Family

По башне разносится детский визг, когда малыш с кучерявыми каштановыми волосами в костюмчике динозавра попадется папе в руки и летит ввысь. Сильные ладони подхватывают маленькое тельце, и снова кидают вверх, и снова ловят. — Хватит! Хватит, папа! Папа! Мальчик прекратил свой полёт и сопровождающие его крики. — Чего развизжался, Питер? Трусишь? — рассмеялся Тони. — Я не трушу. Я смелый. — Питер сцепил ручонки на груди и отвернулся, мол обиделся. — Ладно, Пит. Ну ты чего. — в ответ было адресовано лишь молчание. — Чувствуешь запах? Мальчик повернул голову в сторону кухни и начал принюхиваться. — Печенье! — радостно заорал малыш и начал ёрзать в руках отца. — Похоже Нат и правда испекла печенье. Пойдём. — Старк опустил сына на пол и поправил на нём шапочку динозавра. Питер протянул ладошку и папа взял его за руку прежде чем пойти на кухню. Питер с разбегу упал на Наташу с объятиями. Та тихо засмеялась и положила руки на лопатки мальчика. Кто бы мог подумать, что такая женщина как Наташа Романофф может так прикипеть к четырёхлетнему мальчику. — Я уезжаю вечером в Лондон. Решила сделать вам печенья на последок. — Спасибо, Нат. — сказал Питер. — Всегда пожалуйста, солнце. — тепло улыбнулась женщина. Следующий час они ели печенье. Взрослые разговаривали о чём-то взрослом и скучном, поэтому Питер их особо и не слушал. Он ел вкусное печенье с шоколадной крошкой, пил молоко и наслаждался теплотой атмосферы в комнате. Его так разморило от тёплого молока и тихого голоса папы с Наташей, что он положил голову на стол и начал мечтать. — Кто-то уже спит, да Пити? — спросила Романофф. — Нет! — Питер поднял голову и поправил сползающую шапочку. — Всё равно уже поздно. Тебе пора в кровать, а Наташе пора на самолёт. — сказал Тони, вставая со стула. Тони пересыпал печенье в кулёк и оставил на столе. — Не смей брать печенье без разрешения, Питер. Ты меня понял? — строго спросил он сына. Как так? А Тони ведь не разрешит. Питер его знает. Но печенье такое вкусное. — Питер? — Да, папа. Старк сразу же изменился в лице и поднял сына на руки. — Вот и славно. Пора баиньки, Пит. *** Домик всё получался не такой как надо. Слишком косой, слишком маленькие окна, нет двери. Тут делу поможет только ароматное печенье с шоколадной крошкой. Хотя папа и запретил его брать. «Но если я возьму одну или две, папа не заметит» пронеслось в голове у Питера. Он тихонько прошёл мимо заснувшей няни на кухню. Там ему хватило только встать на цыпочки чтоб достать пакетик с лакомством. Одна печенька, вторая, так Питер ел, пока не увидел, что печенья заметно поубавилось. Осталось только положить пакетик на место, юркнуть в свою комнату и надеяться, что папа не заметит. Но видимо звёзды встали сегодня так, что папа пришёл с совета директоров злой и недовольный. Он зашёл на кухню чтобы выпить воды и заметил, что пакет с печеньем немного опустел. Видимо Питер всё же брал печенье, несмотря на запрет и обещание. Тони зашёл в комнату мальчика и увидел премилейшую картину: Питер в излюбленном костюме динозавра лежит на полу на животе и собирает пазлы. Рядом сидит няня и следит за процессом сборки, на пробковой доске появился новый рисунок домика и двух людей рядом. Тони указал на своё присутствие и ребёнок поднял на него глаза. — Папа вернулся. — Питер радостно закричал, немного неуклюже встал, и побежал навстречу отцу. Тони сел на корточки и поймал сына на руки. — Привет, Питер. Хорошо себя вёл? — Да. — уверенно ответил мальчик и улыбнулся. — Ну ладно тогда. Старк отпустил няню и сел рядом с ребёнком, который продолжил собирать пазлы. Вскоре, когда пазлы уже были собраны, Питер умыт, переодет, а кровать расстелена, Тони сел на стул, поставил мальчика перед собой и начал говорить: — Питер, а ты не знаешь куда делась большая часть печенья? Питер опустил голову, и волосы упали, закрывая лицо. Послышались тихие всхлипы. — Я.. Папа, я.. Мне… домик, и я. — Хватит мямлить, Питер! После этих слов Питер замолчал совсем. В комнате была тишина на протяжении пяти минут. — Я жду. — напомнил отец. Питер начал откровенно рыдать. — Питер. — строго продолжил отец. — Прости пожалуйста, пап. Я.. Больше не буду. — Скажи мне, Питер, я говорил тебе не брать печенья без спроса? — Тони аккуратно взял сына выше локтя и начал говорить мягче. — Да, говорил. — тихо ответил Питер. — И ты пообещал, что не станешь этого делать? — Тони начал поглаживать большим пальцем. — Да. — слёзы начали течь по щекам мальчика с новой силой. — Ну тише, тише, Пит. — Тони притянул мальчика в объятия. И начал гладить по голове. — Ты знаешь, почему я запретил брать печенье? — Питер только помотал головой. — Ты бы съел слишком много, малыш. Много сладкого есть вредно. Может заболеть живот. Но плохо ещё и то, что ты сделал это, хотя обещал, что так не поступишь. — Я.. Я даю слово, я так больше не сделаю. Тони положил руку на щёку мальчика и отстранил его лицо от себя. Заглянув ему в глаза, он спросил: — А я могу тебе доверять? — Да. Да, пожалуйста. Тони улыбнулся и погладил мальчика по макушке. — Хорошо, сынок. Я больше не злюсь. Пойдём умоемся и спать. Уже поздно, а ты наверняка устал. — он поднял Питера на руки и понёс в сторону ванны.