Аллергия

Она пыталась заснуть на скамейке, но не получалось. Нечем было укрыться, а на улице вечером было холодно. Ей было и холодно, и жарко. Кто же знал, что можно было заболеть прямо к тому моменту, как ее выгнали? Все время она чихала и кашляла, когда она думала о нём. У нее была аллергия. Как она могла до такого докатиться?!

***

Эта история о принцессе Юникитти- совершенно безответственной и задиристой девушке семнадцати лет. Она родилась в семье королевских кровей, которая баловала ее чем только можно. Поэтому и получилась такая самовлюбленная девчонка. Никто, кроме нее самой ей не нужен был. Ни братишка, ни родители, ни друзья. Никто. Дворецких она все время посылала куда подальше, брату ломала игрушки. Сама она, конечно, была красоткой. Розовые волосы в начале, в середине синие, а на концах белые, черная шапочка с плюшевым единорожьим голубым рогом, розовая и одновременно синяя кофта с зеленым воротником, которая не скрывала одно плечо, тёмно-синие штаны-клеш и черные кеды. Хотя, конечно, все время была растрепанной и неаккуратной. Но все мальчики королевства были в нее влюблены. Даже некоторые девочки. Ей был ближе Фраунтаун. Всё время она ходила туда гулять и наслаждаться страданиями других. Так она и познакомилась с Фрауном и Броком-ее будущими соседями по комнатам. Но, спросите вы меня, почему соседями по комнатам? Что случится с ее настоящим домом? Почему она переедет к друзьям? Что ее побудит это сделать? А то, что родители ее попали в аварию, где ее мама покинула этот свет, а папа находился в тяжелейшем состоянии. Он знал, что тоже скоро умрёт, поэтому решил, что Юникитти взойдет на престол. Она этого не хотела. Юни желала, чтобы ее беззаботная жизнь продолжалась, чтобы никаких обязанностей у нее не было. Она этого не допустит! Вскоре отцу сообщили, что Юникитти сбежала с вещами и оставила престол Паппикорну, не желая править. Король был в отчаянии. Паппикорн был слишком мал для короля, Юни сбежала, а дворня отказалась от обязанностей и уволилась. Положение было безвыходным. Поэтому король решил, что нужно скорей найти одного, но очень опытного дворецкого и телохранителя. И вспомнил, что у его близких друзей есть сын двадцати двух лет, коего нарекли Ричардом. Он славился своей начитанностью и ответственностью, но никак не мог найти работу. И вот, появилась вакансия! Он сразу же согласился и рассказал, что у него есть знакомый, занимающийся борьбой, который как раз таки тоже искал работёнку. Но без своей девушки-ученой доктора Фокс он никуда не пойдет. Король согласился взять их в помощники, после чего через четыре с половиной часа умер. Но перед этим сказал, что если Юникитти вернется, то пускай сама зарабатывает себе на жизнь. Она не хотела брать на себя ответственность, теперь должна будет жить сама. А Юни пока и души не чаяла. Никаких забот и обязанностей- только веселье от чужих страданий! Она стала помощницей Фрауна и теперь портит ее бывшему брату жизнь! Сколько раз уже Юни разыгрывала его, пугала и просто веселилась! И все было хорошо, пока не произошло кое-что из ряда вон выходящее для Юни. Однажды Фраун дал ей задание - установить ловушку для принца, чтобы тот опять начал рыдать как обычно. Юни с радостью согласилась с этим и побежала исполнять просьбу. Вокруг было столько пушистых розовых деревьев, которые бесили ее. Она вообще ненавидела розовый и поэтому не могла смириться с тем, что половина ее волос была розовой. Вообще, Юни хотела перекраситься, но пока ей не исполниться двадцать по новым законам, ей нельзя ни краситься, ни татуироваться. И вот, знакомая местность. Замок, в котором Юникитти жила ранее, лабиринты из кустов, в которых она обожала бегать и пугать брата.. Все это несколько вызывало ностальгию. Дойдя о замка, она заметила новую для себя фигуру, которую она раньше никогда не видела за то время, что она вредила брату. И телохранителя Хакодайла видела, и его девушку-учёную Фокс, а вот этого никогда! Тёмно-серые волосы, важный пиджак и под ним рубашка странной расцветки, выглаженные до безобразия брюки и туфли. Молодой парень аккуратно стриг куст, не оглядываясь ни на что. Он явно был занят делом и не хотел куда-то сбежать от обязанностей, как это сделала Юни. Она не придала этому особого значения и спокойно пошла в замок. Однако парень увидел нарушительницу, про которую рассказывал ее отец и сказал: —Юникитти, верно? Вам сюда нельзя! Она ничего не сказала и как будто его не заметила. —Я повторяю, вам сюда нельзя!—Он повысил тон и преградил ей дорогу. Она не потерпела такого. Юни скривила зубы, да так, что ее врожденно острые клыки были видны очень хорошо и замахнулась на дворецкого. Он резко сжался и сделал заячьи глаза. Несколько слезок накатилось и он промолвил: —Не бейте.. П-пожалуйста... И тут резко что-то в ней ёкнуло. Юни убрала тот зловещий оскал и посмотрела в его глаза. Они были наполнены горькими слезами сожаления за то, что он не делал, за что она хочет его ударить. Повисла тишина. Юни слышала его прерывистое дыхание, что-то не давало ей его ударить. Она почувствовала, что краснеет. Принцесса не могла сдвинуться с места. Она чувствовала, что сейчас сама заплачет. Еще никто и никогда не мог растрогать ее каменное сердце. —Ричард, что происходит?!—тишину прервали Паппикорн с Хакодайлом и Фокс. Юни резко очнулась от плена глаз Рика и, приходя в себя, убежала. Но все еще ее сердце билось, оно готово было выпрыгнуть из ее груди. Над ней летало искристое вещество, от чего она чихала все чаще и чаще... —Его з-зовут Ричард...

***

Несколько дней она не могла прийти в себя. Все время казалась разбитой и тяжело дышала. Фраун и Брок заметили это. Но в отличии от Брока, который пытался как-то помочь бедной принцессе, Фраун был недоволен. Теперь от нее не было никакой пользы. —Ребят...—однажды начала она.—Я хочу домой... Брок подавился собственным печеньем, а Фраун не удивленно шмыгнул носом. —Ну и что тебе мешает?—сказал мастер, недовольно взглянув на принцессу. —Ч-что? Фраун, что это значит?—она никак не могла понять. —Это значит, что я больше не нуждаюсь в твоих услугах. Можешь уходить к своим друзьям. —Ты м-меня выгоняешь? —Догадалась... Прости, ничего личного, но ты сама понимаешь, что перестала быть злой.—Брок огорченно посмотрел на Фрауна, который говорил все это, потом на Юни, и тихо ушел в другую комнату. К вечеру она собрала все свои вещи, попрощалась с бывшими друзьями и направилась к замку в надежде, что ее пустят. Юни чувствовала, что болеет. Частое чихание, жар, кашель и другие симптомы на лицо. Она не знала, что с ней. Ей было плохо. Она тихо постучалась в дверь замка, откуда послышался голос Паппикорна со словами: "Да, сейчас открою!". Юни поерзала на месте и тихо попросила отворить дверь. На порог вышел Паппи с разочарованным лицом и злобно захлопнул дверь. Из-за двери послышался голос других, и теперь уже дверь открыл Ричард. Сердце Юни опять вспрыгнуло от счастья. Только вот на ее лице было видно обратное. Она резко покраснела и чихнула. Из-за Ричарда послышался голос Паппи: —Зачем пришла? —М-меня выгнали из дома, и я... В общем... Я осталась одна... Можно я вернусь домой?.. —Ох, сестренка, если бы... Ты оставила престол мне в самый трудный час для нашей семьи! А вот теперь попробуй сама поработать. Заработай сначала себе дом. —Но... —Проваливай. Все ушли кроме Ричарда. Он так и остался стоять на месте, смотря на бедную девушку. —П-прости... Так распорядился твой отец. Я ничем не могу помочь. И он аккуратно закрыл дверь, посмотрев на нее в последний раз. И тут над ней появилось огромное сердце, которое надавило на нее. Она ни с чем не могла это спутать. Она влюбилась.

***

Юни пыталась заснуть на скамейке, но не получалось. Нечем было укрыться, а на улице вечером было холодно. Ей было и холодно, и жарко. Кто же знал, что можно было заболеть прямо к тому моменту, как ее выгнали? Все время она чихала и кашляла, когда думала о нём. У нее была аллергия. Как она могла до такого докатиться?! Юни тихо заплакала и ждала своего часа, когда болезнь полностью охватит ее полностью. И уже ничто ей не поможет. Юни закрывает глаза, как вдруг в них бьет яркий свет. Она уже думает, что все ее страдания закончились, и она уже в другом мире — Заоблачном Королевстве*, о котором ей рассказывали родители. Как туда попадают после смерти, как там хорошо... Никто тебе не указывает, не распоряжается. Но, протерев глаза, она увидела над собой Рика с фонарём. Юни не могла вскрикнуть от усталости. Он лишь облегченно вздохнул и улыбнулся. —Я вас нашел... Вы в порядке? Она не могла ничего сказать. Ее сердце опять забилось в бешеном темпе. Хотелось убежать куда-нибудь подальше, чтобы не смущаться, да так, как она. Юникитти смогла выдать тяжелый выдох и закашлялась, да так, что ее лицо стало красным. —Боже мой... Да вы совсем больна!—он ловко подхватил ее на руки, от чего ей стало еще хуже.—Вам нужно поспать. Юни через силу улыбнулась и подтянулась к предмету обожания. Тот ждал что-то вроде щелбана и сжался, зажмурив глаза. Но она лишь поцеловала его в щеку и прошептала невнятное "спасибо", после чего опустилась и закрыла глаза. Тот же, немного подрумянившись, слегка приподнял уголки губ. Уже вскоре через тайный ход он пронес ее в комнату, и принцесса уже лежала на кровати. Ричард достал несколько упаковок лекарств и отсчитал несколько таблеток, предварительно взяв стакан воды и немного овсяной каши. —Тебе надо это выпить и съесть. Сможешь?—сказал он, немного наклонив голову. Юни одобрительно кивнула и через боли в горле смела с тарелок абсолютно все. Рик еще удивился, как она смогла, будучи больной, съесть все. Примерно к одиннадцати ночи он смог наконец выключить свет. Переодевшись в свою ночную одежду, Рик лег с ней в одну кровать, от чего она вздрогнула и вопросительно посмотрела. —Т-ты будешь спать рядом с-со мной? —Мне придется,—ответил Рик, несколько покраснев,—я вот боюсь сам не подхватить что-нибудь на холодном и грязном полу. —Но ведь р-рядом со мной ты уж точно забол-леешь.. —Ну, хоть вместе с тобой...

***

Последние дни прошли спокойно. Никто из живущих в замке не догадывался о проживании там Юни. Она тоже не беспокоилась. Рик очень привязался к девушке, как и она. Ей стало немного получше, но болезнь не хотела ее отпускать. И вот однажды, когда Рик читал ей очередную историю перед сном, она не могла оторвать глаз от прикрытой лиловой шторкой картины. Или, даже, фотографии. —Ричард,—хрипло сказала она.—А что там... За шторкой? Он немного помялся и отвел взгляд. Никогда она его таким не видела. —Это...—Он подошел к ней и раскрыл ее. На ней было изображено, точнее изображена девушка, похожая на Рика. На ней было лишь одно отличие — бантик.—Это девушка, которая мне... Нравится...—последние слова он проговорил хрипло и сдавленно. Весь мир для Юни упал. Вся жизнь пронеснулась перед глазами. Она страдала из-за ее любви и надеялась на хоть какую-то взаимность. Но Ричард был влюблен в другую. Она наверняка лучше нее в раз сто.. —Я скоро вернусь, подожди меня тут,—сказал Рик и вышел.

***

Через несколько по всему замку пронесся отчаянный крик от боли. Все вздрогнули, но больше всего Рик. Он понял. Теперь все провалено. Все кинулись на звук, а Ричард плелся сзади. Он знал, что его ждет. На кровати лежала Юни, страдающая от невыносимой боли. В сердце. Ее болезнь становилось в разы сильнее. —Ричард!—вскричал Паппикорн.—Какого облака она тут делает?! —Принц.. Она была тяжело больна, когда вы ей отказали...—Лицо Паппикорна постепенно выравнилось. Все же, в глубине души, он любил ее. Хоть и поверхностно ненавидел. —Боже мой...—прошептала Фокс, которая вдруг что-то поняла. Она долго смотрела на Юни, пока принц и дворецкий разбирались, в чем дело. Сильное испускание любовного искристого вещества, покраснения на коже, выражение лица... Все это указывало на одно.—Я знаю диагноз. Все вдруг повернулись к ней. —У нее аллергия на любовное искристое вещество... Ну, то есть,—она поправила очки,—Она влюбилась и не может сдерживать эмоции, от чего сильнейшим образом теряет... Свою жизнь. Ричард чуть не упал. Все, что у него было, сейчас испариться. В один миг. Юникитти умрет, и снова его жизнь станет унылой и паршивой, как раньше. Рик чувствовал, что готов был со скалы спрыгнуть, только бы она жила. —Ричард, сколько дней она болеет?—спросила Фокс. —Две н-недели...—сглотнул тот. —Все плохо... Если он не признается в чувствах сейчас же, то ее жизнь на этом оборвется. —Я не могу...—вдруг прервала разговор Юни.—Какой смысл жить, если он никогда не ответит взаимностью? Да и вам будет лучше,—послышался всхлип,—без меня... Простите за все, что я вам сделала... Я была эгоисткой... Да и правда, я никому не нужна... —Ты нужна мне,—Ричард подошел к ней ближе и положил руку на ее.—За это время, которое мы проводили вместе, понял, что ты на самом деле очень хорошая... Что бы о тебе не говорили, я всегда буду так думать. Забудь про ту картину... Я даже с ней толком не говорил... Именно с тобой я бы хотел провести остаток жизни. И я не знаю, в кого ты влюблена, но я буду счастлив, если ты будешь счастлива. Пожалуйста, не умирай... Я люблю тебя... Она дышала тяжело. Последние вдохи, выдохи... Под музыку сердца она последний раз улыбнулась и хрипло произнесла: —Рич-чард... Я... Теб-бя.. Тоже... Последний стук сердца девушки разрушил четверть минуты тишины. Паппикорн заплакал первым. Приглушенным голосом он пытался заорать, но у него не получалось. Фокс и Хакодайл зарыдали друг другу в плечо. А Ричард тихо всхлипывал и ругал себя за то, что не признался раньше. Но вдруг из ее головы выскочило сердце, слипшееся из искристого вещества, и упало. После чего и покраснения на теле пропали, и бледность кожи... Юникитти резко открыла глаза и начала жадно глотать воздух. Голова кружилась произвольно, а глаза бегали по комнате. —Что вы так на меня смотрите?—прежним тоном сказала она.

ЮНИКИТТИ!

Все бросились к ней в объятья. Паппикорн нежно прижимался к ее плечу, Фокс и Хакодайл обнимали с другой стороны, а Ричард в середине. Все рыдали, но теперь уже от счастья.

***

—Прости меня... За то что я не признался тебе раньше.—Рик тихо обнимал девушку. —Это уже неважно... Спасибо тебе за все... Они посмотрели на друг-друга со слезами и аккуратно слились в нежном поцелуе, забыв про все ее аллергии.