Часть 1
2 декабря 2018 г., 00:16
С самого начала «культурного» вечера, как назвал сие сборище в кухне сам Пак Чимин, Тэхён чувствует приближающийся пиздец. Как, почему и зачем, он понятия не имеет, но своему шестому чувству доверяет на все 200%. Ибо выручало не раз. А сегодня вот с девяти вечера тихо так шепчет: «Готовься, Тэ, этот день станет для тебя поворотным». Кого и куда нужно поворачивать он тоже не знает, однако узнать не боится, а даже жаждет. И пока он договаривается со своим чутьём, чтобы предупредило, когда реагировать, остальные парни продолжают разливать и распивать соджу, какое-то вино и, кажется, виски. Ким совершенно не любит пить, зато любит тусоваться с остальными, когда пьют они: и поснимать очень компрометирующие кадры можно, и поржать вдоволь с их пьяных шуток, ну и, может быть, после — получить много обнимашек от Хосока или Чимина — тоже приятный бонус. Минусы в таких вечерах только в том, что зачастую его одногруппники семья втягивает и его в их развесёлые игры. Блондин играть-то любит, но вот слушать смущающие истории, на которые не скупится ни один из ребят, ему не очень нравится — он же трезв. Они на утро всё забывают, а ему потом мучиться.
— Тэээхёён, ты меня слышишь вообще? — Вырывает его из мыслей Юнги, и это, кстати, ещё один милый бонус. Пьяный Юнги-хён — просто нечто! Он становится безумно мягким и разрешает делать всё, что хочешь, включая посещение его студии (за что в трезвом состоянии он готов расстреливать).
— Хён? — Настороженно спрашивает Ким, замечая, что взгляды всей группы направлены на него. Кажется, он упустил что-то важное.
— Я говорю, — тут Мин запинается, потому что Джин внезапно решает уложить свою голову ему на колени. Тэхён фыркает, пытаясь удержать смех и свои руки, тянущиеся за телефоном, — ты играешь с нами, — и да, это не вопрос. Его вообще редко когда спрашивают, обычно: «Тэхён, на фотосессии ты встаёшь в такую позу и рядом с Джин-хёном», «Тэ, бери вон те подносы», «Хён, ты играешь за персонажа-девушку». Даже Чонгук! Киму, явно, нужно пересмотреть свою позицию в их компашке. Хотя если на чистоту, то он не особо и против такого расклада. Во-первых, не нужно лишний раз думать, как и что делать, а во-вторых, смотреть во-первых.
— Ладно, — якобы нехотя кивает он и подползает ближе к Чимину. Тот нагло обвивает его всеми конечностями, — во что играем? — Он смеётся, поскольку волосы Пака щекочут ему лицо.
— Во всё подряд, — радостно заявляет Хосок и подтверждает свой вопль разноцветными карточками с заданиями, которые достаёт откуда-то сзади. Вообще, у них там стоит комод, но блондин не припомнит, чтобы там лежало что-то подобное. Чон, тем временем, скидывает эти карточки в кучу и тянет Намджуна за руку, чтобы тот перемешал. Эту миссию Нам выполняет постоянно, а Хоуп объясняет это тем, что, раз он лидер, значит, должен направлять всех во всём и «особенно в таком важном и ответственном деле, как игра». Все замирают в ожидании и предвкушении. Через десять секунд у каждого появляется своё задание, о котором никто знать, конечно же, не должен. Однако сколько бы они ни проделывали это, каждый раз получается так, что все в курсе заданий других. Семья же, ну. Вот и сейчас Чимин уже знает, что Тэхёну нужно незаметно, а главное, ненавязчиво лизнуть чью-нибудь щёку. Ким расширяет глаза от прочитанного и удивлённо поворачивается к своему «соулмейту».
— Нет-нет, Тэ, даже не проси, — смеётся Пак, отодвигаясь от него к противоположной стороне их, так называемого, круга. Тэхён обиженно смотрит на него в течение пяти секунд, а после переключает своё внимание на Хосока. Цель обозначена. Уже победно ухмыляясь, блондин ползёт к своей жертве. Ничего не подозревающий Чон радушно встречает его обнимашками и даже треплет его волосы. Бедняга ещё не знает о своей сегодняшней участи. Потихоньку втираясь в доверие к хёну, Ким переводит взгляд на Чимина, который уже успел устроиться рядом с Юнги и почему-то пытается рассмотреть его плечи или подмышки — с такого ракурса не особо понятно.
— Кто смелый? — Привычно выкрикивает Джин, подскакивая на месте. Здесь вообще нечему удивляться, он делает это буквально в каждой игре, когда хочет победить, а хочет он этого всегда.
— Хён, успокойся, тебе никто не поверит на этот раз, — устало выдыхает Намджун, пытаясь осадить старшего, но тот даже слушать не намерен.
— Сосчитаю я до трёх, кто не выкрикнет, тот лох, — своим смехом смеётся он, вызывая у группы смешанные чувства: кто-то поддерживает и даже посмеивается в своём уголке возле Мина, а кто-то чуть ли не блюёт от услышанного — собственно, Мин. Тэхён закатывает глаза, и никто уже не ожидает никаких подвохов, но внезапно на слове «два» из уст ворлдвайд хэндсома поднимается Чонгук.
— Я, — усмехается он, и Тэ только сейчас замечает, насколько тот пьян. Младшего шатает из стороны в сторону, а его взгляд наполнен неадекватностью. Даже Юнги настораживается, хотя обычно его не волнует ничей уровень опьянения, кроме своего. Не потому, что он весь такой безразличный, наоборот, слишком увлекающийся. Один раз он даже вызвал скорую, когда Намджун, придя домой, отрубился на пороге, а тот подумал, что он потерял сознание или вообще того. Так что, после этого случая ему никто не доверяет пьяных людей. Именно поэтому блондин пугается сильнее, чем следует.
— Оо, мой любимый маленький мальчик! — Гордо пищит Сокджин и бросается Гуку на шею. Но даже с затуманенным разумом тот понимает, кто перед ним, и для него не составляет труда оттолкнуть его. Тэхён тихо смеётся, но, увидев, что Чон неотрывно смотрит на него, моментально замолкает и, закусив губу, отворачивается от него к другому Чону. Честно говоря, он с детства не любит пьяных, даже больше того — он их элементарно боится. Ведь в подобном состоянии человек не контролирует себя и делает совершенно глупые вещи.
— Чонгукки, не советую, — пока Ким решает свои траблы с гляделками, Чимин включает остатки мозга. Или же нет. Иначе, почему он неожиданно дёргает Юнги за руку, тем самым заваливая его на спину? Хосок и Намджун оживляются, наблюдая за жалкими попытками «бога рэпа» вырваться из умелых рук Пака. Ким тоже отвлекается от нахмурившегося Чонгука и пытается дотянуться до телефона — это зрелище он точно не может не заснять. Хосок, смеясь, подаёт ему его смартфон, и Тэ понимает, что это его шанс. Оперевшись на руки, он подтягивается к хёну и лёгким движением языка мажет по его щеке. Хо опешивает от такого и поворачивается к нему с огромными глазами.
— Тэтэ? — Ошарашенно говорит он, вытирая пострадавшую щёку.
— Что? Просто благодарность, — улыбается Ким в ответ, и они оба слышат какой-то писк. Резко повернувшись в сторону юнминов (да, они все в курсе пейрингов, канонов и прочего), они видят, как Чим буквально садится на бёдра старшего и, заведя его руки одной своей за его голову, начинает щекотать его так, будто в последний раз. Естественно, при таких пытках любой запищит. Даже Agust D. Но долго Тэхёну не удаётся насладиться слабостью своего угрюмого хёна, потому что внезапно перед ним появляется фигура Чонгука. Неплохая такая фигура. Ким всегда в тайне завидовал способностям тела младшего, ведь его мышцы увеличиваются практически на глазах, в то время как сам блондин, занимаясь уже около года, не замечает у себя изменений.
— Отойдём, хён? — Тихо спрашивает Гук, всё ещё пошатываясь, как неваляшка. Насчёт неваляшки Ким, конечно, не уверен, так как упасть чёрноволосый может в любую секунду.
— Эм, куда, Гукки? Тебе лучше остаться здесь, я думаю, — снисходительно улыбается он и пытается ухватить младшего за запястье, чтобы усадить возле себя. У того планы немного отличаются. Он ловко уворачивается от руки Кима и сам берёт её в свою ладонь. Старший чувствует нервную дрожь, которая пробегает от пальцев до позвоночника и спешит освободиться из цепкого захвата, однако у Чона планы не меняются. Он с лёгкостью поднимает блондина на ноги и без лишних церемоний тянет его за собой куда-то в сторону комнат. Тэ сначала бездумно двигается за ним, а затем резко останавливается посреди коридора.
— М? Хён? — Гук недоумённо поворачивается к нему и поднимает на него пьяный взгляд. Ким в который раз вспоминает о своей фобии.
— Говори здесь, я не хочу стать свидетелем чего-то смущающего, — бормочет он, не желая больше смотреть в эти чёрные омуты.
— Хорошо, — либо ему кажется, либо Чон и правда произнёс это слово с обидой в голосе. Тэхён с удовольствием посмотрит на его трезвую реакцию, когда будет рассказывать ему о сегодняшнем вечере, — я проиграл, хён, — внезапно шепчет Гук, опуская голову. Ким искренне удивляется и честно не знает, что делать с таким Чонгуком.
— А, да, Гукки, и что? Ты должен рассказать секрет, так? — Растерянно уточняет он, хотя прекрасно знает эти правила: проиграл — выкладывай тайну. Единственное, чего он не знает — почему младший выбрал именно его.
— Да, я должен… — задумывается тот и переводит взгляд на свою руку, которая по-прежнему крепко держит ладонь Тэхёна. А тот даже не замечает этого.
/Или не хочет замечать/
— Ну, давай, расскажи мне что-нибудь, — усмехается он, тем самым заставляя младшего вернуть взгляд на его лицо.
— Х-хорошо, — решается Чон и придвигается ближе. Тэхён инстинктивно отклоняется назад, к стене. Младший всё-таки опаляет его щёку своим дыханием. Теперь он понимает, почему Хосок так посмотрел на него после выполнения его задания, — на самом деле… — начинает Гук вкрадчивым шёпотом, а у Тэхёна ноги подкашиваются от его той самой ауры «наигорячейшего парня во Вселенной», коим его однажды он сам случайно и обозвал. В разговоре с Чимином, слава богу, так что Чон даже не догадывается о таком, — уши — моя эрогенная зона, хён, — выдаёт Чонгук, и Тэхён просто… «Что? Ч-что? Что он сейчас сказал? Это слишком! Я должен проигнорировать, да точно! Гукки просто пьян и не понимает, что несёт, конечно! Завтра он даже не вспомнит этот бред, ха-ха, естественно».
— О, эм, это совсем не круто, Чонгук, — нервно, очень нервно посмеивается он в ответ, стараясь сдержать ошарашенный писк и мысли. О да, мысли особенно, — ты мог бы рассказать мне что-нибудь поинтереснее, зачем мне эта информация? — Как можно безразличнее бросает он, даже чуть закатив глаза для пущей убедительности. Но вот в душе… Его просто разрывает от услышанного. Сознание чуть ли не плавится от резкого наплыва воспоминаний, когда ещё во времена трейни он, Тэхён, спокойно кусал младшего за ухо, а тот не отталкивал, а смущённо опускал голову, или когда при любой возможности он запросто жамкал мочки его ушей и снова не получал в ответ никаких оскорблений или чего-то подобного. Теперь ему всё предельно ясно. Теперь у него есть огромный козырь в рукаве против Чонгука. Теперь он действительно единственный, кто знает его настоящий секрет. И теперь точно многое изменится.
— Хён! — Чон тем временем дуется и даже шлёпает его по плечу, — как ты можешь так говорить о моей тайне? — Фырчит он и, к счастью блондина, отстраняется, — я правила выполнил, иду спать, — рапортует он в итоге, прежде чем покинуть место развращения невинного мозга Тэ. Старший запоздало кивает, а потом пытается вдохнуть побольше воздуха и понять, отчего его лицо так пылает.
Когда он отходит от внезапного шока и возвращается в гостиную, то видит, что Чимин уже закончил со своим заданием (что, конечно, расстраивает, ведь он так и не заснял эти уникальные кадры позора Юнги-хёна), Джин-хён развалился на диване и пытается не то написать в воздухе своё имя, не то посчитать звёздочки, которые наверняка летают у него в глазах сейчас, а Намджун с Хосоком сидят рядом с Мином и, кажется, убеждают его в том, что иногда полезно давать себе слабину. Блондин тихо посмеивается с них и с сокрушительным вздохом принимается убирать бутылки и бумажки от снэков. На самом деле, он делает это только раз третий, ибо обычно ему слишком лень помогать этим пьяницам. Сегодня просто произошло нечто странное, так что ему нужно отвлечься на более реальную ерунду, чем позволить своим размышлениям утянуть себя в их пучину. По мере очищения пола гостиной от последствий празднества он замечает две карточки с заданиями, одна из которых лежит на месте, где сидел Чонгук. Протянув к ней руку, Тэхён замирает на пару секунд, обдумывая, не станет ли её содержание ещё одним сюрпризом для него. В конце концов, плюёт на это и просто хватает жёлтый клочок бумаги. «Жёлтый — цвет разлуки» — невольно проскальзывает у него в голове, и он тихо усмехается про себя: «Ага, разлуки… Только если меня с невинным сознанием». Развернув несчастную карточку, блондин быстро пробегает глазами по напечатанным строчкам (и когда Хосок только успел так подготовиться?), а затем поднимает на вышеупомянутого парня крайне удивлённый взгляд. Тот его, конечно же, не замечает, продолжая втирать Юнги о том, как хорошо иметь таких друзей, как они, и прочее.
— Хён, не объяснишь, случайно, что это такое?! — Тэхён ждать не намерен, ему нравится узнавать ответы на вопросы в течение нескольких минут.
— М? О, Тэхённи, — пьяно улыбается старший, протягивая руки к Киму, который ловко уворачивается от его поползновений, — что случилось? — Недовольно бурчит тот и, наконец, фокусирует свой взгляд на предмете в руках блондина.
— Я спросил, что это, чёрт возьми, такое?! — Грубее, чем до этого выпаливает Тэ, впихивая карточку в ладонь Хо.
— Это… задание? — Глупо улыбается тот, и Ким понимает, что он слишком пьян и от него толку сейчас как от котёнка, но для него важнее сейчас выяснить, какого, собственно, хрена задание «поцеловать Тэхёна в сосок» вообще существует, чем ждать, пока этот генератор идей выспится и протрезвеет.
— Я знаю, блямф, — Ким совсем забыл о Намджуне, который на дух не переносит мат и который с радостью сейчас захлопывает ему рот.
— Мм, — кивает Хосок, пока внимательно вчитывается в несколько слов, — а, я понял! — Его взгляд заметно проясняется, и это даже даёт Тэхёну надежду. Намджун всё-таки опускает руку и, напоследок пригрозив ему пальцем, ретируется к Джину на диван, — это попалось тебе, и ты не знаешь, как выполнить? — Выпаливает Чон, на что у блондина расширяются глаза, а Юнги, сидящий рядом, начинает безудержно смеяться с такого предположения.
— Господи, — закатывает глаза Ким и раздражённо забирает бумажку обратно, чтобы порвать её и выкинуть в ближайшее мусорное ведро. Теперь-то ему предельно ясно, почему Гук выбрал именно его и из-за чего он вообще проиграл. Да потому, что, в отличие от отбитых хёнов, у него мозг пока имеется! Тэхён мысленно благодарит младшего за то, что он принял верное решение (не целовать его /прости, Господи/ сосок, а рассказать ему секрет) и разгоняет всех парней по кроватям. Те ворчат, брыкаются, но, едва завидев свои тёплые постельки, забывают обо всём на свете. Ким облегчённо выдыхает и тоже отправляется к себе. Завтра они снова живут по расписанию.
прекрасных ужасающих мыслей его вырывает сам их объект. Гук завершает свой номер и, тяжело дыша, подъезжает вплотную к блондину. Тот останавливает его за предплечья и за малым не падает. Благо сам Чонгук на льду чувствует себя не хуже, чем на земле, так что у них получается устоять.
— Я… Фух… Тебе… Тебе понравилось, хён? — Пытаясь отдышаться, едва слышно спрашивает Чон, и Тэхён не выдерживает. Он обнимает его, тискает в своих руках около двух минут и только потом кивает.
— Конечно, Гукки, ты такой… такой… — восторженно начинает он, но внезапно понимает, что не может продолжить.
— М? Какой? — Однако Чонгук его мнения не разделяет, а взгляд его становится наглее.
— Я тебе потом скажу, — Ким всё ещё любит играть, так что он только подмигивает младшему и тянет его к остальным ребятам.
— Оценки я озвучу по завершении всех миссий, а пока следующая, — усмехается Юнги, — вам нужно выбрать по одной паре в каждой команде, которая должна за десять, максимум двадцать, минут подготовить совместный танец на льду. Третьи люди в этих командах тоже должны будут образовать свою пару, так сказать, союз врагов, — рассказывает он, в который раз вызывая у всех смех, — пока выбирайте, кто с кем. Как решите, скажете, — бросает и отъезжает к бортику.
— Да уж, — вздыхает за всех Чимин, и мемберы, молча согласившись с ним, снова разделяются.
— Так, что будем делать? — Осторожно спрашивает Тэхён, поглядывая то на Пака, то на Чона.
— Определять, — хмыкает Гук и зачем-то осматривает парней с ног до головы.
— Ну, раз вы классно катаетесь, то вы и будете придумывать, плюс, вы оба в дэнс-лайне, — спокойным тоном говорит Ким, хотя внутренне ему немного обидно.
— А ты знаешь, что обычно в «танцах на льду» участвуют профессиональный фигурист и абсолютно не связанный с этим человек? — Вклинивается Чонгук в его грустный монолог, а Ким уже задолбался удивляться сегодня. Но опять удивляется.
— О, ты хочешь сказать… — произносит он, намеренно не договаривая, чтобы Гук сам озвучил его догадку.
— Да, если Чимин-хён не против, то предлагаю наши с тобой кандидатуры, хён, — Чон как-то смущённо улыбается после сказанного, и Тэхён хочет потрепать его за щёку. Но вместо этого прикасается к его уху. Зачем и почему, он не скажет никогда, просто за-хо-те-лось. Чонгука снова выгибает от этого, казалось бы, невинного жеста, а Чимин вообще не понимает, что происходит.
— Я не против, да, тем более, Ким Сокджин выбрали намджинов, так что я буду с Хоби-хёном, а это очень классно, — оживает он и поспешно мчит к названному.
— Ну что, начнём? У нас времени всего ничего, — серьёзно произносит Гук, как только они с Кимом остаются наедине.
— Ага, только я почти не шарю в танцах, ты же знаешь, тем более, на льду, — сконфуженно отвечает тот, но ближе подъезжает.
— Нет проблем, хён, просто помогай мне, а я всё придумаю, — снисходительно улыбается Чон и, вплотную подъехав к Тэхёну, берёт его руки в свои. Блондин случайно задерживает дыхание и по непонятным причинам не может поднять голову, ведь младший так близко сейчас. А тот просто кладёт его ладони на свои плечи и после устраивает уже свои руки на его талии. Ким всё ещё не дышит, — расслабься, — смеётся Гук, но вот блондину вообще не до смеха, он самообладание старается не потерять, о чём речь вообще.
— Что мне нужно сделать? — Спрашивает он как ни в чём не бывало, хотя перед глазами так и маячит недавняя сцена их поцелуя. А уж какой пожар творится в душе…
— О, я придумал, давай просто станцуем какую-нибудь из наших хореографий, но на пару, — предлагает Гук, заметно загораясь своей идеей, а Тэхён до сих пор не может нормально вдохнуть.
— Д-да, давай, — кивает он, даже не зная, на что соглашается. Да ему, собственно, и без разницы! Если с Чонгуком, то хоть в каньон с тридцати метров.
— Какую хочешь? Я лично за «Boy In Luv», наши части в «DNA» или «Fake Love», — продолжает Чон, пока Ким всё ещё витает в своих недавних воспоминаниях, только краем сознания воспринимая то, о чём он тут распинается.
— Думаю, Fake Love подойдёт, — соглашается он, хотя представить не может.
— Отлично, тогда погнали, — говорит чёрноволосый и встаёт в начальную позицию. Тэхён только сейчас понимает, что должен что-то делать. Желательно со своим сердцем, но пока просто куда-нибудь сдвинуться. Он и двигается. Встаёт перед младшим и догадывается включить нужную песню на телефоне. Так как первые слова его, он поворачивается вполоборота, чтобы посмотреть, что будет делать Чонгук с первыми шагами. А тот далеко не промах (господи, как будто Тэхён сомневался!) — вместо нужного движения он делает змейку, а на слове «issoso» — два оборота. Тэ заставляет себя отвлечься и влиться в номер, но это ему удаётся далеко не сразу. Однако Чон ему ничего не говорит, наоборот, очень даже поддерживает. В прямом смысле, когда они становятся друг напротив друга и танцуют припев, Ким не рассчитывает расстояние и, неловко взмахнув руками, почти падает назад, но Чонгук успевает перехватить его за поясницу.
— Спасибо, — посмеивается он, хотя испугался не на шутку. Всё-таки падение на льду может принести кучу неприятностей всем.
— Не за что, боже, ты напугал меня, — выдыхает Чон, осторожно отстраняя его от себя, — будь осторожней, — ответить Тэхёну не даёт судья.
— Так, ну, время вышло, — прерывает его Юнги, и парни ошарашенно поворачиваются к нему. Команда соперников уже крутится возле него, и Гук с Тэ тоже подтягиваются ко всем.
— Кто первый? — Спрашивает Мин со скучающим видом. Конечно, ему сейчас бы поспать и поесть, а не вот это всё.
— Мы! — Вызываются чихоупы (ладно, на самом деле, мало кто из группы знает правильные названия пейрингов, только Тэхён, окей?) и занимают уже привычное положение по центру.
Они тоже включают песню на телефоне, но Ким не знает, кто исполнитель. Звучит что-то похожее на романтический ост из дорамы, и парни начинают кататься. Мало кто, конечно, мог ожидать, что они всерьёз поставят парный танец на льду, но именно это они и сделали.
Блондин не знает, как реагировать: смеяться или смеяться, поэтому тихо смеётся. Выглядит, честно говоря, относительно нелепо. Хотя… Чимин в руках Хосока выгибается, как профессиональная шлю… кхм, девушка-фигуристка, так что в конце их выступления все даже аплодируют. Парни шутливо кланяются, как положено, и уставшие прилипают к бортику, с удовольствием принимая воду из рук стаффа. Тэхён почему-то обращает внимание на Юнги и охает. Тот неосознанно сжимает кулаки и зубы, да так, что можно заметить, как напрягаются его желваки. Теперь у блондина появляется новый вопрос на повестке дня: Хосок или Чимин? Кто из них заставляет его вечно расслабленного хёна испытывать подобные эмоции? Он обязательно это выяснит, но только после того, как они с Чонгуком выступят. А эта участь настигает их уже сейчас.
— Постараемся, хён! — Подбадривает Гук, прежде чем передать телефон с песней Мину.
— Да, сделаем их, Гукки, — улыбается Тэ, занимая своё место. Звучат первые аккорды, и он по привычке начинает петь, но потом вспоминает, что нужно вообще-то кататься. Собирается быстро, так что никто этого не замечает. Всех поглощают их синхронность, чёткость, сосредоточенность и слаженная командная работа. Даже сам Тэхён удивляется, как им удаётся действовать так гладко и красиво почти без подготовки. «Это всё Чонгук» — улыбаясь, думает он и, закончив «выступление», переплетает с ним пальцы.
— Это было круто! — Восклицает Хосок, обнимая младших.
— Да, вы молодцы! — Поддерживает Намджун, похлопывая их по плечам.
— Ваа, я не знал, что ты так умеешь, Тэ, — удивляется Чимин, тоже присоединяясь к остальным.
— Мы как будто олимпиаду выиграли, вы чего? — Смеётся Ким, вообще не понимая таких восхвалений. Ну, не любит он комплименты, смущается, что сделать.
— Да, расступитесь, — фырчит Юнги и подпихивает намджинов на их место, — быстрее закончим, быстрее поедем домой, — добавляет он на недоумённые взгляды, а Чимин неожиданно смеётся и повисает у него на плечах. Мин заметно оттаивает. А Тэхёну ничего больше выяснять не нужно. Сокджин с Намджуном тем временем включают свою композицию и начинают «танцевать». На смех всех прорывает буквально с «Waiting for you ANPANMAAAAN». Те телодвижения, которые пытаются осуществить намджины, танцем вот ни разу не назовёшь, но зато, они стараются и делают это очень смешно. Когда они, наконец, выдыхаются и возвращаются, все присутствующие едва дышат от смеха.
— Вот за это ты просто обязан поставить нам высший балл! — С ходу орёт Джин, тыча в Юнги указательным пальцем, пока тот держится за Чимина и пытается не умереть от хохота.
— Фуух, это было феерично, — всё-таки находит он в себе силы выжить, — а теперь оценки, — говорит уже серьёзным тоном, перелистывая свои МС-карточки. Все парни замирают в ожидании.
— Хён, хён, ты же поставишь мне три за первый конкурс? — Нагло выпрашивает Пак, состроив самую милую свою мордашку. Тэхён фыркает — естественно, Мин ему не откажет.
— Так, оценки за первый конкурс… — начинает он, игнорируя Чимина, но Ким-то знает, что это просто защитная реакция. Ну, или ему и правда пора завязывать с фанфикшином, — Джей-хоуп — три, — здесь слышатся «звуки Хосока», — Ви — два, — тут Тэхён облегчённо выдыхает: это самое большее, на что он мог рассчитывать, а Чонгук осторожно сжимает его руку в знак поддержки, — Джин… — Юнги закусывает губу и специально выдерживает паузу, нервируя этим и так нервного Джина, — тоже два, — всё же сжаливается он над старшим, а тот начинает возмущаться, но Мин игнорирует и его, — Чимин, — на этом имени Тэ пробегается взглядом по ним обоим и может поклясться, что увидел, как они мимолётно переглянулись, — три, — едва заметно улыбается Юнги, и кто бы сомневался вообще, — дальше, Арэм — один, — все посмеиваются и соглашаются, подбадривая Джуна, — и Чонгук — конечно, три, — завершает Мин, и блондин, мягко улыбнувшись, гладит костяшки пальцев Гука, только так, чтобы это не дай бог не попало в кадр.
— Шуга-хён, а давай второй конкурс оценит стафф, — предлагает Намджун.
— Ты хочешь сказать, я несправедлив? — В шутку возмущается Юнги, но после соглашается. Люди из съёмочной группы пишут на бумажках оценки каждой паре и складывают эти бумажки в стаканчик. Когда оператор даёт команду Мину, тот берёт ёмкость и, выудив все голоса, считает и складывает их, — ну, должен сказать, результаты меня удивили, — говорит он, обводя всех мемберов загадочным взглядом.
— Не тяни, хён, — дёргается Хосок, наворачивая уже который круг по катку.
— Десять голосов набрала пара… — опять голосом самого крутого ведущего произносит он, испытывая терпение всех присутствующих, — Арэма и Джина, поздравим! — В итоге озвучивает он, и никто не понимает, что это значит, но поздравлять поздравляют, — тшш, пятнадцать баллов набрала команда… — скоро кто-то его точно ударит за это, — людей, чьи имя и фамилия начинаются на одну букву.
— Айщ, можно без загадок? — Не выдерживает Джин, слабо шлёпая Юнги по плечу.
— Мм, Чимина и Чон Хосока? — Догадывается Чимин и, когда Мин кивает, радостно хлопает в ладоши и кидается обнимать сначала Хо, а потом и самого МС.
— Ну и безоговорочные победители сегодняшнего «Run, BTS» набрали, внимание! Двадцать семь очков! — Провозглашает Юнги, и все начинают поздравлять Тэхёна и Чонгука. По сути выиграл-то Чон, но кого это волнует. Когда мемберы, наконец, отстраняются, привычно орут слоган и направляются в раздевалку, Ким подъезжает к младшему и протягивает руку к его левому уху.
— Поздравляю, Гукки, — произносит он, до сих пор не понимая, как такое простое действие может вызывать подобную реакцию
— Спасибо, но ты можешь, пожалуйста, не трогать мои уши, хён? — Резко шипит Чон.
— М? Но это же моя привычка, не могу, — нагло улыбается в ответ тот и к левой руке присоединяет правую, то есть, обхватывает пальцами оба ушка Чонгука.
— Чёрт, прекрати, прошу, — чёрноволосый буквально стонет эти слова, откидывая голову назад. Тэхён первый раз видит его таким. Таким открытым, таким уязвимым и таким…
— Горячим, — тоже стоном произносит он, с ухмылкой смотря, как глаза (и, похоже, не только) Гука увеличиваются в размерах.
— Что? — Не понимает он, с трудом фокусируя взгляд на старшем.
— Ты был очень горяч, когда катался, — тихо шепчет Тэ и думает, что ещё вчера он бы ударил себя за свою вольность, но иногда даже одно мгновение может поменять всё.
— Чего ты хочешь добиться, хён? — Чонгук тоже неглупый, а в каких-то вопросах даже поумнее блондина будет, поэтому он зеркалит ухмылку и перехватывает его запястья.
— Ничего, — улыбается Ким, приближаясь к его лицу.
— Советую прямо сейчас пойти переодеваться, если не хочешь, чтобы мы совершили то, чего потом уже нельзя будет изменить, — относительно серьёзно говорит Гук, но блондин видит его затуманенный взгляд. Он только хмыкает и, подавшись вперёд, накрывает его мягкие губы своими. В этот раз Чонгук не тормозит, он перенимает инициативу и моментально прислоняет старшего к бортику, врываясь в его рот языком. Тэхён откровенно стонет, обвивая руками его шею и притягивая ближе. Чон целуется чертовски классно, Ким ни за что не захочет оторваться от него. Наверное, никогда в жизни.
— Я люблю тебя, — выпаливает он, как только Гук даёт им возможность отдышаться, — в смысле… правда, Гукки, я не знаю, как, когда и насколько давно, но…
— Я тоже, хён, — Тэхён зависает. Он сказал что?
— Т-тоже?
— Да, я тоже люблю тебя, — устало выдыхает младший и утыкается лбом в его плечо, — это очень больно и неправильно, но, чёрт, мне похер теперь, правда, если это взаимно, то какая к чёрту разница?!
— Полностью согласен, малыш, — Ким впервые за несколько месяцев искренне улыбается.
— Нет, малыш здесь только ты, — а Чонгук ухмыляется и быстро меняет свой тон с вымученного до наглого, но кто против? Тэхён всеми руками, ногами и другими частями тела только «за».
— Л-ладно.
— А теперь всё-таки пойдём к остальным, а то обыщутся.
P.s.
— Так… ты говорил, что я ничего не рассказывал тебе, да?
— Ага.
— Тогда почему весь день ты только и делал, что лапал мои уши?
— Эм, ну, это…
— Я помню, хён. Я рассказал тебе свой главный секрет, не отмазывайся.
— Хорошо, да, и что? Теперь жалеешь об этом?
— Нет, благодарю свой пьяный мозг.
— Ахах, дурачок.
— Твой?
— Мой. И да, спасибо за то, что… эм… не поцеловал меня в сосок, господи.
— Всё ещё впереди, Тэхённи~
~(@o@)~
— Хён, хён, хён! — Засыпая вчера почти в два часа ночи, Тэхён не думал, что его разбудят уже в шесть утра ещё и подобными воплями. Он морщится от громкого голоса Чонгука и пытается сделать вид, что его не существует в этой Вселенной. Не помогает. Чон хмыкает и нагло стягивает с него мягкое одеяло. — Ну, Гук, — хнычет Ким, слепо пытаясь нащупать такую нужную сейчас материю. Он чувствует, что его майка находится где-то на уровне груди, а спальные штаны сползли до середины бёдер. Неловко. — Хён, мне нужно спросить у тебя кое-что, вставай, — говорит младший и, сжалившись над постепенно краснеющим хёном, набрасывает на него одеяло, пока тот подтягивает одежду. — Спрашивай, я отвечу и снова спать, — зевает тот, с удовольствием укладываясь обратно. — Нет, мне нужен вдумчивый ответ, — почти серьёзно произносит Гук и ложится рядом. Тэхён вообще не хочет двигаться. Он всё помнит. — Я тебя слушаю, — он сдаётся и высовывается, чтобы посмотреть Чону в глаза. Зря, наверное, потому что затягивает, как обычно. — Ты… Как бы сказать, — Чонгук вообще редко когда нервничает. И говоря «редко», Ким имеет в виду два раза на его памяти: первый — на прослушивании и второй — перед выступлением с Чарли Путом. Сегодня ещё один исторический день, — ты помнишь, что вчера было? — Издалека спрашивает чёрноволосый, и Тэ едва сдерживает торжествующую ухмылку. — Ага, — кивает он, с интересом наблюдая за тем, как у вечно спокойного Чона сначала меняется взгляд, а затем в его глазах появляется откровенный испуг. — Что конкретно ты помнишь, хён? — С надеждой спрашивает он, нервно облизывая губы и стараясь не смотреть на старшего. Того безумно забавляет его поведение. — Мм, всё? — Усмехается он и всё-таки закусывает губу, чтобы не улыбнуться, ведь Гук такой милый сейчас. — То есть… мой секрет… — тихо бормочет тот, бегая глазами по комнате. — Что? Секрет? Нет, не знаю, а ты проиграл что ли? — Тэхён и сам до конца не понимает, почему решил спасти младшего от самоненависти и скрыть от него сей важный факт, но брать слова назад он уж точно не собирается. Он всё ещё очень любит играть. — А? Ты не… О, то есть, нет, я не проиграл, я просто не помню, рассказывал ли я что-нибудь кому-то из вас, — заметно врёт Чон, однако также заметно расслабляется и уже становится гораздо больше похож на того самого Чонгука, о звании которого по-прежнему знает только Чимин. — Мм, нет, мне точно ничего, — снисходительно улыбается блондин и даже протягивает руку, чтобы потрепать парня по голове. Он отталкивает её. Возникает неловкая пауза, прежде чем Ким сконфуженно не возвращает ладонь под одеяло. — Прости, я пойду, ты тоже не засыпай, нам ехать через два часа, — бросает Гук и, поднявшись с постели старшего, выходит за дверь. Тэхён невольно открывает рот, смотря на слой дерева, отделяющий его от, видимо, не выспавшегося макнэ. — Вот это поворот, — голосом того самого персонажа говорит он и, наплевав на слова Чона, ложится досыпать.~(@o@)~
— Тэхён, твою ж… Чонгук же разбудил тебя! — Утро никогда не бывает добрым. Особенно, если твои одногруппники хотят твоей смерти. А Тэхён думает, что сегодня они хотят именно этого, потому что Намджун буквально кричит эту фразу ему в ухо, одновременно с этим спихивая его с кровати. — Ай! Хён, — обиженно вскрикивает он, с трудом разлепляя глаза и пытаясь осознать, почему он на полу и на него смотрит сразу четыре человека. — Так, вы пока не дайте ему уснуть, а я к Джин-хёну за кофе, — быстро проговаривает лидер и скрывается в коридоре. — Тэ, ну ты даёшь, — весело смеётся Чимин, а блондин не может поверить, что это именно он вчера выпил больше всех, ведь сейчас Пак выглядит здоровее и бодрее всех здоровых и бодрых. — Поднимайся, соня, — мило улыбается Хосок и протягивает ему руку. Тэ внезапно вспоминает своё вчерашнее задание. Смущается тут же, — ты в порядке? Боже, Тэхённи, ты какой-то красный, ты не заболел? — Конечно, Хосок же самый заботливый человек в мире, как он может проигнорировать обычное СмУщЕнИе. — Я в норме, хён, — фырчит Ким, но за руку хватается. — Тэхён-а, статус сонной мухи вообще-то у меня, — произносит до этого молчавший Юнги, и блондин невольно смеётся с его реплики. — Прости, я всё верну, — улыбается он, но уже потому, что вспоминает вчерашнее фиаско хёна. Очень жалеет, что не успел заснять — было бы чем шантажировать. Хотя и так достаточно, но вчерашние посиделки ему ещё надолго запомнятся. — Ладно, хватит болтать, собирайся, и поедем — у нас съёмки меньше, чем через час, — уже серьёзно говорит Мин, и парни оставляют Тэхёна одного. Он быстро умывается, переодевается в тёмные штаны, заправляет в них белую майку с кричащим «Freedom» посередине, сверху накидывает светлую джинсовую куртку и дополняет образ жёлтыми прозрачными круглыми очками. Осмотревшись, блондин выходит из комнаты и присоединяется к остальным на кухне. Всё, вроде бы, идёт как обычно, только вот какая-то незначительная деталь не вписывается в тэхёново понятие «нормальный завтрак с парнями». Эта деталь — взгляд Чонгука. Младший смотрит на него так, словно тот ему должен триста пачек бананового молока. Ну, или наоборот, украл у него часы президента. Ким старается не обращать внимания на чёрные глаза, желающие испепелить его, и спокойно пить свой малиновый чай, но ему всегда плохо удавались игры в мафию (когда нужно притворяться мирным жителем, хотя ты сам сатана). Поэтому, когда остальные, перекидываясь обыденными фразами, выходят на улицу, Тэ ловит Чона за запястье и тянет ко второму фургону, в котором всего три места. Гук даже не сопротивляется, поскольку он давно привык к таким вот выпадам от своего младшего хёна, что очень даже на руку самому этому хёну. Блондин садится ближе к окну и сажает макнэ рядом с собой. — Гукки, что-то не так? — Напрямую спрашивает он, пользуясь отсутствием посторонних лиц в виде водителя и кого-нибудь из мемберов. — Всё хорошо, — с готовностью отвечает чёрноволосый и отводит глаза. Тэхён хочет обидеться на такую откровенную ложь, но для начала решает выяснить её причины. — Я же вижу, что ты чем-то расстроен, расскажи мне, — настаивает он и осмеливается забросить правую руку парню на плечи. Тот заметно дёргается от этого незначительного действия. — Хён, всё нормально, я просто не очень хорошо себя чувствую после вчерашнего, — отмахивается он, косясь на ладонь старшего, — ты же знаешь, я не особо люблю пить, — добавляет, наверняка думая, что Ким купится на это. Ошибается. — Знаю, просто… не люблю видеть тебя таким, — расстроенно говорит тот и всё-таки решается на «суицид». — К-каким? — Чонгук запинается не просто так. Вряд ли он сможет проигнорировать тёплые пальцы, прикоснувшиеся к его правой мочке уха. — Грустным, — шепчет Тэхён, замечая, как младший напрягается и слегка прикрывает глаза, — подавленным, — продолжает он, приближаясь к судорожно облизывающему губы Чону, — может быть, обиженным, — в самое ухо выдыхает блондин, мягко потирая второе его ушко. Тот вцепляется пальцами в обивку сидения и молится. Только Ким об этом не догадывается, он продолжает издеваться. Причём, над собой. Смотреть на тающего в его руках всегда сдержанного Чонгука — выше его сил. Знать, что только он может так повлиять на него — слишком для его психики. Чувствовать, как Чонгук неосознанно хватается за его предплечье — безумно приятно. Приблизиться к его губам и увидеть испуганный взгляд — очень опасно. Нежно поцеловать Чонгука в сладкие (скорее всего, от бальзама) губы — лучшее, что только можно было представить. Младший не отстраняется, не отталкивает, не кричит и не брыкается — никак не показывает своё несогласие с происходящим. Наоборот. Он жмётся ближе, руками обнимает старшего поперёк груди, зарывается пальцами в его волосы и /о боги/ берёт инициативу на себя. Тэхён такого вообще не ожидает. Он дрожит, но, исключительно, от желания. А нет, вот теперь и от страха, ведь подобные мысли не должны возникать. Не по отношению к своему самому лучшему другу, почти брату, члену своей бигхит-семьи. Не к Чонгуку. Неправильно, грязно, запретно. И всё ещё сладко. — Хён, — почти стонет Чон, чем только усугубляет ситуацию. Тэхён же не железный, в конце концов. — Чёрт, Гукки, я… — начинает он, отодвигаясь от парня и бегая ошарашенным взглядом по его лицу. — Молчи, хён, я всё понимаю, — Гук заметно сникает и на полном серьёзе собирается покинуть автомобиль. Однако… — Стоять! Будет хуже, если мы сейчас разойдёмся и будем игнорировать друг друга и то, что произошло, — быстро проговаривает Ким, останавливая младшего за плечо. — А что, хён, что произошло? Как мы… Боже, как вообще это могло произойти, — сказать, что Тэхён в шоке не сказать ничего. Если, как упоминалось ранее, нервничал Чонгук всего два (уже три) раза в жизни, то вот паниковал… пожалуй, никогда. Ким творит историю. А Гук зарывается пальцами в свои волосы и жмурит глаза. — Тише, Чонгукки, пожалуйста, успокойся, — блондин хоть и пытается его утешить, но это слабо помогает. Чон кусает губы и поднимает на него испуганный, полный слёз взгляд. Тэхёна ломает изнутри от увиденного, — боже, малыш, — шепчет он и, плюя на всё, притягивает его к себе в крепкие объятия, — только не плачь, хорошо? Ты же сильный, ты чего, — он нервно смеётся, хотя это элементарная паника, — я… я люблю тебя, не бойся, — улыбается он, думая, что это точно должно сработать. О-ши-ба-ет-ся. — Хён, я… — Чонгук всерьёз начинает всхлипывать, и Тэхён впервые реально не знает, что ему делать. — Гукки, я не специально, правда, прости, если хочешь, я забуду об этом, хорошо? Ты хочешь? — «Нет, прошу, скажи нет». — Да, хён, я хочу, извини, — Ким обречённо хмыкает и кивает, проглатывая непрошенную боль. — Ладно, договорились, — с каких пор спокойное эмоциональное состояние Чона стало для него важнее, чем своё собственное — блондин не скажет. Ни сегодня, ни завтра, ни, наверное, в будущем. В любом случае, он соглашается и этим обрекает себя на страдания в течение нескольких месяцев (и это только минимум). — Спасибо, — растерянно благодарит Гук, и Тэхён думает, что лучше бы он ударил его в лицо, чем вот это всё. Но младший всё-таки выходит из машины, а вместо него садятся Чимин и Джин. Ким быстро берёт себя в руки и отворачивается к окну. К его счастью, парни шутят между собой и не замечают его разбитого состояния. Зато, он может немного поразмыслить над тем, что фанфики всё же не врут, и даже если ты предложишь человеку вместе разобраться во внезапном наваждении, то далеко не факт, что этот человек разделит твоё предложение. Особенно, если этот человек — такая непредсказуемая личность как Чон Чонгук. Долго поразмыслить ему, к сожалению, не удаётся, так как они довольно быстро подъезжают к ледовому катку. «Run, BTS» обещает быть интересным сегодня, поэтому Тэхён постарается забыть на время о проблемах и попробовать научиться кататься.~(@o@)~
Первое, что бросается блондину в глаза, когда он переступает бортик — огромное пространство без каких-либо точек опоры. Не то чтобы он никогда не был на катках, но именно на них он никогда и не был. Второе — абсолютное отсутствие людей. Естественно, для съёмок Big Hit всегда арендует те помещения, где они проводят шоу, но в таком месте подобное видеть не очень приятно. Ну и третье… Чонгук. Тэ когда-нибудь перестанет удивляться тому, что этот парень умеет всё, нет, даже ВСЁ, но точно not today. Его рот невольно слегка приоткрывается при виде того, как чёрноволосый ловко выезжает на середину круга и уже оттуда набирает обороты. Тэхён плавно скользит взглядом по его подтянутому телу, залипает на том, как сокращаются мышцы на его бёдрах и как… его глаза горят восторгом. Завораживающее зрелище. Ким пропускает всё на свете, пока откровенно пялится, так что Намджуну приходится силой выпихивать его на лёд. А может, он это случайно, но это не так важно. — Как обычно, делимся на команды, — весело хихикает Чимин и первый успевает взять стакан с буквами из рук продюсера. Тэхён начинает молиться всем известным и не очень богам. — Значит, команда A: Джин, Арэм, Джей-хоуп; команда B: Чимин, Ви, Чонгук; Шуга — ведущий, — оглашает результаты жеребьёвки всё тот же продюсер, и Тэхён напряжённо сжимает кулаки — молитвы не помогли. Он очень плохо умеет скрывать эмоции, а Чон становится рядом. — Так, играем, как всегда, за еду. Первое задание: каждый игрок из каждой команды должен проехать от одного конца катка до другого самым красивым и изощрённым способом — это так, для разминки. Данное задание будет оцениваться в три балла максимум. Готовьтесь, — произносит Юнги, и обе команды разъезжаются на две стороны. Тэхён думает, что Мин обычно неплохо так устраивается на этом шоу, когда постоянно берёт роль ведущего на себя, но сказать ничего не может. Да и не хочет, если честно. Его больше волнует, как он будет выполнять это грёбаное задание, если он коньки впервые в жизни видит. — Чим, что мне делать? — Да, он мог бы спросить кого-то более опытного и умелого в этом деле, но только в том случае, если бы его имя не начиналось на Чон и не заканчивалось на Чонгук. — М? А в чём дело, Тэ? — Обеспокоенно интересуется Пак, наворачивая вокруг него маленькие кружочки. — Я не умею кататься, — обречённо отвечает Ким и отводит взгляд, чтобы не закружилась голова. — Омо, ты что! — Удивлённо вскрикивает брюнет и даже останавливается из-за такого, — я не успею научить тебя за десять минут, — Чимин заметно расстраивается, ведь он не в силах помочь своему «соулмейту», но тут его глаза натыкаются на Чонгука, — хм, я-то не смогу, а вот он… — загадочно произносит Пак и бесцеремонно толкает блондина в сторону Чона. — Что??? О боже, я же вре… — начинает пищать тот, пока не вписывается в сильное тело, — …жусь, — уже шёпотом и в грудь этого самого тела добавляет он, осторожно поднимая голову. Чонгук, кажется, первые несколько секунд пытается сдержать улыбку, а затем снова прячет все эмоции, — прости, — только и может выдавить Ким, потихоньку отстраняясь от него и всё ещё чувствуя сильный дискомфорт от того, что нет возможности сделать нормальный шаг. — Смотри, хён, здесь главное постоянно держать положение тела в косом состоянии, если можно так выразиться, — внезапно начинает учить Гук и, наклонившись, подтверждает свои слова примером, — когда ты хочешь сделать движение влево, ты должен наклониться вправо и наоборот, понимаешь? — Спрашивает он, и Тэхён да, понимает, но реализовать вряд ли сможет. По крайней мере, не в тот момент, когда Чонгук напротив него такой… горячий. И делающий вид, что какие-то двадцать минут назад ничего не было. — Д-да, понимаю, — выдыхает он, даже не двигаясь с места и краем глаза замечая, что остальные парни уже вовсю тренируются перед первым раундом. — Попробуй, — просто предлагает Чон, а у Кима мозг не совсем в том месте сейчас находится, он взглядом приходится по его телу (в который раз за утро) и останавливается на губах, — хён? — Произносит Гук, вроде как, спокойным тоном, но Тэхён-то видит, как его мелко потряхивает. — Да, сейчас, — наконец, блондин берёт себя в руки и пытается повторить то, чему его обучил младший. Получается далеко не сразу, но всё лучше, чем просто стоять на льду. — Да, вот так, молодец, — неожиданно хвалит Гук, когда Тэ всё-таки удаётся нужная позиция. Тот замирает. — Спасибо, Гукки, правда, — он улыбается и спешит ретироваться к Чимину. — О, вот видишь, а ты волновался, — брюнет заботливо ловит его в свои объятия и треплет по светлым волосам, — а почему ты сразу к Чонгукки не подошёл? — Интересуется он, и Ким теряется. Хотя вполне ожидал этого вопроса. — Я… Не знаю? — Отмазывается он и выбирается из дружеского захвата. — Хм, а… — начинает Чим, но его прерывают. — Так, постройтесь и начинаем, — командует Юнги, и все парни с готовностью подъезжают к разным сторонам катка, — давайте огласим названия команд и решим, кто первый начинает, — говорит он, привычным жестом перелистывая карточки со сценарием. — Ким! — Сок! — Джин! Все мемберы откровенно смеются с уже привычного названия команды, где есть Сокджин, пока эти трое выстраивают какую-то непонятную фигуру. — Давайте назовёмся ЧонВиМин, — неожиданно предлагает подъехавший к Тэхёну и Чимину Чонгук, и у первых открываются рты. — А почему это ты сверху? — Выпаливает Ким, поздно понимая что он только что сморозил. Чёрноволосый снова едва сдерживает смех, но отвечает: — А ты против? — И ухмыляется так нагло, а Пак охреневает от происходящего. Он, конечно, в курсе, что у этих двоих бывают самые разные приколы, но до такого как-то не доходило. — Нет, не думаю, — улыбается Тэхён и улучает момент для того, чтобы прикоснуться к левой мочке уха Чона. Тот дёргается и резко мотает головой, с долей испуга смотря на старшего. — Так, как называется ваша команда? — Прерывает их Мин, и блондин ему отчасти благодарен за это. — ЧонВиМин, — озвучивает он, боковым зрением смотря, как Гук слегка улыбается, а Чимин, напротив, готов закипеть от злости. Естественно, он же снизу. — Боже, очень оригинально, — закатывает глаза Юнги, и это, естественно, вырежут из кадра, — так, а теперь на «кауи, бауи, по» определим, чья команда и какой участник этой команды будут первыми, — продолжает он, и Сокджин (бессменный лидер команды Ким Сокджин) с Чонгуком (ну, он же сверху — он и лидер) выезжают в центр круга. Спустя три попытки выигрывает Чон, на что Тэхён и Чимин радостно дрыгаются, а оскорблённый Джин уезжает к своим, чтобы выбрать «счастливчика». — А у нас кто первый будет? — Как только Гук появляется рядом, спрашивает Пак, опять принимаясь наворачивать вокруг них круги. У Кима уже голова кружится от него. — Ты, — переводя взгляд на противоположную сторону катка, бросает он. — Почему? Пусть Чонгук будет, — обиженно заявляет тот и даже останавливается, цепляясь за руки «соулмейта». — А почему я? Ты тоже хорошо катаешься, — не менее обиженно отвечает Чон и, кажется, пытается отработать какие-то финты, которые, видимо, где-то уже успел увидеть. Тэхён не пялится, нет. Но это именно то, что он делает, ага. — Тогда Тэ, — бросает Пак и во избежание братоубийства срывается с места. Ким просто молча дуется на него. — А правда, хён, давай ты, — внезапно говорит Гук, всё также не удостаивая его своим вниманием. Ну, по крайней мере, он не избегает его — уже плюс. — Что? Нет, я облажаюсь и всё запорю, я не умею и ты… — начинает паниковать Ким, и замолкает только когда лицо Чонгука оказывается напротив его собственного. — Тише, успокойся, хён, — шепчет он, как сам Тэ шептал ему совсем недавно. Тэхён ощущает дрожь и необъяснимое (очень даже объяснимое, на самом деле) волнение, пока старается не смотреть в чужие глаза так откровенно. — Х-хорошо, я… буду в порядке, спасибо, — улыбается он и уже хочет отъехать назад, но совсем не ожидает того, что Гук резко схватит его за руку и невесомо, едва ощутимо, поцелует в щёку, — боже, зачем… — начинает Тэ, однако Чон быстро отстраняется, а откуда-то впереди слышится голос Юнги. — Начинаем! — Кричит он, хотя ему выдали микрофон, но кого это волнует, и к середине катка подъезжает Хосок. Тэхён, Чимин и Чонгук тоже подтягиваются, собираясь понаблюдать за феерическим шоу. Самопровозглашённый рефери свистит в также выданный свисток, и Хо стартует с места. — Джей-хооооуп, — вопят одновременно Чимин и Джин, затем переглядываются и начинают дико смеяться с этого. Гук только закатывает глаза, а Тэ слабо шлёпает брюнета по плечу за то, что болеет за противников. Хо, тем временем, делает красивый оборот, проезжает змейкой, за малым не вписывается в съёмочную группу и, слава всему, возвращается целым и невредимым. — А кто оценивает? — Подаёт голос Намджун, ловя старшего Чона в свои руки. — Я, кто ж ещё? — Ухмыляется Юнги, и все начинают возмущаться. Однако режиссёр давно всё решил, так что их возмущения никому не интересны, — так, теперь кто-то из команды ЧонВиМин, — прерывает всех Мин и, похоже, пытается не засмеяться с названия. — Ви-хён, — говорит Чонгук и выталкивает опешившего Тэхёна вперёд. — Хорошо, лет’с гоу, — посмеивается Юнги, и Ким опасливо продвигается туда, где пять минут назад был Хосок. — Файтин, хён! — Кричит Гук, и это реально работает. Ким собирается с мыслями, духом и всем, чем только можно собраться и начинает движение. Первые несколько «шагов» даются ему с большим трудом и он чудом не поскальзывается на (в прямом смысле) ровном месте. Зато, через пару мгновений он быстро втягивается и даже расслабленно откатывает свою «произвольную программу», корча смешные рожицы и показывая свой фирменный знак V в каждую камеру. — Ваа, Ви-щи, ты был так крут! — Пищит Чимин, кидаясь к нему на шею, как только он подъезжает к своим сокомандникам. — Ответ команды Ким Сокджин, — хмыкает Юнги, обращая внимание всех на приготовившегося Намджуна. Тэхёна всё ещё чуть-чуть потряхивает от пережитого — он всё-таки первый раз катается, ещё и на камеру — и он с трудом вообще понимает, что происходит, поэтому, следуя примеру Пака, поворачивается в сторону лидера, но без каких-либо мыслей. Когда Джун предпринимает попытку сдвинуться с места, присутствующие, включая операторов, взрываются смехом, ибо Ким Намджун и коньки — вещи абсолютно несовместимые. Блондин тоже с радостью бы посмеялся, если бы не ушёл в астрал на какие-то пять минут. Оттуда его возвращает рука. Рука Чонгука. Рука Чонгука, которая мягко ложится на его, Тэхёна, талию. — Ты отлично справился, хён, — шепчет Чон, специально или нет задевая губами висок Тэ. Тот боится сделать вдох, чтобы не спугнуть. — С-спасибо, Гукки, — только отвечает тихо, незаметно поглаживая пальцы младшего, всё ещё покоящиеся на его боку. Смех стихает, и парни быстро отстраняются друг от друга. Чимин готовится к своему звёздному часу, а Тэхёну нужно выйти. Желательно в окно, конечно, но можно пока просто на воздух. Он откровенно не понимает поведения своего донсена. То он злится на него без причины, то чуть ли не рыдает в его объятьях, то неожиданно становится очень милым и заботливым. Какой тут каток, когда в жизни такие проблемы! А пока Ким разбирается со своим душевным (не)равновесием, Чимин выделывается как может. Не, ну, он-то может, что говорить. На секунду Тэхёну кажется, что Юнги слишком пристально смотрит на Пака. Да, пожалуй, ему всё же пора заканчивать с фанфиками. — Так, крайние участники, и переходим к другому заданию, — Мин даже откашливается слегка, когда Чимин на последнем круге ради фансервиса (или нет) проезжает в миллиметре от него и плавно проводит рукой по его щеке. Всех это только забавляет, а Юнги краснеет. Или только Тэхён замечает все эти детали? Что с ним не так? Тем не менее, Сокджин уже начинает своё «выступление», и ему приходится отвлечься на старшего. Тот умело разгоняется, пару раз даже прокручивается, а потом эпично въезжает в бортик, потому что не умеет останавливаться. И снова все смеются до сползания на лёд (Чимин, если быть точным). — Поставь мне высшую оценку, я же в конце уже врезался, — с того конца круга кричит Джин, а Юнги только качает головой на это заявление. — Давай, Чонгук, удиви нас, — Смеётся он, подталкивая макнэ к старту. Тот фыркает и отмахивается от него, поглядывая в сторону Тэхёна. Ким понимает, что должен что-то сделать, но вот, что именно — не совсем. Поэтому доверяется чувствам и, быстро преодолев расстояние между ними, хватает его за руку, чтобы осуществить их фирменное рукопожатие. — Я в тебя верю, Гукки, — тихо произносит он только для Чонгука. Тот искренне улыбается и, когда Ким отъезжает, резко стартует с места. Тэ в который раз зависает, разглядывая его красивую фигуру и всё такие же рельефные мышцы, которые видно невооружённым глазом, и восхищается теми движениями, которые он проделывает. По тому, как двигается Чон, можно понять, что он, как минимум, смотрел вчера сотню видео с несложными программами фигурного катания, а как максимум, когда-то до этого тренировался. Тэхён ничему не удивится. Исключая тот факт, что сейчас он удивлён как никогда. Всё-таки Чонгук и коньки — это вам не Намджун и коньки — эти слова сочетаются почти идеально. Теперь Тэ жалеет, что около недели назад не согласился пойти с ним и Чимином на каток, хотя его приглашали. Но что он мог сделать, если в этот же день его позвал прогуляться Сонджэ, с которым они виделись крайний раз чёрт знает когда. Но в данный момент Тэхён не может и не хочет думать о каких-то там Сонджэ и прочих, единственный, кто занимает его мысли (и глаза) — Чон Чонгук. Чёрноволосый и правда смахивает на чуть ли не профессионального фигуриста: его движения очень плавные, положение тела слишком правильное для обычного человека, а чувство внутреннего ритма превосходит любые ожидания. Операторы стараются заснять каждый его поворот, сделать как можно больше удачных кадров, а мемберы просто наслаждаются красивым видом. Ну или катанием. Это Ким немного не о том думает. Из этих~The End~
