Киприот

Я сижу с закрытыми глазами на берегу, усыпанном галькой. Берегу Средиземного моря. Можно так сидеть до бесконечности, слушая плеск волн и тихий рокот перекатывающихся камушков. Хотя становится жарче. Днём обещали температуру за тридцать, и как я читала в Интернете, это обычное дело для Кипра в середине октября. Дядя и тётя ушли купаться, а я осталась на берегу. Кто-то из нас троих должен сидеть с вещами, пока остальные купаются. Тётя и дядя вернутся – тогда настанет и мой черёд «выйти в море». Впервые за два года я оказалась в настоящем, нормальном отпуске. Хоть на неделю отключусь от всех бытовых дел. В последнее время все отпуска и почти все выходные проходили в заботах о маме, сильно сдавшей после папиной смерти. Я никуда не ездила. Но тут на Кипр меня взяли с собой тётя Люба и дядя Витя, родня по папиной линии. Мы путешествовали и раньше втроём. Потому что дочь тёти Любы и дяди Вити, вышедшая замуж за еврейского бизнесмена и родившая троих детей, теперь занимается делами семьи, и ей не до отпусков, во всяком случае, не до таких, как любят дядя и тётя. В каждом отпуске они постоянно на ногах, осматривают культурные достопримечательности. Причём в довольно быстром темпе. Причём всё должно быть заснято на фото- и видеокамеру. А женщине с тремя маленькими детьми лучше отдыхать где-нибудь на курорте вместо того, чтобы бегать с фотоаппаратом по незнакомым местам. Почему дядя и тётя брали меня с собой в отпуск - в путешествии нужен кто-то, свободно говорящий по-английский и владеющий современными гаджетами. До папиной смерти я несколько лет проработала программистом в Нидерландах, а там английский – фактически второй разговорный язык. Но после того, как мама осталась одна, да ещё завис вопрос с кредитом, который папа не успел выплатить, пришлось возвращаться обратно в Питер. После решения похоронных дел я задействовала старые школьные связи, устроилась в компанию Мэйл.Ру и вскоре начала неплохо зарабатывать. Но фактически у меня двойной рабочий день: днём – собственно работа, до которой ещё надо добраться через утренние пробки. А вечером – забежать в супермаркет, приготовить ужин для нас с мамой, поужинать и поговорить – мама любила долгие вечерние разговоры, это спасало её от депрессии. Ну и проверить, всё ли у неё из лекарств, и как она осваивается с купленными для неё ходунками – мама не могла передвигаться по квартире без опоры. Вот такой мой обычный будний день – в двенадцать лечь спать, в шесть подъём, привести себя в порядок и на маршрутку. Какое тут время на личную жизнь? Впрочем, раз в две недели я выбиралась в центр Питера, чтобы встретиться с подругами. Чаще всего встречалась с Сашей. У Саши красивая птичья фамилия – Чайка. Друзья так её и называют: Чайка – и всё. Да и во внешности у неё что-то птичье – острые черты лица, короткая чуть взлохмаченная стрижка. Одевалась Чайка скорее по-мальчишески – джинсы и рубашка либо куртка. В юбке я её вообще ни разу не видела. Чайка носила в ушах по три серёжки-гвоздика, в основном морской и авиационной тематики – штурвалы, якорьки, самолётики. Причём серёжки меняла по настроению. Волосы тоже нередко перекрашивала. Меня Чайка прозывает Мисти – по имени женского персонажа из мультсериала «Покемон». Хотя на Мисти я не похожа. В мульте Мисти рыжая, с хвостиком на боку. У меня волосы светло-русые, немного вьющиеся, чуть выше плеч. И чёлка тоже длиннее, расчёсанная симметрично. В хвостик я волосы не завязываю. С Чайкой мы могли часами гулять по Питеру. Чайка обожает делать городские фотографии. Потом обрабатывает их и выкладывает в блоге. Я же не столько фотографирую, сколько играю на смартфоне в PokemonGO. Мы с Чайкой хорошо знаем Петербург, она – по названиям улиц, а я – по покестопам. Так что договариваться, куда пойдём дальше, бывает сложновато. Мы, как выражается Чайка, «живём в разных системах координат». А ещё Чайка обожает фотографировать корабли и самолёты. Практически все питерские корабли она знает по именам. И несколько раз вытаскивала меня на корабельную фотоохоту. Однажды Чайка вытащила меня фотать самолёты, вылетающие из Пулково – она знала одно неплохое фотоспоттерское место. Но моя камера откровенно не тянула – самолёты проходили высоковато. А у Чайки получились такие чёткие фотографии, что можно разглядеть бортовой номер самолёта и личное имя, если таковое имелось. После фотоохоты Чайка выложила в своём блоге фотографии с пояснениями, кто из самолётов – не обычный борт, а живое крыло. Вообще-то она считает, что все самолёты – живые. Просто с живым крылом можно общаться, так сказать, человеческим языком. Кто-то из них, по словам Чайки, ставит лайки и оставляет комментарии в её блоге. Вот здесь, в квартале коттеджей на самом берегу моря, Чайке точно бы понравилось! Потому что над нашим кварталом под названием «Колониальный пляж» шла посадочная глиссада самолётов, прибывающих в Ларнаку. И проходили они довольно низко, так что и моя камера без длиннофокусного объектива неплохо их брала. Чайке с её объективом здесь был бы фотоспоттерский рай! Гул авиационных двигателей снова заставил меня открыть глаза. Если самолёт проходил достаточно низко, я бралась за фотоаппарат. Но на этот раз мне не повезло: самолёт пролетал высоковато, моим объективом его не вытянуть. Ну ладно, подожду следующего – здесь они проходят часто. При такой интенсивности движения среди пролетающих точно есть живые крылья. *** Кстати, на Кипр мы летели с живым крылом. Так принято говорить: не «лететь самолётом таким-то», а «лететь с живым крылом по имени такому-то». Этот живой самолёт носил греческое имя – Андреас Киприатис, и работал в «Кипрских воздушных путях». Билеты к нему на борт достались от турагенства «Крыло и парус», где тётя и дядя заказывали поездку. Головной офис агенства находится в Венгрии, а один из филиалов располагается в Москве, где живут дядя и тётя. Но на Кипре у них есть сотрудники. Турагенство, по словам дяди, своеобразно тем, что часть сотрудников – живые крылья. Зато там можно заказать относительно дешёвый тур по Кипру на микроавтобусе. С гидом и водителем. И с учётом индивидуальных пожеланий. Сами бы мы за руль сесть не рискнули – на Кипре левостороннее движение, к нему неделю только привыкать. А уж забираться в горы по серпантину – для неопытного водителя это верный способ самоубийства. Лететь с Андреасом было в общем-то так же, как и на обычном самолёте. С тем отличием, что в ходе полёта живому крылу можно задать любые вопросы – о том, где летим, какая погода, что посмотреть в стране прибытия. Для этого пассажирам выдавали гарнитуру – наушники с микрофоном. Тётя с дядей, перечитывавшие материалы подготовки к путешествию, буквально завалили живое крыло вопросами. Я только слушала. И отмечала, что Андреас отвечает подробно и чётко, на прекрасном русском языке. К концу полёта тётя затихла – её иногда мутило на посадке – и я задала свой вопрос: - Скажите пожалуйста, где у вас проходит посадочная глиссада? - Сейчас - над морем, довольно низко, - ответил голос живого крыла, спокойный, и как мне показалось, немного задумчивый. – К сожалению, вам будет сложнее заснять посадку, уже стемнело. На Кипре темнеет рано и быстро. - Спасибо, - проговорила я, откладывая гарнитуру. Тем более, что над рядами пассажирских кресел включился знак с перечёркнутыми наушниками: на последней фазе посадки разговоров с живым крылом не будет. И всё же меня занимал вопрос: сколько языков знает этот самолёт? Ведь с ним общались не только на русском и греческом, но на немецком и кажется, даже на китайском... *** Чайка утверждает, что живые крылья очень быстро осваивают новые языки. А на туристических сайтах пишут, что летать с живыми крыльями спокойнее и безопаснее. Но моя мама так не считает. Она пришла в панику, узнав, что я лечу на Кипр не вполне обычным самолётом. И попросила написать смс немедленно по приземлении. Как только шасси Андреаса коснулись посадочной полосы, я отправила смс маме. По традиции, с пассажирами прощается весь экипаж самолёта, включая пилотов. Но у живого крыла пилотов нет. Поэтому он попрощался с нами голосом ещё до того, как открылись двери. А на выходе с нами прощались уже стюарды. Кстати, все стюарды – мужчины, ни одной женщины. Возможно, потому, что сам живое крыло относит себя к мужскому полу и исходя из этого подбирает себе экипаж. Спустившись по трапу и немного отойдя, я остановилась и обернулась. Надо сфотографировать необычный самолёт. Хотя бы на смартфон. И выложить в Инстаграме с пояснениями. А лучше сразу выслать Чайке. Я сделала несколько фотографий и подошла поближе, чтобы взять лучший ракурс. - Ира! – окликнула меня тётя Люба. – Не задерживай нас! Нам же ещё паспортный контроль и получать багаж! Ну да, без моего английского нигде не обойтись. Хотя, говорят, на Кипре многие понимают русский. - Секундочку! – прокричала я и всё-таки подошла ещё ближе, даже опустилась на колено, чтобы сделать пару фотографий с нижнего ракурса. И неожиданно услышала голос самолёта: - Вам удалось что-нибудь снять на посадке? - Нет, - ответила я. – Моя фотокамера не для ночных съёмок. Видео на смартфоне, скорее всего, тоже не вышло. - Простите, что совершил посадку в темноте, - вдруг извинился самолёт. Мои глаза округлились от удивления: - Почему извиняетесь? Вы приземлились в точности по графику. - Ирина! – это уже дядя Витя, с раздражением в голосе. Он не терпит задержек. – Ты что канителишься? - Всё, бегу! – обернувшись, крикнула я в ответ, вскочила и перед тем, как уйти, попрощалась с самолётом: - До свидания, Андреас Киприатис. И спасибо за полет. - До свидания, Ирина, - ответил он, когда я уже бежала к нервничавшим дяде и тёте. Смартфон сунула пока в задний карман джинсов – скоро он мне пригодится снова. ...В аэропорту на пути после посадки я умею ориентироваться боковым зрением. А что – смотришь, куда все идут, и следуешь за ними. И одновременно делаешь что-нибудь на смартфоне. Я подключилась к беспроводной сети местного аэропорта, бесплатной, как практически во всех аэропортах, и тут же запустила PokemonGO. Эта игра стала моим увлечением после того, как я сменила старый Samsung на Sony Xperia. Прелесть игры для меня заключалась в том, что игроку нужно много ходить. Прямо-таки игровая пропаганда здорового образа жизни! К тому же, ловя покемонов на городских улицах, узнаёшь много о городе. Дело в том, что для ловли покемонов нужны покеболы – сферы, которые бросаешь, и если попал, то покемон – твой. А их запасы нужно пополнять. Для этого есть покестопы. А покестоп всегда привязан к физическому местоположению. Как правило, это историческая или культурная достопримечательность, или просто интересное место. Мы встали в очередь на паспортный контроль, и я обнаружила в аэропорту два покестопа. Но они располагались далековато, не дотянуться. Зато обнаружился покемон, которого в моей «коллекции» ещё нет. У него боевая мощь за тысячу, и не факт, что моих покеболов хватит, чтобы его поймать. Но мне повезло. Правда, и «боезапас» закончился. Наша очередь подошла. Всё, никаких покемонов и покестопов. Если у дяди и тёти что-то будут спрашивать, мне надо быть начеку, чтобы с моим английским подоспеть на помощь. После паспортного контроля мы прошли в зал с багажными лентами. Тут мне нужно нацепить очки, болтающиеся на шнурке, чтобы прочесть на табличках, какая лента - наша. Но дядя Витя с его дальнозоркостью нашёл нужную ленту быстрее меня. Пока мы дожидались выдачи багажа, я снова попыталась дотянуться до покестопов. И снова не вышло. Тогда я решила выслать Чайке по ватсапу фото самолёта-живого крыла, с которым прилетела на Кипр. Полистав фотографии, выбрала пару наиболее приличных, и отправила на номер Чайки с комментарием: «Живое крыло, личное имя Андреас Киприатис». «Боинг 737, - определила Чайка. – Как он тебе?» «Он странный. Извинился передо мной за то, что садился в темноте». «Может, ты ему понравилась?» «Да нет, просто пыталась фотографировать на посадке, но камера не тянула». Ответа Чайки я прочесть не успела – тётя Люба затормошила меня: - Ира, началась выдача багажа! - Ирина! – это уже дядя Витя строгим тоном. – Выключи свой смартфон! - Он ещё понадобится, - возразила я. – Когда сядем в такси, надо будет звонить хозяйке, что мы в пути. А вдруг и такси вызывать по телефону? - Тогда закрой свои игрушки и болталки. А то сдохнет аккумулятор. Точно. Дядя Витя прав. PokemonGO крепко отжирает энергию. И заряд у меня всего пятнадцать процентов. Ой... Я закрыла все приложения и сунула мобильник в наплечную сумку с эмблемой Team Mystic, в просторечии - Синей команды. Конечно, в сумке вместе с документами лежит внешний аккумулятор, подключаемый через зарядник смартфона. Ну а вдруг и он разряжен? Я же пользовалась им, делая фотки и записывая видео у Андреаса Киприатиса на борту. Балда я. Вот что надо было спросить у живого крыла через гарнитуру. «Есть ли у вас на борту USB-подключения для подзарядки смартфона?».