Последняя полоса

      Когда они только познакомились, то Вера произвела на него неизгладимое впечатление. Ивану показалось, что перед ним вспыхнуло солнце, и сейчас оно светило прямо на него.       Когда он услышал, как она поёт, то чуть не упал в обморок. Как так можно отдавать себя? Как вообще морально и физически возможно вкладывать столько эмоций и чувств в простую песню? Безусловно, он вкладывал маленький кусочек души в каждую свою песню, чтобы она не казалась сухой. Но просто отдать душу слушателю в руки… Ему казалось это невероятным и восхищало. И восхищает.       Каждый раз, когда Вера улыбается, то ему кажется, что по его венам течёт самая настоящая лава. Хочется кричать: «Делай это всё время, даже на сцене, когда нужно рыдать!»       Каждый раз, когда она обнимает его в знак приветствия, утыкаясь лицом в солнечное сплетение, ноги Ивана невольно подкашиваются. Каких сил ему стоит непринуждённо ответить на объятие и не упасть.       Каждый раз, когда он чувствует на себе взгляд, оборачивается и видит весёлые глаза Веры, сердце его пропускает удар, падает в пятки, возвращается, а потом пускается галопом. Он, бежавший кучу марафонов в своей жизни, никогда не чувствовал, чтобы сердце билось так часто.

***

      Лёжа в постели в позе звезды, смотря в потолок и медленно поглаживая лежащего рядом кота, Иван прокручивает все моменты, связанные с Верой. Сердце вновь пускается вскач, заставляя его чувствовать себя странно.       Неожиданно перед глазами предстоит картина, как её маленькое хрупное тело извивается в его объятиях, а с губ срывается его имя. Встряхнув головой, он отогнал столь бурные фантазии. Из этого всего вывод напрашивается только один.       Он, чёрт возьми, любит её.       Любит эту улыбку, этот смех, эти глаза, этот голос. Он любит и это так приятно, и так мучительно одновременно. А сколько у неё полос? Он не знает сколько их у неё… Она всегда ходит в свитерах и скрывает руки… Хотя и он не особо афиширует свою одну-единственную полосу соулмейта.       Его запястье, на котором расположена полоса, сдерживающая его от решительного этого шага, несщадно жжёт. Что бы это могло значить? Девять раз он ошибался. Девять раз всё было не то, последний же должен спасти его!       Завтра он точно скажет всё. Даже если она отвергнет, то относиться хуже к ней он не будет. Даже если он снова ошибётся! Иван закрыл глаза и провалился в сон. Ему снилась Вера.       Утром они, как и всегда, обнялись и провели рабочий день вместе. Видя, как она одевается, он решил, что сейчас удаётся отличный момент побыть наедине.       — Вер! Проводить? — спросил он, стараясь дружелюбно улыбаться, но получалось не очень.       — Странный ты сегодня, Вань. Если хочешь, то проводи, — улыбнулась Вера.       Иван как можно быстрее оделся, и уже через десять минут они шли по направлению к дому Свешниковой. Шли молча, пока девушка не разрушила тишину.       — Вань, что с тобой происходит?       — Что?       — Ну ты оборачиваешься часто, нервничаешь, а сейчас вообще проводить решил… Ты не заболел? — усмехнулась она.       — Да нет… Просто… Не знаю, захотелось, вот и решил проводить, — он рассеяно пожал плечами, а потом посмотрел на неё, и сердце его сделало сальто. Слишком красивая, даже в этой глупой розовой вязаной шапке с пумпоном.       — Мы пришли уже. Вон подъезд мой! Чай будешь? — вновь улыбнулась Вера.       — Да, спасибо, — запинаясь произнёс мужчина и пошёл следом за её тенью.       Её квартира полностью отображала свою хозяйку. Маленькая, уютная и светлая. Иван будто попал домой. Тепло сразу же окутало его и уходить никуда не хотелось.       — Тебе какой чай? — крикнула она с кухни.       — Любой.       Уже сидя за столом в этом маленьком помещении, они заговорили вновь. Обсудили предстоящий спектакль, составы, графики, а ещё и пару сплетен. Но чай кончался, а с ним и темы для разговора.       Иван решился.       — Вер, мне надо кое-что сказать тебе… — девушка удивлённо приподняла бровь. — Я… ты… у меня есть к тебе… очень сильные чувства… Они уже долго, но, что это именно они, я понял только сейчас… У меня есть хотя бы шанс?       — Впервые вижу, как ты робеешь, — улыбнулась она. — Конечно, у тебя есть шанс! Вань, блин, мы с тобой как два подростка друг вокруг друга ходили и всё боялись…       — Ты тоже? — вдохновился он.       Свешникова чуть покраснела и кивнула, а потом посмотрела на свои руки. Она тяжело вздохнула и медленно закатала рукава своего свитера. На правом запястье оказалось то, что он никак не ожидал. Одна полоса.       — Я знаю, что у тебя тоже одна, поэтому…       — Мы или будем вместе, или оба рассыпимся… — закончил Иван за неё.       Они одновременно грустно хмыкнули и посмотрели друг другу в глаза. Или сейчас или никогда.       Вера подсела поближе и взяла его за руку. Он несмело коснулся своими сухими губами её мягких и оставил на них еле ощутимый поцелуй. Совсем маленький, почти невесомый поцелуй, но у обоих будто земля из-под ног ушла.       Запястья сильно горели, поэтому они одновременно открыли глаза и посмотрели друг на друга. Они живы. Живы! А на руках нет никаких полос.