Без выбора

      В мафии сейчас творится черт знает что, у Мори, который, казалось бы, окончательно вступил в должность, возникли крупные проблемы из-за, казалось бы, какого-то паршивого маньяка-недоучки. Портовая мафия сразу не придала значения, а теперь их сеть очень крупно пострадала. Кто ж знал, что, убивая "рядовых сотрудников", можно настолько сильно выбить из привычной колеи огромную организацию. А ведь никто сначала и внимания не обратил.       Чуя и Дазай задумались об этом гораздо раньше, чем все остальные. Тогда, когда Ацуши деликатно поинтересовался, все ли у них хорошо по работе. В тот момент, что он, что Дазай легко отшутились, но во внимание приняли. А спустя недолгое время догадались, что в полиции сейчас расследуют то небольшое недавнее убийство, которое не слишком-то и афишировалось у них, поэтому знали о нем лишь единицы. И Накаджима наверняка хотел узнать чуточку больше информации, чем располагал. Все-таки порой этот ребенок чертовски умен и расчетлив для своего возраста. Чуе иногда даже становилось не по себе от совершенно недетского взгляда. И тогда у него возникал логичный вопрос: не влияет ли на ребенка так тигр. Хотя и прекрасно понимал, что это полный бред.       Все зашло слишком далеко лишь недавно, когда третий уже довольно сильный эспер был в очередной раз убит так же, как и все остальные до него. Да они уже на втором трупе из серии поняли, что с этим надо что-то делать, но времени и людей особо не хватало. Когда в неделю убивают одного малоизвестного, слабенького члена мафии, мало кто обращает на это внимание, списывают либо на месть, либо еще на что-нибудь. В конце концов не в офисе работают. Когда это уже серия из убийств, и убитый довольно с мощной сверхспособностью, многие начинают волноваться и подавать хоть какие-то признаки жизни. А не только те отделы, в которых работали бедняги. У них практически всегда так происходит, минусы больших систем, что сказать.       Да еще и Мори нехило давил на него и Дазая с вопросами о том, где они проводят столько времени. Чуя разумеется огрызался и отвечал, что его свободное время - это его личное дело, и куда тратить его он способен решить сам. А Дазай прекрасно изворачивался и говорил о прекрасном месте для суицида. Вот уж у кого на любой вопрос всегда был ответ.       Как-никак они прекрасно понимали, что хоть Накаджима и дружит с ними, но к мафии он все равно относится крайне предвзято, поэтому несмотря ни на что Чуя и Дазай стараются особо не втягивать его в эту кутерьму. Что-что, а они не хотели бы, чтобы этот ребенок стал очередной жертвой бездушной машины - тем более у Накаджимы были на это свои железобетонные принципы, и на убийство он точно не был способен. А если портовая мафия выяснит, что они общаются с кем-то у кого есть настолько сильная и подающая большие надежды способность, то его без слов заберут у них. И даже не посмотрят на то, что они занимают не последнее место в мафии. Однако в свое время Дазай упоминал, что у него есть свои точки давления на нынешнего босса, в любом случае, что это за точки напарник сообщить ему не удосужился.       А еще это тупое задание так некстати перешло под их руководство. У них есть информация о недавней улике с места преступления — порой полезно иметь доступ ко всем базам данных — вот только забрать ее с помощью своих лиц в полиции не вышло. Она была у чертового Сэридзавы Кадзиро — опекуна Ацуши. Лучше и не придумаешь. Все бы свелось к двум действиям, если бы улика была на положенном месте улики. Но ни черта, по каким правилам в полиции вообще сейчас работают? Насколько он знал, никто на дом улику тащить не мог, а Кадзиро каким-то боком смог. И теперь им придется знатно заморочиться с этой вещицей. Окей, они могли спокойно выкрасть ее, вот только это пуговица (да-да спасибо еще раз базе данных и своим людям в полиции) и она может быть где угодно, начиная от карманов куртки и заканчивая местом под диваном (ладно, это слишком пренебрежительное отношение к уликам). А больше, больше идей, как кроме пойти и слезно попросить Ацуши поговорить с его опекуном не было. Нет, был конечно вариант самим поболтать с Кадзиро и со спокойной душой договориться, и если честно Чуя подумывал об этом. В любом случае сначала об этом надо было рассказать недоделанному суициднику, что на данный момент ошивается черт знает где. И почему он все время должен его искать, как будто тот маленький ребенок?       Чуя достает свой телефон и в который раз тщетно пытается дозвониться до Дазая, но у того как обычно отключен телефон. Порой у Чуи складывается такое ощущение, что этот суицидник отвечает на любые звонки, лишь бы не от него. Когда-нибудь он убьет его и прикопает в ближайшей канаве. Гнев на нерадивого напарника постепенно начинал охватывать его. — П-простите, — какая-то незаметная низкорослая девчушка врезалась в него и быстро поспешила удрать как можно дольше от разозленного до чертиков мафиози. Но убийственный настрой был уже сбит. И Накахара смог наконец-то взять себя в руки и успокоиться. А теперь, ему стоит прогуляться до реки и выловить суицидника, если повезет. А возможно он встретит уже готовый труп, миленько висящий на ветке. — О Чу~уя, я как раз тебя искал, куда ты запропастился? — Телефон, дурак, включить не дано? — Ой, прости-прости забыл тебя из черного списка удалить, — Чуя не удержался и хотел было отвесить напарнику подзатыльник, но тот проворно увернулся. — Идиот, нам дали новое задание, по поимке того маньяка. — О, как интересно, и, я так понимаю, у тебя уже есть план, хотя он наверняка тупой и провалится.       После этого Чуя лишь цокнул и вкратце пересказал, все что ему известно. И о Господи, Дазай с ним согласился. И выбрал все-таки пойти попросить сначала Ацуши. Если не удастся старика, а если еще раз не удастся, посильнее надавить на руководство полиции. Уговорить Ацуши, как решили и Дазай, и Чуя было идеей более легкой и простой, чем бывалого полицейского. Навряд ли тот решится якшаться с членами мафии, пускай и они водили довольно крепкую дружбу с его подопечным. Причем тот видимо изначально подозревал о возможной краже и специально взял незначительную улику - как выяснилось после многочисленных проверок - себе на дом. Он на самом тот еще старый, облезлый лис. Возможно именно от него взял эту аномальную хитрость Ацуши. Яблочко от яблони, не так ли?       На сообщение с просьбой о встречи Ацуши ответил быстро, и в итоге она была назначена в тот же день на вечер. К ней Накаджима отнесся с неким недоверием, это даже было видно по отправленным сообщениям. Он как будто долго не мог решить, соглашаться или нет. Видимо интуиция у него все-таки намного сильнее, чем предполагал Дазай. Теперь им оставалось только ждать встречи, если дело выгорит задание будет чертовски простым.       С Дазаем они договорились встретиться за полчаса до назначенной встречи с Ацуши, чтобы окончательно доработать детали. Их цель заключалась не в уничтожении, а в раскрытии личности убийцы, сразу после этого они обязаны передать всю информацию Мори, а тот уже решит, что с ней делать. Если они решат проблему с уликой, то спокойно смогут передать ее нужному человеку. Только с этим человеком еще надо было связаться, чем собственно и решил заняться Дазай. У него везде коны набиты. А Чуе ничего не остается делать как мучиться бездельем в своей квартире. Он успевает сделать все: убраться, приготовить еды на неделю, поесть, даже поспать пару часов. И когда стрелки часов медленно начинают приближаться к назначенному часу, он начинает собираться. Когда он подходит к утопающему в зелени скверу, Дазай его уже там ждет. Со своей неизменной улыбочкой. — Договорился. — Конечно, можем прийти сразу, как только получим улику на руки. — Отлично, думаю никаких трудностей у нас возникнуть больше не должно. Тогда пошли уговаривать Ацуши.       Накаджима слегка запаздывает, уже прошло минут пять с тех пор, как он должен был прийти, но его до сих пор нет. Чуя и Дазай терпеливо его ждут и не зря, спустя несколько секунд на горизонте маячит белобрысая макушка.       Обменявшись приветствиями, они удобно устраиваются на бортике фонтана и начинают разговор. Дазай, как самый красноречивый, по сравнению с Чуей, довольно быстро вводит в курс дела Ацуши. И тот к их ожиданиям реагирует на это двояко. С одной стороны он раздосадован, а с другой стороны он даже, слегка равнодушен. — Итак, по какой причине я должен, нет, обязан отдавать вам улику? Значит, как информацию мне поведать, так ни в коем случае, а как что-то взять у меня, так всегда пожалуйста? — Ацуши-кун, мы прекрасно пониманием твое недовольство ситуацией, но это единственный способ найти преступника, — было за километр видно, что Дазай применил все свое обаяние для того, чтобы попытаться убедить смышленого ребенка, но пока ему это плохо удавалось. — По какой причине я вам вообще должен отдавать улику, которая выведет вас на человека, что убивает, мягко говоря, отвратительных личностей и разлагает неприятную мне систему. — Потому что следующими можем стать мы, — конечно, чтобы какой-то простой маньяк убил его или Дазая, да не в жизнь, но на Ацуши это подействовало. — Что-то мало верится в это, если вы конечно на самом деле слабаки, — несмотря на уверенный голос и казалось бы невозмутимый вид, в глазах у Ацуши плескалось сомнение. Чуя честно не хотел им манипулировать или как-либо вынуждать отдать им улику, а в тем более надавливать на что-то вроде их дружбы. Боже, он скатился практически до уровня Дазая. Даже тот на него смотрит с долей любопытства, — Н-ну хорошо, допустим я соглашусь, но согласится ли мой дедушка. Навряд ли он так запросто отдаст улику мафии. — Нам нужно ее будет одолжить буквально на день не более, после мы ее обязательно вернем, — Ацуши посмотрел на них с долей недоверия, но все же неуверенно кивнул. — Так уж и быть, я посмотрю, что с этим можно сделать, — он до задумчиво закусил губу и окинул взглядом весь сад, — Завтра, завтра утром я постараюсь вам ее принести. Но этот жест доброй воли я делаю только вам, не мафии. — Конечно, Ацуши-кун, мы не оплошаем, можешь на нас надеяться. — Надеюсь-надеюсь. На следующий день у них на руках была достаточно небольшая металлическая пуговица. А Ацуши, что без слов отдал ее им, быстро и бесшумно ушел, ничего не сказав на спасибо Чуи, которому в очередной стало безумно стыдно. Хотя раньше этим чувством он точно не мучился.