***
Вы проехали шестьсот километров от Москвы, чтобы провести время там, где легче дышать, потому что нет идиотской искусственности города. Это Ваше родное место. Она едет туда, потому что счастлива видеть свою мать, а ты счастлива, потому что счастлива она. И ты снова чувствуешь себя собой.***
Ты любишь свою бабушку. Но она не похожа на остальных, типичных. Она никогда не откармливала тебя, чересчур не опекала. Тебе всегда казалось, что ты олицетворяешь все качества своей матери, которые никогда не нравились бабушке. Она не выносит твой громкий смех, слишком широкую улыбку. Но тебе все равно, ты этого пока не понимаешь, но потом, с взрослением, маски «нужных» эмоций сами вопьются в кожу лица. Ты испытываешь к ней тёплые и родные чувства, а когда она умрет, ты почувствуешь благодарность за то, что она существовала. Благодарность за то, что существуешь ты. И так случилось в жизни, что вы не сильно привязаны, но этот человек тебе дорог, потому что он дорог твоей матери. И это абсолютно нормально, что ты не чувствуешь всепоглощающей любви к кому-то близкому. Ты лишь рада показать, что он кому-то действительно нужен, не понимая, что это и есть самая первая маска в твоей жизни. Половину своей жизни бабушка носила эти золотые серёжки. И они тебе никогда не нравились. И ты не знала, что ответить, когда она говорила, что отдаст их тебе по наследству. Ты отводила взгляд и думала, что тебе нахер не нужны будут эти серьги, если твоя мать будет страдать от горячи потери. Сегодня, перед отъездом в Москву, тебя подозвала к себе бабуля. Она аккуратно сняла каждую сережку и отдала тебе. Ты просто кивнула и вышла из комнаты. А через пару мгновений ты увидела безысходность и печаль в родных маминых глазах. И через несколько месяцев, видя в отражении рамки для фотографии печаль своих глаз, ты понимаешь, что унаследовала у матери не только громкий смех и широкую улыбку.