Сборник эротики и фетишей

Pov автор Утро. Такое нежное, еле пробивающееся солнце сквозь щель меж занавесок. Остывшая за ночь квартира неприятно холодила, заставляя хмуриться во сне и плотнее кутаться в тёплые одеяла, такие мягкие, будто нежные летние облака. В гостиной, на большом мягком диване медленно просыпалась девушка, чьи сны этой ночью были не особо радужными. Усевшись на диване, она устало потянулась, сладко зевая, позволяя рукавам серой пижамной кофты скатиться до локтя. Полоса света пощекотала нос, но девушка так и не чихнула, лишь отвернулась, морща носик и убирая с лица длинные пряди волос. Осмотревшись вокруг себя и вспомнив, почему это она проснулась не в своей родной комнате, девушка заметила под боком мирно спящую подругу, которой точно там не было, когда она засыпала, и не должно быть. Сонным взглядом она проходится по хрупкой девушке, сжимающейся от холода под одеялом, по неряшливо раскиданным по подушке коротким волосам. Рука сама неосознанно тянется к этим мягким волосам, убирая их с милого лица, заправляя прядки за ушко. Девушка тепло улыбается, видя, как мило морщит носик во сне подруга от щекотных прикосновений. Осторожно, стараясь не разбудить, она подтягивает сползшее одеяло повыше, проходясь напоследок тыльной стороной ладони по нежной щеке. За спиной раздаётся скрип половицы и девушка поворачивается, отвлекаясь от рассматривания спящего чуда. Из спальни медленным шагом вышла их подружка, удивлённо смотрящая на эту парочку на диване. Во взгляде стоит немой вопрос, ответа на который у девушки нет. Подружка медленно подходит к краю дивана, смотря изучающим взглядом на спящую девчушку, что глубже кутается в одеяло во сне, оставляя не накрытой одну лишь светлую макушку.  — И когда ты ей скажешь? — еле слышно шепчет подружка, не отводя взгляда от спящей.  — Ты о чём? — чуть нервно шепчет в ответ девушка, не то от страха разбудить, не то от заданного вопроса.  — Ты всё поняла, — на мгновение подружка задумчиво смолкает, подбирая нужные слова. — Я же вижу, что это не «просто дружеские» действия и шутки между вами. Напряжение зависло в воздухе, молчание давит, будто камень на голову, но нужных слов для ответа девушка не находит, лишь посматривая украдкой в сторону спящей, задумавшись. Так же неожиданно, как появилась, подруга уходит обратно в комнату, замечая, что девчушка начинает просыпаться. Девушке остаётся только притвориться спящей, надеясь ещё понежиться в кровати и подумать. End Pov автор Как же не хочется вставать. Сон никак не уходит, а тепло вокруг будто настраивает на дальнейший сон. Пытаюсь уснуть, но под толщей одеяла становится невыносимо душно, так и хочется глотнуть свежего воздуха, перевернуть подушку на холодную сторону, как и одеяло, и вновь погрузиться в мир грёз. Но пока выпутываюсь из огромного одеяла, уже окончательно просыпаюсь, а урчащий желудок намекает, что пора бы уже поесть. Холод комнаты обдаёт разогретое тело, от чего так и хочется залезть обратно, сжаться в клубочек и никогда больше не вылезать оттуда. Но чувство голода оказывается сильнее. Приподнимаюсь на локте и удивляюсь, видя рядом с собой тебя, такую чудесную, спящую. Мягко провожу тыльной стороной ладони по скуле, слыша тихое, размеренное дыхание. Аккуратно выпутавшись из одеяла, стараюсь максимально бесшумно слезть с дивана. Только бы не потревожить твой сон. Тихими шагами пробираюсь на кухню, где лишь тонкая стена отделяет меня от тебя. Хмм, может, стоит сделать что-то вкусненькое на завтрак? Хочется сделать что-то приятное. Так, думаю, панкейки сойдут, ведь так? Вкусно и просто. И это единственное, что я умею готовить… Следуя рецепту, стараюсь тихо перемещаться по кухне за нужными ингредиентами, а чтобы смешать всё приходится уйти в другую комнату, мало ли. И вот уже на сковородке готовится первая маленькая партия, аромат тут же заполнил кухню, такой чудесный, что заставляет невольно сглатывать слюну от предвкушения. Тихо напеваю незатейливую мелодию, пока вкусные панкейки летят на тарелку один за другим. В один момент, когда я уже была готова наливать тесто на сковороду, сзади кто-то прижался, обвивая мою талию руками. Панкейки мне дороже жизни, поэтому без резких движений я долила тесто и, убрав из рук всё, осторожно повернула голову. Это была ты, так сонно и невероятно тепло смотрела на еду, улыбаясь и прикрывая глаза, вдыхая чудесный запах. Что-то внутри от этой улыбки сжималось, а такая же незатейливая лыба уже расплывалась на моём лице.  — Доброе утро, — тихо говорю, боясь разбудить видимо ещё спящую в дальней комнате подругу.  — Доброе, — мягко произносишь ты, кладя голову мне на плечо. — Вкусно пахнет.  — Хах, ну, я же умею, — весело отвечаю, переворачивая начинающие подгорать панкейки. Ты не отрываясь следишь за моими движениями, за маленькими руками, ловко переворачивающими очередной «блинчик», о чём-то, видимо, задумавшись, и вдруг произносишь:  — А я не про еду. Я вздрагиваю, чувствуя, как ты утыкаешься носом мне в загривок, шумно втягивая носом воздух. Не знаю, что на тебя нашло, но хоть бы ты не останавливалась. Шеей чувствую твою лёгкую ухмылку, а затем — лёгкий поцелуй в ямку у затылка. У меня еле хватило сил убрать начинающие гореть панкейки, наливая новую порцию теста. Мои руки вздрагивают, когда твои шаловливые ручки лезут под мою пижаму, оглаживая бока. Контраст холодных рук и горячего тела заставляет меня замереть, не дыша, не двигаясь, ожидая дальнейших действий. На мгновение отрезвляет резкая боль на ладони и я с тихим шипением дёргаю руку, бросая взгляд на предположительное место боли. Ожог. Небольшой, но неприятный, не стоило отвлекаться на твои действия. Но эта мысль тут же исчезает, стоит тебе включить воду, осторожно взять мою ладонь и поднести к уже открытому крану под холодную воду, охлаждая злосчастный ожог. Тихонько прикасаешься своим лбом моего. безмолвно извиняясь за причинённый вред. Я лишь мягко целую в щеку, будто прощаю, тут же смущённо отворачиваюсь переворачивать подгорелые панкейки. Кажется, ты удивилась, замерев на мгновение, но быстро очнулась, выключив кран и вернув свободную, холодную от воды руку на мою талию. Из моих уст вырывается от неожиданности краткий вздох, а твои руки уже лезут выше, задирая футболку. Кончиками пальцев проводишь вверх по рёбрам, будто пересчитывая их, а я всем телом содрогаюсь от приятных касаний.  — С-стой, дай хоть блинчики уберу со сковороды, — еле выдавливаю из себя.  — Только быстрее, — шепчешь на ухо, оставляя краткий поцелуй за ушком. Дрожащими руками убираю уже сгоревший блинчик, выключая плиту от греха подальше, пока твои руки не перестают гладить моё тело под футболкой, а губы целуют шею. Наконец поворачиваюсь в твоих руках, кладя свои ладошки на твои плечи. Взгляд неловко блуждает по кухне за тобой, по заляпанному мукой полу и столу, лишь бы не встречаться с твоими глазами. Твои руки блуждают по моей спине, пересчитывая каждый позвонок, прижимая ближе к себе. Наконец решаюсь взглянуть на тебя, твои глаза потемнели от возбуждения, будто застланы пеленой. Невольно начинают дрожать ноги, стоит тебе прильнуть к моей шее с поцелуем, прикусывая кожу, оставляя свою метку. Лёгкими поцелуями поднимаешься к нижней челюсти, к щеке, оставляя краткий поцелуй в уголке губ, а затем впиваешься в мои губы страстным поцелуем. Я неумело отвечаю, чувствуя, как внутри всё сжалось, а в трусиках становится так мокро. Всего лишь поцелуй, всего лишь сминаешь мои шершавые губы своими, прикусывая нижнюю, а я уже не способна мыслить здраво. Мои пальцы зарываются в твои волосы, чуть оттягивая у корней, разрываю поцелуй и вот уже я целую твои шею, оставляя маленький засос под челюстью. Твои руки спускаются вниз, бесцеремонно залезая под мои пижамные штаны, и сжимают мою задницу. В нетерпении притягиваю тебя к столу, ты усаживаешь меня на него, а я уже и забыла, что он весь в муке. Ну и пускай. Вновь утягиваешь меня в сладкий поцелуй, попутно стягивая с меня штаны вместе с бельём, одной рукой опираешься о стол, стоя меж моих разведённых ног, пока другая медленно ползёт по моему бедру, мучая.  — Ну давай блять уже, не томи, — недовольно шепчу я, кусая тебя за нижнюю губу.  — Как скажешь, принцесса, — мурчишь мне в губы, попутно откидывая на стол, кладя руку прямо на пизду. Снова дразнишь, водя пальчиками меж половых губ, не смея даже проникнуть внутрь, а стоит тебе коснуться головки клитора, как все тело будто прошибает током. Опираешься на руку возле моего тела, приближаясь к моему лицу и затягивая в нежный поцелуй, одним пальчиком проникая внутрь, оглаживая стенки влагалища. Это удаётся тебе без труда. ведь я давно намокла и теку так, будто меня накачали виагрой, а не просто зацеловали до звёздочек в глазах. Неожиданно из моих уст вырывается стон, ведь ты удачно согнула палец внутри, задевая заветное местечко. И вот уже внутри меня два пальца, что медленно движутся внутрь и наружу, задевая пучок нервов, ладонь часто проходится по головке клитора, а твои мягкие губы выцеловывают мою шею, не мешая мне кратко стонать от твоих действий. Движения становятся резче, всё чаще проезжаясь по заветной точке, я уже на пределе, сжимаю твои плечи под кофтой, а в комнате стало невыносимо жарко.  — Б-быстрее! Я уже почти…ах! Последние движения, твои зубы сжимаются на моей шее, оставляя заметный след, а я вся сжимаюсь внутри, доходя до пика, что аж пальцы на ногах поджимаются. Ты осторожно отстраняешься, а я пытаюсь восстановить дыхание, тяжело дыша, смотря из-под полуприкрытых век на тебя с обожанием и усталостью. В моих глазах немой вопрос «а как же ты?», на который ты лишь неловко отводишь взгляд, не зная, что и ответить. Холод комнаты отрезвляет меня и я встаю, подходя к тебе на трясущихся от недавнего оргазма ногах. Осторожно провожу по твоей щеке ладонью, другой рукой приобнимая за талию. Ты поворачиваешь лицо ко мне, во взгляде всё ещё пелена возбуждения и обожания. Утягиваю тебя в томный поцелуй, неловко привстав на носочках для удобства, сминаю твои губы своими, а ловким язычком размыкаю твои губки, проникая внутрь, проходясь по ровному ряду зубов, по щеке, с толикой щекотки проходясь по нёбу. Отстраняюсь от тебя, тяжело дыша, и, пока ты ещё в прострации, подвожу тебя к столу, заставляя усесться на край. Упираешься руками в стол, не понимая, что я задумала, а я тем временем, встав на колени, стягиваю с тебя пижамные штаны вместе с трусиками, раздвигая ноги. Положив руки тебе на бёдра, приближаюсь к твоей киске, проходясь язычком вдоль, меж половых губ, кончиком задевая головку клитора. Ты тяжело вздыхаешь, пристально смотря за моими действиями, хороший наверное видок. Неожиданно для тебя проникаю язычком внутрь, в твоё горячее лоно. Ты тихо стонешь где-то надо мной, пока я прямо трахаю тебя своим языком, бросая краткие взгляды на твоё лицо. Заменяю свой язык пальцами, не забыв смочить их слюной, сразу находя нужный угол проникновения. Язычок не остаётся без дела и вот ты уже сжимаешься изнутри, стоит мне только начать лизать твой клитор. Твоя рука сжимает волосы у меня на затылке, я, а всё чаще прохожусь по твоим точкам, сжимаешь мои пальцы внутри всё сильнее и вот ты последний раз кратко стонешь, ослабляя хватку на моих волосах и откидываясь на стол. Под твоё тяжёлое дыхание одеваюсь, не забыв помочь одеться и тебе, после возвращаясь к плите.  — Т-ты куда? — еле выдавливаешь из себя вопрос.  — Ну, мы же так и не доделали панкейки, нельзя добру пропадать.