Массажист Джерарда

***

      - Джер, успокойся, тише… давай просто поговорим, ладно? – Том предпринимал любые попытки остановить этого зверя. Его голос дрожал, лоб покрывался маленькими капельками холодного пота. Тело замерло в ожидании проникновения.       - Закрой свой рот, - сжал его бедра до боли и одним движением вошел на всю длину, отчего Том прижался к стене и вскрикнул. Да, накануне его возвращения домой он успел перепихнуться с Эрном, но и более-менее разработанные мышцы не спасли от всеобъемлющей боли.       Джер двигался быстро, грубо, не удосуживаясь даже подрочить Тому, хоть чем-то смягчить его участь. Куда там. Слишком заботился о себе. Нельзя было давать ему столько пить: становился крайне неадекватным, как те военные в отставке. Сидят в барах, пропуская уже нную рюмку, а потом крушат все, что видят, и черт к ним кто сунется. Разъяренный майор не хуже бешеного медведя. И тело Тома он, Джер, также не щадил. Бил больно, оставлял глубокие царапины на белоснежной коже, следы укусов, засосов. Метки. Держал в голове, что не все сойдут через несколько дней, и когда Том приедет к Эрну, то принц все заметит. Он так этого хотел, безумно, одержимо. Пусть увидит, пусть поймет, какая шлюха его любимый блондин.       Слезы Тома не прекращались. Даже то, что брюнет попадал по простате, не очень спасало. Моральное состояние было еще хуже. Он никогда бы не подумал, что Джер решится на изнасилование. Хотя, ввиду некоторых событий… квотербек и не на такое мог решиться. Бешеный монстр. Что ж с ним не так? Почему он ведет себя, словно страдает раздвоением личности? Вот он, добрый, веселый, составляет компанию Тому, рассказывает смешные шутки… и вот он, уже другой. Насилует, делает больно, оскорбляет.       Почувствовав, что ему легче двигаться, Джер ускорился и кончил внутрь, вжимая Тома в стену. Тяжело дышал, пытаясь в себя прийти. И отошел тут же, вытаскивая член. Кровь, сперма. Порвал его. Стоит и просто смотрит, как Том сползает на пол, сворачиваясь клубочком, плачет, вытирает слезы ладонью. Поднимает вдруг взгляд на Джера и просто смотрит. Словно спрашивает «За что ты так со мной в который раз?».       А Джер просто уходит.

***

      Три дня они проводят в тишине. Том старается поменьше бывать дома. При любой удобной возможности ускользает куда-то, даже в тот же парк в квартале от них. Сидит, обнимая свои колени руками, и плачет так горько. Не понимает, почему все так. Светлый лучик в виде Эрна рассеял всю тьму на какое-то время, но сейчас, когда его рядом нет – все снова серое, болезненно серое. Словно дождь идет не переставая, но не на улице, а в душе.       Когда сестра Эрна уезжает, Том идет домой и собирает вещи. Джер как раз ненадолго ушел, может, удастся убежать и не застать его. Ну да, когда это ему так везло?       - Куда собрался? – хриплый голос раздается за спиной Тома, отчего кровь холодеет в жилах.       Блондин разворачивается и видит Джера, облокотившегося плечом о дверную раму, тем самым перекрывая ему путь к отступлению.       - Переезжаю к Эрну. Не хочу тебе мешать, - шепчет, делая шаги назад по мере приближения Джера.       - А с чего ты взял, что ты мне мешаешь? Останься, мы с тобой неплохо проведем время, - моментально хватает за плечи и прижимает к кровати, не давая тому и дернуться. Том не выдерживает и плачет. Ничего не случилось еще, но его моральное здоровье слишком сильно расшатано, нервы сдают, он больше так не может.       - Я умоляю тебя, оставь меня в покое, - только и может произнести блондин, хватая двумя руками его запястье. – Джер, пожалуйста, дай мне жить…       И тот вдруг замирает, ослабляя хватку, проводит большим пальцем вдоль набухшей вены. Склоняется и утыкается лбом в грудь Тома, тихо дыша. Блондин не шевелится; он уже боится сделать хоть что-то не так. Вспоминает, как было больно, как он днями не переставая мазал задницу, заживляя трещины.       - Джер, пожалуйста, пожалуйста…       - Нет, я не отпущу тебя никуда, даже не проси. Ты мой, - обнимает его и ложится на кровать, перемещая Тома вверх, укладывая на свою грудь. Крепко держит, фиксируя его ноги. Том только плачет, дрожит, и совершенно потерян.       Хочет сказать «Я не твой», но слова застряли в глотке.       В один из крайне пасмурных дней Джер застает Тома в ванной с перерезанными запястьями. Судя по цвету теплой воды, крови утекло немало. Сам малыш бледный, взгляд стеклянный. Джер пытался его спасти, и скорая быстро приехала, но оказалось слишком поздно.       В первый и последний раз Том сдался.       Джер последним кидал горсть земли на крышку гроба и шептал слова прощения. Слез уже не было. Эти 80 процентов воды, из которых состоит организм человека, вытекли еще в ванной. Эрн смотрел на Джера практически всю церемонию до этого. Смотрел уничтожающим взглядом.       Божья кара все-таки есть. Она наступила в тот момент, когда Джера застрелили в этой самой квартире.       - Ненавижу папарацци.