Долгая дорога домой

Несколько дней сытой, уютной, наполненной радостью секса и общения жизни протекли незаметно, а на пятый день Барнс словно очнулся. Проснулся утром, поцеловал еще спящего, уткнувшегося носом в подушку Брока в макушку и выглянул в окно, где все так же в длинной очереди, которая заново собиралась каждое раннее утро, стояли люди, которые все еще ждали, надеялись на чудо, хотя оно уже произошло и явлено было им. В голове неприятно свербило, что они что-то упустили, расслабились до такой степени, что позабыли обо всем напрочь. Барнс был уверен, что им надо валить. Собираться и валить как можно быстрее. — Брок, — потряся за плечо, он пошел собирать вещи, не дожидаясь, когда Брок проснется, уверенный, что тот почувствует неладное. — Вставай и съебываем отсюда. Тот тут же оказался на ногах, ещё толком не открыв глаз, впрыгнул в одежду и сгрёб в рюкзак всю мелочевку, что успел вытащить за дни ничегонеделания. Он не привык задавать вопросы, когда приказы поступали от Зимнего. Рефлексы сработали идеально, уже через пять минут в комнате не осталось ни одной их личной вещи, а сам Брок стоял у дверей, потирая лицо ладонями. — Что случилось-то, Детка? С чего такая поспешность? — всё-таки уточнил он, держа в руках все три рюкзака. — Не успели, — только и сказал Барнс. Он не понял, что это были за ощущения, но они странно покалывали кожу. Похожее, только гораздо слабее, ощущалось, когда они пользовались кристаллами Ситты и палкой-чистилкой. Но тогда он не придал этому значения, а сейчас понял, что это неспроста. В дверь постучали на секунду позже того, как Барнс закрыл собой Брока. Ничего не произошло. Несколько мгновений ожидания и стук раздался снова. — Я знаю, что вы там, — услышали они красивый, хорошо поставленный мужской голос, который словно был создан для того, чтобы его слушать. — Меня зовут Ангус, я маг, и у меня к вам есть предложение. — А с чего ты решил, что нам будет интересно твое предложение? — слишком спокойно поинтересовался Барнс, прикидывая, что он-то в окно выпрыгнет, а вот для Брока третий этаж мог оказаться проблемой. — Обещаю, я не причиню вам вреда, — продолжал Ангус. — Право слово, господа, давайте не будем говорить через дверь, мы же цивилизованные люди. Барнс обернулся на Брока, молча спрашивая, пускать этого Ангуса, или всадить ему… Жаль, пистолета не было, можно было бы всадить пулю через дверь, а вот арбалет эту деревяшку уже не возьмет. Бросив рюкзаки под ноги, Брок по привычке хлопнул себя по бедру и выматерился сквозь зубы. Не любил он оказываться безоружным, чувствовал себя точно голым в перекрестье снайперского прицела. Верного пистолета под рукой не было, он остался в лесу, заваленный землёй вместе с другим вооружением. — Ну заходи, коль не шутишь, — усмехнулся Брок и, обогнув Барнса, распахнул дверь. Он прекрасно осознавал, что силы неравны, и магу они вряд ли смогут противостоять с одним арбалетом на двоих, каким бы охрененно крутым ни был Барнс. — Ты учти, мужик, если что, у меня есть это, — Брок взмахнул жезлом чистоты. — И ты не захочешь узнать как я могу его к тебе применить. Ангус вошел в номер, закрыл за собой дверь и снисходительно улыбнулся, глядя на жезл, и, не спрашивая разрешения, прошел, усаживаясь за стол. Огляделся, отмечая в край разворошенную постель, треснувшее дубовое изголовье кровати, собранные вещи и хмыкнул. — Мне повезло, что я успел, — он снял свою бордовую мантию, оказываясь под ней вполне прилично одетым в камзол того же цвета. Он погладил свою пижонскую бородку клинышком и продолжил. — Я торопился, чтобы посмотреть на тех, кому открылась тайна тайн, как говаривают некоторые. Но, глядя на вас, вы или не поняли того, что вам открылось, или уже это знали. Нездешние. — Интересно, что ты об этом знаешь, — прищурился Барнс, не скрываясь, наставив на Ангуса арбалет. Тот только усмехнулся. — Ничего. Пока, — Ангус чувствовал себя совершенно раскованно, словно его тут приняли с распростертыми объятиями, а не держали под прицелом арбалета. — У вас есть загадка, у меня — решение. Вы делитесь со мной знанием, и мы вместе его обретаем. — И с хуя ли мы так запросто должны тебе верить? — изогнул бровь Барнс. Он ни на грош не верил этому магу, еще было неизвестно, а маг ли он вообще. От ругательства Ангус скривился, как от больного зуба, но говорить ничего не стал, только вот его пренебрежение чувствовалось, как только он его не пытался скрыть. Барнс был уверен, что он считал их деревенскими неучами, которые не стоят его внимания, но у них было знание, и они могли сыграть на этом. — Слушай сюда, чиж залётный, поняли мы или нет, не твоего ума дела, так что гонор подбери, пока никто не наступил и не запачкался, — хмыкнул Брок, очень стараясь не заводиться. — Ты пока ничего не предложил нам, кроме обретения, а тут мы уж как-нибудь без посторонней помощи. Кровь вскипала в жилах. Он терпеть не мог, когда кто-то начинал давить авторитетом, совершенно не беспокоясь, что у противника вдруг может оказаться длиннее. И если бы не Барнс, Брок послал бы этого Ануса на два советских и очень ёмких слова. Но Детка хотел домой. — Ты же не единственный тут маг? Не единственный. И твоё «успел», скорее всего, значит, что нас не перехватили более сообразительные конкуренты, — подался вперёд Брок, прищурился разглядывая мужика, конкретно так напоминавшего ему Старка, и бесившего равно в той же степени, хотя Тони действительно был гением и много сделал для Детки. — А не то, что мы уйти могли. Так? Та-ак! А теперь посиди, подумай, что ты можешь предложить нам такого, чтобы прямо отсюда не отправиться в пешее эротическое по памятным местам юности? Ангус скривился, похоже, с ним давно никто не разговаривал в подобном тоне, он даже начал делать руками какие-то пассы, но прервал сам себя, иначе посмотрев на Брока и Барнса. — Что ж, господа, вижу, вы не так просты, как мне показалось на первый взгляд, — он оглядел их действительно по-другому. — Я готов заключить с вами соглашение. На выгодных для обеих сторон условиях. Я готов вам заплатить за знание, которым вы обладаете. Отправить вас в столицу, представить нужным людям, чтобы вы могли выбраться из того захолустья, из которого пришли сюда, и начать новую жизнь в славном граде Идели. Я заплачу достаточно, чтобы вы могли позволить себе хороший дом, прислугу и безбедно жить несколько лет, вкушая плоды трудов своих. Барнс посмотрел на Брока. Плоды трудов в собственном доме в столице были чудо как хороши, если просто помечтать, но Барнс хотел домой. Чтобы жить с Броком в какой-нибудь двухуровневой квартире в Нью-Йорке, благо зарплата позволяла, ездить на даже любимую работу, и чтобы не вот эта вот грязь вокруг, даже когда все чисто выметено и выскоблено. Покупать еду в магазине, а не гоняться за ней по лесу. Свет, а не масляная лампа, которая больше чадит, чем горит. Канализация, а не вертикальный сброс. Туалетная, мать ее, бумага, а не вот то, о чем Барнс даже думать лишний раз не хотел. И никакой канадской глуши, даже если там особняк в два этажа. — У меня есть сомнения, что без нас вы в принципе сможете добыть те самые знания, о которых говорите, — осторожно начал Барнс, хотя переговоры не были его коньком. Но коньком Брока они не были точно. — Но деньги и особняк были бы очень кстати, так что мы готовы обсудить ваше предложение. Готовы же? — он ткнул локтем Брока. — Готовы, — примирительно поднял руки Брок, заочно соглашаясь на все идеи, что могут возникнуть в светлой голове Барнса. Сам он привык любые проблемы решать более кардинально. Но тут даже ему было понятно — с той хуергой, что наговорил оракул, им без посторонней помощи не справиться, а чем конкретно этот маг хуже или лучше других, Брок сказать затруднялся. — Поможем, так сказать, друг другу. Брок поднял рюкзаки, положил на стол. Ему надо было чем-то занять руки, как-то отвлечься. Брок привык быть силой, когда другие договаривались и строили планы, солдатом идущим в бой. А в этом мире приходилось бывать всем сразу. Хотелось домой, очень хотелось, а так совершенно без разницы, что столица, что таверна на выселках, но для Барнса хотелось лучшего. — Тогда давайте отправимся прямо сейчас, чтобы мы смогли как полагается скрепить наш договор, — предложил Ангус, поднимаясь и накидывая мантию, словно они уже все решили. — Стоп! — резко убавил его прыть Барнс. — И сколько нам добираться до столицы? — Право слово, — всплеснул руками Ангус, залез в рукава мантии, швырнул из них какой-то пылью и нараспев произнес несколько слов. Посреди комнаты появился овальный, в рост человека, провал. — Прошу. — И откуда мы знаем, что на той стороне нас не поджидает какая-нибудь ловушка? — прищурился Барнс, по коже которого пробежали уже знакомые мурашки. — Нет. Но, вопреки любой логике, он подошел к провалу портала и сунул туда руку. Вернее, попытался сунуть, но портал тут же схлопнулся. Ангус и Барнс резко посмотрели друг на друга, и у каждого во взгляде был вопрос. И звучал он совершенно одинаково: “Что за хуйня?”. Только вот маг сдержался, а Барнс высказал свое недоумение вслух. — Очень интересно… — Ангус в задумчивости похлопал по тонким губам холеным пальцем. — Никогда не видел ничего подобного. Похоже, господа, вам придется добираться своим ходом. Это всего две недели, если на лошадях. Чувствовалось, что теперь они, а, точнее, Барнс, был ему интересен еще сильнее, чем раньше. Ангус поразглядывал их, прикидывая что-то для себя. Брок только что не зарычал, едва сдерживаясь, чтобы при господине маге не съездить Барнсу по заднице за такие художества. — А если бы тебе руку отхватило по локоть? — рявкнул он, чувствуя, что на голове на пару сотен седых волос прибавилось. Выдохнув сквозь зубы, он потёр виски, стараясь унять бешено колотящееся сердце. — Никаких порталов, наностен, пространственных переходов и прочей хуйни. Доберёмся по старинке. — Брок перевёл взгляд на мага и нахмурился ещё сильнее. — Ведь господин Ангус, — он почти прошипел его имя, — обеспечит нас транспортом, чтобы мы до Иделя не добирались на попутках? Ой как не нравился Броку вспыхнувший огонёк неподдельного интереса в глазах мага. Тем более, что интерес тот был направлен на Барнса. Такой взгляд Броку видеть приходилось и не раз: Пирс, старший техник Карсонс, второй техник Прад, ставший в результате определённых событий первым техником и, наконец, Старк. И всем им хотелось, каждому в своей мере, разобрать Барнса на части, разложить на предметных стёклах под микроскопом и посмотреть, как же он работает. — Не оторвало же, — иногда Барнс хорошо чувствовал опасность, особенно если она грозила не ему, а близкому человеку, но вот сам мог запросто вляпаться во что угодно, совершенно не подумав. — Так что, нам пешком идти, или обеспечите транспортом? — Да-да, конечно, — не стал спорить маг, изучая Барнса взглядом. Уже было понятно, что руку он заметил, хотя Барнс и старался прятать ее под накинутым перед уходом плащом, но такое ведь не спрячешь. — Но где гарантии, что вы не обманете меня, направившись в совершенно другую сторону? — Ты нам еще не заплатил, — резонно заметил Барнс. — Так что рассказывай, как нам добираться. — Через час я доставлю вам двух лошадей, денег на провиант и расскажу как добраться, — сказал Ангус. — Вас устраивает? — Устраивает, — кивнул Барнс. — Ждем вас через час. И картинно распахнул перед Ангусом дверь. Тот понял все правильно и вышел. — У нас час, чтобы решить, что мы будем делать, — после его ухода сказал Барнс, подошел к Броку и обнял, успокаивая, поглаживая по спине. — Т-ш-ш-ш, все будет хорошо, не злись. — Я бы тебе голову отгрыз. Если бы это имело хоть какой-то положительный эффект, Детка, — немного устало выдохнул Брок, сдаваясь на милость любимых рук. — Что в нашем мире вы с Роджерсом затыкаете собой все дыры, как бессмертные, что здесь… ничего не меняется. Только, Барнс, тут нет кудесницы доктора Чо, способной сшить вас чуть ли не из разных половин и отпустить через час вновь покорять вершины идиотизма. А, кому я всё это рассказываю. Брок отстранился, вновь занявшись вещами, перепаковывая, перекладывая на нужные места. — Пообещай мне одно, Детка, что бы тебе ни предложил этот мандюк, ты сначала посоветуешься со мной, а не будешь бросаться очертя голову совершать благие поступки. — Брок, — Барнс снова дернул его к себе, теперь уже прижимая сильнее и целуя. Нежно касался губами губ, медленно ласкал их, пока не почувствовал, что Брока отпускает. — Я не собираюсь никуда и ни во что лезть, никого спасать, не буду соглашаться на эксперименты, если сочту их хоть немного опасными, обещаю. А еще я, кажется, чувствую, когда колдуют. — Вообще ни на какие эксперименты, понял? Опасные или нет! Соберёшься головой в капкан лезть — полезем вместе, и никак по-другому, — добавил Брок, целуя в ответ. Лошади, как Ангус и обещал, с лёгким хлопком возникли прямо перед постоялым двором. Брок трижды обошёл двоих пегих жеребцов по кругу, проверил сёдла, упряжь, только что под хвост не заглянул, хотя сам очень слабо представлял, что как должно быть, но не проверить не мог. У него почему-то складывалось впечатление, что они если не вышли на финишную прямую, то хотя бы нашли человека, способного реально чем-то помочь. Хоть и не хотелось думать в подобном ключе об этом Ангусе. — Детка, жратвой я закупился, грузимся — и в дорогу. Маг, кстати, не пожалел золота, — усмехнулся Брок, подкинув на ладони звякнувший золотом кошель. — Можно особо не экономить и ночевать в тавернах. — Я тоже придумаю тебе ласковое прозвище, — мстительно пообещал Барнс, убирая карту в седельную сумку. Эта карта была хороша, подробна, вот только они не могли прочитать ни слова. Странная возможность говорить на языке, который даже не казался чуждым, и понимать его, не давал способности читать на нем. Барнс мучил Марту, которая, как оказалось, умела читать, с полчаса, пока выяснял, как именно и куда им ехать. — Я никогда не ездил на лошади. Давай отойдем пешком, чтобы не позориться. А то такие крутые дяди с арбалетом, а ни читать, ни верхом ездить не умеют. Он вообще посматривал на их транспорт с опаской. С машиной все было понятно, с джетом тоже, а вот с живым, чувствующим существом… И как этим транспортом вообще управлять? Барнс чувствовал, что лучше бы они пошли пешком, потому что не был уверен, что на лошадях будет быстрее. — Я когда-то ездил на лошади, — признался Брок и потёр едва-едва заметный шрам, пересекающий левую бровь. — Мне было пятнадцать, — он взял обоих жеребцов под уздцы и повёл со двора, подальше от людей. — В голове ни одной здравой мысли. Решил выебнуться перед Марикой, доказать, что всё ради её сисек сделаю. Летел я тогда птичкой под громкий девичий смех и больше к этим животным старался не приближаться. Так что нам с тобой обоим в новинку будет. Но как взбираться в седло, я вроде бы помню. Идея с лошадьми с каждым шагом от постоялого двора Броку казалась не самой правильной. Надо было не выпендриваться, а попросить ещё и повозку, чай, не обеднел бы этот Ангус. — Слушай, — протянул Брок, обернулся назад, посматривая на ещё видневшуюся крышу постоялого двора. — А может, нам телегу попробовать купить? — Давай хотя бы попытаемся, — предложил Барнс. — На телеге мы уже ездили, без амортизаторов это ад просто, каждую кочку чувствуешь. Как ты думаешь, почему портал захлопнулся, когда я в него рукой полез? Чистилка нормально работает, а портал вот не захотел. Я понимаю, что в очередной раз интересен мозгляку как подопытный кролик. Заебало. Барнс тормознул Брока, обхватил ладонями его лицо и поцеловал. Как же ему нравилось целоваться, ласкать губами губы, сплетаться языками. Это заводило, будоражило, ласково гладило по хребту теплом. — А ты любишь меня, потому что я — это я, — светло улыбнулся Барнс. — Вот потому мне и приглянулась глушь Канады, — хмыкнул Брок, задумчиво щупая Барнса за задницу. — Насчёт портала не знаю. Но кто знает, какой только херотой на тебя ни воздействовали, пока делали Зимнего. По документам всё легко и просто, но почему тогда сотни Зимних Солдат не вышли из застенков «Гидры»? То, что ты у меня самый особенный — это да, но было же что-то ещё. Вот, может, оно и сбивает магию более высокого порядка, чем чистилка для одежды? Брок и так, и эдак крутил ситуацию с порталом. Хорошо было бы разобраться, почему именно такая магия отступила, и что пошло наперекосяк. Возможно, всё было в том, на что производилось воздействие. Одно дело — согреть воду или выстирать одежду, но совсем другое — перемещение, да и другая любая магия, направленная конкретно на человека. Но как понять? На Барнсе он эксперименты ставить не даст ни при каких условиях. — Ну давай попробуем лошадей, хотя я заранее голосую за телегу. — Тебя подсадить? — рассмеялся Барнс, еще раз целуя Брока. — Кстати, раз у нас лошади, давай метнемся, заберем наше оставленное добро? Тут же недалеко. Настроение Брока сразу пошло в гору. В столице было проще загнать награбленное, особенно не привлекая внимания, да и оставлять всё под «дубом» врождённая бережливость не могла так легко позволить. — Нет уж, я сам. Ты не подсадить, а за жопу меня лишний раз прихватить хочешь, — оскалился Брок. — А то я не знаю. Чувствую, трахаться под каждым кустом будем, пока доберёмся до Иделя. Первое время Барнс привыкал к манере ходьбы своего скакуна, вспоминал вестерны, в которых ковбои резво скакали на лошадях, держа прямо спину, но не проникался верховой ездой. Поглядывая на Брока периодически, он был уверен, что тот тоже не испытывает большого восторга от передвижения верхом, и не важно, что тренированные мышцы не должны были сильно бунтовать, это был совершенно новый для них обоих вид нагрузок. С заездом за добром, в первой таверне у себя на пути они оказались ближе к полуночи, потому что Барнс просто уперся рогом, ведь Марта ему сказала, что таверна будет. И действительно, она была. Чистая, опрятная, но не сильно богатая, да им уже было все равно, оба вымотались до последнего предела с этой верховой ездой. О сексе даже речи не шло. Барнс почти на руках дотащил Брока до их номера, раздел и уложил его в постель, скинув и с себя вещи. Устроился рядом и они проспали до утра. На утро Барнс поймал тавернщика за жабры и долго выяснял, есть ли у него на продажу телега, или двуколка, или экипаж какой. Выяснилось, что у хозяина есть крытый парусиной фургон, хорошо подходящий для дальних поездок. Сговорившись за небольшую, по меркам Барнса, плату, они получили фургон и перину впридачу, уж больно Барнс хотел комфорта, хотя ночевать под открытым небом они пока не планировали. Лошадей впрягли, хотя конюх и сокрушался, что таких животин да под ярмо, но Барнс был непреклонен и еще одну лошадь покупать не собирался. Дальше их путешествие не стало проходить быстрее, зато сильно прибавило в комфорте, и дорога пошла веселее. Погода становилась все теплее, и можно было спокойно ночевать на улице, что они и делали, оставляя лошадей на конюхов в тавернах, которые проезжали, а сами спали в своем фургоне. И дешевле, и удобно, и просто романтично. Барнс каждую такую ночь обнимал Брока, почти наполовину укладываясь на него и, наверное, если бы мог, урчал бы от удовольствия быть настолько близко к любимому мужчине. Броку так вообще это путешествие казалось чуть ли не медовым месяцем. Они были только вдвоём, только друг для друга, постоянно рядом, касались невзначай, целовались, словно подростки, сталкиваясь носами. Брок воровал для Барнса какие-то ягоды, хотя им по карману было всё это купить. Зато как радовался Барнс ярко-лиловым, похожим на крупную клубнику ягодам, пахнущим уж слишком экзотично даже на его вкус. Они проезжали деревню за деревней, в каждой из которой кто-то им да помогал, подсказывал, пытался подружиться и зазвать к себе. Но они махали в ответ, загружались в фургон и ехали дальше. Чтобы яркой лунной ночью лежать на перине и снова быть только друг для друга. Чем ближе они подъезжали к столице, тем больше было деревень и постоялых дворов, тем меньше хотелось останавливаться в этой, казалось, суматохе после размеренности и неспешности дальних деревень и сел. Идель стоял по обеим берегам широкой реки, и Барнс помнил, что к магу им надо на правый берег, а они въезжали по левому. Замок своими башнями и высоченными салатовыми шпилями возвышался на правом, высоком берегу реки и казался неприступным. Похоже, вся знать, а также кварталы магов, университет, храмовый квартал и прочие чиновники и богатеи жили на правом берегу, а простой люд — на левом. — Давай сегодня не поедем к магу? — предложил Барнс, когда они таки въехали в город, миновав местное КПП, как он его для себя окрестил, и заплатив положенную пошлину. — Остановимся где-нибудь поближе к реке, а то здесь ну совсем все печально, — они проезжали довольно бедные кварталы с узкими улочками, и Барнс опасался, что на них нападут, хотя выглядели они не особенно богато. — Отдохнем день-два, а потом уже… Я люблю тебя. Барнс повернул голову Брока к себе за подбородок и коротко поцеловал, облизнув его губы кончиком языка. Приобняв Барнса за плечи, он посмотрел на расстилающийся перед ними город, на замок вдали. Сколько они уже здесь, в этом мире, обретаются? Три недели? Ещё чуть-чуть — и будет уже месяц. Он многое им принёс, подарил возможность услышать друг друга, понять важность. Сколько бы они ходили вокруг да около там, в Нью-Йорке? Сколько бы Барнс ждал, думая лишь вскользь? Сколько бы Брок наблюдал за золотой парочкой, пока бы не отнёс заявление об уходе Фьюри? Никто теперь не скажет. Теперь они были друг у друга, шли вперёд, имея общую цель и всё возможности справиться с неожиданным пиздецом. — Да уж, Детка, — хмыкнул Брок, повёл носом, стараясь не вдыхать запах нечистот. — Что захудалый городок, что столица — люди одни и те же и гадят одинаково. Тоже не хочу вот прямо сейчас к этому магусу ехать. Ничего, подождёт. Но в этот раз гостиницу выбираю я. На левом берегу выбрать что-нибудь приличное не получилось. Броку хватало одного взгляда на вывески и обшарпанные двери, чтобы развернуться и продолжить поиски дальше, да и обретавшийся вокруг контингент не способствовал желанию знакомиться с хозяевами. Слишком многого они насмотрелись в пути. И лишь когда они пересекли вычурный кованый мост и копыта лошадей бодро зацокали по чистой мостовой, Брок немного расслабился и переключился на более благожелательный лад. — Нахрен, — махнул рукой он, снова забираясь в телегу. — Поехали ближе к центру. Что за больные люди? И вроде место удачное, чисто, но вид из окна на нищую грязную голытьбу приписывать к стоимости, это уже перебор. Мол, смотрите, где вы могли быть, а пропиваете своё добро у нас, добро пожаловать. И там, и там же люди. — Брок притянул к себе Барнса. — Нет, Детка, валить надо из этого средневековья. Страшные люди. С местом отдыха Брок определился только ближе к вечеру. Он и сам не мог понять, чем его привлекла именно эта гостиница, больше снаружи похожая на пряничный домик. Спрыгнув с облучка, он расставил руки в стороны и весело подмигнул Барнсу, мол, прыгай, поймаю. За что и получил рюкзаком в лоб и громкий заливистый смех впридачу. Внутри было так же чисто и благообразно, как и снаружи. Брок уже мысленно простился с полутора десятками золотых монет, но промолчал, надеясь, что и Барнсу здесь понравится, и они смогут ещё пару деньков ни о чём не думать, посвящая их друг другу. — Что встали в дверях, как две колоды? Или входите, или проваливайте, нечего честной женщине вид загораживать! Брок аж присвистнул, а обернувшись, и вовсе выпал в осадок. Не ожидал он от милой старушки, держащей в руках странного рогатого кота и ласково почёсывающего его промеж ушей, такого командирского голоса. — Мы комнату снять на пару дней хотим, — сразу озвучил цель визита Брок, решив не тянуть кота за яйца. — Нищим не сдаю, — рявкнула хозяйка, окатив их таким взглядом, что захотелось вытянуться по стойке смирно. — А чего это мы нищие? — прищурился Брок. — А чего это от вас несёт, как от ямы выгребной? — в тон ему ответила старуха. — Ну заходите, коль не шутите. Когда Брок выбрал гостиницу, Барнсу уже было все равно, где они остановятся, потому что тягать за собой фургон было крайне неудобно на правом берегу, а на левом стыдно. И это хорошо еще, что их на правый берег пустили, а то стража, которая стояла в конце моста, не вызывала ничего, кроме опасений, что их сейчас развернут, а на правый берег можно будет попасть только по высокому приглашению или какая-нибудь подобная муть. Но нет, похоже, они еще проходили какой-то ценз. — Хозяйка, — устало улыбнулся Барнс своей самой обаятельной улыбкой, которая коснулась и глаз, такие улыбки он дарил когда-то матерям девушек, с которыми ходил на танцы, обещая, что с их дочерьми ничего не случится, — мы заплатим. Нам нужна комната на двоих, купальня, ужин на четверых в комнату и покой. Вот что его бесило, так это то, что тут не просто оценивали по одежке, тут не было прейскуранта, хозяйка вынимала свои цены из головы, и невозможно было угадать, сколько она запросит. Или Барнс так чего-то и не понял за те две недели, что они провели в пути. Комнаты не поражали воображение какими-то особыми удобствами. Всё как и везде, разве что чище и добротнее, но Броку уже было не до чего, устал он ползать по дорогам и весям, и объяснять в каждом новом месте, что не баран, гадить по углам и жрать занавески не будет. Быстро скинув вещи, хотели уже спуститься в купальни, как взгляд Брока привлекла дверь рядом с уборной. — Детка, у нас тут оказывается всё включено, — присвистнул он, оглядывая что-то наподобие ванной комнаты, водопровод и тот имелся. — Что, ты хочешь сказать, что прогресс докатился до этих мест? — скептически поинтересовался Барнс, осматривая ванную комнату с большой ванной, в которую они точно вдвоем могли влезть. — Если все это работает, то это круто. И все равно, сладенький, никакой канадской глуши. — Зарубил ты мою мечту ходить весь день в одной ковбойской шляпе на корню, Детка, — притворно вздохнул Брок, стягивая изрядно обрыдший за последние недели плащ. — Да, меня бесят ковбойские шляпы, — усмехнулся Барнс, тоже принимаясь раздеваться. Хоть у них и была возможность чистить одежду магией, он как-то побоялся эту магию расходовать впустую, когда есть другие возможности почистить одежду. — Слушай, нам нужны услуги прачки и портного, — Барнс стаскивал с себя ботинки. — Я уверен, что хороший портной сможет сшить нам штаны, как наши, только с тканью надо определиться. Потому что вот в этом, — Барнс стянул с себя рубаху, купленную еще в уже безумно далеком первом городишке, больше похожем на большую деревню, — я ходить не собираюсь. А сейчас уже, считай, лето, и мне постоянно таскаться в кожанке банально жарко. Я, конечно, понимаю, что хорошего трикотажа у них тут нет, но надо что-то придумать, а то местная мода меня прямо угнетает. Стащив с себя все, Барнс бросил одежду на пол неаккуратной кучей и принялся в ней копаться. Облизав его взглядом, Брок вошёл в их личную купальню, дёрнул за неприметную, сделанную в форме веточки ручку и почти счастливо выдохнул, когда сверху водопадом хлынула горячая вода. — По крайней мере понятно, за что она такие деньги дерёт, — пробурчал Брок, подхватил первую попавшуюся баночку, сбил крышку, понюхал и щедро ливанул в чашу для купания. По купальне пополз терпкий запах разнотравья, вода вспенилась, заискрилась мириадом крошечных пузырьков, напоминая о цивилизации и том, как однажды Брок нашёл в ванной одной из конспиративных квартир флакон с детской пеной для купания. — Детка, бросай всё и бегом сюда. Смотри, какая хрень прикольная, — крикнул он, когда в воздух взмыли десятки разноцветных мыльных пузыриков. Барнс, увидев пену, обрадовался, как ребенок, и быстро нырнул в чашу, оказываясь напротив Брока, тоже весь в искрящейся пене. Ноги полностью вытянуть не получилось, но он устроился так, чтобы пальцами ноги ласкать член Брока, невинно улыбаясь ему. В горячей воде было хорошо, а осознание того, что это водопровод, как-то очень-очень грело душу и даже расслабляло. Хоть что-то знакомое и понятное. Близкое к их родной цивилизации. — Пару дней, да? За которые мы просто отдохнем с дороги. Если этот маг не припрется к нам раньше, каким-то образом узнав, где мы остановились? — уточнил Барнс их планы на ближайшее время. — И, знаешь что, надо как-то научиться читать на местном языке, а то мне неуютно. Постоянное ощущение, что меня хотят наебать. Протяжно застонав, Брок откинулся на бортик чаши, позволяя Барнсу творить с ним всё, что тот захочет, наслаждаясь желанными прикосновениями. — В книгах не раз встречал упоминание о том, что магия — штука почти всесильная и полезная, и что за деньги нормальный маг сможет научить щелчком пальцев чуть ли не балетные па выдавать. Что там письмо да чтение. Предлагаю проверить, но обойтись без нашего мага. Обратиться к кому-нибудь со стороны. Нечего ему знать, что мы чего-то не знаем и не умеем, целее будем. — Знаешь, я бы не стал проверять, как на мне магия работает, — буркнул Барнс, продолжая ласкать Брока. Хотелось обхватить член губами, но он продолжал нежно касаться его пальцами стопы. — А то не так сработает, и забуду вообще все, что знал. У Барнса были странные ощущения. Он боялся кому-либо доверять, везде ища и чуя подвох, даже там, где его не было. Ему постоянно казалось, что их хотят обмануть или ограбить, и поэтому чувство опасности постоянно сбоило, подкидывая фантомов. В лесу было проще, но лес его задрал однозначно. — Слушай, самое страшное, что с нами может сделать Ангус, — попытаться нас убить, а это не так просто, — Барнс не сказал, что это его не так просто убить, а вот Брок был обычным человеком. — Может, расскажем ему все как есть? Я уверен, что у него есть способ докопаться до правды так, и он его применит. А теперь иди ко мне, я буду тебя обнимать. Дернув Брока за ногу, Барнс хотел, чтобы тот пересел, облокотившись на него, так было бы удобнее ласкать и приятнее просто быть рядом. За эти дни, которые они просто ехали в столицу, да и за те, что добирались до оракула, Барнс привык к тому, что Брок постоянно рядом. И ему не хотелось ничего менять, он даже не боялся этой свой привязанности, желания быть вместе, близко-близко. Он вообще ни о чем не думал, просто плыл по течению. Удобно устроившись в объятиях Барнса, Брок прижался спиной к его груди, откинул голову назад, зажмурился, чуть ли не урча, плавясь под ласковыми касаниями сильных пальцев. Он прекрасно помнил, как Зимний этими самыми руками стены проламывал и глотки вырывал. А теперь гладит. Едва касаясь, боясь лишним движением боль причинить. И от этого странного диссонанса всё внутри таяло, растекалось сладким горячим сиропом, заставляя всё искриться. — А если экспресс-обучение на мне проверить? Ты же у меня сам по себе волшебный на всю голову, а так хоть кто-то будет в курсе всего, что происходит вокруг. К тому же ты со скоростью обучаемости Зимнего грамматику недели за полторы освоишь вполне самостоятельно. — Ага, припремся в местную библиотеку и учебник попросим? — скептически хмыкнул Барнс, чувствуя, как расслабляется, успокаивается, словно добравшись до пока что конечной точки их маршрута, они получили передышку перед чем-то, что закрутит их водоворотом событий. — Давай лучше тебя приоденем поприличнее и выучим грамоте, а я при тебе буду телохранителем, а им грамоту знать не положено. Как тебе мысль, а? Брок тихо фыркнул, коснулся губами шеи Барнса, сходя с ума от того, как у того учащается пульс, сбивается дыхание от такой нехитрой ласки. — А ничего, что у меня рожа бандитская и это ты тот самый красавчик из кинохроник, от которого до сих пор текут все цыпочки ЩИТа? Давай уж ты отыграешь сына разбогатевшего неожиданно торговца, решившего хоть ребёнка в люди вывести? М? — Брок развернулся, оказываясь с Барнсом лицом к лицу. — Давай, Детка, соглашайся, тебе определённо пойдут шелка. Барнс задумался, целуя Брока. Он чувствовал, что им надо как-то слиться с этим миром, хоть немного в него интегрироваться, но чувствовал, что времени на это у них катастрофически мало, что-то приближалось, и весь тот запас спокойствия, который у них был, они уже выбрали. — Давай домоемся, поужинаем, и я метнусь по дрянной части города, хоть послушаю, что говорят? — предложил Барнс. Уж где-где, а в низах грамота была совершенно ни к чему. Что Барнс собирался узнать в Нижнем городе, было совершенно неясно. Он и сам не смог бы сказать, что ему там надо, именно что послушать. Он даже прикинул, что наденет тот деревенский прикид, сохранившийся еще от Рады, чтобы слиться с толпой. — Смотайся, — кивнул Брок, вылив на ладони немного жидкого цветочного мыла. — Только не ввязывайся ни во что, пожалуйста. И заодно узнай, к кому из кузнецов сходить можно будет, чтобы сбыть ножи, задолбался я их таскать, — пожаловался он, деликатно опустив, что большую часть времени рюкзак с награбленным добром либо ехал на плечах Барнса, либо вовсе в фургоне. Сам он думал пробежаться-таки, пройтись на богатой части города и узнать что и как тут с работой. Брок не тешил себя надеждой на быстрое разрешение их проблем. Что-то подсказывало, что маг будет тянуть до последнего, чтобы рассмотреть Барнса как можно внимательнее, а уж если они расскажут, кто такие и откуда, то и вовсе не отпустит, но говорить вслух не стал. А так прогуляется. Должны где-то наёмники заказы получать. Вдруг и гильдия целая найдётся? — Сладенький задолбался таскать железки? — с легкой издевкой протянул Барнс, но тут же продолжил совершенно другим, жарким шепотом на ухо: — Конечно, найду. Но сначала мы используем остатки масла. Я точно помню, что еще раз нам хватит, ты же не против, сладенький? Барнс обхватил член Брока ладонью уверенно и сильно, лаская головку большим пальцем, а металлическая рука терзала сосок. Губами он исследовал шею Брока, наплевав на мыльную пену. Раз они собираются не только ждать, что будет дальше, а и сами вступить в игру, Барнс хотел насладиться этим вечером по полной. У них было еще полно времени, и он собирался использовать его с толком.