О несбывшемся

Лита снова Тесея целует – пряно, прохладно, остро. Но голова ее остается ясной и трезвой. Мир вокруг ни на миг не становится каруселью, а земля под ногами совсем не дрожит. И пускай. Значит, ей только это и остается.

***

Лита хорошо помнит: пыльный чердак, теплые-теплые руки в веснушках и тщедушный птенец ворона в сложенных лодочкой ладонях. Протянул ей доверчиво, как будто сердце свое передал. Жаль только, что забыл забрать назад. Глупый. Несносный. Всегда был таким. И всегда останется.

***

С тех пор много воды утекло, много ветров отшумело. Выросла Лита. Больше спать но ночам не боится, и горло терпко не сжимают невыплаканные слезы. Лита целует мягкие губы остро и пряно, улыбается тонко, насмешливо. Ничего не боится. Никого не любит. Знает: так – правильно.

***

Только иногда, взглядом встретившись с тем, другим, думает невольно: а ведь могла бы. Могло бы, наверное… Нет. Не могло. Значит, остается у Литы самое малое: снова улыбка тонкая, и вдох, и выдох, и мягкие губы к губам. Остро, пряно, прохладно. А о несбывшемся можно не думать. Незачем ей об этом думать. Для этих горьких дум всегда найдется кто-то другой. Может быть, даже справится.

***

Может быть, даже когда-нибудь простит.