Детишки

      И как они до этого докатились?       Вопрос, на самом деле, хороший. Вероятно, стоит начать с истоков.       В свои весьма почтенные тридцать семь лет Эдвард был состоявшимся, счастливым человеком. У него была большая и дружная семья: добрая (пока он не сломает в очередной раз автоброню) понимающая жена, умница-дочка (пока не устроит случайно пожар в своей комнате во время экспериментов с алхимическими кругами), и брат со своей обожаемой почему-то-все-ещё-невестой. У Эдварда была любимая работа — как оказалось, из него получился хороший, даже можно сказать превосходный учитель. И алхимии научит, и физику с химией расскажет, и в боевых искусствах поднатаскает.       Но когда Нина (та самая умница-дочка семнадцати лет отроду) заявила своему обожаемому папе, с кем именно встречается, Эдвард пришёл в истинный ужас.

***

      Рой в свои весьма уважаемые и прекрасные года (он предпочитал игнорировать даже сам факт существования цифр) все так же служил в армии, но сменил толпы бешеных поклонниц на верную жену — Ризу, службу, наоборот, оставившую в прошлом. И, как маленькое дополнение, обзавёлся сыном, названным в честь старого друга. Сын был умным, ответственным, смелым, красивым… Словом, пошёл во всем в мать, как поговаривал Рой.       Но когда Маэс (тот самый сын, семейная гордость последние девятнадцать лет) назвал имя своей избранницы отцу, Рой в отчаянии достал бутылку коньяка.

***

      «Знакомство» родителей и представление им избранников происходило в один день. Было это в Централе, ибо там жила на время учёбы в Университете Нина, и там же проживал Маэс во время прохождения практики. Как-то так, видать, и познакомились дети.       Встретиться решили, что неудивительно, в домике, принадлежащем Ризе и Рою. Они там, на самом деле, и не жили особо — только когда дела особенно надолго заставляли задержаться в городе. Потому, конечно, небольшой уютный особнячок на два этажа недалеко от центра и выглядел слегка запущенным. Зато его хорошо знал Эдвард — ибо помогал с его выбором и приобретением спустя пару лет от знаменательной битвы.       Итак, было ранее утро выходного дня. Маэс, Рой и Риза, то бишь всё семейство Мустангов в полном составе, уже ожидали гостей.       Эдвард, Уинри и Нина, иначе говоря — семейство Элриков — приводили себя в порядок около дверей (в больше степени «глава семейства», у которого снова начала скрипеть автоброня).       Но больше уже нельзя было откладывать. Они встретились. — Привет, Риза, давно не виделись, — с улыбкой поздоровалась Уинри. — И вам здравствуйте, Рой, Маэс. — Рады видеть вас, Уинри, Эдвард, Нина, — мягко отозвалась Риза.       Эдвард и Рой таинственно промолчали, только пожали друг другу руки. Их жены искренне понадеялись, что скрипели рассохшиеся ступеньки крыльца, а не кости.       Женщины с тихим разговором тут же удалились на кухню, оставив детей на растерзание мужьям.       Эдвард медленно и степенно сел за стол. Рой, точно так же пафосно, устроился напротив. Оба пристально пялились друг на друга. А дети застыли в обнимку возле входа в гостиную. — Нихрена себе ты уже старый, — выдал в конце концов Элрик. Мустанг ехидно ухмыльнулся и ответил, поставив локти на стол и положив на ладони подбородок: — А ты все такая же креветка.       Ровно тридцать секунд молчания. А потом взрыв: — Ты кого это креветкой назвал?!       Эдвард вскочил и ударил руками по столу. Мустанг ехидно засмеялся. — Я, конечно, знала, что они знакомы, — тихо зашептала Нина Маэсу, вытянувшись на носочки, чтобы достать до уха своего парня. — Но не думала, что у них такие… Странные отношения.       Маэс широко улыбнулся и наклонился к Нине, приобняв её за талию. Где-то там около стола продолжали язвить друг другу папаши. — Я недавно в старых военных архивах порылся, ну, в рамках прохождения практики. Я та-а-акое узнал!       Дети начали делиться сплетнями. Мужчины — оскорблениями и ругательствами. Женщины на кухне — понятливыми сочувствующими взглядами и рюмками с ромашковым чаем. Знакомство семей проходило вполне прилично.       Наконец, спустя минут двадцать споров, Мустанг и Элрик выдохлись. Буквально. Они остановились и начали переводить дух: первый — обтирая лоб вышитым платочком (Риза от скуки занялась рукоделием, но быстро бросила), а второй — обмахиваясь тонким буклетом с ироничным названием «как жить, если потерял часть себя». На вопросительный взгляд старого начальника Эдвард просто пояснил, что ему всунули целую стопку прямо на вокзале, и пообещал передать книжку из той же серии «как снова увидеть мир вокруг».       Рой отдохнул и привёл себя в порядок после яростной словесной битвы, после чего медленно встал, подошёл к книжному шкафу и в полной тишине достал с полки с десяток тонких тетрадей со старыми конспектами сына. Запустив в образовавшийся проем руку, он вытащил бутылку виски с яркой этикеткой. — Эй, пап, это же мой тайник! — возмутился было Маэс, но тут же замолчал, увидев полный неприкрытого страдания взгляд.       Рой все так же медленно вернулся за стол и поставил бутылку перед собой. На столе не было ничего, чем можно было бы открыть её, или, более того, куда можно было бы налить божественного (ибо качественного и недешёвого) напитка. — Алкаш, — вдруг сказал Эдвард. Рой выразительно поднял бровь. — Любитель, — надменно ответил старший Мустанг. — И ты мне должен ящик бренди.       Эдвард обиженно фыркнул. Но кивнул: — Пришлю к воскресенью.       Эдвард посмотрел на виски. Виски, естественно, на него в ответ не смотрели, и хорошо, хотя Элрик, честно признаться, ничему бы не удивился. С тоской оглядев закрытую бутылку, которую Мустанг вертел в руках, Эд достал из кармана на брюках два носовых розовых платка (Уинри от скуки занялась рукоделием, но тоже быстро бросила это дело). Под внимательным и явно насмешливым взглядом Роя он хлопнул в ладоши и преобразовал ткань в две чайные чашки. Крайне монстрообразных чашки чёрного цвета, с шипами и какими-то декоративными выступами. — Всё так же трансформируешь всё в подобное непотребство? — фыркнул старший Мустанг. Нина придушенно хихикнула. — Всё так же от погоды зависишь? — не задумываясь, ответил старший Элрик. Маэс усмехнулся.       Рой разлил виски по чашкам и залпом выпил свою порцию. Эд последовал примеру коллеги. Они переглянулись, тяжело вздохнули и снова выпили. — Чур они берут мою фамилию, — твёрдо сказал Эдвард. — Э, нет, сын же у меня, так что будут Мустангами, — возразил Рой. — А вас не смущает, что в таком направлении мы ещё не думали? — немного раздражённо одновременно сказали Маэс и Нина, после чего вместе заулыбались и засюсюкались.       Эдвард начал биться головой об стол от переизбытка розовых соплей. Рой последовал его примеру. — Мы с Ризой поговорили, и решили, что фамилия будет двойная, — выглянув с кухни, сообщила Уинри.       Дети страдальчески вздохнули. Эдвард и Рой вздрогнули, представив, какие разрушения могут привнести в мир такая активная и талантливая парочка алхимиков.       Переглянулись, молча разлили виски в страшные чайные чашки и чокнулись.