Слишком простые истории

Ямаха-сан был несказанно рад возвращению своего блудного подопечного. Расцеловав Делла, он ещё долго расспрашивал парня о жизни в Штатах. Хонне сначала рассказывал весело и непринуждённо, но в скорее заметно устал и сдулся. Мысли уставшего парня теперь занимал лишь один вопрос: как добраться до общежития? Тут дверь директорского кабинета распахнулась, и в небольшую, но светлую комнату в европейском стиле, влетел растрёпанный запыхавшийся юноша с глазами, цвета первой молодой травы весной. - Господин Ямаха! Мне нужно срочно поговорить с вами! – юноша застыл в неловком формальном поклоне и зажмурил глаза. - Ммм… Гумио, я вообще-то немного занят. Не видишь? - Я…я лишь хочу, чтобы вы меня уволили! - Что?! – от такого заявления глаза у вечно весёлого мужчины поползли на лоб. - Я не хочу больше быть в вашей компании! Я ухожу! И не останавливайте меня – ноги моей больше не будет в студии! – парень сжал кулаки, будто готовясь к обороне. - Йо, мальчонка! Опять ты? – Делл удивлённо выгнул бровь, - Тут разговаривают большие дяди, так, что заткни свой юношеский пыл куда подальше и научись терпению. Гумио, шелестя мокрым осенним плащом, плюхнулся прямо на кожаный черный диван. Ямаха ещё минут пятнадцать разговаривал со своим серебряноволосым гостем, затем же, когда диалог свёлся ко вполне логическому апофеозу, взглянул в сторону истеричного парня. - Он, что там уснул? - Дрыхнет как младенец. У него все глаза красные, я ещё утром заметил. Небось, рыдал всю ночь горючими слезами. - Он хороший мальчик, не будь к нему слишком строг, Делл. Без родителей жить не сладко. Хонне, пытаясь изобразить сострадание на унылом лике своём, двинулся к уже отсыревшему дивану. Юный херувим лежал, свесив ноги вниз, и умильно подложив ладошки под бледную щёку. - Эээй, Спящая Красавица, открывай глазки. Ответа не последовало. - Чучело тупоголовое, я кому сказал?! – рука требовательно прошлась по мягким волосам. - Ещё пять минут, сестрёнка… Ай! – пихнув парня в живот, Делл недвусмысленно дал понять, что никакой Гуми тут нет. – Больно вообще-то! - Конечно, а как ты думал? Мне что, тебя на ручках домой тащить?! – мужчина выпрямился и скрестил руки на груди. - Вас об этом никто не просил! – Мегпоид старший, попытался сесть на диван, но тут же скатился на пол по отсыревшей, влажной коже. – Чёрт! Это ужасно! - Тебя никто не заставлял спать прямо в пальто. Пошли, мальчик, - равнодушный вид у Делла получался, как всегда, лучше всего. - Сначала я напишу заявление об уходе! Я для этого и пришел вообще-то! Ямаха-сан, что я должен подписать? - Видишь ли, Гумио, если ты уйдёшь, то тебя сразу определят в детский дом. Ты же несовершеннолетний. Не думаю, что там тебе будет намного лучше. - Мальчик, не глупи. Здесь о тебе хотя бы заботятся. Здесь ты кому-то нужен. Даже такой сопляк и нюня. Узнав о твоей ориентации в детдоме, тебя начнут презирать, и тогда ты точно узнаешь почём фунт лиха. Гумио сидел на полу, уткнувшись лицом в колени. Ужасно стыдно поднимать глаза, которые до краёв наполнены слезами. Даже если они у вас такого потрясающего салатового цвета. Проглотив накативший к горлу ком, тыльной стороной ладони он решительно вытер слезы. Посмотрел на Делла и слегка улыбнулся. - Ладно, я жутко проголодался, пойдём домой! *** На улице лил дождь. Всё небо было затянуто тяжёлыми свинцовыми тучами. Изредка раздавался глухой громовой гул, после чего, молния, своим ослепительным блеском, делила небосвод на две части. - Вот чёрт, у меня нет зонта! – Гумио по-ребячески топнул ножкой. Но, посмотрев на Делла, парнишка просиял, - Вау, он у тебя есть! Раскрывай быстрее! Эй ты куда? Стой, а я?! - А ты итак дойдёшь, человек-амфибия. Сюда же как-то пришёл. Давай, раз-два и вплавь, - Деллу нравилось наблюдать, как мокрый зелноволосый лягушонок, словно чайник, закипает от злости. – К тому же, я не говорил, что буду с тобой нянчиться. - Ах, так! Жадина! Зонт огромный, на двоих ведь хватит! – Мегпоид тряс кулачками. - Я знаю, - был ответ. – Но тут недалеко, дойдёшь. - Ну нет уж! – Гумио торопливо сбежал со ступенек, догоняя своего спутника. Тот ошарашено глянул на парня, когда он схватил его под локоть. – Вот теперь пойдём! - А ты довольно смелый. И надоедливый. И упрямый. Теперь я понимаю, почему тебя недолюбливают. - Ну и пусть. Зато я пою неплохо. Ты когда-нибудь слышал, как я пою? – Зеленоволосый попытался заглянуть в лицо Делла, но тот лишь отвернулся. - Нет. И не горю желанием. Они шли неторопливо, спокойно. Должно быть, это смотрелось довольно романтично. Дождь, один зонт на двоих, тихий разговор и неожиданные улыбки. Как бы то ни было, чувство какой-то близости ко всему на свете, что по обыкновению бывает в такую погоду, не могло не зародиться в их сердцах. Хотя, если бы на месте одного из них шёл бы кто-нибудь другой, вряд ли это чувство испарилось бы. Просто погода такая. Гумио крепко держал под локоть левую руку Хонне и рассказывал разные глупые и забавные истории из своей жизни. Тот пытался сохранить безразличное выражение лица, но несколько раз, улыбка всё-таки проскальзывала на его тонких бледных губах. Выйдя из электрички, они ещё недолго шли вот так, вместе. На пороге вокалоидовского общежития блондин сложил зонт и позвонил в дверь. Им открыла Гуми. Увидев брата, она презрительно поморщилась. - А, это вы. Я думала, Кайто и Мейко вернулись из магазина. - Тебе лишь бы пожрать! - А тебе лишь бы пореветь, суицидник недоделанный! Далее началась привычная ругань и ссоры. Согревшийся Гумио отвечал на все выпады своей сестры, брызжа такой же желчью, как и она сама. Хонне прикусил губу. А ведь ещё недавно этот зеленоволосый мальчик так весело лепетал о своём сломавшемся велосипеде, игре на гитаре, и вкуснейших онегири в соседней кафешке. Кстати, о еде. - Эй, сестрёнка, когда мы будем есть? Или вы тут на диете все сидите, а? – Делл решил снова взяться ха Хаку. - Как только эти двое вернуться из магазина, мы что-нибудь приготовим. Блондин вздохнул и принялся ждать, усилием воли подгоняя Мейко и Кайто. Не прошло и полчаса, как в дверь снова зазвонили. - Ура, мы не умрем голодной смертью! - из комнаты выбежал Лен и поспешно открыл дверь. После приготовления ужина, вся компания уселась за большой стол в гостиной. Говорили мало, лишь стучали вилками по красивой посуде, наверняка привезенной из-за границы. После ужина все сразу же разошлись, составив свои приборы в посудомоечную машину. Делл поднялся в комнату, в которой обычно останавливались гости. Таких комнат было три, в них хранился разный ненужный хлам в виде кресло-качалки, старого проектора, журналов для взрослых, немодных платьев и прочей ерунды. В одной из таких комнат, предварительно освобожденной от хлама, остановился и двоюродный брат Йованнэ. Пытаясь расслабиться, он взял один из тех журнальчиков, которые нельзя показывать детям. Тут в комнату постучали. - И кого это ко мне принесло, а? – Делл устало вздохнул, - Ну входите уж, открыто. В комнату в своей неизменной застиранной пижаме, робко, с какой-то детской извиняющейся улыбкой, вошёл Гумио. - И-извините, можно мне здесь переночевать? Я могу спать на полу, пустите, а? - У тебя жесть своя комната, почему бы тебе не убраться туда? – Делл раскрыл журнал и сделал вид, что внимательно его читает. - Я сплю в одной комнате с сестрой, но вы же знаете, что мы поссорились. Если я снова туда приду, она опять будет смеяться надо мной.. Я с удовольствием занял бы одну из пустых комнат, но ключи от них у Луки, а я не хочу ее будить. К тому же, она там не одна. Делл вздохнул. - Ладно, валяй. Не шуми только, ради всего святого! - Правда? Спасибо большое! Вы очень добрый! – Гумио сиял как рождественская ёлка. - Я? Добрый? Думаю, ты меня с кем-то путаешь. Никогда мне ещё не говорили, что я добрый, мне просто плевать, есть здесь кто-то ещё или нет. Эй, мальчик, у тебя, что и татами нет? - Нет.. Здесь довольно холодно, но мне всё равно. Я не вернусь обратно! Не хочу снова выслушивать о том, какой я нюня и слюнтяй! - Ладно, твоё дело, - Делл пожал плечами, косясь на пытающегося лечь на полу, парня. - Эм… Можно мне к вам? - Да ты наглый, мальчик! - Но тут действительно холодно! Я простужусь и не смогу петь! А кровать большая, двуспальная… - Мне всё равно, – Делл сдался без боя. - Правда? Спасибо! Огромное спасибо! – зеленоволосый в мгновение ока нырнул под одеяло, трясясь от холода. - Кстати, у меня, похоже твоя вещица завалялась… С этими словами блондин открыл тумбочку у кровати и достал оттуда мужской серебряный браслет. Лицо парня помрачнело. Кулаки снова сжались. - Можете оставить себе. - Он мне не нужен. Не имею привычки брать чужое. - Тогда выкиньте его пожалуйста. Это просто мусор. Делл пожал плечами и снова положил его в тумбочку. - Это того парня, который тебя бросил, да? Ты подарил ему? Хотя, можешь не отвечать, итак понятно. - Вчера он отдал мне его. Сказал, что больше не хочет со мной встречаться. Я не смог просто так принять это. Вот все и узнали. Я ведь действительно любил его! - Ушёл, значит не тот. Значит нужно снова искать. Не печалься, ты ещё молод, найдёшь себе кого-нибудь… Ну, или проживёшь всю свою жизнь один и умрёшь в одиночестве. - У вас оригинальное чувство юмора, - Гумио отвернулся, подложив руки под подушку. - Это не юмор. Это правда жизни. Читать непристойные журнальчики совсем расхотелось, по этому Делл последовал примеру своего соседа и лёг на подушку, отвернувшись в противоположную сторону. Свет прикроватной лампы был погашен. Вся комната погрузилась в мягкую тишину, нарушаемую лишь шумом дождя за окном и редкими всхлипываниями Гумио.