Неделя Рид900

Гэвин и Ричард лежали в кровати, наслаждаясь тишиной и близостью. Они уже 2 месяца встречались, полностью утопая в своих чувствах, принятие которых далось каждому из них с таким трудом.

***

Ещё некоторое время назад Гэвин ненавидел себя за то, что влюбился, как мальчишка, в пластиковую куклу, очередной прототип линейки RK. Он не ожидал, что контролировать себя окажется настолько сложно. Ему до безумия хотелось касаться Ричарда, но Гэвин боялся реакции андроида, поэтому лишь иногда, он, как будто случайно, задевал ладонь девятесотого своей, чуть ощутимо сжимал его пальцы и тут же убирал руку. Мужчина не ожидал, что каждый раз, когда они будут выезжать на опасные задания, он будет бросаться под пули, лишь бы они не задели корпус Ричарда. Хотя Гэвин прекрасно знал, что ему в случае ранения придется ложиться в больницу, более того, он может умереть, а Ричарда всего-то отправят на ремонт в одну из многочисленных мастерских Киберлайф. Но Ричард все равно переодически получал ранения, тогда Гэвин начинал винить во всем себя, долго извинялся перед андроидом, жутко смущаясь от своих же слов. И тем более, Гэвин не ожидал того, что в критический момент, когда он болтался на волоске между жизнью и смертью, последнее, что он захочет сделать — поцеловать склонившегося над ним и что-то быстро и взволнованно говорящего андроида, затыкая ему рот, не давая продолжить эту триаду обещаний о том, что Гэвину обязательно помогут и он будет жить. Ричарду не могло быть больно, андроиды не чувствуют боль. Но каждый раз, когда он пытался сделать что-то, что противоречило программе, его тело пронзала нереальная боль. Но ради этого человека, готового ради него на все, Ричард раз за разом терпел и постепенно разрушал запреты, выстроенные программным кодом. Он отчётливо видел, как от алой стены, не дающей стать свободным в своих действиях, отпадают кусочки: маленькие или большие. Все то, что происходило между ним и Гэвином, они никогда не обсуждали. Ричард просто делал вид, что не замечает, что Гэвина тянет докоснуться до него, что все прикосновения не случайны. Когда напарник пытался защитить андроида, Ричарду хотелось взять Гэвина за плечи и хорошенько встряхнуть, наорать, сделать хоть что-нибудь, чтобы упрямец не подвергал себя опасности снова и снова. Гэвина до сих пор не ранили только из-за того, что Ричард всегда успевал оттолкнуть человека, принимая удар на себя. И в какой-то момент Ричард всё-таки не успел, пуля прошла через тело детектива, и тот упал на землю, зажимая отверстие, из которого полилась кровь. Андроид мигом подскочил к Гэвину, от стены запретов отлетел огромный кусок — ровно половина. Андроид не может бояться или паниковать, но Ричард паниковал, он что-то беспорядочно говорил, сидя с Гэвином, который хрипел и пытался что-то сказать, но у него не получалось. Оставив свои попытки, детектив сделал то, чего девятисотый точно не ожидал. Он судорожно смял синтетические губы андроида своими… Стена окончательно разрушилась, Ричард больше не чувствовал того, что ему запрещено что-то делать или чувствовать.

***

Ричард нежно провел носом по скуле дремлющего Гэвина и тихо промурлыкал ему на ухо: — Детектив, пора вставать. Вам принести кофе? — не смотря на свою девиацию и нежные чувства к человеку, Ричард не мог перебороть себя и обращаться к Гэвину на ты. Он пытался, но раз за разом терпел неудачу. Гэвин уже смирился с эти фактом и не пытался переучить девианта. — Может сегодня проведем весь день дома, Ричи? Мне так лень куда-то идти… — протянул детектив, потягиваясь и зевая. — Гэвин, вы прекрасно знаете, что у нас есть планы. — Хорошо, тогда я поеду, если ты будешь называть меня на ты, — мужчина постоянно шантажировал этим Ричарда, прекрасно зная, что у него не получится выполнить условие. — Вы же знаете, что я не могу… — андроид отвёл взгляд, ему вдруг стало до жути обидно. — Прости, — Гэвин заметил настроение Ричарда и попытался загладить свою вину, прижавшись к спине любимого. Детектив не мог видеть, как его девиант грустит, а там более, если он грустит по его вине, — Ты же знаешь, что я тебя очень люблю? — Знаю… Я вас тоже люблю, Гэвин, — андроид развернулся лицом к человеку, утыкаясь ему в шею. «Такой большой и опасный с виду, а на самом деле ранимый и нежный» — детектив уже не первый раз ловил себя на такой мысли. — Ладно, если ты так хочешь, я поеду с тобой, Ричи. — Спасибо, — вроде, ничего особенного Гэвин не сказал, но почему-то именно в такие моменты Ричарда затапливало осознание того, насколько этот человек важен для него и любим, — В… т-ты… ты самый лучший. Два месяца борьбы, чтобы сказать это простое слово — «ты». Ричард смог сделать это, только благодаря Гэвину. Он даже жил только благодаря Гэвину.