4
2 декабря 2018 г., 22:58
Слабость и сильная боль — это все, что чувствует Чонгук, опираясь на своего спасителя и дожидаясь пока мама откроет дверь.
— Господи! Что случилось? Милый, что с тобой? Заносите его сюда, — мужчина аккуратно подхватывает юношу на руки и несёт в комнату, следуя за женщиной.
— Сейчас. Сейчас я вызову скорую.
— Нет! Мама, не надо! Не звони. Все нормально.
— Что? Нормально? Да на тебе живого места нет!
— Пожалуйста. Я сейчас объясню, — голос Чонгука с каждым словом становится всё тише, сильнее вздымается грудь от тяжелого дыхания.
Мужчина, который спас его громко прочищает горло, чтобы обратить на себя внимание и уйти.
— Спасибо. Спасибо вам огромное. Я не знаю, как вас благодарить, — она берет мужчину за руки и низко кланяться.
— Что вы, ничего не нужно. Каждый бы так поступил на моем месте.
Мама возвращается в комнату, проводив спасителя, держа в руках чистую одежду сына.
— Где папа?
— Он в командировке. Чонгук, я жду вразумительных объяснений или звоню в скорую и в полицию.
И Чон начал рассказ, пока мама помогала освободиться ему от грязных, сырых вещей, пропитанных его собственной кровью и дождем. Но рассказывать все не стал, правдой было то, что избил его сын одного влиятельного человека, и что обращение в полицию лишь усугубит ситуацию и его положение в институте. А вот причину не назвал, да и что это за причина, когда просто человек не нравится? Он сказал, что сам задел его и началась потасовка.
Этот рассказ нисколько не успокоил взволнованную мать, она очень сильно переживала за здоровье сына и еле уговорила отправиться в частную клинику, не сообщая в полицию.
***
Высокий доктор в белом халате со стопкой бумаг выходит из палаты, где в данный момент находится Чонгук, и направляется к ожидающей его взволнованной женщине. — Ну что, кроме как чудо, по-другому я назвать это не могу. Его били ногами по всему телу, но ни переломов, ни внутренних кровоизлияний нет. Множественные гематомы, трещина в двух ребрах и высокая температура от переохлаждения. Ему обработали все раны и ссадины, дали противовоспалительное и жаропонижающее. Ему нужно как следует отдохнуть, сейчас он спит, и я бы советовал его не беспокоить. Вам тоже необходимо отдохнуть. — Могу я остаться в больнице на ночь? — в глазах женщины стоят слезы, она сжимает кулачки перед собой, прижимая их к груди и ожидая ответа. — Соседняя палата свободна, вы можете расположиться там. Сестра принесет вам успокоительное, — с доброй улыбкой доктор мягко касается плеча женщины, вот-вот готовой разрыдаться. Очень осторожно, чтобы не разбудить мальчика, ведь еще очень рано, мама медленно открывает дверь в палату сына, которого там не оказывается. Почти сразу за ней входит Чонгук и видит метающуюся по палате в поисках пропажи мать. — Под кроватью не смотрела? — с легкой улыбкой спрашивает парень. — Господи! Зачем ты встал? Тебе, наверное, нельзя. Куда ты ходил? — Да вот, решил до интернет-кафе прогуляться. — Что?! — Да в туалете я был. — Когда писал, крови не было? — Мам! — Ну что "мам"? Давай-ка лучше ложись, я сейчас позову сестру, пусть температуру измеряет. — А где мой телефон? — Вот он, — она передает ему телефон, дожидается пока тот уляжется. и уходит за медсестрой. Чонгук снимает блокировку и видит восемь пропущенных и три сообщения от Тэхена. Тэхен~и [19:49] «Чонгук-а, ты еще не освободился?» Тэхен~и [20:15] «Чонгук, у тебя всё в порядке? Почему ты на звонки не отвечаешь?» Тэхен~и [21:37] «Чон, я уже начинаю волноваться, позвони, как сможешь» Чонгук не успел дочитать последнее сообщение до конца, как в палату вошла медсестра. — Доброе утро? Как ты себя чувствуешь? Выспался? — спрашивает средних лет женщина во всем белом. По лицу её видно, что она очень добрая и, наверно, безумно любит свою работу, потому что не может человек не любящий свое дело быть таким радостным в семь утра. — Да, всё хорошо. — Давай-ка, мы с тобой измерием температуру, а потом я принесу тебе завтрак. — Да я могу и сам за ним сходить, спасибо. — Милый, с твоим личиком лучше тут посидеть. «Вот черт!» — Чонгука осенило, что он до сих пор не видел, что же сделали с его лицом эти «художники». Сестра протягивает ему градусник и принимается осторожно наносить какую-то не очень приятно пахнущую мазь на его лицо. Больно, но из-за того, что мазь холодная, эта боль быстро утихает. Писк градусника. Чонгук не глядя, протягивает его медсестре. — 37,6. Давай-ка натяни одеяло повыше, а я за едой схожу. Чон послушный. Он не стал говорить, что есть ему, наверное, впервые в жизни не охота, но он не хочет расстраивать эту милую женщину. «Интересно Тэ уже проснулся?» — С этими мыслями Гук берет с тумбочки телефон и принимается писать. Чонгук~и [07:12] "Тэ, привет. Извини, что вчера не ответил. Я заболел, пока не буду ходить на занятия. Как посидели вчера?" Ответ не заставляет себя долго ждать, будто собеседник только и ждал, когда же ему напишут. Тэхен~и [07:15] «Привет. Ты меня так напугал своим молчанием. Чем ты заболел? Посидели отлично, правда, тебя очень не хватало, особенно мне😊» Чонгук~и [07:17] «Я простыл. Температура, кашель ((» Тэхен~и [07:23] «Могу я прийти после занятий, навестить тебя?» Чонгук~и [07:24] «Нет, Тэ. Не хочу тебя заразить. Лучше позвони мне, как время будет» Тэхен~и [07:26] «Жаль ((Я бы хотел тебя увидеть. Хорошо, тогда я позвоню тебе и мы будем болтать до ночи😊 Выздоравливай❤» В палату снова входит сестра со столиком для завтрака в руках в сопровождении его мамы. Чон приподнимается, разглядывая кашу, яблоко, стакан воды и горстку таблеток. — Могу я лечиться дома? — он обращается сразу к двум парам глаз, уставившихся на него. — Дорогой, нет. Кто будет ухаживать за тобой дома? Через час мне на работу. — За мной не надо ухаживать, я буду лежать. — Нет. Ты останешься здесь, милый. У тебя температура, а гематомы кто обрабатывать будет? Нет-нет. Чон опускает голову и молча начинает ковырять ложкой в каше. Это будет пытка.***
Время словно остановилось. Гук уже измучил свой телефон. Впервые ему даже захотелось сделать какое-нибудь домашнее задание. Скучно. Лучше бы он спал, но не хочется. «Аааа ну и скука. Тэ… спаси. Он наверное занят, еще пары. Ну и что, я только спрошу, что задали». Улыбнувшись своим мыслям, Чон снова набирает сообщение. Чонгук~и [14:38] «Тэ))ты сейчас на занятии?» Тэхен~и [14:42] «Да, Гукки» Чонгук~и [14:45] «Что делаешь сейчас? Чимин рядом? Передай ему привет)» Тэхен~и [14:49] «Он всегда рядом. Я передал» Чонгук~и [14:51] «Как у него дела?» Тэхен~и [14:55] «Чонгук, я сейчас немного занят, напиши ему сам и спроси, он все равно ничего не делает.» «Написать ему? Нееет. Да он и Юнги не переносят меня». — Чонгук разрывается между тем, чтобы написать первым и в тоже время убеждает себя в том, что это глупо: писать тому, с кем меньше всего в компании общаешься. Слово «милый», сказанное ему Чимином, тогда у Тэхена дома, впечаталось в память и врезалось в самое сердце. Чонгуку было приятно, но все мысли, почему он так сказал и что это может значить, он пресекал на корню, чтобы не питать глупых надежд и иллюзий на возможную дружбу с этим ангелом.
