Овсянка, Сэр!

      — Не буду я есть какую-то фейскую стряпню!       — С каких пор овсянка — «фейская стряпня»?!       Огрон скривил лицо, и дело было не только в ранах и сильных ушибах. Почему, почему эти обалдуи притащили его именно к ней? То, что её личико казалось более доброжелательней на фоне остальных её подружек — ещё не означает, что она тот самый «последний вариант»! Он бы с удовольствием сейчас свернул ей шею, чего умудрился не сделать этого ещё в Алфее, но тело было слишком ослаблено, а резкие движения могли вызвать риск его швам разойтись. И единственное, что ему сейчас оставалось — так это бревном лежать в постели и позволить этой фейке за ним ухаживать. Каков удар по его гордости!       — Овсянка — нет, а вот это — да! — маг скосил взгляд на тарелку с ещё дымящейся кашей, которая стояла на столике у кровати и никого не трогала.       Фея природы скептично вскинула бровь. Конечно, она предполагала, что у лидера Чёрного круга гордыни не занимать, но всему же есть предел! Мало того, что его сокруговцы чуть ли не на коленях стояли, умоляя их принять и помочь раненному собрату после всего того, что они натворили, так ещё этот собрат оказался упрямее ребенка. По доброте душевной, Флора их всё-таки приняла к себе, и то с учетом того, что она их тут же отправит прямым рейсом на Тир Нан Ог к земным феям, если они что-нибудь выкинут. Благо, сила Беливикса позволяет такое провернуть с серьёзно ослабевшими охотниками на фей. И сейчас, Гантлос и Анаган сидели в соседней комнате, да пили травяной настой, а их несчастный лидер лежал на её (!) кровати и еще отказывался от её кулинарных трудов. Лучше бы она их послала к Сибилле. Снова.       — Если хочешь поскорее уйти отсюда и даже духа моего не чувствовать, то советую тебе побыстрее набрать сил, чему пища хорошо способствует! — негромко, но твердо произнесла Флора, беря поднос с кашей на колени, и набрав целую ложку, протянула её к лицу мага. — Так что ешь!       Огрон отодвинул голову подальше от ложки, демонстративно сжав губы и бросил такой красноречивый, многозначительный взгляд на фею, что имей он сейчас силу — то её квартирка давно бы горела адским пламенем. Ну, по крайней мере, маг так это представлял.       — Я предпочту голодную смерть, — прошипел он, отчего девушка закатила глаза. Лучше бы она действительно их послала, только не к Сибилле, а сразу к Небуле, раз так его распирает! Хотя, скорее только Огрона — остальные его дружки были потише, да и повежливей. Небось, после смерти Думана у них мозги встали на места, чего не скажешь об их лидере.       — Чтобы потом с твоим трупом хлопотать? Нет уж! Ешь! — девушка на этот раз проявила настойчивость. Но маг снова ловко увернулся от злосчастной ложки, хотя он двигал только своей шеей!       Битва могла длиться вечность, но Флора решила не тянуть кота за хвост и просто с силой ударила по больной ноге Огрона, отчего тот заорал, и — оп! — ложка победно влетает ему в рот, при этом его затыкая! Двух зайцем одним махом! Однако, маг не сдавался, выплюнул ложку вместе с содержимым, но фея довольно ухмыльнулась — она все же одержала победу, во, как он зубами скрипит!       — Да ты совсем ополоумела?! — заорал он, когда нога снова раздалась болью, — чёртова фея! Вот когда я оклемаюсь, я тебя…       — Что ты меня? — с насмешкой спросила Флора.       Маг прорычал от боли, и когда та поутихла, прошипел:       — Отправишься на тот свет за вашим дружком! — яда в голосе у мага на данный момент было больше, чем у самой ядовитой змеи. — Хотя, перед этим я с превеликим удовольствием вырву твои крылья и заставлю тебя их съесть так же, как ты заставляешь меня сейчас съесть эту бурду, мелкая и надоедливая фейка!       У Флоры на мгновение дернулся глаз.

***

      Сильный грохот, доносящийся из соседней комнаты, напугал Анагана и Гантлоса, отчего те вскочили, готовясь к чему-то. Но шум, состоящий из падения чего-то тяжелого, крика их лидера, а также звук разбитой посуды продлился всего минуту, после чего дверь открылась, и мимо магов прошла Флора с до подозрения умиротворенным лицом. Она дошла до шкафа, достала оттуда полотенце, намочила его в раковине, и пошла обратно в комнату. Затем спустя ещё пару минут, фея снова появилась на пороге, но уже поддерживающую Огрона, чьи волосы и лицо были заляпаны остатками каши, а по взгляду было ясно, что он сейчас ушел в себя.       — Отнесите его в ванную, пожалуйста, — маги уже подбежали взять под руки своего сокруговца, — только аккуратней, а то ещё своим рёвом всех соседей в доме распугает.       Анаган и Гантлос недоуменно переглянулись. Но объяснений спросить не решились, и просто молча выполнили просьбу. Огрон же проводил взглядом фею и лишь прохрипел:       — Тварь…       — От гада слышу, — она с издевкой ему подмигнула и захлопнула дверь в свою комнату.