Сгореть дотла

      «Бейкон Хиллс — город моего детства, который, к сожалению, я не помню. Мы с отцом были вынуждены уехать, когда мне было три года. Причиной стало горе, постучавшее в нашу дверь. С моей бабушкой стали происходить странные вещи, необъяснимые и порой ужасные. Родители обратились за помощью в дом Айкена, а именно к доктору Валаку, в надежде на скорое выздоровление бабули. Но через пару недель, после того, как она поселилась там — нас уведомили о её смерти. Причиной горя, которое ударило по всей семье бесповоротно и безжалостно — стало самоубийство. Только вот оно не было похоже на правду, уж больно много оставалось неясностей и недосказанности.       После похорон, да и по непонятным причинам, отец забрал меня и уехал, оставляя жену и старшую дочь Лидию одних. Не знаю, что послужило этому причиной, и как вообще можно было бросить семью, разделив детей. Ответ на этот вопрос я не могу получить и сейчас.       После отъезда, мы с отцом много переезжали, будто бежали от кошмара, что преследовал нас бесперебойно. Но настало время, когда нам пришлось остановиться в одном из мегаполисов — Нью-Йорке.       Прошло пятнадцать лет с тех пор. Время шло своим чередом, и сколько бы я не пыталась спросить отца о случившемся, он ничего не отвечал. Лишь иногда проскальзывало что-то типа: «мы поругались с матерью», но, это был не ответ. Мне нужно было больше.       С мамой и сестрой я общалась не так часто, в основном по разрешению отца. Не сказать, чтобы он был тираном, скорее просто напуган. Да и его волнение было не скрыть за маской отрешённости и безразличия. Я четко видела, как он трясся за меня, словно любое неверное движение или же действие могло перечеркнуть наши жизни.       От воспоминаний, лицо отца становилось белее снега, а руки начинали трястись. Он интенсивно пытался вычеркнуть всё то, что связывало нас с Бейкон Хиллс. А я наоборот не могла думать ни о чем, кроме таинственного города, сестры, матери и непонятного самоубийства бабушки.       Меня не переставая мучил вопрос, касаемо её смерти. Она была здорова и никогда бы не решилась на самоубийство. Я много изучала информацию о доме Айкена и успела узнать, что за то время, когда главным был Валак, самоубийство бабушки было не единственным.       Правда, пару лет назад он исчез, а вместе с ним прекратились и таинственные смерти. Может быть это послужило причиной моего возвращения в Бейкон Хиллс, а может и нет. Но в одном, уверена точно — я возвращаюсь домой. Возвращаюсь в город полный тайн и опасностей, манящей чем-то неизведанным, но в тоже время прекрасным и зовущим в неизвестность!»

***

      Начало осени в Бейкон Хиллс выдалось довольно прохладным. Ветер то и дело качал стволы могучих деревьев, да срывал с них пожелтевшую листву. Небо заволакивало грозовыми тучами, и запах сырости было не скрыть. Сумерки быстро опустились на город, а вместе с ними и непроглядный туман. Всё, что можно было разглядеть — фонарные столбы, освещавшие дорогу.       На центральной улице города, стояла бы давящая тишина, если б не цоканье каблуков, разносившиеся эхом. Молодая девушка, лет восемнадцати, шла уверенной походкой к одному из домов, где ещё горел свет. Тёмно-шоколадные волосы незнакомки ниспадали локонами ниже ключиц. Светло-зелёный сарафан выше колена подчёркивал стройные ноги, пышные формы и осиную талию. На лицо девушка была также прекрасна: светло-серые глаза в обрамлении пушистых и длинных ресниц; идеальной формы брови; лёгкий румянец на щёках и пухлые губки.       Шатенка выглядела задумчивой и немного встревоженной. По глазам можно было сказать, что она всматривается в каждый дом, словно боится пропустить нужный.       И вот он. Прямо перед ней. Огромный, красивый, со всей неописуемой роскошью — особняк Мартин.       Девушка улыбнулась и подошла к порогу. Но улыбка была лишь прикрытием внутренних переживаний. Пятнадцать лет она не видела мать и сестру. Теперь они для неё словно чужие люди. Но почему-то всё равно тянет; тянет познакомиться, узнать поближе родных людей и понять, что же такое иметь мать.       Красавица ступила на порог особняка и застыла. В одном из окон на первом этаже горел свет.       «Видно ещё не спят», — подумала девушка. Хотя на часах было уже к полуночи.       Глубоко вздохнув, незнакомка всё же решилась робко постучать в дверь. И через секунду, дверная ручка начала медленно опускаться, а дыхание шатенки вмиг перехватило. Ноги стали ватными, а на глазах навернулись слёзы.       На пороге предстала средних лет женщина, с такими же каштановыми волосами, голубыми глазами и худым телосложением. Весь её вид показывал доброжелательность и разочарование одновременно. Похоже, она ждала кого-то другого.       — Могу, Вам, чем-то помочь? — дружелюбно улыбнулась Натали Мартин. — Если, Вы, к Лидии, то её нет дома. Будет чуть позже.       После услышанного, внутри незнакомки что-то рухнуло. Всё-таки пятнадцать лет это большой срок. Когда они последний раз общались? Пять, десять лет назад? Неудивительно, что женщина её не помнит.       Переборов жгучее желание заплакать, девушка лишь мило улыбнулась в ответ.       — Меня зовут Оливия Мартин. И, да, я приехала к Лидии, и к тебе, мама. — Тише добавила девушка.       Глаза Натали в одно мгновение расширились, а дыхание участилось. «Оливия Мартин» — эхом разносилось в голове. В происходящее просто не верилось, как и в то, что давно потерянная дочь — стоит на пороге.        — Господи, милая, — кинулась к шатенке женщина, заключая её в душащие объятия. Слёзы потекли с глаз обеих.       — Оливия, детка, — отпрянула женщина от дочери, — не стой, проходи в дом! Где твои вещи? Почему ты не предупредила, что возвращаешься? — сыпались вопросы от взволнованной матери.       — Вещи будут завтра, а что до моего возвращение, то это длинная история, — ответила Лив, переступая порог дома.       Внутри он оказался ещё прекраснее, чем снаружи. Кругом царила атмосфера уюта и тепла, что так не хватало шатенке. Её глаза обводили каждый уголок просторной гостиной и отмечали любые мелочи. Хотелось запомнить всё до мельчайших подробностей.       — Пройдём на кухню, я заварю тебе горячий шоколад, как в детстве, и мы поговорим, — засуетилась женщина.       Было видно, как она рада дочери, но в тоже время — переживания рвались наружу. Натали не знала, как вести себя с девушкой и о чём с ней говорить. Не знала и причины возвращения, от чего становилось ещё хуже.       — Всё ещё помнишь мои предпочтения? — лукаво улыбнулась младшая Мартин, проходя на такую же просторную кухню и присаживаясь за резной стол.       — То, что я тебя не видела пятнадцать лет, не означает, что не помню твои вкусы. Ты очень изменилась. Стала невероятно красивой девушкой. У тебя, наверное, куча парней, — рассмеялась женщина, в спешке накрывая на стол.       — Нет, я не из тех кто выбирает парня на пару месяцев, а потом расстаётся с ним, пытаясь найти нового. Я, знаешь ли, не играю в любовь. Это неправильно. Просто, скорее всего ещё не нашла того единственного, — пожала плечами шатенка.       — Похоже, с Лидией вы и правда совершенно разные. Твоя сестра меняет парней, как перчатки. Она будет безумно счастлива, когда узнает, что ты вернулась. Кстати, о твоём возвращении.       — Ну, это было неожиданно. Отец собирается в командировку и, похоже, что надолго. Боязнь оставить меня одну сыграла свою роль. Он предложил вернуться в Бейкон Хиллс, к вам. Я не стала задавать лишних вопросов, и вот — я здесь, — быстро протараторила девушка. Объяснять мелкие детали не особо хотелось.       — Это очень странно, — начала миссис Мартин, но тут же запнулась, опустив глаза в пол. Только вот было поздно.       — Странно что? Что я вернулась? Я не должна была? — Теперь вопросы посыпались от Оливии, что напряглась всем телом. Сдержать эмоции, казалось нереальным.       — Нет. Оливия, послушай, ты меня не так поняла. Я безумно рада, что ты вернулась, просто твой отец… Он говорил, что ты больше не вернёшься, что я больше не увижу тебя.       — Ты мне что-то не договариваешь, мама! Это связано с тем, почему мы уехали? А вообще почему?! Почему ты и Лидия остались тут, а мы уехали? В чем причина? И я не поверю, что это обычная семейная ссора!       — Ты многое накручиваешь, Оливия. Хочешь, чтобы всё было так, как хочется слышать тебе. Но на этот раз, всё не так. Я не буду оправдываться, мне не за что, — глаза женщины бегали по всем углам комнаты, а вид явно показывал волнение, панику и страх.        — Что ж, хорошо поболтали, — не собираясь более выслушивать очередную ложь, девушка поднялась из-за стола.       Понять, что мать лжёт было совсем не трудно, а окончательно убедиться в том, что их с отцом отъезд и нынешнее возвращение не с проста, и подавно.        — Прошу прощения, мне нужно подышать свежим воздухом! — шатенка обернулась и направилась в сторону входной двери. Хотелось немного побыть наедине, прежде чем снова зайти в этот дом и впитывать бесконечную ложь.       — Оливия, мы ещё о многом не поговорили, — в след крикнула женщина. Но дочь уже не слышала взволнованного голоса, потому как дверь с грохотом захлопнулась.

***

      После того, как шатенка покинула стены тёплого дома и выскочила за дверь, на улице началась изморось. Ветер подул сильней и в тонком сарафане стало совсем неуютно. Пришлось обнять себя руками, чтоб не замёрзнуть, да продолжить движение куда глядят глаза.       «Тайны — везде, сплошь и рядом. Там отец, а тут мать, и это я ещё не видела Лидию. Вокруг этого города что-то явно не чисто. Отец не просто так увёз меня, но, почему тогда не взял с собой Лидию? Почему мама не собирается рассказывать правду? Что она скрывает? Может хоть сестра знает в чём дело, да поможет мне? Откроет глаза на происходящее» — размышляла девушка, пока ей не пришлось остановиться.       Сзади послышался подозрительный скрежет, и не выдержав шатенка обернулась.       Никого.       Оливия судорожно начала оглядываться по сторонам в надежде отыскать причину шума, но вместо этого поняла, что забрела на совершенно другую улицу, а точнее в лес или же подобие парка. Мысли совсем сбили её с толку. Кругом росли одни деревья, кустарники и цветы. По периметру кое-где виднелись лавки, урны для мусора и одинокие фонари, которые и те еле освещали местность. Страх молниеносно охватил Мартин.       «Лучше бы осталась дома», — подумала девушка и выдохнула.       Надежда того, что скрежет был всего лишь ветром — придавала сил и подавляла панику. Но после очередного шороха с ещё большей силой, Оливия не выдержала. Испугавшись, шатенка бросилась в сторону аллеи кипарисов. Как раз там стоял одинокий и спасительный фонарь. Может хоть там будут люди или поворот в более оживленный проулок.       Оливия неслась со всех ног, позабыв о лужах, холодном ветре и непогоде. Чувство того, что сзади неё идёт непонятное движение не покидало. Моментами, девушка ощущала дыхание на своей коже, но боялась обернуться назад.       Сарафан изрядно промок от мороси, впрочем, как и волосы, что начали прилипать к лицу. Шатенка стучала зубами от холода и страха, боясь оказаться убитой. Пробежав ещё пару метров, Мартин почувствовала облегчение и то, как движение сзади стихло. Можно было остановиться и перевести дыхание.       Но кто бы знал, что мимолётная глупость окажется ошибкой.       Стоило красавице медленно повернуть голову, как всю округу пронзил её собственный крик.       Прямо напротив неё стояло нечто.       Это не было человеком, но и животным тоже. Ярко-жёлтые глаза, длинные чёрные волосы, чешуя на лице и коже, а сзади длинный хвост. Чудовище хищно оглядывало девушку, не сводя заинтересованного взгляда. Его или её забавляло, как жертва кричит, разворачивается и начинает бежать прочь с ещё большей скоростью.       Это словно игра. И вызов принят.       Так сильно Оливия ещё не боялась. То, что она увидела затмило все тайны родителей. Теперь единственной мыслью и желанием было выбраться живой. Это существо неслось за ней до тех пор, пока Лив не почувствовала, как земля уходит из-под ног. Сильный удар о близрастущее дерево выбил Мартин из колеи: помутнение в глазах, сбитое дыхание и адская боль по-всему телу.       Оливия лежала на холодной и сырой земле, не в силах пошевелиться. Её тело будто бы онемело. Шатенка повернула голову набок и увидела, как тварь высунула огромный красный язык, с которого капала белая жидкость. Медленной, игривой походкой, чудовище всё ближе и ближе подходило к беспомощной жертве.       — Пожалуйста, прошу, не надо! Помогите кто-нибудь! — во весь голос закричала девушка вжимаясь в траву.       Но существо не было намеренно сдаваться, отступать или бежать. Оно мигом оказалась сверху Оливии, и девушка заверещала истошнее. Белая жидкость капала на оголенные участки шатенки и по правилам, она должна была заткнуться. Но этого не происходило.       Младшая Мартин продолжала кричать, звать на помощь и извиваться. Непонимание, да удивление застыли на морде существа.       Как такое возможно? Почему вещество не действует? Как у девчонки хватает сил отбиваться?       — Умоляю, кто-нибудь, пожалуйста, помогите! Н-е-е-т! Не трогай меня! Пожалуйста… — голос становился всё осипшей и отдавал хрипотцой. Мартин уже не могла сказать того, чего хотела. Силы её точно покидали.       Неизвесная тварь стала расплываться перед глазами, в ушах зашумело и последнее, что увидела девушка перед тем как потерять сознание, был молодой парень, который схватив существо за волосы, отшвырнул в другую сторону; а после — мужские глаза, причём такие притягательные и глубокие, что сердце Оливия пропустило безмолвный удар страсти.

***

      — Какого чёрта ты творишь, сучка? — кричал парень, прижав к земле химеру. Его взгляд не предвещал ничего хорошего, а глаза налились лютой злостью вперемешку с бешенством. Он был готов разорвать Трейси.        — Тео… я… просто… мне… мне нечем дышать, — глаза чудовища стали трансформироваться в человеческие, а чешуя исчезла вместе с хвостом. Теперь под парнем лежала и извивалась самая обычная брюнетка.       Немного помедлив, парень всё же ослабил хватку и отпустил химеру. Учуяв свободу и долгожданное облегчение, девушка тут же подскочила и начала откашливаться, стараясь вдохнуть больше кислорода. Но окончательно прийти в себя не получилось. Брюнетка отхватила смачную пощёчину, от которой снова рухнула на землю.       — Я повторю вопрос: какого чёрта это было? Кто позволил тебе нападать на людей без приказа?! — орал молодой человек и метал молнии взглядом. Сейчас, как никогда не следовало попадать ему под руки.       — Это вышло случайно. Я начала превращаться, — начала оправдываться девушка, захлёбываясь слезами, — и не смогла сдержаться. Выбежала на улицу и увидела эту девчонку. Она показалась мне новенькой, потому что раньше я её не видела. Вот и подумала, что искать никто не будет и…        — Хватит! Закрой свой поганый рот и убирайся! Не хочу, чтобы тебя увидел весь город. Чёртова сучка, ты хоть знаешь, что тут недалеко дом Лидии Мартин? Если они это увидят, то я снова окажусь под подозрением!       — Тео, п-прости…       — Я сказал, убирайся! — парень заорал так сильно, что вороны на соседнем дереве взлетели в воздух.       Не говоря больше ни слова, Трейси рванула подальше от разъярённого Рейкина, разрывая по дороге остатки вещей и рыдая взахлёб от душащей обиды. Ведь Трейси была одной из первых созданных Тео химер, и у неё были особые чувства к своему создателю.       Брюнетка всегда старалась выслужиться по полной программе и выполнить любой приказ. Даже ублажала Рейкина, когда тот был не в настроении. Девушка стала личной шлюшкой, которой парень мог воспользовался, когда пожелал бы. Но, тем не менее Трейси была сама себе на уме, да и далеко не глупа. Даже сейчас её переполняли не совсем здравые мысли.       «Тео всегда за то, чтобы повеселиться, а сейчас сам всё испортил. А из-за кого? Какой-то жалкой девчонки! Если это так, то я должна всё проверить и подобрать удобный случай для отмщения. Шатенка должна ответить за то, что Тео ударил и оскорбил меня!» — с такими мыслями, Трейси скрылась в ночной тьме, оставляя своего создателя наедине с незнакомкой.       Рейкин был недалеко, когда услышал душераздирающий девичий крик. Обычно, он бы не обратил на это никакого внимания, ведь химерам иногда разрешалось пошалить. Но в этот раз, что-то заставило парня остановиться и прислушаться. Мольбы о помощи и вопли — вот что услышал парень. В этот момент, словно внутреннее «я» заставило Тео ускориться и пойти на шум.       По прибытию выяснилось, что Рейкин оказался прав. Трейси решила развлечься и напала на беззащитную девушку, что лежала под ней и извивалась. Со стороны было видно, как силы незнакомки иссякают, а сознание покидает тело. Сам не осознавая как и почему, Тео накинулся на химеру. Просто не смог смотреть на эти издевательства и быстро показал подчинённой место.       Теперь же, молодой мужчина стоял возле лежащей без сознания девушки и сверлил её оценивающим взглядом. Она была прекрасна: шоколадные локоны разметались по влажной траве; кожа была идеально ровной, а пухлые губы так и манили к себе, требовали вкусить их сладостный сок.       Светло-зелёный сарафан почти насквозь промок. Было явно видно чёрное кружевное бельё и шикарные формы, скрываемые тканью. В штанах Рейкина стало тесновато, и в эту минуту он осознал, что слишком долго смотрит на шатенку. Опять же не отдавая отчёта своим действиям, парень снял кожаную куртку и опустившись, стал заворачивать в неё девушку. После чего аккуратно подхватил и поднял на руки.       Тело Оливии, хоть и лежало на сырой земле, оказалось слишком горячим. Это привлекло внимание оборотня сильней и теперь все его мысли о ноше на руках.       «Кто эта девушка и как оказалась в этой ситуации? Что мне с ней делать? Куда нести её и, чёрт, почему я не могу оторвать от неё взгляда? Почему так бешено колотится сердце и теснеет в штанах?!»       — Какого чёрта ты творишь, Рейкин? — раздался знакомый вопль. — Видишь, Лидия, я всегда говорил, что это ублюдок убивает людей! Ему нельзя доверять! — Стилински накинулся на оборотня, стараясь не задеть незнакомку.       Видимо пока Тео рассматривал юную красавицу, машина Стайлза остановилась незаметно.       — Остынь, Стилински! Много на себя берёшь! — огрызнулся оборотень. Ему доставляло мало удовольствия препираться с ненавистной стаей и уж тем более доказывать свою невиновность.       — Что с ней? — следом вмешалась рыжеволосая, — она жива? Что произошло? Это сделал ты? — старшая Мартин не могла успокоиться.       — Да как же вы осточертели со своим недоверием! На девушку напала одна из химер, а я её спас! Она жива и скоро очнется! — Рейкин слегка тряхнул ношу и стиснул челюсть. Оторвать бы сейчас обоим тварям головы, чтоб более не мешались.       — Как всегда, да? Тео всех спасает, а Стайлз в дураках! Ты, — сын шерифа указал пальцем на собеседника, — можешь думать, что хочешь. И верить тебе может кт…       — Боже мой, — Лидия остановила перепалку парней и медленным шагом подошла к Тео. Её взгляд упал на шатенку, причём довольно знакомую, — быть того не может…       — Что случилось, Лидия? — занервничал Стайлз, тем временем как Тео внимательно наблюдал за ситуацией, прокручивая в голове дальнейший её исход.       — Нет! Этого не может быть! — рыжеволосая как-будто говорила сама с собой, не обращая внимания на окружающих. Её мысли постепенно прояснялись, а картина вырисовывалась всё стремительнее.       — Да что?! — не унимался Стилински. Ожидание убивало.       — Оливия! Это Оливия, — быстро протороторила Мартин, её осенило.       — Кто такая Оливия? — отозвался Рейкин, ещё раз оглядев шатенку. Сейчас она выглядела так невинно и беззащитно, что Тео невольно улыбнулся, но не на всеобщий показ.       — Это, моя младшая родная сестра — Оливия Мартин! И я, чёрт возьми, не понимаю, как она тут оказалась! — слова выходили с трудом и с запинками. Было много непонимания и сотни вопросов.       После услышанного, на лицах парней застыло удивление, переходящее в лёгкий шок и недоумение. Стайлз просто стоял, не в силах вымолвить и слова, в то время, как в голове Рейкина был готов план.       Как же вовремя подвернулась эта девушка.       — Младшая сестра, говоришь? — на лице Тео появилась та самая улыбка, не предвещающая ничего хорошего.