Открытая дверь

— Ты вновь не запер дверь?.. — Я держал ее открытой для тебя. — Антон... Ну сколько можно повторять... — Да что случится?! У нас домофон стоит! ******************************       Арсений редко когда задерживается на работе, но в этот раз мужчины уже второй час не было видно. За окном уже давным давно солнце село за горизонт, а тьма окутала город, и лишь блеклые фонари не давали одиноко бродящим людям сбиться с пути.       Антон волновался. Попов обычно всегда предупреждал, когда останется чуть подольше или ему нужно будет проводить кого-то. Нет, Шастун не ревновал. Ревность уже давно прошла, когда он понял, что Попов к девушкам ничего эдакого не чувствует, а отказаться проводить не может, ведь «ночью опасно, вдруг что с ней случится?».       Но на этот раз ни одного смс от парня. Ни одного звонка. Антон сам уже который раз названивает Арсу, нервно теребя свои браслеты. Он нервничал. Как не нервничать, когда такого наивного питерского мальчика, не привыкшего к гопоте, могут запросто ограбить. Или того хуже, изнасиловать и убить. Хотя кто в наше время насилует парней в подворотнях?       Внезапно в доме погас свет, что напугало Шастунишку. Такое случалось раз в несколько недель. У кого-то пробки вылетали или же рабочие посреди ночи решили отремонтировать что-то. Антону не очень была интересна причина сего явления, его больше волновали его собственные страхи.       Обычно, когда такое происходило, Арсений всегда оказывался рядом, отвлекая свою пугливую швабру от посторонних звуков и успокаивая. И каждый раз он делал это разными способами: в первый раз он включил все фонарики и расставил их по всей комнате, сделав ее еще светлей и ярче, чем она была с включенной лампочкой. Во-второй раз, он отвлёк его просмотром фильмов на ноутбуке, причем Арс прижимал парня к себе, обнимая, и держал того за руку, иногда с нежностью и любовью поглядывая в его глаза. Следующая такая ночь была жаркой и страстной, юноша даже и забыл о своем страхе. В последний же раз Попов устроил ему романтическое купание в ванной. Этот придурок не просто расставил ароматические свечи, он не поленился лепестков роз где-то купить.       И вот Антон опять наедине со своим страхом, на этот раз в полном одиночестве и с 5% зарядки на телефоне. Каждый шорох, треск и свист ветра за окном пугал его до мурашек. Парень продолжил названивать Попову, но тот активно продолжал сбрасывать трубку и игнорировать его мольбы спасти от темноты.       И вот телефон полностью разрядился. Экран потух и отказывался загораться, как бы Шастун не просил об этом. От страха быть схваченным монстром, Антон залез на кровать под одеяло с головой и, вздрагивая от каждого звука, парень иногда выглядывал, проверяя включили ли свет, но, понимая, что все еще окутано мраком, тут же прятался обратно в свое укрытие и продолжал ждать, надеясь, что его мужчина вскоре вернется и обнимет, как он делал это всегда.       В какой-то момент парнишка услышал, как старая деревянная дверь медленно скрипнула и захлопнулась. Шастун обрадовался и, укутавшись в одеяло, как в защитный кокон, медленно слез с кровати и направился в коридор встречать возлюбленного. ****************************       Арсений вернулся домой поздно. Он задержался на важном совещании до 10, так еще и вызвался проводить двух девушек до дома, хотя ему было совсем не по пути. Антону он позвонить на совещании не мог, даже написать не имел право, а когда оно закончилось, Антон уже был «вне зоны доступа» и компьютерный голос просил оставить сообщение, чего парень конечно же делать не собирался.       Входная дверь в квартиру была как всегда открыта, от чего голубоглазый лишь закатил глаза и вошел в квартиру, закрыв дверь на все замки. — Тош, ну сколько раз тебе повторять: запирай входную дверь... — Начал причитать мужчина, снимая верхнюю одежду.       Он щелкнул выключателем, но свет не включился, так что он щелкнул еще раз, выключив его. Еще даже не войдя в квартиру он заметил, что электричества нет: темные окна квартир, которые он списал на то, что все спят, открытая дверь домофона, темная лестничная площадка, не работающий лифт. Но проверить же надо. — Тош... Тош, не молчи, ты меня пугаешь. — Сказал Арсений, после длинной паузы.       Он достал телефон, чтобы включить фонарик, и сделал пару шагов в сторону спальни, где по идее должен быть его Шастунишка, но наткнулся на что-то на полу. Он включил фонарик и посветил на пол, чтобы понять на что он наткнулся. Когда фонарик включился, по телу Попова пробежал холодок, а потом сильная боль. Он стиснул зубы и прикрыл рот рукой, а потом опустился вниз, не в силах сдержать слезы.       На полу, завернутый в одеяло пропитанное кровью, лежал его мальчик, без единого намека на признаки жизни. Дрожащей рукой парень прикоснулся к нему и, будто пытаясь разбудить, подергал за плечо. — Тош... — дрожащим голосом, произнес мужчина и приподнял его немного, чтобы прижать к себе и обнять.       Попов, всхлипывая, провел рукой по мягким волосам парня. Его тело было еще теплым, но сердце уже не билось. Он чувствовал, как его белоснежная, выглаженная утром Антоном, рубашка пропитывается кровью того, но сейчас Арсению было плевать на это. Он вызвал скорую, хотя понимал, что цепляется за ложную надежду, и парня уже не спасти. Он продолжал гладить его волосы, медленно переходя на щеку. — Тош... Ну я же просил тебя. Просил тебя запирать эту гребаную дверь!..- Уже переходя на тихий плач, проговорил мужчина.       Внезапно он услышал скрип половиц в гостиной и насторожился. Он взял первое, что попалось под руку, чем оказалась зонт, и пошел в комнату.       Включился свет. Попов привык к свету и увидел открытое окно, через которое и удрал преступник. Что было странно, ведь этаж был десятый. Запирайте двери.