Не должен

— Он… — голос предательски задрожал и Донателло поняв, что не сможет сдержаться, плавно опустился на колени, пытаясь унять дрожь во всем теле. — Он жив. Он не мог поверить, что смог взять себя в руки и помочь выжить младшему брату. Донателло всхлипнул и поспешил закрыть лицо руками, пока слезы текли по его лицу, словно та труба в канализации, где протекала вода.  — Он жив. — повторил он скорее для самого себя, нежели для братьев. Он не смог дальше сдерживаться, поэтому громкое рыдание не удивила находящихся в этой комнате. Мягкая ладонь мастера Сплинтера была как раз нужна Донателло и он, словно мастер был спасательным кругом, а он какой-то слабый мальчик, который не умеет плавать, вцепился в эту мягкую ладонь, громко рыдая.  — Майки жив… — Ёлки- иголки. — выразил свое недовольство младший из черепах, пытаясь вытащить свои нунчаки из стены, куда их со всей силой засунул Рафаэль. Точнее, чуть не засунул вместе с Микеланджело, когда Раф не выдержав его подколы, бросил его прямо в стену. Мастер Сплинтер лишь устало покачал головой, когда один из пар нунчаков младшего из сыновей плотно застрял в стене и он не смог вытащить его, даже уперевшись ногами в эту злосчастную стену.  — Майки, давай побыстрее, а то мы не сможем вовремя прочесать город. - фыркнул второстепенный виновник сей ситуации, когда поднял с пола свои саи, а Лео бросил в его сторону недовольный взгляд, будто бы говоря, чтобы он помог мастеру нунчак. Но Рафаэль не спешил помочь…  — Сыновья мои, вы идите.- неожиданно сказал мастер, заставив всех четверых удивлённо посмотреть в его сторону.-Микеланджело останется со мной. Дополнительные тренировки ему не помешают.  — Но, сенсееей! — тут же заныл Микеланджело, уже с удвоенной силой пытаясь достать свое оружие. — Я могу отлично драться и без дополнительных тренировок.  — Думаю, нужно напомнить тебе, сын мой, о твоём провале? — хитро улыбнулся крыса-мутант, заставив мастера нунчак обиженно надуть губы. Тогда, покидая логово только с двумя братьями, Леонардо чувствовал что-то неладное. Будто что-то произойдёт с ними…  — Хей, балбес… — Рафаэль попытался улыбнуться. Он сидел в комнате Майки, когда владелец сей комнаты лежал на своём кровати и не подавал признаков жизни. Микеланджело лежал без сознания уже третий день и этих трёх дней без смеха и шума хватило братьям по горло.  — Ты же обещал, что будешь доставать меня до конца своих дней… — Рафаэль закрыл свой рот, сдерживая всхлипы, которые так и рвались выйти наружу. — Так почему же ты лежишь передо мной полу-мертвый? Леонардо сполз по стене, обнимая себя и сдерживая звуки рыдания. Не было сил смотреть на двух младших братьев, один из которых находился между жизнью и смертью.  — Кейси, Эйприл, бегите сюда быстрее! — голос Микеланджело был истеричным, но даже в этом состоянии он умудрялся быть серьёзным. Леонардо открыл глаза лишь на секунду и этой секунды хватило на то, чтобы увидеть перед собой обеспокоенное лицо Микеланджело.  — Лео… Скоро при… прил и Кейс…  — Майки, что ты говоришь? — Леонардо почувствовал холодную землю, когда Микеланджело осторожно освободил его от проводов и всякой там штуковины, так же осторожно положив на землю. Шреддер забрал у него слишком много крови и единственный, кто мог бы им помочь это Кейси с Эйприл.  — Ты… Раф и Дон в поря… Нуйся… Донателло схватил голову руками, раздражённо бросив карандаш на пол. Кусок такой нужной вещицы полетел куда-то, врезавшись в стену и закончив свое приключение под столом. Донателло сипло задышал, пытаясь успокоит себя, но звуки аппарата, которая помогает Микеланджело выжить, не выходили из головы. Донателло боялся этого всю свою жизнь. Видеть смерть своих братьев в молодости — кошмар всей его жизни. Он хотел только одного… Видеть смерть братьев только в старости. Поэтому не слышным шагом он шёл к комнате мастера нунчак, по пути следя за дверями комнаты братьев. После того случая ни Леонардо, ни Рафаэль, ни он сам не хотели выходить из своих комнат. А как тут выйдешь, когда буквально все в твоём доме напоминает тебе о младшем брате, который сейчас лежит на кровати в своей комнате, в любой момент готовый умереть? Светильник в комнате Микеланджело, которого они поставили ещё в детстве, потому что младшего из семьи Хамато часто навещали кошмары, освещал безжизненное лицо самого владельца этой комнаты и уснувшего на его руке лицо Леонардо. Донателло тихо подошёл к старшему брату и невесомо коснулся его плеча. Этот жест сработает только на Леонардо или же на мастера Сплинтера, но уж точно не на Микеланджело и Рафаэля. Самому Донателло требовалось что-то среднее, как негромкий голос одного из них.  — Майки? — в голосе Леонардо проскочили безмерное радость, неверие и отчаяние, что Дону стало стыдно, что он просто так разбудил своего старшего брата. Лео несколько секунд смотрел на лицо мастера нунчак и не дождавшись реакций, оглянулся, ища причину его бодрости. — А, это ты, Донни… Ты почему не спишь?  — Лучше поспи ты. — попытался улыбнуться Донателло, когда Леонардо выпрямился, будто бы говоря, что он вовсе не устал. — Моя очередь. Леонардо устало посмотрел прямо в глаза брата и кивнул. Прежде чем выйти из комнаты Микеланджело, Леонардо в последний раз оглянулся на братьев, в надежде на то, что Донни вскочить со своего места и будет радостно орать на весь дом о том, что Майки проснулся. Но… Майки не проснулся, а продолжал лежать на своей кровати, монотонно дыша через какую-то трубку. Рядом с ним, на стуле, где буквально несколько секунд назад восседал сам Леонардо, сидел Донателло, безжизненным взглядом смотря прямо в лицо своего младшего брата. Тогда Леонардо подхватил себя на мысли, что в их жизни все стало безжизненным, когда Майки впал в кому на неизвестный срок. Энергия захлестнула его с ног до головы, а в мозге начали появляться разные идеи, которых он, казалось бы, за пять секунд может сделать. Он сам даже не заметил, как вскочил со своего места и начал бежать вокруг Кейси и Эйприл, которые что-то вкололи в Дона и Рафа. Беспокойство тут же настигло, когда его младшие братья так же вскочили, как и он. Леонардо забеспокоился сильнее, когда не заметил вблизи от себя Микеланджело, который не смотря на серьёзность ситуации умел быть в центре внимания.  — Где Майки? — задал вопрос Рафаэль и Кейси с Эйприл молча показали ему сообщение, где было сказано, что Микеланджело немедленно требует их присутствия на этом месте.  — Он сказал, что защитил вас всех до нашего прихода. — слишком тихо сказала Эйприл. — Шреддер забрал у вас слишком много крови и я вколола в вас адреналин, чтобы вы смогли выжить, но нам нужна была время, поэтому Майки пошёл отвлечь футов.  — Майки… Что?!  — Это может помочь… — согласился на идею Рафаэля мастер Сплинтер. Они все сейчас находились в комнате мастера нунчак, а приборы, которые помогали удерживать жизненные способности Микеланджело, монотонно пикали. Леонардо, до этого сидевший прямо на полу, прижавшись панцирем к кровати брата, поднял взгляд на братьев, друзей и мастера.  — Когда я впал в кому вы же рассказали мне свои воспоминания. — никто в их семье не хотел вспоминать те дни, когда Леонардо--старший из братьев — впал в эдакую депрессию и никто из них не смог ему помочь, пока он не смог покончить со Шреддером. — Думаю, этот способ сработает и на Майки. Тогда ваши голоса смогли мне помочь. Помогли мне, помогут и Майки.  — Я не знаю. — подал голос Донателло, благодарно улыбнувшись Эйприл, когда та поняв, что единственный друг, который понимает её, испытывает не лучшие времена. Под глазами юного Эйнштейна залегли тёмные круги, которые так и кричали, что тот не спал несколько дней и в любой момент может свалится в обморок. Но цена этих бессонных ночей жизнь брата. — Я перестал на сто процентов быть уверенным в науке, когда мы сталкивались с разными существами.  — Это значит, что нужно попробовать? — спросил Рафаэль и Донателло шагнул в сторону Микеланджело.  — Это значит, что надо попробовать. Всё с каким-то напряжением смотрели на то, как мастер шеста бо садится на колени рядом с головой Микеланджело. Донателло вздохнул побольше воздуха, прежде чем рассказать их историю с Микеланджело.  — Хей, Майки, ты же помнишь, что я тебе ответил, когда ты спросил, кем ты являешься в нашей семье? Я же тогда ответил, что ты как солнце. Освещать пути своих близких своей улыбкой не может каждый и нам очень повезло, что ты являешься тем солнцем.- Донателло хихикнул, вспоминая подробности того дня, когда Микеланджело явился к нему в лабораторию с этим вопросом. — Тогда ты ещё обижался на Рафа за то, что тот без спросу взял твой комикс…  — Хей, Дон, ты чего такой без настроения? — Микеланджело как всегда вошёл без стука, но это нисколько не помешало Донателло работать дальше. Надо было создать Панцеробус, а в голове не было мыслей, например как его построить и какие механизмы куда поставить. Донателло, в общем-то, был рад тому, что Майки пришёл, ведь источником большинства идей был его младший брат. Кривой рисунок с панцеробусом Микеланджело все ещё находился в одном из полок его стола, ведь не будет его- не было бы идей создать эту чудо-технику.  — Без настроения? — переспросил Донателло, все ещё не отводя взгляда с белого листа, где должна быть схема по постройке их будущего транспорта перевозки. — Я просто думаю, Майки.  — Ну, не знаю. — Микеланджело грузно рухнул на кресло и покрутился вокруг своей оси, прицепив свой взгляд в потолок. — Ты выглядел точно так же, как Раф, когда тот НЕ ПРИЗНАВАЛ ВИНУ! — закричал он в конце, заставив Донателло испуганно вскочить.  — ДА НЕ БРАЛ Я ТВОЙ КОМИКС! — послышался ответный крик брата, на что Микеланджело даже не обратил внимание. Майки осторожно подошёл к брату, не вставая с кресла, после чего так же упорно, как и Донателло, начал смотреть только на листок.  — Что такое, Майки? — решился через некоторое время спросить Донателло, когда Майки просидел рядом с ним вот так несколько минут. Майки без движений, как цветок без бутона.  — Слушай, я вот думаю… — весьма грустно начал он, -… Лео у нас лидер, Раф- придурок, который только и делает, что портит мой комикс, а ты у нас самый умный и я все ещё не могу понять… Какую роль я играю в нашей команде?  — Ну… — протянул Донателло, собираясь с мыслями, чтобы ответить на вопрос младшего брата. Майки часто приходил к нему с такими вопросами, поэтому он даже не удивился такому ходу мыслей младшего брата. -… Ты бываешь иногда раздражающим младшим братом, который только и делает, что творит глупости…  — Ясно. — грустно усмехнулся Микеланджело, но Донатело внимание на него не обратил, продолжая свое предложение: -… Но если не будет твоих приколов, подколов или других твоих раздражающих качеств, мы станем совсем другими черепахами, ведь ты, как наше солнце, понимаешь? - Донателло выразительно посмотрел на младшего брата, который находился в удивлённым состоянии. — Ты сможешь вытащить нас из каких-то депрессий, помогаешь, когда это требуется и ты единственный, кто сможет открыто сказать нам, как ты любишь нас и после этого на душе становится так тепло. Ты поднимаешь настроение, когда, казалось бы, что его никто не сможет поднять. Ты важная часть команды, Майки, и поверь мне, Лео с Рафом тоже так скажут, только немного по-своему. Донателло немного удивился, когда Микеланджело обнял его за торс, но на это он лишь улыбнулся и погладил того по голове…  — Ты тогда ещё приготовил вечером мою любимую лазанью и заставил Рафа выпить кофе, хотя знал, что тот терпеть его не может. — Донателло снова хихикнул и поспешно вытер слезы, которые уже начали течь по его щекам. — Когда ты спишь, ты выглядишь очень мило, Майки, но, прошу тебя, проснись, ты уже как два месяца лежишь тут и не приходишь в себя. Прошу тебя, очнись…  — Дон… — рука Рафаэля не сильно сжало плечо брата. Поняв намёк, Донателло поспешно встал со своего места и подошёл к мастеру, который попытался улыбнуться сыну. Такая поддержка отца хоть немного, но успокоила Донателло. — Насколько я помню, ты всегда раздражал меня своими приколами. Не знаю почему, но мне это нравилось и когда ты раздражал других… Это… Как бы мне было… Короче, мне не нравилось, что ты раздражал других, а не меня, ведь я же твой брат, Рафаэль, занудство которого ты терпеть не можешь. — Раф слабо улыбнулся, отводя взгляд в сторону, чтобы слезы не потекли. — Я помню тот день, когда ты крупно передо мной провинился и чтобы я тебя простил ты неделю готовил все, что я люблю. — Ну, Раф, ну, прости меня. Я не хотел, чтобы эта краска сделала с тобой… Такое. Зато ты красивый. — Микеланджело попытался улыбнуться, но вынужден был сразу же убегать от темпераментного братца, который поменял свой зелёный окрас на розовый. Краска, которая оттирается только специальным химическим веществом, над которым сейчас работает Донателло.  — Хочешь я куплю тебе новенький комикс про Лигу Справедливости? — Майки еле успел уклониться от настольный лампы, которую бросил Рафаэль. Последний злобно зарычал и ускорился вдвое, захотев побить младшего ещё сильнее. — Раф! Ну, прости меня! Я не хотел тебя обижать! Микеланджело сделал сальто назад, пробежавшись по стене верх, тем самым перепрыгнув через Рафаэля и бросившись в другую сторону. Он ещё долго кричал слова о прощении, пока вовсе не покинул логово, в поисках безопасного места.  — Ты домой все равно вернёшься, маленький ты идиот! — закричал в темноту Рафаэль, смотря на выход в город через канализацию. — Я тебе тогда покажу на что способен Рафаэль! -… и тем же вечером я нашёл на столе коробку пиццы, а на нем было написано моё имя и твой улыбчивый смайлик. Ты приносил мне пиццы целую неделю, чтобы я тебя простил, и я тогда ещё удивлялся, что такой обжора, как ты, тем более профессионал по поеданию пиццы, как смог сдержаться? Рафаэль хихикнул, закрывая рукой глаза. Слезы мирно капали на его ноги, оставляя позади себя мокрые дорожки. И самый темпераментный брат среди братьев Хамато поспешил скрыться в углу комнаты, чтобы остальные не видели его позор.  — Дон прав, что называет тебя нашим солнцем. — начал Леонардо, заняв место Рафаэля. — Ты помогал мне своими поступками прийти в себя и не натворить глупостей из-за своих убеждений. Ты умудряешься влипаться туда, куда не тянет нормального. Взять, к примеру, тот день, когда мы познакомились с Никто. Не знаю почему я вспомнил именно тот день, но я все равно расскажу. Может быть, это поможет тебе найти нас… В тот день я хотел весь день посвятить тренировкам, а ты хотел, чтобы кто-то поиграл с тобой в видеоигры. И так уж случилось, что дома не было ни Дона, ни Рафа…  — Ну, Лео, давай поиграем. — снова заныл Микеланджело, а Леонардо, сражающийся с невидимым противником, просто бросил недовольный взгляд в сторону младшего. — Ты уже так тренируешься всю неделю. Бро, дай своему телу отдохнуть.  — Майки, неделю назад мы только вернулись на Землю. — достаточно мягко сказал Леонардо, покрутив мечи в руках и обернувшись, медленно выставляя перед собой оружие. — Не думаю, что тренировка помешает нам, если вдруг вернётся Шреддер.  — Чувак, Шреддер находится на каком-то астероиде, где холоднее, чем в Антарктиде. — тут же возразил Майки. Лео открыто показывал свое недовольство насчёт слов Майки, но тот даже внимание на это не обращал. Пятиминутное молчание, когда Майки упорно смотрел прямо на Леонардо, а тот продолжал делать свое ката, Микеланджело не выдержал и тяжко вздохнул.  — Бро, перестань, прошу тебя. — Леонардо отвернулся, чтобы не смотреть на Микеланджело. Он упорно продолжал ката. — Ты уже неделю изводишь себя. Лучше, давай поиграем в видеоигры. А вечером я приготовлю тебе твои любимые суши. Леонардо убрал катаны в ножны и устало вздохнув, точь в точь как Донателло, посмотрел на Микеланджело. Он смотрел на него так же долго, как и молчал, но Микеланджело был упрям с детства.  — Чего ты добиваешься?  — Чтобы мой старший брат поиграл со мной в видеоигры. — честно ответил Микеланджело, невинно улыбнувшись.  — Мы тогда играли всю ночь. — Лео хихикнул, вспоминая, как он множество раз проиграл младшему брату и лицо последнего, когда Лео, наконец, смог у него выиграть. — Ты не успевал приготовить суши, поэтому ты просто заказал их. Правда, тебе чуть не стошнило, когда ты попробовал одну из них, но это был самым лучшим вечером в моей жизни. — Лео не стал скрывать слезы на глазах. Он несколько раз моргнул, чтобы сфокусировать свой взгляд на младшем брате, и не твёрдым голосом продолжил: — Прошу тебя, Майки проснись и тогда я поиграю в видеоигры со своим младшим братом. Мастер Сплинтер неслышным шагом подошёл к старшему сыну и положил на его плечо свою мягкую руку. Он не сводил взгляда со своего младшего сына.  — Я знаю, что самый неугомонный из всех вас четверых, это ты, Микеланджело, но тем не менее ты самый мягкосердечный. Наверное, поэтому ты боялся одиночества. Тебе было все равно, кто рядом, главное, чтобы рядом было какое-то живое существо, которое не оставит тебя в одиночестве. Тот день, когда я узнал об этом, я не забуду никогда…  — Микеланджело, тебя что-то тревожит? — смотря прямо в глаза своего сына, спросил мастер. Старшие братья синхронно посмотрели в сторону младшего брата. На вид он выглядел, как обычно, да и постоянная улыбка на лице прежняя. Что в нем не так? Что беспокоит сенсея?  — Просто кошмарные сны. — мило улыбаясь, пожал плечами Майки, заставив мастера нахмуриться, который сразу же понял его ложь, а братьев растерянно посмотреть на отца. — Мастер, Вы же сказали, что сегодня научите нас использовать оружия, так чего же мы ждём? — сразу же перевёл тему маленький черепашонок. Сплинтер мысленно пообещав себя, что вернётся к этому разговору вечером, согласился на идею сына. Когда наступила ночь и черепашки пошли в свои комнаты, чтобы поспать, перед этим, конечно же, немного побегав друг за другом, пока мастер не отругал их, Сплинтер вспомнил о своём обещании самому себе. И когда он хотел навестить комнату младшего из его сыновей, он обнаружил его отнюдь не в комнате, а в гостиной, где он просто смотрел на выключенный телевизор.  — Микеланджело, тебя что-то беспокоит? — присаживаясь рядом с сыном, спросил мутант-крыса. — Возможно я могу тебе помочь, если ты мне все расскажешь.  — Отец, со мной все в поря… — Микеланджело неожиданно замолк. Сплинтер терпеливо ждал ответа своего сына, не сводя с него взгляда. Микеланджело хоть и был маленьким, но некоторые его мысли были как у взрослых, поэтому Сплинтер даже не сомневался, что его младший сын думает о чем-то серьёзным. Микеланджело обнял свои колени, решаясь ответить на терзающий вопрос отца.  — Когда я остаюсь один, мне становится неуютно. — начал он, после чего нашёл точку концентрации в телевизоре. — Мне кажется, будто стены давят на меня, воздуха не хватает и будто бы, что все, что находится вокруг меня пытается меня убить. Всё это происходит, когда я остаюсь один. Я сначала не понимал, что происходит, поэтому в первые дни я проводил больше времени с Вами или братьями, но сколько бы я времени не проводил с вами, даже минута с самим собой мне кажется адом. Отец, я боюсь оставаться один… Сплинтер тогда помог Микеланджело уснуть в его комнате, но укладывать спать каждый раз в окружение света Микеланджело было делом не простым. Например, взять железную хватку мастера нунчак, когда тот даже во сне боялся остаться один. Поэтому следующее время Сплинтер больше времени уделял младшему из сыновей, помогая ему преодолеть свой страх. Это напоминало ему о тренировках Леонардо, когда тот боялся высоты, но с Микеланджело приходилось туго. Сплинтер пытался помочь Микеланджело. Научил медитации, ката, прохождению по комнате с завязанными глазами и потом по целой канализации. Оставлял Микеланджело одного в додзе, пока тот стоял с завязанными глазами. Но ничего из этого не помогало, когда Микеланджело видел мир вокруг своими открытыми глазами. Со временем Микеланджело начал скрывать свой страх за маской веселья, умудряясь обмануть таким образом не только братьев, но и мастера Сплинтера, который свято верил, что Микеланджело преодолел свой страх. Мастер так и не узнает, что в ту ночь, когда он спасал братьев от футов, Микеланджело использовал этот страх, как силу духа. Страх, с которым он научился жить бок о бок.  — Я знаю, что ты победил свой страх, сын мой, так победи же на этот раз. — Сплинтер осторожно сжал руку Микеланджело. — Микеланджело, если тебя не станет, не станет и нас, ведь друг без друга мы не можем жить… Кейси и Эйприл схватились за руки. Как и тогда, когда Леонардо впал в кому, они не решались говорить, поэтому молча стояли позади мутантов, ища поддержу друг в друге. Все трое братьев и мастер напряжённо смотрели на лицо Микеланджело, а сзади стоящие Кейси с Эйприл все сильнее и сильнее сжимали руки, про себя молясь, чтобы с младшим из сыновей Хамато все было в порядке. И тогда…  — Чуваки, от меня так просто… Не избавиться…

… Случилось чудо…

***

 — Майки, ты как?  — Я в порядке, в порядке! Я сам могу ходить и танцеееееваааать!  — Балбес, тебя вообще-то побили футы несколько дней назад.  — Если быть точным, то сорок четыре дня назад.  — Ты, что, считаешь дни до полного выздоровления?  — Дон, я не ты, чтобы впустую тратить время.  — Ну, технически, это ты у нас тратишь время впустую. А я почти всегда занимаюсь полезным делом. Лео с Рафом могут это подтвердить, да, ребята?  — Естественно.  — Это из-за тостера и мотоцикла, так ведь?  — Нет, Дон сам по себе является уникальным.  — Слышал, Дон, они из-за тостера с мотоциклом. Да ещё хором сказали, будто это в привычку вошло.  — Я говорю чистейшую правду, Микеланджело.  — Верю, Раф, верю… Больных не бьют!  — В следующий раз так просто не убежишь.  — Я полностью тебе верю, Раф.  — Да я тебя сейчас!  — Ты хотя бы подожди пока он полностью выздоровеет .  — Идиот…  — Слушайте, я хочу просто выйти из этой комнаты и прогуляться хоть по логову. — Микеланджело возмущённо поднял руки, после чего опираясь на выхваченный шест бо у Дона поспешил улизнуть от братьев, и как думаете ему это удалось?  — В следующий раз я побегу. — угрюмо пообещал весельчак, когда Лео с Рафом перекинули его руки через свои плечи. Он был самым низким из братьев, поэтому не удивительно, что он не дотягивал до пола, когда Раф и Лео встали в полный рост. — Можно я хоть до дивана сам дойду?  — Майки, у тебя сломано практически всё. — фыркнул идущий сзади Донателло. Микеланджело бросил угрюмый взгляд в его сторону и его настроение ещё сильнее испортилось, когда Леонардо с Рафаэлем посадили его на диван, будто хрупкую посуду. Микеланджело молча схватил пульт, потянувшись к журнальному столику, прежде Лео, который потянулся к пульту, с намерениям помочь брату. Микеланджело побурчал себе под нос что-то и включил телевизор, после чего переключал каналы, ища что-то интересное в этих каналах.  — Майки… — тихо позвал брата Леонардо, заставив названного что-то промычать, говоря этим, что он его слушает. — Что тогда произошло?  — Ты уверен, что хочешь вспомнить это? — Майки бросил недовольный взгляд в сторону старшего, после чего не дожидаясь его ответа, продолжил: — Я почему-то уверен, что после услышанного, ты опять впадешь в депрессию и будешь винить себя во всем.  — Я не стану. — пообещал Лео. — Если стану, можешь ударить меня или сделать что душе угодно.  — Ты уверен?  — Да.  — Так ты расскажешь? — поинтересовался рядом сидящий Донателло. И Майки кивнул. Он вдохнул побольше воздуха, чтобы начать ту историю, из-за которой чуть не умерли его братья и он сам.  — Я тогда чувствовал, что что-то не так. Такое бывало со мной не раз. Это чувство было похоже на то чувство, когда мы отправились в подземный город, где нашли тех монстров-друзей. Я не знаю, что на меня тогда нашло, но я выбежал из логово вслед за вами, оставив дома мастера. Он не стал гнаться за мной, просто пожелал удачи… Выбежав из логова, Микеланджело сильнее сжал руки в кулаки и со всей скоростью побежал в ту сторону, где обычно они собирались после патруля. Он провел на тренировках достаточно времени, чтобы его братья закончили патруль. Он готов был закричать от досады, когда на месте встречи не было его братьев и когда он поближе подошёл к крыше того здания, он увидел следы сражения. Следы от катан Лео, дырки от оружия Рафаэля и эти следы вокруг одной точки, будто бы тут сражался несколько людей против одного. В голове сразу же появилась мысль, что на них напал клан Фут. После чего Микеланджело с какой-то злостью побежал в сторону логова Шреддера. Обученный разным трюкам и у мастера, и у братьев, Микеланджело не составило труда найти мрачный «замок» Шреддера и пробраться туда. Режим ниндзя помогал ему не обнаружиться раньше времени. И тогда, бесшумно пробираясь в подвал Шреддера, Микеланджело покрывал недобрыми словами Шреддера и его клан Фут. Не знаю почему подвал, но мастер нунчак был уверен, что эта консервная банка держит его братьев в подвале. И не ошибся, когда увидел самого Шреддера, стоящего перед братьями, которые находились в каких-то стеклянных ящиках, а к их рукам были прикреплены капельницы. Лишь четвёртый ящик пустовал и Майки быстро смекнул, что этот ящик предназначен для него. Он мысленно хвалил себя за чудесное везение, когда быстрым набором номера звонил Кейси, а потом Эйприл. Сообщив, где они находятся и что сейчас братья в опасности, он ждал удобного момента. Но удобный момент так и не настал, а братья на глазах начали бледнеть. Даже всегда сильный и спокойный Лео начал терять сознание. Майки не мог терпеть дальше, поэтому с громким криком он вырвался из вентиляции и напал на Шреддера, не обращая внимание на клан Фут, на Тигриного Когтя, на Рахзара и даже на Острозуба. Всем, что он видел перед собой, были лишь братья. Он не мог сдерживать их долго. Он каким-то образом смог вытащить из капсул братьев и даже как-то снова умудрился позвонить Эйприл с Кейси. Черт, он даже успел сказать Лео, что сейчас приедут Эйприл с Кейси и попытался его успокоить, что оказалось зря, потому что Лео сразу же вырубился из-за нехватки крови. Его медленно прижимали к углу, а он не смел отступать, потому что братья без сознания лежали позади него. Если бы здесь был только он и кто-то из его братьев, он запросто смог бы убежать, но тут все его три старших брата. И тогда появились Кейси с Эйприл. Буквально сметая все вокруг своими шайбами, Кейси помог Эйприл подойди к ним и осмотреть старших, после чего она глазами начала искать что-то, что помогло бы им. Всё, что ей было нужно, находилось здесь, в подвале, и Майки, сразу поняв это, взял на себя роль лидера. - Кейси, защищай Эйприл и ребят любой ценой, а я отведу их подальше от вас. - его тон был необычно серьёзным, будто бы на его месте был Лео, а не Майки. И не успели ребята что-нибудь сказать, Майки быстрым движением оторвал банку с кровью братьев от механизма, которая высосала у них такую нужную жидкость, после чего показав его врагам, побежал в сторону выхода. - За ним! - выкрикнул Шреддер и все они бросились за Микеланджело, лишь парочка футов осталась здесь, но с ними Кейси справился быстрее обычного. Похоже Шреддеру нужна была эта кровь, поэтому не удивительно, что он отправил за Майки весь свой отряд и, дополнительно, себя самого же. Микеланджело бежал изо всех сил. Уклоняясь от атак всех преиспешников Шреддера, Майки про себя молился, чтобы Кейси с Эйприл успели помочь братьям и отвезти их подальше от логова Шреддера. Его поймали почти на окраине города, поэтому не было выхода дальше, чем просто разбить ёмкость с кровью о крышу здания. А дальше он просто пытался защищаться, атаковать в ответ, но Шреддер был жесток из-за провала с этой затеей. И когда Микеланджело рухнул на пол, он изо всех сил старался держать глаза открытыми. Последнее, что он увидел, как подходящий к нему Шреддер остановился и посмотрел куда-то верх, будто там стоят его сильнейшие враги... -... После чего я оказался в темноте и если бы не ваши голоса, я бы никогда не нашёл выход из того кошмара. Они успели спасти его, так почему же его братья сидят молча, сжимая руки в кулаки. Неужели каждый из них винит себя из-за этой оплошности? Мастер уже какой день не выходит из своей комнаты. Кейси с Эйприл постоянно фальшиво улыбаются, лишь один Майки пытается серьёзно убежать от забот братьев. Поэтому, не долго думая, Майки взял со столика джойстик, одним движением руки включив игру. - Поиграем? - улыбнулся Микеланджело, заставив братьев хоть немного, но улыбнуться ему в ответ. Майки поможет им всем прийти в себя. Он обещает.