I've Got You (Я рядом с тобой)

      Боль была просто невыносимой, но пребывание в аду, а также все предыдущие травмы, научили Сэма Винчестера терпеть боль, поэтому он сцепил зубы и попытался сосредоточиться на том, что происходило перед ним.       Он, честно говоря, не знал сколько прошло времени с тех пор как его схватила леди Тони Бевелл из британских хранителей знаний, так что Сэм не мог сказать, были ли это часы, дни, недели или даже месяцы.       Проклятое пребывание в клетке с Михаилом и Люцифером, когда они пытали его, позволило Сэму выдержать худшие пытки. Он знал, что его брат мертв, и понятия не имел, что случилось с Касом после того, как Тони изгнала ангела из бункера. Так что спасения ждать неоткуда.       Сэм мог бы сказать этой дамочке, что не знал ответов на ее вопросы. У него и Дина были только пара номеров других охотников, которые все еще общались с ними, но у них не было постоянного места встречи. Краем разума он понимал, что женщина собирается прижечь его ногу паяльной лампой. Но все равно не собирался ничего говорить, и на это была пара причин.       Первая: потому, что охотник внутри Сэма понимал, что Тони не поверит ему. Вторая: просто потому, что Винчестер в нем отказывался уступать даже дюйм. Его мучил сам дьявол, и что бы не придумала англичанка, она не сможет сравниться с Люцифером.       Боль от ожогов и порезов вместе с инфекцией, в ране от проклятой пули, в которой еще и ветеринар поковырялся, беспокоила его, но что больше всего его волновало, так это лекарства, которые вкололи похитители.       Сэм знал, что с наркотиками бороться труднее всего. Он слышал голоса, один из которых был похож на голос брата, но Сэм знал, что этого не может быть. Глубоко в душе он понимал, что Дин не винит его за все совершенные ошибки, но тяжело было слышать его голос и знать, что на этот раз старший брат не придет на помощь.       Галлюцинации, которые вызывали наркотики, были тревожными, но учитывая те, которые вызывал Люцифер, чтобы помучить его, Сэм предпочел те, что устаивала Бевелл.       Сэм ненавидел чувство слабости, но пытался сосредоточиться на других вещах, например, нужно было решить то, что он видел перед собой, было реальным или просто еще одной галлюцинацией от наркотиков. Он ошарашенно смотрел, как Тони тянет Дина вниз по ступенькам и застегивает на нем кандалы, свисавшие с потолка. Но солнце было восстановлено, а значит Дин должен быть мертв.       Слишком часто бывало, когда разные придурки хотели навредить ему или Дину, а также слишком много демонской крови и воспоминаний о клетке, все это научило Сэма остерегаться того, что видят его глаза. Черт, Сэм был готов столкнуться с галлюцинацией, где он занимался сексом с Тони, чем позволить себе быть обманутым галлюцинацией своего брата.       Младший Винчестер хотел верить, что это все реально. Он отчаянно хотел верить, что по счастливой случайности его брат избежал смерти или снова договорился со жнецом, но в этот раз им не могло так повезти.       Дин был спокоен, слишком спокоен, учитывая обстоятельства, что заставило Сэма задуматься, не был ли это очередной трюк англичан. Только когда Дину удалось посмотреть в глаза младшего брата, и Сэм поймал молчаливое, невысказанное послание, которое тот без слов передал ему, он начал думать, что, может быть, это было реально, и Дин был здесь.       Было ясно, что дамочка знала, что единственное, что может сломать Сэма — это видеть, как она пытает его брата. Он тоже это знал, потому что хотя и был готов столкнуться с болью любого рода, не был уверен, что может спокойно смотреть, как Дину причиняют боль.       Но Дин медленно ухмыльнулся, и эта была ухмылка, которая выводила из себя ангелов, демонов и их собственного отца много раз, и младший Винчестер подумал, что, возможно, это не просто еще один яркий глюк, предназначенный сломать его.       — Ты на самом деле находишь забавным, что я могу причинить тебе боль, достаточно сильную, чтобы свести тебя с ума от одной лишь царапины? — спросила Бевелл, недоверчиво смотря на Дина, — ты видишь, что я сделала с Сэмом, — она склонила голову, надавливая кончиком тонкого ножа под веком Дина. — Я видела, как лучшие из нашего Ордена допрашивали или пытали монстров. Я позволю Сэму смотреть, как срежу кожу с твоего лица или заставляю тебя кричать. Возможно, огонь под твоими ногами заставит увидеть, насколько серьезна эта ситуация, Дин.       Сэм слишком хорошо понимал, насколько серьезна эта ситуация, как и Тони. Он дернулся в цепях, которыми был привязан к чертовому стулу, пытаясь освободиться, или сделать хоть что-то, чтобы отвлечь внимание на себя. Но предупреждающий взгляд брата заставил его замереть на месте.       — Сорок лет в аду, — ответил Дин с таким же высокомерием, с которым разговаривал с ангелами и архангелами, и посмотрел на шокированную блондинку, которая насторожено не сводила с него глаз. Старший Винчестер ухмыльнулся и подмигнул Сэму, как и всегда, когда пытался успокоить младшего брата и показать, что у него есть план. — Сорок лет в аду, детка, — повторил он медленно, снова смотря Тони в глаза, — тридцать из которых я провисел на дыбе, под лезвием лучшего палача ада. Последние десять лет я провел делая с другими бедолагами, тоже самое, через что прошел сам. Ты думаешь, что можешь меня напугать? Ты серьезно думаешь, что все, что ты сделаешь со мной, будет хуже, чем то, что я пережил? Кишка тонка, сучка.       Сэм узнал этот тон. И когда он уже решил, что все происходящее может быть реальностью, то снова засомневался, увидев перед собой мать. Потому что то, что Дин был жив — это одно, но видеть живой Мэри Винчестер — это совершенно другое.       Борьба между Мэри и Тони в основном происходила у него за спиной, но Сэм все равно пытался увидеть хоть что-то, обдумывая сможет ли проснуться, если это очередной сон. Он почти потерял сознание, когда на затылок легли теплые, сильные пальцы, поглаживая его тем же размеренным движением, которое он знал с самого детства.       — Я потом все объясню про маму и почему я не взорвался, но сначала надо освободить тебя и вытащить отсюда, младший брат, — спокойно сказал Дин, нагибаясь и открывая цепи, которыми был связан Сэм.       Младший Винчестер напрягся, но потом на него накатила усталость и он начал заваливаться вперед, но Дин поймал его, тихо шепча что-то на ухо. И тут Сэм задался вопросом: разумно ли они поступили, отпустив Тони с Миком, ведь никогда не происходило ничего хорошего, когда они отпускали врагов.       Сэм снова начал уплывать куда-то, сильно болели ноги, и когда он протянул руку, пытаясь схватиться за что-то, чтобы не свалиться, его поймали сильные руки и притянули в жесткие объятия, и сердце Сэма замерло в груди, когда на него накатило понимание, что теперь он в безопасности.       — Сэмми.       Сэм слышал, как голос Дина дрожал от едва сдерживаемых эмоций. Он помнил, как брат разговаривал с ним таким же тоном, когда Сэм был заперт в бункере у Бобби, после ломки. На мгновение, на Сэма накатила волна паники, потому что он знал, брат редко показывает свои эмоции, и еще реже устраивает обнимашки. И прежде, чем Сэм начал вырываться, он почувствовал, как что-то впилось ему в грудную клетку. И тут же понял, что это было: кулон, висящий на шее Дина. Из груди вырвалось рыдание от облегчения, что все закончилось, и он вцепился в Дина так сильно, как только мог.       — Дин.       — Я здесь, братишка. Я с тобой, — шептал Дин, пытаясь убедить Сэма, что все закончилось. И Сэм задрожал еще сильнее, когда понял, что теперь он в безопасности, и что Дин был настоящим. — Я держу тебя. Ты в безопасности. И я сверну шею этой британской Барби, если она снова окажется рядом, — пробормотал он, и зажмурился, почувствовав, как на глаза наворачиваются слезы. Ему захотелось, чтобы сейчас они были одни. — Кас? Возьми маму и подгоните мою машину поближе.       Мэри нахмурилась, услышав этот внезапный приказ, а ангел просто моргнул. Кастиэль пробыл с братьями достаточно долго, чтобы понять, чего хотел Дин, поэтому медленно кивнул.       — Дин? Может, тебе нужна…- начала Мэри, сделав шаг вперед и протягивая руку, словно хотела прикоснуться к сыновьям, но замерла, увидев, как напрягся ее младший, а Дин просто слегка оглянулся и посмотрел на нее, по-прежнему не отпуская дрожащего брата. — …моя помощь?       — Не так быстро, мама, — ответил Дин, мягко шепча что-то Сэму, который уткнулся лицом ему в шею, как делал в детстве. — Просто… просто дай мне время, чтобы заверить его, что это реально, что ты реальна и он в безопасности. Иди с Касом и подгоните Импалу, Сэм не сможет далеко идти, пока Кас его не вылечит.       — Я могу вылечить его сейчас, если ты… — Кастиэль остановился еще до того, как Сэм дернулся, а зеленые глаза Дина предупреждающе сверкнули. — Мы с твоей матерью подгоним машину к двери, — сказал он, понимая, что Дин никому сейчас не позволит прикоснуться к брату.       Пару мгновений мать и сын напряженно смотрели друг на друга, прежде чем Мэри медленно кивнула и достав ключи из кармана старшего сына, последовала за ангелом вверх по ступенькам.       В подвале стояла тишина, пока братья не услышали звук захлопнувшейся двери, и тогда Дин облегченно выдохнул. В тот момент, когда дверь в подвал закрылась, в тот момент, когда братья остались наедине, Дин быстро похлопал Сэма по спине, почувствовав, что руки брата еще крепче сжимаются вокруг него, от чего пряжка ремня впилась в живот Дина.       — Эй! Полегче, братишка, я держу тебя, я с тобой.       Последние слова Дин прошептал, сомневаясь, что Сэм их услышал, потому что младший брат пытался не свалится в обморок от боли, и был близок к шоку, от сознания того, что его брат был не только жив, но и нашел его. И когда каждый погребенный страх отошел в сторону, на Сэма накатило облегчение.       Дин сжал руки вокруг Сэма и аккуратно опустил их обоих на пол подвала, не разрывая хватки брата, и слушая приглушенные рыдания, чувствуя слезы, капающие на его шею.       — Шшшш. Все в порядке, Сэмми. С тобой все будет в порядке. Я здесь. Выпусти это. Пусть все это уйдет, и мы забудем эти телячьи нежности, — сказал он, еле сдерживая собственные эмоции, которые он выпускал только рядом с Сэмом, и только когда они были одни. — Теперь все будет хорошо, братишка. Обещаю. <      Сэм понял, что все происходящее реально, только когда услышал глубокий, хриплый голос Дина, почувствовал эмоции старшего брата, сильные руки, которые обнимали Сэма так же, как и тогда, когда он был моложе или болел, или когда у него случались видения, и Дин был рядом.       На улице послышался звук двигателя Импалы, но Дин проигнорировал его, осматривая дрожащего, избитого, и раненого младшего брата, который в настоящий момент вцепился в него мертвой хваткой, и вспоминая другие времена, когда Сэм реагировал точно так же.       Дин слушал бессвязное бормотание между рваными рыданиями и болезненными вздохами Сэма, который, казалось, даже не осознавал, что говорит вслух. Не разрывая объятий, старшему Винчестеру удалось стянуть с себя куртку и накинуть ее на плечи брата. Он почувствовал, как Сэм пальцами теребит его кулон, как делал много лет назад, рассказывая о тех пытках, что он пережил в клетке. И сердце Дина разрывалось от мысли: какую боль, физическую и эмоциональную, был вынужден терпеть его младший брат.       — Мне так чертовски жаль, от того, что ты думал будто остался один, Сэмми, — сказал хрипло Дин, и почувствовал, как Сэм начал успокаиваться, от того, что Дин гладил его по спутанным волосам. — Мне жаль, что это вообще случилось, и клянусь, что я прикончу эту сучку англичанку, если она снова к тебе сунется. Мне жаль, что я не мог приехать раньше или…       — Ты… нашел меня, Дин, — прозвучал тихий шепот, слова были едва слышны. Опустив глаза, Дин увидел, что пальцы Сэма все еще теребят амулет, но он, наконец, приподнял голову, чтобы посмотреть старшему брату в глаза. — Ты… не знал… что случилось… или… или где я, но ты… ты все же… нашел меня.       Боль в голосе Сэма напомнила Дину, что он должен вытащить его из этого чертового подвала и добраться до Импалы, но он чувствовал, что Сэм разлетится на тысячу осколков при малейшем движении.       — Я уже говорил это раньше, и буду повторять снова и снова, пока ты не поверишь, — начал Дин, рукой медленно поворачивая к себе лицо брата, чтобы посмотреть ему в глаза. — Небеса и ад могут идти куда подальше, как и ангелы с демонами, и, как часто с нами случается, на дворе может наступить апокалипсис, но я забуду все это, пока не найду тебя, Сэм. Я обещал быть рядом, чтобы держать тебя в безопасности, чтобы с тобой не случилось ничего плохого. Хотя я и подводил тебя много раз, но пока я не умру и не буду сожжен на костре охотника, я всегда буду искать тебя, младший брат, — пообещал Дин, и на этот раз не сдерживал эмоции в своем голосе, наблюдая, как последние сомнения оставляют Сэма и почувствовал, что его брат, наконец, расслабился. — Я рядом, и тебе станет лучше… как только ты поспишь.       Сэм хотел сказать, что он не собирается спать, но теперь, когда он чувствовал, что его тело расслабляется и поднимается боль, он знал, скоро потеряет сознание. Младший Винчестер напрягся, когда Дин встал, отказываясь от мысли позвать Каса на помощь.       -Я… я могу… идти… сам, — сказал Сэм, стиснув зубы.       — Да, вот только ты не можешь двигаться, — ухмыльнулся Дин, в ответ на сердитый взгляд Сэма. Он осторожно положил руку на плечо брата, не зная, где можно коснулся Сэма, не имея возможности лучше оценить травмы. Но он это сделает, как только довезет младшего брата либо в мотель, либо обратно в бункер.       — Обопрись на меня. Я вытащу тебя из этого проклятого места.       Сэм услышал гнев в голосе Дина и знал, что его брат был зол не на него, а на людей Тони и, вероятно, на самого себя.       — Мама? — спросил он, как только они сделали пару шагов, и Дин остановился, чтобы Сэм мог перевести дыхание.       — Да, мама жива, — Дин задался вопросом, как Сэм будет обращаться с матерью, о которой он очень мало помнит, но решил не думать об этом, пока они не доберутся до дома и Сэм не отдохнет. — Амара думала, что это то, что мне нужно. Я мог бы сказать ей просто перекинуть меня к тебе, если бы знал, что происходит такое дерьмо.       Это заставило Сэма немного улыбнуться и он кивнул, чтобы брат знал, что он в порядке, и сможет сделать последний шаг от дома к Импале, которую Винчестеры увидели, припаркованную у самой двери.       — Дин? — Сэм почувствовал, что его брат немного напрягся от понимания о том, что они будут не одни в этой поездке. — Ты в порядке?       По правде говоря, Дин был не в порядке. Он не знал, что чувствовать на внезапное возвращение Мэри Винчестер, но когда Сэм заговорил, еле ворочая языком, и Дин почувствовал, что брат начинает опираться на него все сильнее, как будто ноги отказываются его держать, старший охотник оттолкнул эти заботы на потом.       Сын в нем чувствовал облегчение от того, что их мама вернулась к ним, независимо от того, как это произошло или пробелы в ее памяти или, как неуверенно она все еще чувствовала себя. Охотник же в нем боролся с сомнениями и задавался вопросом, чем это все обернется для них в будущем.       Однако, прямо сейчас старший брат внутри Дина контролировал и отталкивал все другие мысли или проблемы, тихо матерясь себе под нос и помогая Сэму залезть на пассажирское сиденье.       Устраиваясь поудобнее, Сэм сонно моргнул и услышал, как Дин прорычал что-то, и догадался, что Кастиэль предложил повезти. Но тут он услышал, что хлопнула водительская дверь, а затем раздался знакомый гул двигателя Импалы, и младший Винчестер полностью расслабился.       Боль стала сильнее, и Сэм услышал, как Дин спросил его, позволит ли он Кастиэлю прикоснуться к нему, чтобы исцелить. Сэм подумал пару секунд и, наконец, кивнул, а затем почувствовал прикосновение пальца ко лбу. Вспыхнуло мягкое свечение, по телу разлилось тепло, прогоняя остатки боли, и младший Винчестер почувствовал, что вырубается.       И хотя Сэм Винчестер не хотел спать, но внезапное отсутствие боли по всему его потрепанному телу, тепло и знакомые звуки двигателя Импалы, кубики лего, дребезжащие в печке, которую повернули к нему, чтобы Сэм не впал в шок, а затем и тихая музыка, которую рассеянно выбрал Дин, все это помогло ему задремать.       Игнорируя голоса с заднего сидения, он немного сместился, ища удобное положение, пока не опустил голову на плечо Дина, как часто делал в прошлом, используя либо дверь, либо своего брата вместо подушки. Прошло слишком много времени, с тех пор, как напряженность и проблемы между ними стали настолько плохими, что он не решался опираться на брата и не знал, позволит ли Дин вообще это сделать. Но то, что Дин сейчас мало того, что не протестовал, а даже легонько сжал заднюю часть шеи Сэма, предлагая молчаливую поддержку и заверение, что они будут в порядке, успокоило младшего Винчестера.       Услышав, как дыхание Сэма замедлилось, Дин опустил взгляд и медленно улыбнулся, когда увидел, как брат двигал пальцами во сне, пока не нашел амулет, и не сжал его в ладони.       Взглянув в зеркало заднего вида, Дин увидел, как Мэри и Кастиэль о чем-то тихо разговаривают. И это дало ему возможность представить себе, что они вернулись назад во времени, когда в семнадцать лет он впервые получил ключи от Импалы. И снова были только он и Сэм, мчащиеся с одной охоты на другую. Он отбросил все посторонние звуки, кроме рева двигателя, радио и Сэма.       Мягкий стон с соседнего сидения напомнил Дину, что следующие несколько дней или недель не будут легкими, хоть Сэм и исцелился, они должны многое обдумать.       Мягко сжимая пальцами затылок Сэма, успокаивая брата, чтобы он знал, что не один, Дин услышал тихий шепот и улыбнулся.       — Да, Сэмми, я буду рядом с тобой, когда ты проснешься. Я буду рядом, независимо от того, кто еще рядом с нами, или с чем мы столкнемся в будущем, мы всегда будем вдвоем: только ты и я против целого мира.