Нет, не лень

      Друзья этой парочки давно привыкли к тому, что ни у Чимина, ни тем более у Тэхёна тормозов как таковых нет, а стоп кран конструкцией изначально не предусмотрен. Нет, это не связанно с эктремальными видами спорта, разгульным образом жизни или ещё чем-либо. Это связанно с огромным шилом у каждого в заднице в виде здорового дилдо, которое по всей видимости (на деле по версии Юнги) вливает парням через анал в мозг волшебную сперму драконов пыльцу фей, заставляющую их творить всю ту херню, которую они изо дня в день творят. «Будь проклят этот сраный тамблер» – каждый раз вздыхает Джин, негласная мамочка их компании, и просит у Бога мозгов для его душевнобольных «подкидышей».

***

      В этот раз Тэхёну с Чимином приходится прождать аж целых минут пятнадцать, чтобы хоть кто-нибудь зашёл в общагу (представление без зрителей – эт отстой, как бы они сказали) и как только это случилось (Чимин чуть не просрал момент, позор солдату) старший из двоих прыгнул на руки к младшему и нахмурил брови.       Зашедшие жертвы Намджун с Хосоком от неожиданной картины так и застыли в дверях, напротив дивана, где Чимин, согнувшись в три погибели полулежал на коленях Тэхёна, одетый в костюм львёнка, а Тэ в это время его убаюкивал и пел колыбельную. – Что ты делаешь? – Возмутился Чимин. Намджун с Хосоком молча переглянулись. – Укладываю своего малыша спать, разве не видно? – Ответил Тэхён, искусно делая вид, что кроме них в комнате никого. – Но я не твой мал... Приложив к губам старшего палец, Тэ зашикал: – «Тише... тише, деточка... засыпай». – Так не уснёт, Тэ, – вставил Хоуп, еле сдерживая хохот. – Нужна соска. – В вашем случае, член, – добавил Намджун. – Откуда у вас этот костюм, имбицилы? Тэхёна издёвка никак не задела, настоящий актёр падёт замертво на сцене, ёпта: – «Шш, блять! Я пытаюсь уложить ребёнка спать, не смейте говорить о членах в его присутствии, педофилы!»       Хосок падает на пол от смеха, а Намджун, бросив тихое «всё понятно», сворачивает туда, куда шёл изначально.