Я, Сэм и два моих отца

There's no place like home for the holidays.

      Нет места лучше, чем дом. Даже если твой дом — это бункер, построенный в прошлом веке сектой продвинутых охотников. На самом деле, это единственное место, где Винчестеры осели и стали жить на постоянной основе. Дин любил его. Любил свою комнату, любил свою «пещеру» с мини-кинотеатром, а еще гараж, в котором стояли разные ретро-машины и другие транспортные средства. Сэм же любил большие библиотеки с книгами, что никогда в жизни не попадались ему, и он хотел перечитать их все-все, а еще любил бесконечные коридоры, в которых новичок может заблудиться, комнаты, оборудованные под любой случай и способные спасти сотню человек от конца света. Винчестеры любили чувство безопасности, что дарило им это место. А Кастиэль любил бункер за то, что здесь пахло Винчестерами, пахло его любимым человеком — Дином. Здесь он провел свои самые прекрасные ночи, здесь он признавался в любви Дину, смотрел с ним сотни фильмов, слушал подаренную им кассету. Здесь Кастиэлю нашлась своя комната, но часто она пустовала, особенно с тех пор, когда они с Дином, наконец, стали настоящей парой, потому ангел предпочитал проводить большую часть свободного времени в комнате своего человека.       Джек тоже не мог не любить бункер, для него он был вообще первым домом. Здесь он нашел своих друзей, свою семью. Здесь о нем заботились. Здесь он вел душевные разговоры с Сэмом, который никогда не терял веры в него, всегда поддерживал и учил всему на свете. Джек сперва видел в Сэме отца или старшего брата, но позже он стал относиться к младшему Винчестеру иначе. Отцом для него больше был Кастиэль и Дин, идущий впридачу к ангелу. Джек восхищался их любовью еще до воскрешения ангела, лишь глядя на отчаянного Дина, который только что потерял Каса и скучал по нему. Они тогда еще не признались друг другу в чувствах, но нефилим все замечал. За то короткое время, что Джек знал семью Винчестеров, настоящими родителями для него стали Кас и Дин. А Сэм… был чем-то большим. Джек не мог понять, почему ему хотелось всегда быть ближе к младшему Винчестеру, почему хотелось его касаться, почему было так больно, когда Сэм умер в параллельном мире и почему он сказал «я люблю тебя, я люблю вас всех», глядя именно на Сэма и вонзая клинок себе в грудь. С этими чувствами Джеку еще приходилось разобраться.       А пока на дворе был декабрь, и оставалось две недели до Рождества. Обычно Винчестеры не праздновали этот праздник, не украшали елку и не обменивались подарками. Но в этом году решили встретить Рождество как следует, потому что в бункере собрались все Винчестеры и их самые близкие люди, потому что иногда даже охотникам хотелось волшебства.

***

— Дин, — Кастиэль подходит к их с Дином тележке и смотрит на Винчестера щенячьим взглядом, держа в руках коробку с шестью фигурками ангелочков. — Ты шутишь, Кас? — Дин закатывает глаза. Он впервые покупает всю эту рождественскую дребедень с Касом, и это оказывается сложнее, чем предполагалось. Стоило им придти в дешевый супермаркет с кучей всяких игрушек и украшений, и у Каса — существа возрастом в несколько тысяч лет — снесло голову. Дин только и успевает искать ангела по всему магазину, пока тот останавливается у каждого товара, с восхищением разглядывая его. У Каса странный вкус в выборе рождественских украшений, как у малого ребенка, а еще у Дина размер кошелька явно не соответствует запросам его любимого. — У нас есть один настоящий ангел, зачем шесть фальшивых? — бурчит Дин. — Они милые, Дин, — Кас сводит брови в мольбе, и Винчестер не может устоять. — Кидай.       И Кас с мягкой, счастливой улыбкой на лице кидает упаковку с ангелами в тележку, что уже заполнена всякой всячиной наполовину. Здесь лежат елочные игрушки, мишура, хлопушки, гирлянды, коробки и упаковки для подарков и прочие украшения, большинство из которых выбирал Кас.       Хотя он, конечно, не одобрял набор пластикового оружия с пластиковыми пульками для игры в полицейских, который как раз захотел купить Дин: — Кажется, я нашел подарок Джеку, — помахал коробкой с пистолетами Дин, тупо улыбаясь. — Он не настолько маленький ребенок, — Кас всплеснул руками. — Смотри, тут два пистолета, один для него, другой для меня. Устроим войнушку, — Винчестер жестами изобразил выстрел пистолета и показательно сдул с пальца несуществующий порох, видимо, пропустив мимо ушей слова ангела. — Кажется, у нас есть два ребенка, — Кас, закатив глаза, выхватил из рук Дина коробку с игрушками и положил в тележку. Лучше купить, чем спорить с этим переросшим дитем.       В таком темпе они заканчивают обходить магазин и расплачиваются на кассе. Видя чек, Дин присвистывает и хмуро отдает купюры кассирше. Расплатившись и заложив все в пакеты, он угрожает Касу, махая почти пустым кошельком: — Я месяц ничего больше тебе не буду покупать, понял. — Дин, перестань, мы первый раз празднуем Рождество. Это должно быть волшебно.       Когда они привозят покупки домой, Джек радостно разбирает их, рассматривая каждую игрушку и украшения, находя их красивыми и праздничными. — Мне нравится это! — нефилим достает из пакета ангелов и восхищенно смотрит на них. — И ты туда же! — возмущается Дин и смотрит на Сэма, ища поддержки, на что тот лишь хмыкает, пожимая плечами.       На следующий день Сэм и Дин уезжают рано утром выбирать самую дешевую, но самую роскошную елку, чтобы потом, наконец, нарядить ее. Поэтому, когда Джек просыпается, братьев нет в бункере, а есть только десяток охотников, часть которых заняла всю кухню, завтракая и обсуждая новое дело для охоты. Джек заливает тарелку со своими хлопьями молоком и уходит завтракать в комнату к Касу. Когда он заходит, ангел разговаривает по телефону. — Да, Мэри, я думаю это было бы отличным подар… извини, меня пришли подслушивать. Решим этот вопрос позже, — Кас спешит закончить разговор с Мэри Винчестер о подарке на Рождество для Дина, стараясь сохранить его план в секрете даже от Джека. — Доброе утро, Джек.       Нефилим садится в кресло рядом с Касом, отхлебывая молоко из миски. — Доброе утро, Кас. Сэм с Дином давно уехали? — Скоро должны уже приехать. — Мне нетерпится начать украшать бункер и елку. Так интересно узнать, какого это: встречать Рождество, — задумчиво говорит Джек, мечтательно улыбаясь. — Да, мне тоже, — Кас делит улыбку с нефилимом. — Кас… ты знаешь Сэма дольше, чем я… можешь помочь мне подготовить для него подарок? — Конечно. У тебя есть какие-нибудь идеи? — Нет. Но мне хочется сделать что-то особенное для него, — тихо произносит Джек, немного переживая от этого разговора. — Сэм для тебя особенный, да? — замечает Кас, а Джек опускает взгляд и смущенно водит ложкой в тарелке, перемешивая хлопья. — Это сложно… Я… все еще пытаюсь понять свои чувства к нему. — Может быть, все не на столько сложно, чем ты думаешь? — задает Кас вопрос, над которым Джек задумывается. — В любом случае, он точно видит во мне ребенка, — вздыхает Джек. — Я бы поспорил с этим. Сэм первый, кто поверил в тебя и увидел в тебе что-то большее, чем просто беспомощного ребенка, — успокаивает его ангел, и Джек улыбается, чувствуя какое-то тепло в груди. — Я скажу тебе одну вещь, — продолжает Кас, — слушай свое сердце и не старайся утаить все от Сэма. Лучше поговорить с ним, чем ждать какого-то случая годами.       Братья приезжают к полудню, затаскивают елку в бункер и еще пол часа спорят куда ее поставить. В итоге сходятся на том, что елка лучше всего будет смотреться в зале чуть поодаль от большого стола.       Через пару часов, уже после обеда, Винчестеры приступают к украшению помещения. Сэм и Дин, будучи самыми высокими, вешают под потолком и над дверными проемами гирлянды. Кас восхищается красотой переливающихся разными цветами огоньков, которые мгновенно повышают настроение и дарят атмосферу волшебства и праздника. Дин подходит к застывшему под гирляндой ангелу, притягивает к себе, приобнимая за поясницу, и смотрит на его синие глаза, в которых мелькают блики от огоньков. В это время Сэм обрамляет перила лестницы, что спускается от входа в бункер, очередной гирляндой, а Джек озадаченно смотрит на елку. — Я не знаю с чего начать. Я думал, это будет легче, — говорит он. — Малыш, — Дин подходит к Джеку, — просто берешь первую попавшуюся под руку игрушку и вешаешь куда падает взгляд, — он достает из коробки красный шар и вешает на одну из веточек. А затем делает то же с золотой звездой, пряничным человечком и колокольчиком.       Джек улыбается в предвкушении и начинает повторять за Дином. Тут же к ним присоединяется Кас и вскоре Сэм, повесивший венок на входную дверь.       Кас с любовью развешивает своих ангелочков, полностью увлекаясь процессом. Затем Дин достает елочные бусы и протягивает один конец Касу, начиная обходить елку вокруг, наматывая их на нее. Кастиэль повторяет то же действие в обратную сторону. Так они делают пару обходов вокруг елки и сталкиваются друг с другом, когда кончаются бусы. Дин сразу же хватает ангела, и со стороны это выглядит, будто Кас падает в объятия Винчестера. Дин улыбается, поглаживая его спину, и притягивает для скромного, но полного любви, поцелуя.       Сэм смущенно отводит взгляд от них и встречается с растерянным взглядом Джека. Они молча смотрят друг на друга пару секунд, а потом Джек одергивает себя. — Ты прекрасно справляешься со своей первой елкой, — шепчет Кастиэлю Дин, кладя ему на щеку ладонь. — Хочешь посадить ангела на верхушку? — хитро улыбается Дин и достает из кармана джинс фото Каса и деревянную прищепку [1]. — Дииин, — Кас смущается, смотрит на верх дерева и говорит, — я не достану. — Тогда я тебе помогу, — Винчестер кладет в руку Каса фото с прищепкой, садится на корточки и подталкивает ангела на свое плечо. — Что ты делаешь, Дин, — удивляется тот, но все равно присаживается на плечо Винчестера, а он в свою очередь резко встает, крепко удерживая Каса и заставляя его вскрикнуть.       Кастиэль смеется, возмущается, но трясущимися руками подносит фото к последней, торчащей на самой макушке, ветке. Кое-как он сцепляет веточку с фотографией при помощи прищепки и стучит по голове Дина ладонью, требуя опустить его на землю. — Что такое, Кас, боишься высоты? — шутит мужчина. — Нет, боюсь упасть. — Я тебе не позволю. Никогда, — проникновенно говорит Дин, поглаживая Каса за руку, когда он вновь стоит на своих ногах.       Каждый смотрит на макушку дерева и видит там улыбающегося Кастиэля, что заставляет всех посмеяться. Дин гордится своей идеей.       Когда они продолжают наряжать ель, так получается, что они разделяют ее на две территории, где одну наряжают Дин и Кас, а другую Сэм и Джек. Джек кидает на Сэма частые взгляды, иногда смущенно ему улыбаясь, а младший Винчестер никак не может понять, что с нефилимом не так. В какой-то момент их руки тянутся за одним и тем же шаром в коробке, и пальцы Джека накрывают пальцы Сэма. Сэм тут же одергивает свою руку, уступая этот шар ребенку. После него он берет другую игрушку и вешает ее на приглянувшееся место, когда Джек заговаривает: — Она получается действительно красивой.       Сэм улыбается и одобрительно мычит, смотря на светящееся лицо Джека.       Когда елка уже почти наряжена, Сэм слышит возмущенное рычание Джека, опустившегося на колени к нижним веткам. — Что такое? — Сэм опускается рядом с ним. — Я… хочу перевесить ее, а тут запуталось, — обиженно бурчит ребенок, показывая на запутавшуюся на ветке петельку золотой звезды. — Я помогу, — Винчестер перехватывает игрушку из рук Джека, успевая случайно огладить его пальцы, и аккуратно распутывает тонкую перекрученную нитку.       Джек чувствует теплое дыхание Сэма на своей шее, и по его телу проходят мурашки. Вдруг он чувствует себя таким жалким и беспомощным, готовым сидеть у ног этого мужчины вечно, только лишь бы ощущать тепло его тела и его присутствие. Джек закрывает глаза и взволнованно выдыхает. — Не расстраивайся. Я все исправил, — Сэм на секунду кладет ему на плечо ладонь и поднимается на ноги.       Из временной слабости Джека выводит громкий смех Дина, обернувшегося в красную ленту и завязавшего на себе большой бант. — Кас, вручаю тебе твой Рождественский подарок. Себя! — мельтешит около ангела Винчестер, на что тот лишь изображает недовольство, стараясь сдержать улыбку.       Сэм смеется над их дурачествами и говорит себе под нос: — Придурки.       Услышав это, Джек отвечает: — Они выглядят невероятно счастливыми. — Так и есть, — хмыкает Сэм. — Я рад быть частью этой семьи, — улыбается Джек, вешая очередную стеклянную фигурку на ветку, — смотря на них я знаю, что такое любовь. Надеюсь, когда-нибудь я смогу найти себе такую же любовь, — мечтательно продолжает он.       Сэм не понимает, зачем нефилиму искать такую же любовь, как у Дина и Каса, ведь их любовь полна боли, расставаний, смерти, горя, войн на небесах и Земле, убийств и даже предательств, а еще недомолвок и невысказанных слов, что сдерживали их на протяжении многих лет, не давая быть вместе. Их любовь омыта кровью и слезами, но так не должно быть. Она должна быть чистой и светлой, как жемчужные волосы Джесс и ее солнечная улыбка. И Сэм хочет для себя только такого.       Но Сэм пока что не замечает, что, когда солнечный свет падает на волосы Джека, они становятся белее, чем высохшая пшеница; а любовь Каса и Дина — самая светлая, теплая и милосердная вещь, что есть в их жизни.       Закончив наряжать елку и наведя последние штрихи в помещении, они все вместе ужинают пиццей и пивом за столом в украшенном зале. Их всего четверо, но в помещении стоит шум, полный смеха, шуток, эмоциональных выражений и любовных взглядов.

***

      Через неделю, когда остается пять дней до Рождества, бункер почти пустеет, потому что все охотники разъезжаются по стране, желая встретить праздник как следует. К Винчестерам приезжает Мэри и Бобби с коробками подарков и большими сумками еды, которой должно всем хватить до сочельника. Каждому нетерпится открыть подарки, но Бобби тут же к удивлению Дина и Сэма, прячет их так, что они не могут найти.       За поздним завтраком Джек находит на кухне Дина. Он садится напротив, пьет свой чай и наблюдает, как Винчестер с недовольным лицом жует бутерброд с заветревшейся ветчиной. — Почему ты такой… хмурый, Дин? Скоро же Рождество, — спрашивает Джек. — Не выспался. Мы вчера с Касом до пяти утра за… эээ.., я не должен тебе это рассказывать. Еще рано, — останавливает себя на полуслове Дин, понимая, что чуть не поведал ребенку во всех деталях о своей ночи с Касом. — Ты ошибаешься. Мне очень интересно узнать о сексе, — настаивает Джек, заставляя Дина краснеть. Нет, он не будет развращать детей. — Спроси об этом… Сэма, — переводит от себя этот разговор Винчестер.       Джек тут же замолкает, погружаясь в свой завтрак. Но спустя некоторое время он вновь пристает к Дину. — Расскажи мне, как ты познакомился с Кастиэлем.       Дин давится своим кофе. Нет, предаваться ностальгии и рассказывать сопливые истории о первом знакомстве, как какая-то мамочка своему ребенку, он тоже не готов! — Пожалуйста, — Джек смотрит на мужчину щенячьим взглядом, и Дин клянется, что этот взгляд ему чертовски знаком. Перед таким взглядом он слишком слаб. — Я должен знать историю любви моих родителей.       Винчестер второй раз давится кофе. Родителей? Это звучит сладко-приторно, но от чего-то в сердце все равно тянет каким-то теплом. — Идет. Но считай, что этого разговора у нас не было! — Конечно. — В общем, ты, наверное, уже знаешь, что Кас вытащил меня из Ада, — начинает болтать Дин, делая себе еще один бутерброд, — у меня был отпечаток на плече чьей-то руки, когда я вылез из могилы, и я понятия не имел что за хрень происходит. А этот дурак еще чуть меня не убил, пытаясь заговорить со мной на своем родном языке и показаться в истинном обличии. Впервые я его встретил в амбаре, где мы с Бобби нарисовали всевозможные знаки от всех существ на свете, подготовили оружие, а он вошел в этот амбар с каменным лицом, будто Бог, и лампы фонарей полопались, искры летели ото всюду. Но я не струсил и вонзил ему в грудь нож! На это он, конечно, только вынул его из себя с тем же каменным лицом. — Тебе он не понравился в первую встречу? — перебивает Джек. — Еще бы! Я рад был бы убить это существо, ведь оно выжгло глаза моей подруге, но я не понимал, кем он являлся. Итак, усыпив Бобби, он представился ангелом Господнем, — Дин взмахивает руками, изображая хриплый голос Кастиэля, — а я до этого в жизни ангелов не встречал. Хотя, поверь, видел не малого… Но когда он, посмотрев своими синющими глазами на меня, сказал, что я заслуживаю спасения, часть меня начала верить в невозможные вещи.       Дин заканчивает свой рассказ, ставя пустую чашку на стол, и отвлеченно смотрит куда-то в сторону. Джек тоже молчит, обдумывая услышанное. — А когда ты понял, что любишь его? — задает очередной вопрос ребенок, отчего Дин таращится на него отупевшим взглядом, — ну… то есть, очевидно, что ты любил его задолго до того, как вы… стали парой.       Винчестер молчит, ища в своих мыслях ответ на этот вопрос. Когда он понял, что любит Каса? И когда он вообще полюбил его? Может быть, когда ангел впервые восстал ради него перед началом апокалипсиса? Или когда он предал Винчестеров, работая с Кроули? Или когда он появился в доме Бобби весь в крови и ранах, разрываемый внутри миллионами душ и просящий о помощи? А может быть, когда Дин смотрел на уходящее в реку тело Кастиэля и подплывающий к берегу его грязный плащ? Хотя тогда он уже был готов сам взорваться от невыносимого чувства горя утраты того, кого любишь… Дин может назвать множество раз, когда он осознавал свою любовь к Касу, но самый первый раз — особенный. — Малыш, я скажу тебе вот что. Здесь нельзя назвать какой-то конкретный момент, когда ты как по щелчку пальцев осознаешь, что любишь кого-то. Это череда событий, его и твоих действий, которые приводят к возникновению чувства любви. Это процесс, который происходит постепенно и естественно, и как только он начался, ты не в силах уже это остановить. Касаемо меня и Каса, я думаю, что этот процесс запустился ровно тогда, когда он возложил на меня руку в Аду. Вот так. Просто так получилось, что… мы созданы друг для друга, — серьезное и задумчивое выражение лица Дина сменяется легкой улыбкой, когда он говорит последнюю фразу и видит стоящего на пороге кухни Кастиэля. Джек поворачивается к нему и тоже улыбается. — Дин, можно тебя на минутку? — говорит Кас, кажется, не слышав только что сказанных Винчестером слов.       Дин кивает Джеку, встает из-за стола и подходит к Касу, скрываясь вместе с ним в коридоре.       Кас хотел попросить его починить помехи в телевизоре, но увидев растерянно-взволнованное выражение лица Дина, сразу забыл о маленькой бытовой проблеме. — Дин, что случилось? — Ох, — вздыхает Винчестер, медленно идя с ангелом по коридору, — Кас, что происходит с Джеком? Он только что расспрашивал меня про нашу первую встречу, — Дин останавливается посреди коридора и смотрит по сторонам, убеждаясь, что их никто не слышит. Кас хмурится, думая. — У меня тоже был с ним разговор о любви где-то полторы недели назад… — Откуда у него такой интерес? — Я думаю это из-за Сэма… — Сэма?! — удивляется Дин. — Да. Он к нему относится… по-другому. Не так, как к нам, — осторожно говорит Кас, боясь бурной реакции Дина, на что тот лишь озадаченно хмыкает.

***

      Поздно вечером в день перед Рождеством Дин сооружает по всему бункеру «ловушки» для Кастиэля. Вешает их под потолком в своей комнате, комнате Каса, коридоре, кухне, зале так, что не попасться в них невозможно. Только он, конечно, не думает о том, что жертвой таких «ловушек» могут стать и другие жители бункера.       Наутро Дин уже забывает о сюрпризах под потолком, когда просыпается от нежных поцелуев в щеку от Каса. Первое, что он видит, это голубые глаза ангела, и сразу понимает, что сегодня будет лучшее Рождество в его жизни. — С Рождеством, Дин, — Кастиэль гладит мужчину по щеке. — С нашим первым Рождеством, Кас.       Когда они вдвоем выходят в зал, за большим столом уже сидят Сэм, Джек, Мэри и Бобби. Они о чем-то весело болтают и едят свои завтраки. Дин кидает взгляд на елку и видит горку упакованных подарков, образовавшуюся около нее. — О, подарочки, — улыбается Винчестер и направляется к елке, но тут же останавливается от строгого голоса Каса: — Нет, Дин. Подарки — вечером. Дин недовольно смотрит на сидящих за столом, ища у них поддержки, но те лишь мотают головой, запрещая открывать подарки.       За завтраком Мэри начинает обсуждать праздничный ужин, спрашивая кто мог бы что приготовить или помочь ей. — Кастиэль, ты когда-нибудь готовил индейку? — спрашивает женщина рядом сидящего Каса, прекрасно зная отрицательный ответ. — Я тебя сегодня научу. Уверена, Дин потом это оценит, — она улыбается и касается бедра ангела. — Я был бы очень рад научиться человеческой кулинарии.       Через короткое время после завтрака Кас пропадает с Мэри на кухне. Частично им помогает Бобби, а время от времени мелькает Дин, таская из холодильника бутылки пива и целуя Каса каждый раз, проходя мимо. Мэри в эти моменты отрывается от своего дела и восхищенно смотрит за своими мальчиками. Она не так часто это говорит, но она чертовски рада за своего сына и его ангела. Мама Винчестеров видит и чувствует, что Дин и Кас пережили много всего и заслужили то, что сейчас имеют, но она до конца никогда не сможет понять, да даже представить, через что они прошли вместе. Возможно, узнав это, ее сердце не выдержит той боли и того факта, что ее сын страдал так много…       В это же время Джек направляется с Сэмом в библиотеку, чтобы постараться найти в книгах какое-нибудь подтверждение или опровержение существования Санты. Оба понимают абсурдность своих намерений, но обоим на самом деле не важно, куда они идут и зачем. В это время сзади них плетется в кухню за очередной бутылкой пива Дин, как вдруг он видит, куда вот-вот ступит нога младшего брата. Когда Сэм делает шаг, приближаясь к тому самому месту, Дин кричит: — Сэм, стой!       Но Сэм останавливается лишь оказавшись рядом с Джеком, который был на шаг впереди его как раз под той самой ловушкой, и озадаченно смотрит на Дина. Тот нервно сглатывает и кивает головой вверх, заставляя младшего Винчестера посмотреть на потолок. Сэм вдруг видит висящую ровно под собой, а соответственно, и под Джеком веточку омелы, обрамленную в бантик. Вот черт. — Что за фигня, Дин? — возмущается Сэм. — Я пытался тебя предупредить! Не надо так смотреть на меня. Это… это предназначалось для нас с Касом! — оправдывается Дин. — Что происходит? — подает голос растерянный Джек. О, да. Он же не знает, что значит омела. — Ох, Джек. Тут возникло недоразумение… — вздыхает Сэм. Ему чертовски неловко и хочется сбежать. В груди тянет какой-то тоской и чувством, которое он не испытывал уже так давно… — Правило есть правило, Сэм, — Дин подмигивает брату и ждет, что он будет делать дальше. — Какое правило? — все еще не понимает нефилим. — Это рождественская традиция. Если двое оказываются по омелой, они должны… поцеловаться, — Сэм смотрит на Джека, морщась от неловкости. — Поцеловаться?.. — Джек перевод взгляд с потолка на Сэма. — Да. — Так что… плохого в этом? — внутри Джека разрывает от счастья воображения того, что он может поцеловать Сэма. — Дин, — младший Винчестер переводит взгляд на брата, смотря с укором. Оставь нас.       Дин медленно уходит из зала, скрываясь из вида парней, но оставаясь стоять за углом, чтобы узнать дальнейшие события. — Джек… — Сэм не знает. Не знает, что он должен делать. Поцеловать этого ребенка здесь и сейчас? Но он же ребенок! Но в то же время… он человек, который смотрит на Сэма точно таким же умоляющим, растерянным, полным надежды взглядом, каким сам Сэм смотрит на него. — Я хочу поцеловать тебя, — не стесняется своей прямолинейности и наивности мало что знающий о любви и отношениях Джек, — только я… никогда этого не делал.       Сэм слышит просьбу нефилима и медленно наклоняется к нему, кладет ладони на его лицо и спину, а затем касается губ Джека своими. Джек не реагирует никак, лишь цепляется за рубашку Сэма, прося продолжать. Винчестер напирает чуть сильнее и проводит своими губами по его. Теперь он чувствует их вкус. Конечно, это легко-сладкий вкус нуги. Джек слабо улыбается во время поцелуя, а потом, не в силах сдержать себя, начинает смущенно смеяться. Сэм отстраняется и тоже слегка смеется. Он хочет убить Дина за эту омелу, но откладывает это дело на потом.       Кастиэль же свое решение убить Дина за развешенную по всему дому омелу не откладывает. Услышав историю Сэма и Джека, он повышает голос, не смотря на звонкий смех Винчестера. — Дин! Зачем ты это сделал? Почему от твоих действий всегда страдают другие! — Не так уж они и страдали, — продолжает смеяться Дин. — Просто представь как им было неловко! Так не должно происходить. Если люди влюблены, все должно происходить естественно! — Ну, — пожимает плечами Дин, — я был бы не против такой ловушки для нас с тобой лет пять назад. Жаль, не было никого, кто мог бы такое сделать…       Кас затихает, его лицо становится спокойным и мягким, он смотрит на Дина с легкой тоской и пониманием. Боже, как же они оба жалеют, что в свое время им никто не дал толчок к развитию отношений, и они позволили своим сомнениям и нерешительности потратить столько времени… — Поэтому я решил наверстать упущенное, — улыбается Винчестер.       Кастиэль подходит ближе, усаживается на колени Дина и говорит, поглаживая его затылок: — Дин, тебе не нужно вешать над нами омелу, чтобы поцеловать меня. — Ты так думаешь? — довольно улыбается человек, смотря в расширенные зрачки ангела, на что тот кивает и наклоняет свое лицо ближе, захватывая губы Дина в глубокий поцелуй.

***

      За праздничным ужином всей семьи Винчестеров Джек сидит рядом с Сэмом, и Мэри догадывается по одним лишь взглядам, хотя и не знает наверняка, что их руки плотно сплетены под столом весь вечер. Она смотрит на Дина и Каса, постоянно ласково перешептывающихся между собой, и понимает, что это Рождество — не последнее, которое они справляют все вместе в этом по-своему празднично уютном бункере. [1] — в Америке традиционно на верхушку елки помещают фигурку ангела, а не звезду, как у нас.