. Цзинь Лин прекрасно знал, что он должен перебороть себя, что слёзы ничем не помогут и что… И что ему не место здесь. Но ни остановить слёзы, ни подавить тоску и уж тем более начать собираться, он не смог. Так и прошёл весь день. Постепенно слёзы высохли. Осталось лишь странное пустое безразличие, как будто все эмоции высосали. Единственные чувства, которые скользили в его душе, была лёгкая нежность и жалость к самому себе, когда он думал о них. Не было гнева, не было ярости, даже сожаления. Каждый момент с ними был бесценен и пропитан только самыми лучшими эмоциями. И единственным тёмным пятном там был лишь он сам. Жалость к себе была недостойным чувством, но он не мог иначе. Кем бы он ни был, именно он в их триаде был самым слабым и неполноценным звеном, Цзинь Лин знал это. Именно он так жадно тянулся за своими чувствами, что не заметил бреши. И именно он сейчас страдал, сидя на полу, как самая настоящая юная госпожа. Постепенно, угнетённый этими мыслями и чувствами, юноша провалился в сон. Между тем уже наступал закат. *** - Цзин И, а вдруг он обиделся? – тревожно спросил у друга Лань Юань. Они вместе возвращались в его комнату, где их уже должен был дожидаться Цзинь Лин. Сегодня весь день они старательно избегали его, чтобы кое-что подготовить. И единственный раз, когда они сегодня виделись, никто из них не вымолвил ни слова, чтобы случайно не выдать свою задумку. - Вряд ли. А если обиделся, нам есть чем его задобрить, - Цзин И задорно усмехнулся.- Не волнуйся, наша маленькая юная госпожа знает, что мы её любим. - Да, - Сы Чжуй невольно тоже улыбнулся. Никто из них не мог сказать в какой именно момент всё это началось. Просто однажды руки Цзин И скользнули на их талии. Просто однажды Цзинь Лин вместо того, чтобы взъершиться, сам опёрся на них. Просто Сы Чжуй, вместо того, чтобы остановить это безумие, сам с нежностью обнял их, двух таких разных, но таких родных. Они втроём нежно берегли друг друга. Ловили, когда один из них спотыкался, лечили, когда ранился, утешали, когда было действительно больно. И каждый раз неизменно крепко любили. И Цзин И, и Сы Чжуй были полностью уверены в том, что Цзинь Лину понравится их сюрприз. Более того, они ожидали, что он будет рад. Но вот чего они точно не ожидали, так это пустоты, что их встретит. Лань Юань сразу почуял, что дело неладно. Они кинулись на поиски. Обошли всю территорию, проверили все места тренировки, заглянули в столовую. Но безуспешно. Цзинь Лина нигде не было. - А если он ушёл? – тихо предположил Сы Чжуй, когда они снова вернулись в его комнату. Цзин И не ответил. Вот только было очень хорошо видно, как сжались его кулаки. Он тоже беспокоился. И Лань Юань был уверен, что Цзин И ещё и себя винит за это. Но тут он немного расслабился и вскинул голову. - Я знаю, где он может быть! – взволнованно заявил юноша и тут же поспешил куда-то. Но Сы Чжуй уже и сам понял о чём он подумал. Они оба совсем забыли о том, что и у Цзинь Лина здесь была комната, ведь они всегда спали втроём, когда была возможность. Вскоре они уже стояли у двери. Свет в комнате не горел, это было видно по дверной щели. Лань Юань тяжело вздохнул и хотел уже опустить руки, но Цзин И упрямо открыл дверь и вошёл. Спустя пару мгновений Сы Чжуй услышал тихий ах, а потом негромкий смех. Не медля больше, юноша зашёл следом. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять причину радости Цзин И. А потом сквозь мрак он наконец различил сжавшийся у стены комочек в золотых одеждах. Вздох облегчения сорвался с его губ. - Вот же ж, - тихо сказал Цзин И. – Напугал. Он первым подошёл к Цзинь Лину и опустился рядом на колени. Лань Юань последовал за ним, но остановился, услышав тихое раздосадованное шипение. - Он плакал, - тут же пояснил причину своей ярости Цзин И. Сы Чжуй сразу же опустился рядом и с тревогой посмотрел в припухшее от слёз лицо Цзинь Лина. Рука сама потянулась к его щеке и нежно погладила. Цзин И снова зашипел и тут же убрал её, но слишком поздно, они уже разбудили Цзинь Лина. Оба заворожено наблюдали за лёгким трепетанием ресниц, а затем юноша открыл глаза и сонно посмотрел на них. Хватило всего пары секунд, чтобы в его глазах появилось осознанность. Он открыл рот, будто собираясь что-то сказать, но потом снова закрыл и просто молча положил голову себе на колени. - Мы волновались, - Сы Чжуй первым нарушил молчание. – Что случилось? - Я хотел бы спросить вас об этом, - сдавленно ответил Цзинь Лин, но тон был совсем неуверенный. - Эй, юная госпожа, ты чего? – растерянно выдохнул Цзин И. – Обиделся? Эй, ну что ты? Он бережно обнял Цзинь Лина за плечи, притягивая к себе. Тот даже особо не сопротивлялся, просто бессильно прислонился к нему. - Мы совсем не хотели тебя обидеть, Цзинь Лин. Мы тебя очень любим, ты же знаешь? – Лань Юань пристроился рядом и с нежностью погладил по плечу. - Тогда почему вы сегодня весь день от меня бегали? – совсем тихо спросил Цзинь Лин. – И игнорировали. Юноши переглянулись. Цзин И чуть прикусил губу, а потом немного недоумённо спросил: - Ты забыл? – и, получив непонимающий взгляд со стороны Цзинь Лина, усмехнулся. – Тогда мы обязательно обсудим это завтра, моя прекрасная юная госпожа. - Заткнись, - пропыхтел юноша ему в ответ, наконец-то привычно реагируя. – Вот завтра не отвертитесь. Цзин И и Сы Чжуй снова переглянулись. Завтра они точно всё расскажут. В конце концов, Цзинь Лин сам виноват, что забыл о такой важной дате. А может дело было в том, что рядом с ними он не считал дней. Ведь зачем ему время, когда они рядом?