Сгореть дотла

      Увидев парня, сердце шатенки забилось быстрее. Единственное чего ей хотелось — это встать и кинуться ему на шею. Только вот всплывающие в голове картинки штаба врачевателей; отголоски омерзительных речей Валака и других санитаров, не дали Оливии совершить эту опромедчивость. И всё, что могла Лив — это медленно отползать подальше от Рейкина.       — Оливия? — осторожно, словно боясь спугнуть шатенку, заговорил парень, — всё позади, ты в безопасности. Эта гнида больше не прикоснется к тебе! — в ответ молчание. Девушка лишь продолжала смотреть Тео в глаза, не зная что отвечать.       — Оливия, скажи хоть что-нибудь! — Мужчина присел на корточки возле напуганной девушки. Его глаза больше не светились голубым, теперь в них читалось сожаление. Смотреть на измученную Мартин было выше его сил, а от одного вида бедной девушки — сердце сжималось.       «Что, чёрт возьми с ней произошло? Какая тварь всё это сделала? Я выпотрошу каждого, кто к ней прикасался; смотрел в её сторону или думал о ней! Почему же она не отвечает, может не узнала меня? Нет, узнала, просто боится после того случая и ненавидит! Всё случилось — моя вина. Любая боль, которую Лив испытала — на моей совести и убийство одного ублюдка, ничего не изменит. Особенно её отношения ко мне!»       — Лив, — мужская ладонь потянулась к дрожащей девичьей щеке и хотела было коснуться её, как ступор Мартин улетучился и девушка оживилась.       — Не надо, не трогай! Не приближайся ко мне! — не на шутку запаниковав, Оливия подскочила с места и стала отступать назад. Воспоминания бурным потоком врезались в сознание, не давая здраво мыслить.       — Успокойся! Это же я — Тео!       — Я знаю кто ты! Поэтому и прошу не прикасаться ко мне!       — Что случилось? Где ты была всё это время? Я везде искал тебя! — парень поднялся следом и медленно двинулся на девушку. Его шаги были аккуратными и тихими, он не хотел напугать Лив ещё сильнее.       — Искал? Хотел добить, чтобы не мучилась? Ты хоть понимаешь, что воткнул нож мне в живот, а после оставил умирать?       — Оливия, я…       — Нет! Не хочу нечего слышать, Тео! Всё, что хотел сказать, ты уже озвучил мне, большего не надо. Достаточно!       — Мне жаль, Оливия! Я не хотел твоей смерти, я вернулся к тебе, чтобы спасти, но в лаборатории никого не было, кроме Трейси. Она сказала, что ты сбежала. Всю ночь я искал тебя по лесу и не нашёл! Если бы я только знал где ты всё это время была!       — Ты хоть представляешь, что я пережила? — сквозь всхлипы прошептала Оливия, — тогда в лесу, меня нашел сумасшедший Валак и он же притащил меня в Айкин! Каждый день меня накачивали какой-то дрянью, которая затуманивала сознание, лишала воли, сил и способности сопротивляться! Я не могла ни говорить, ни шевелиться. Только лишь молча наблюдала за тем, как они копались в моей голове, причиняли нестерпимую боль! Меня много раз пытались изнасиловать, часто били и все это продолжалось целую вечность! Единственное о чём я могла думать в эти минуты — были вы всё. Каждый день я ждала, что кто-нибудь поможет, вытащит меня из этого дерьма, но никто не пришел!       Я часто думала о том, как мы первый раз встретились, поцеловались и переспали; о том, как я впервые поняла, что полюбила тебя. И знаешь что? Как я не пыталась обмануть саму себя, я продолжала любить тебя. Даже после всего, что ты натворил! Видимо это действительно настоящая любовь, если именно в эти минуты я продолжаю любить тебя! Я люблю тебя, Тео Рейкин и одновременно боюсь снова ощутить то предательство, боль и разочарование, если вновь поддамся чувствам! — с глаз вовсю текли слёзы, а голос под конец начал напоминать шепот.       — Ты больше никогда не ощутишь его, обещаю! Тебе не нужно бояться меня. Теперь я — другой человек, всё, что было в прошлом и больше не повторится! Знаю, моим поступкам нет оправдания, я и сам не могу простить себя за всё те ужасы и зверства! Но хочу, чтобы ты знала — я тоже люблю тебя, всегда любил, хоть и пытался отрицать! Просто слишком поздно понял свои ошибки. — Тео всё приближался к Мартин, — и очень хочу их исправить, Лив!       — Как бы я хотела, чтобы весь этот кошмар оказался сном! — еле слышно произнесла шатенка и медленно осела на колени, прикрывая лицо руками. Хотелось дать волю накопившимся чувствам.       Рейкин смотрел на девушку и чувствовал, как собственное сердце разбивается на тысячи осколков. Всё, что смог сделать парень, это присесть рядом и не спеша, словно боясь сделать что-то не так, прижал хрупкое, женское тело к себе.       «Она вся дрожит! Неужели так боится меня? Дебил, ненавижу себя за то, что сделал! Просто не могу смотреть на неё в таком состоянии. Вижу, что как она хочет сбежать от меня, но я не отпущу ее, чтобы не услышал в свой адрес! Я буду рядом и не позволю ей страдать!» — Тео прижал сильнее хрупкое девичье тело к своему.       «Какое от него исходит тепло. Когда он рядом чувствую себя в безопасности, и если честно я рада его видеть. На самом деле, как бы я не пыталась обмануть себя, мои чувства никуда не исчезли, я до сих пор люблю Тео. Как бы не старалась говорить сама себе, что ненавижу его или не прощу, всё напрасно! В глубине души я ждала, надеялась увидеть снова родное лицо и сейчас, находясь в такой желанной близости, вдыхая дурманящий аромат, ощущая тепло мужского тела — мне очень хорошо. Всё чего я хочу в данный момент это вот так просто сидеть и обнимать любимого!» — Оливия в ответ обняла широкую спину, постепенно запуская тонкие пальцы в светлые волосы.       Секунда и лица влюблённых соприкоснулись. Лив почувствовала легкую щетину, касающуюся её нежной кожи; как разгорячённые губы коснулись шеи, оставляя влажную дорожку и окрашивая в алый. Сейчас хотелось раствориться!       Но сладостный момент длился недолго и Рейкин отстранился от девушки. Нежно, словно боясь, что Оливия исчезнет, мужчина взял девичье лицо в свои руки. По щекам Мартин текли слезы, а в глазах читалось недоумение.       — Лив, послушай. Я должен тебе кое-что сказать и надеюсь ты выслушаешь меня, а после примешь решение.       В тот день, когда на тебя напала Трейси, в моём сердце что-то изменилось. Глубоко внутри ты зацепила меня, и я хотел узнать, как можно больше о тебе. Когда Лидия сказала, что ты её сестра, не отрицая что был на распутье. Часть меня понимала, что нечего хорошего не выйдет, если использовать тебя в своих целях, но желание обладать могуществом оказалось сильнее.       Чувство ненависти с которыми я шел на протяжении всей жизни, затуманило разум. Я был готов пойти на все, лишь бы получить желаемое, но при этом старался не причинить боль тебе, ведь ты заполнила мой мир и начала делать его лучше. Когда ты оказывалась в неприятных ситуациях, я старался не допустить того о чем бы потом жалел, но однажды сорвался. Моя цель была слишком близко и дороги назад — не было, я просто не мог отступить! В итоге совершил то, чего не должен был!       После этого, каждый день, закрывая глаза я видел твое заплаканное лицо, слышал крики и мне хотелось вернуться в тот злосчастный день и все исправить. Лучше бы в меня воткнули тысячи ножей и оставили умирать, нежели осознавать, как тебе было больно. Ты, конечно можешь не верить мне, думать, что лгу ради своей выгоды — это твое право, но я лишь хочу, чтобы ты знала — я теперь другой.       Прежний я сгорел до тла, оставив после себя лишь пепел, разлетевшийся по ветру. Перерождение сделало меня другим и я готов на всё, чтобы искупить вину, потому что ты нужна мне — Оливия Мартин, я люблю тебя! И несмотря ни на что — буду любить! — мужчина аккуратно стер, скатывающуюся слезу с щеки Мартин и заглянул в её глаза, ожидая ответа.       — Тео, — попыталась уверенно начать уверенно Лив, — когда я приехала в этот город, моей мечтой было воссоединится с семьей; найти ответы на многие вопросы и я даже не могла представить, чем все это обернется: я обрела друзей, узнала тайны своей семьи и встретила тебя.       В нашу первую встречу я поняла, что ты из плохих парней, — девушка слегка улыбнулась и продолжила, — но несмотря на это, ты также оставил след в моей душе и сердце. Все мои мысли занимал только ты и я искренне полюбила тебя. Меня не оставляли надежды на счастливое будущее с тобой, но — выдержала паузу шатенка, — они все были разбиты твоим предательством! Ты сделал мне очень больно, в буквальном смысле воткнул мне нож, только не в спину, а в живот!       Правда даже после этого я продолжаю любить тебя! Каждый раз, когда думаю о том, что хочу обо всём забыть и просто радоваться жизни, передо мной появляются ужасные образы, кровь; доносятся крики и все то плохое, что со мной произошло нахлынывает с новой силой, заставляя задыхаться! Я не могу так! Боюсь снова оказаться мишенью, быть преданной любимым человеком! Я просто боюсь и люблю тебя одновременно — Тео Рейкин!       — Лив…       — Нет, дай мне закончить! — перебила Оливия, — Такая любовь может погубить меня, а я этого не хочу! Сейчас мне нужно спокойствие и быть подальше от всего этого гадюшника! Хочу просто быть рядом со своей семьей! — молниеносно произносила шатенка, в голове которой всплывали образы из Айкина; смех санитаров, боль от ударов по лицу; рыдания, паника, страх. Все перемешалось в один большой ком, заставляющий Мартин говорить в полном ужасе.       «Оливия — дура, зачем ты все это говоришь! Он же сейчас так рядом, можно просто поцеловать Тео и все закончится, будет понятно без слов! Ты же хочешь этого, хочешь быть с ним и забыть все плохое, как страшный сон. Ведь, чтобы двигаться дальше, нужно не оглядываться назад!»       — Всё-таки, ты не простила меня. — подытожил Рейкин, резко поднимаясь с колен. Глаза парня начинали наполняться злостью, а внутри все бушевало от сказанного. Тео понимал, что девушка говорит правду и это душило сильнее прежнего, пробуждая старого зверя.       Оливия подскочила следом, понимая что сказала лишнего и теперь Рейкин взбешен. Вот так несколькими словами можно испортить налаживающиеся отношения.       — Мое прощение тут не причем…       — Нет причем, Оливия! — не сдержал крика парень, — видимо ты действительно никогда не простишь меня! Чтобы я не сказал, чтобы хорошего не сделал — только останусь врагом, как для тебя, так и вашей чёртовой стаи! При одном упоминании моего имени, ты будешь вспоминать лишь боль и разочарование.       Я думал мы сможем начать сначала, но вижу, как ты боишься меня и от этого самому становится тошно! Видимо ты права и твоя любовь погубит тебя! Нужно покончить с этим, твоя жизнь должна быть лучше всего этого, ты больше не должна страдать! Поэтому ты больше меня не увидишь, Оливия Мартин! Прощай!       — Т-тео ст… — прежде чем Лив успела закончить фразу, Рейкин исчез, словно не его и не было рядом. Всё что могла Оливия это быстро вертеться в разные стороны, пытаясь отследить парня или хотя бы увидеть его силуэт. Паника охватывала с каждой секундой, а тьма сгущалась с неимоверной скоростью. По сторонам то и дело слышались пугающие шорохи и звуки, от которых тело непроизвольно вздрагивало.       «Что я за идиотка?! Почему не смогла сказать, то о чем действительно думала? Он ведь и правда стал другим, даже его глаза выглядели иначе — это был совершенно другой Тео Рейкин и я не дала ему и шанса! Неужели он правда ушёл и я его больше не увижу? Нет, нет! Не хочу этого, я должна всё исправить! Я люблю его, люблю!»       — А-а-а-а! — крик души оглушил совершенно пустую поляну, от чего вороны на соседнем дереве вспорхнули. Обессиленная и захлебывающаяся рыданиями Мартин вновь упала на колени, сил держаться больше не было.       — Оливия? Оливия, черт возьми, где ты? — знакомый голос раздался совсем рядом.       «Это не Тео, но такой знакомый голос»       — Оливия! — на поляну выбежал испуганный Маккол и то, что он увидел ошарашело: младшая Мартин сидела на коленях вся в слезах и крови, недалеко от нее лежал обезглавленный труп санитара, а рядом его голова, — Боже мой, Лив! — альфа рванул в сторону девушки и падая рядом на колени, начал расспрос, — Ты в порядке? Что случилось?       — Скот? Как ты тут оказался? — от вечных рыданий голос Лив совсем охрип.       — Мы пришли вытащить Лидию из Айкина!       — Лидия? Вы нашли её? Где она?       — Она в порядке, с ней Стайлз. А где Тео? Он услышал твой крик в лесу и рванул сюда!       — Он… ушел! Прости, не могу... говорить об этом! — Скотт понял все без объяснений и не стал допрашивать подругу. Сейчас явно не то время и не то место.       — Главное, что все закончилось и теперь все хорошо! Всё будет хорошо, — альфа воодушевляюще приобнял Оливию и начал поглаживать её по спутанным волосам.       — Но как раньше уже не будет. — холодно ответила девушка и положив голову на плечо друга, закрыла глаза.       Жизнь больше не будет прежней, и Оливия это прекрасно знала; чувствовала всеми фибрами.