Разбитые колбы

Все в Бейкон Хиллс знают, что Стайлз Стилински ужасно неловкий. Он неуклюжий и плохо владеет координацией собственного тела, часто падая, сбивая кого-нибудь или просто что-то разбивая. Именно из-за последней причины Дитон и не хотел брать этого человека в ученики, но Стайлз его так достал, что пришлось согласиться и больше не находить на пороге своей квартиры какие-то записочки, склянки с чем-то мутным, что Алан до сих пор не решается открыть, кто знает, что там может быть… А еще тушки всякой живности, умершей собственной смертью. Зачем Стилински тащил их под дверь ветеринара никто не знает, а сам даритель отмалчивается. Но в этом есть и плюс, парень также приносил и книги, за счет чего мужчина пополнил свою коллекцию. Правда, наличие у Стайлза некоторых книг вызывает вопросы. Книги по некромантии, это, конечно хорошо, но черт возьми!.. Именно из-за неуклюжести Алан и не подпускал Стайлза ко всякого рода колбам, во избежание всякого рода случаев, но, собственно, когда это мешало? ***  — Привет Питер, заходи, — ветеринар открыл дверцу у стойки, чтобы оборотень смог пройти. Зайдя в помещение Питеру и Алану, предстала интересная картина: Стайлз стоит у шкафчика с колбами и банками, а у его ног осколками лежит одна из них. Стилински, даже если бы захотел, не смог сделать виноватый вид. Его попытки быстро пресекло жгучее желание стукнуть самого себя по лицу, желательно столом или вон той прекрасной стенкой.  — Лапушка, и что тебя всё время тянет что-нибудь разбить? — Питер с какой-то мило-ехидной улыбочкой оглядел место маленького преступления и повернулся к старшему друиду, желая узреть эмоции на его лице. Надо отдать Алану должное, он старательно делал вид, что так и должно быть. По Алану иногда рыдал кружок актерского мастерства. — Дитон, что было в этой банке? — оборотень старался поменьше выражать своё желание дальше наблюдать за этим цирком.  — А это, друг мой, то, что ты должен был сегодня забрать… — ветеринар с легкой радостью наблюдал за быстрой и минимальной сменой эмоций Питера. Хоть улыбка и осталась на его лице, но выглядела она немного (очень даже много) угрожающей, это особенно стало видно Стайлзу, когда Хейл повернулся к нему, — Стайлз, я надеюсь, что ты очень сильно раскаиваешься, потому как другой такой настой должен будет готовиться несколько месяцев…. — Питер с каждым шагом становился всё ближе и ближе к пареньку. А сама жертва обстоятельств очень сильно мечтала оказаться где-нибудь не здесь. Стайлз был согласен даже находиться со Скотти и Эллисон.  — Питер, ну ты же хороший… Да? — Стилински надеялся, что его бледное лицо и колотящееся, привет внезапная тахикардия, мы тебя не ждали, сердце убедят Хейла сжалиться и не убивать его. — Ты хороший и добрый волк, и поэтому ты меня отпустишь, да? — надежда, как говорится, умирает последней, а в случае Стайлза, она вообще не убиваемая. Волк подходил ближе, пока между ними не осталось и полуметра. Всё, что нужно было, так это просто вывести неугомонное создание из клиники и больше никогда его сюда не пускать, но разве для Стилински бывают закрытые двери? Стайлз всегда считал, что окна — это тоже двери, учитывая, что волчья братия активно игнорировала второе и лазила через первое. Так что оставался только вариант с выдворением его персоны из клиники, чтобы не мешал. Парень позволил взять себя за плечи, при этом почти успокоившись — видно понял, что убивать его сегодня не будут — и вышел вместе с Питером за рябиновую калиточку. Волк убрал свои руки только тогда, когда они вместе пересекли входную дверь и отошли на пару метров от клиники.  — А сейчас, человеческое недоразумение, ты спокойно выйдешь отсюда и пойдёшь домой, — мужчина видел, что стоящий напротив Стайлз хочет что-то сказать, поэтому пресёк попытку, — молчи, я ещё не закончил! — сам же Стилински недоумённо и послушно закрыл рот и стал молча слушать Питера, хмурясь и что-то обдумывая. — Чтобы я тебя до завтра вообще не видел ни здесь, ни в лесу возле дома, понял меня? — Хейл внимательно посмотрел на парня, от чего Стайлза дернуло.  — Да, понял… — Стайлзу было немного обидно за то, что на него сейчас так наехали, считай, без особой причины. Ну подумаешь, разбил склянку, с ним это часто бывает, чего так ругаться то? А потом пришло понимание того, что, если Питер так делает, значит в той колбочке было что-то важное, ведь он знает Питера уже давно, ещё когда Стайлз и Дерек дружили в школе. Стайлз был на пару лет младше Дерека, но это не помешало им начать общаться и стать хорошими друзьями, если не лучшими. Вообще, в том, что Дерек и Стилински дружат, по большей части, была заслуга Лоры и Питера, которым этот паренёк понравился. Они начали с ним общение, а потом, когда и до Дерека дошло, что Стайлз не такой уж и надоедливый, а ещё с ним интересно, да…. Так что друзья детства. Питер красиво удалился со сцены. Вообще-то он просто развернулся и ушёл обратно. А Стайлз поплёлся к себе, не понимая, почему не может развернуться назад или пойти в другое место. Что-то, как будто силой, заставляет его идти вперёд, к своему дому. В лофте было шумно. Естественно, там, где есть хотя-бы не большая компания подростков/детей/придурков (нужное подчеркнуть) всегда будет шумно, а во владениях Дерека сейчас собралась компашка, в которую можно смело приплести все три категории (на вторую согласился Питера, с которым Дерек был солидарен), названные ранее. Девушки расположились на диване, что-то обсуждая и иногда кося глазками на Скотта, которому такое внимание не нравилось, потому как такой взгляд обычно бывал у Стайлза, когда тот придумывал слишком странный и мудрёный, но действующий план для спасения кого-нибудь или для убийства, опять же, кого-нибудь, только уже со стороны противника. Сам же Стилински, вместе с Дереком сидели на полу и решали, что они будут смотреть. Что странно для всех, сын шерифа пришёл сегодня в футболке, но его не стали об этом расспрашивать, так как младший из Хейлов сгрёб его на пол, посадил рядом с собой и приурочил к выбору фильма. Айзек сидел в одном из кресел, рядом с ним Скотт и Джексон, восседали на подлокотниках, точно верные стражи.  — Так, так, так…. — Питер, зашедший в лофт, оглядел эту компашку, остановив свой взор на Стилински. — Господа и дамы, что вы делаете? — этот вопрос был задан, когда Хейл сел в своё любимое кресло. Все знали, что это его кресло и на него никто не садился, ну, за исключением племянника и этого странного парня, который значился другом Дерека, и за которым в своё время присматривал сам Питер.  — Привет зомби-дядюшка, у нас кино-день и может вечер, если мы выберем что-то ещё, — Стайлз ответил, не поворачиваясь и не отвлекаясь от переборки дисков, для поиска подходящего. Разница в возрасте между Питером и Дереком была не такой уж и большой, всего четыре года, а между Стайлзом и Питером лет пять. Для Стилински это скорее дурная привычка -называть старшего из Хейлов «зомби-дядюшкой», которая переросла из брошенной кем-то фразы однажды на праздники. Да и сам Питер не был против такого. — Не думаю, что ты откажешь в том, чтобы посмотреть с нами фильмы…или ты слишком стар для этого? — Стайлз отвлёкся от дисков и повернул голову в сторону кресла, на котором сидел старший из всех присутствующих.  — Лапушка, умерь свой пыл и не отвлекайся от дисков. — Питер хотел сказать что-то ещё, но попросту не смог, глядя на то, как парень со странным выражением лица сначала закрывает рот, а потом отворачивается к дискам. Что-то щелкнуло в голове у Питера, и он решил попробовать еще раз, — Стайлз, возьми один из дисков и подойди ко мне, но молча. — волк с интересом наблюдал за тем, как юный друид берёт первый попавшийся кругляш, встаёт и идёт к нему. А за Питером с интересом наблюдала Лидия, единственная из всех, кто посчитал, что это, как минимум, странно. Стайлз протянул Хейлу кругляш и остался стоять на месте, ничего не говоря, просто смотря на Питера. Дерек повернулся узнать, почему же он не слышит препираний дяди и друга, и был удивлён. Дерек осмотрел всех и остановился на Лидии, которая была занята разглядыванием сценки перед ней. Дерек решил поступить также и молча продолжил смотреть. Волчата, которые начали улавливать какую-то тишину, сначала не поняли, что происходит, но потом, увидев интересное действие, присоединились к Дереку и Лидии. — Интере-есно… — протянул Питер, крутя в руке диск. — Подними правую руку и прыгни на месте, — результат не заставил себя долго ждать. Теперь все наблюдали за тем, как Стилински выполнил то, что сказал Питер.  — Доволен? — парень смотрел на сидящего, сложив руки на груди. Это было странно и, кажется, Питер знает, что происходит, но делиться этой информацией не собирается. Жаль.  — Дерек позвони Дитону, пожалуйста, и попроси его сюда приехать…быстро, — пока племянник набирал ветеринара, Хейл прикидывал, какие ещё могут быть симптомы из-за того, что эта неугомонная задница вчера разбила склянку, а в том, что это именно из-за вчерашнего, Питер ни разу не сомневался. Алан приехал быстро, и после кратко обрисованной ситуации, предоставленной Питером, вздохнул и постарался не приложиться головой о ближайшую поверхность… Ну, потому что Дитон знал, что больше никаких симптомов не будет, он знал, что надо было предупредить ученика ещё вчера, но забыл… Хотя, это может послужить Стайлзу небольшим уроком, что не стоит трогать стекляшки, в которых есть странные жидкости, о происхождении оных ты не имеешь ни малейшего понятия.  — Так значит это зелье… — после объяснения того, что ничего плохого не будет, Стайлз выглядел весьма и весьма озадаченным. Ещё бы не быть таковым, ведь, по сути, он будет от двух до пяти дней, точно не известно, подчинятся тому, кто первый осуществил физический контакт, после того как колба с зельем разбилась. К сожалению, первым, кто дотронулся до Стилински был Питер, хотя, может это и хорошо? Мало-ли кто до тебя случайно может дотронуться, а потом… А о том, что потом не стоит задумываться.  — Это не зелье …. — Дитон уже в который раз говорил одно и тоже, но Стилински, похоже, его совсем не слушал. Гарри Поттер плохо влияет на людей…  — Но, доктор Дитон, это как раз-таки зелье! — упрямый человек всегда стоит на своём. А Стайлз был самым упрямым из всех, это не плохо, но и не всегда хорошо. Алан провёл рукой по лицу, стараясь держаться спокойно.  — Стайлз, будем называть это микстурой. — Дитон достал какой-то пузырёк из своей сумки и протянул его Стилински, тот посмотрел с прищуром, но склянку взял.  — Вы не похожи на профессора Снейпа, а значит, не будете травить…  — Конечно не буду, ты на Поттера похож только своим умением влипать во всякого рода неприятности. Да и если бы я хотел тебя отравить, то сделал бы это по-другому, а теперь пей, это не даст микстуре увеличить срок действия, — перебив ученика, Алан уже подошёл к железной двери, чтобы побыстрее отсюда свалить, но повернулся и остановил парня жестом, не желая слушать вопросы. — Я знаю, что говорил, но оно влияет на каждого по-разному, просто обычно оно действует всего двое суток, но ты у нас же способный парень, и на тебя действие может быть другим. — ветеринар быстро покинул лофт, не желая оставаться в этом дурдоме.  — Спасибо за такой обнадёживающий факт…. Наверное… — слова были сказаны уже после ухода друида, и скорее для самого Стилински, чем для кого-либо. Так…. Попытка успокоиться. Осмотрев лофт, Стайлз понял, что не заметил ухода волчат, кроме Лидии и Скотта. Они всё ещё оставались в лофте. И если Скотт смотрел с сочувствием, то Мартин смотрела странно. Стайлз передёрнул плечами и приземлился на диван, откинувшись на его спинку. Насупило молчание, во время которого, минимум трое из присутствующих, осмысливало ситуацию. Тишину нарушил Стилински, как он это прекрасно умеет, — Питер, будь моим Драко? — парень посмотрел в сторону Хейла, при этом улыбаясь.  — Лапушка, отвали, — Питер немного удивился этому, думая, что человек начнёт хоть как-то ругаться по этому поводу, но потом вспомнил, что это вообще-то Стайлз, да и он сам как-бы не совсем человек, так что Питер успокоился. — Ты не похож на Поттера…да и не по канону это. — последнее прозвучало более задумчиво, взгляд был направлен немного выше стайлзовой головы. Стилински еле заметно скривился, — Канон…не канон… Пошёл на хрен, канон! — Стайлз выглядел до нельзя обиженным на всё и вся, хотя таковым не являлся, ну может чуть-чуть. Этакий хомяк.  — Дерек, Алан точно больше никакие симптомы не упоминал? — тяжело вздохнув, Хейл обратился к племяннику, надеясь на положительный ответ, но удостоился лишь отрицательным покачиванием головы и взглядом, что если бы Дерек не любил дядю, то смеялся бы уже в голос. Но Дерек дядю любит, поэтому старается и сдерживается.  — Питер, солнце, это моё обычное состояние, если ты ещё не забыл. — парень замолчал на пару секунд, а потом начал разговаривать. В основном, с собой, иногда обращаясь к Скотту и Лидии. Через полчаса Дерек не выдержал, он хоть и любил друга, но Стайлз любил действовать на нервы, причём иногда страшными и странными методами.  — Господи, заткните его как-нибудь… — Хейл-младший смачно в печатался головой в ковёр, на котором сидел, потом повторил процедуру пару раз, ну так, для профилактики. Дерек уже хотел напомнить дяде про особенную власть на Стилински, но не успел. Питер любит опережать.  — Могу подсказать пару методов, племянничек. — с милой улыбочкой протянул Питер. О, он обожает делать такие намеки, чем смущает и раздражает Дерека и веселит Стайлза. Хоть в этой фразе нет ничего такого, но то, каким тоном это было сказано, оставляло ничтожно маленький простор для фантазии.  — Вы оба меня достали! Питер, если тебе так хочется, то могу уступить право тебе… — да, это было не честно по отношению к другу, но Дерек действительно устал от всего. В основном, от нерешительности этого самого Стайлза, который в данный момент старательно пытался мимикрировать в диван.  — Я тоже могу подкинуть пару идей, только не думаю, что они вам понравятся… — договорить Стайлзу не дал рык Дерека. Парень и не знал, что его фамилию можно рычать. Громкий хлопок, и Питер со Стайлзом остаются один на один. Как оказалось, Дерек ушел не одни, а прихватил с собой Мартин и Скотти. Один из них рад тому, что они остались одни, второй же, пока не уверен. Питер сверлит Стилински взглядом, то ли пытаясь прожечь в нём дырку, то ли заставить воспламениться. Стайлз же наоборот, пытается прикинуться ветошью и не отсвечивать, но это выходит из рук вон плохо.  — Стайлз, подойди ко мне, — тихий голос Хейла в пустом лофте звучит очень громко. Стилински не смеет ослушаться и подходит вплотную к креслу, — Сядь ко мне на колени… — наверное Питер получает дикое удовольствие, наблюдя за тем, как румянец медленно, но верно покрывает лицо, шею и кончики ушей Стилински. Самое главное, что Стайлз молчит, словно смирился с неизбежным, хотя ему вроде ещё ничего не сделали. — Лапушка, я тебе не приятен? Потому что, как я уже успел заметить, ты меня не боишься, только ответь честно и назови причину, — волк притянул парня ближе, обхватив его за талию и уткнулся носом в область шеи. Питеру Стайлз нравился уже давно, и скрывать что-то, желания никакого не было. В то время, как сам Стайлз сидел ровно, будто через задницу железный штырь засунули и не хотят высовывать.  — Нет… — солгать Стилински при всём желании не сможет, из-за действия зелья, а говорить правду было не по себе, ведь об этом знал только Дерек, на правах лучшего друга. Дерек, конечно, сначала смеялся, смеялся долго, за что получил парочкой книг по голове, но потом начал сочувствовать Стайлзу и даже пытался придумать хоть какой-то план по попытке признаться в симпатии. Но тщетно… — Как раз-таки всё наоборот… Но дело тут в том, как ты примешь тот факт, что ты мне нравишься и именно по этой причине, я веду себя так… — к концу своей маленькой речи, голос Стилински становился тише и тише, пока парень не перешёл на шепот. Питеру стало смешно. Ну серьёзно, почему так? — Стайлз, ты официально идиот. — Хейл ещё сильнее обхватил свою жертву и прикрыл глаза, а когда эта самая жертва попыталась выбраться из хватки оборотня, Питер легко мазнул языком по шее и все попытки быстро прекратились. — Если ты теперь думаешь, что я тебя сейчас отпущу, то спешу тебя огорчить… Теперь я тебя вообще не отпущу… — только эта фраза позволила Стайлзу расслабиться и удобнее устроиться на коленях у Питера. Пусть завтра Дерек будет расслабленно улыбаться, думая, что наконец изнасилование его мозгов закончилось. Наивный, ведь теперь его станет больше. Пусть Лидия будет странно улыбаться, показывая своим взглядом, что давно об этом знала, и вообще, она сама невозмутимость. А Скотт смотреть в недоумении на сидящего на коленях у Питера Стилински. Айзек будет просто улыбаться, а Джексон скалиться и отпускать по этому поводу шуточки, которые, к счастью, не успел рассказать сегодня. На всё это Стайлзу будет немного всё равно.