А мне он кажется милым

***

Драко сидел за обеденным столом, разговаривая с Гойлом. Через пару минут к ним подошли Крэбб и Забини, а спустя минуту, со стола Гриффиндора, к парням последовала и Мэри. Парни не могли отвести взгляд от девушки, ведь та впервые показалась в платье. — Ты смотри-и-и, Поттер решила нарядиться, чтобы привлечь к себе внимание? — спросила Паркинсон язвительным тоном. — Чтобы привлечь внимание — мне не нужны наряды, — ответила Мэри, — А тебе бы не помешало прикупить пару платьев. Пэнси хотела возразить, но Забини, предвидевший бурю, решил успокоить девушек, сделав пару замечаний, в переплёт с комплиментами. — Да уж, что я могу сказать, — начал Малфой, — Тебе идёт. Хотя мне не нужно как-то наряжаться, я знаю, что провоцирую гормональный всплеск у сотни девушек. — Аха-ха-ха! — рассмеялась Тонкс, — Драко-о, солнце, что-то у меня не было «гормонального всплеска» от одного твоего вида. Малфой ухмыльнулся, ответив, что всё — лишь вопрос времени. После обеда ребята зашагали в гостиную Слизерина, но Мэри выбрала за направление место отдыха Гриффиндора, ведь должна была увидеться с братом. Но, к большому сожалению и неимоверному удивлению, по дороге кто-то закрыл девушке рот и привёл в странную комнату. Не то, чтобы девушке не хватало экшена, в детстве её родителей убили, оставив сиротой, а в какой-то период она даже сбежала с дома, но то, что с ней кто-то провёл подобную «злую шутку» — стало неким переломным моментов, ведь Мэри стала прощаться с жизнью. Достать палочку было невозможным, ведь кто-то сильно связал ей руки, да и закрыл глаза. Последнее, что помнит Тонкс, как кто-то произнес с диким наслаждением «круцио». Резкая боль ощутимо пронзила её тело, брюнетка упала со стула и начала сражение с этим «демоном» внутри неё. Мэри казалось, что кости вот-вот сломаются, руки оторвутся, а голова разлетится на куски. Её глаза так выпучились от боли, что казалось, будто они покинут свои орбиты. Мэри молила о пощаде, но как только она попросила о смерти, перед её глазами постал Альбус Дамблдор. Его лицо так и искажало беспокойство. В тот момент глаза Поттер закрылись, и она перестала что-либо чувствовать.

***

Открыв глаза, Мэри явно ощутила всю мощь после одного из трёх «Непростительных заклятий». Она не чувствовала половины своего тела, а что и ощущала, то те места пронзала боль. Но это было намного терпимее, чем вовремя самого заклятья. — Кто это сделал? — спрашивал Гарри у Дамблдора. — Я не знаю, но… — Альбус взглянул на студентку, которая пришла в себя, — О, Мэри, слава Мерлину, ты очнулась. Как ты себя чувствуешь? — Ч-что… было… это… п-почему?.. Она мямлила, ей было трудно даже разговаривать. Девушка не понимала, за что с ней так коварно поступили. Слёзы полились из её глаз. В этот момент Малфой явился в Больничное крыло. Как только он узнал, что здесь лежит Мэри без сознания, парень тут же рванул туда. — К-как ты? — встревожено спросил Малфой. — Д-драко… — увидев своего друга, слёзы потекли ещё сильнее. Увидев подобную картину, в гневе слизеринский принц повернул голову к директору и брату своей подруги. — Кто это сделал? — процедил он, приподнимаясь. — Мы ничего не знаем. Студентка из Когтеврана услышала сильный крик, доносящийся из глубины коридоров. В покинутом кабинете Ганса была обнаружена связанная Мэри под действием… — Директор! — воскликнул Гарри, — Сейчас не стоит кому попало рассказывать об этом. Сейчас все под подозрением. — Что?! — воскликнул в ярости Драко, — Поттер, ты с огнем играешь, обвиняя меня. Я не мог поступить так с Мэри, и это при всей моей ненависти к тебе. А вот ты, — блондина исказила странная язвительная улыбка, — У тебя был мотив. Сестренка же бросила тебя 5 лет назад, да и фамилию сменила. Не выдержав подобных «оскорблений» со стороны Драко, Поттер набросился на слизеринского принца, сбивая того с ног. Первые секунды Альбус старался вразумить студентов, но они прекратили всё сами, когда в их ссора вмешалась Мэри. — П-пре-кратите… п-по-жа…луйста… — промямлила та, прикрываясь ладошками. Поправив свой пиджак, Драко вышел из Больничного крыла. Вслед за ним вышел и Гарри. И если Малфой попросил прощение за свое поведение у Мэри перед своим выход, то Поттер лишь произнес, что зайдет позже. Дамблдор попытался расспросить у девушки по поводу вчерашнего дня, что та помнит, но вместо ответов на поставленные вопросы — она просто уснула. Тонкс ещё не полностью оправилась после всего, что с ней произошло. Конечно, нельзя было кидаться информацией по поводу нападение на студента, поэтому Министерство решили не посвящать, пока не найдут какие-то зацепки касательно этого дела. Через несколько дней в Хогвартс приехала Нимфадора вместе со своими родителями. Они безумно переживали за свою приемную дочь, но у них была возможность познакомиться с её родным братом. У него была единственная ошибка, при знакомстве он назвал старшую сестру Мэри «Нимфадорой», забыв, что та безумно ненавидит, когда к ней обращаются по полному имени. С того момента парень стал называть её просто «Тонкс», как та его любезно попросила. Таким образом количество людей, что ухаживало за Мэри возросло. Мадам Помфри давала пару дней и девушку спокойно можно было выписывать. Она уже могла нормально говорить и двигаться, но движения давались с трудом, ведь некоторые места до сих пор адски болели. — Как ты? — спросил Драко, заходя к ней, когда никого не было в Больничном крыле, — Где все? — Пошли обедать, — она улыбнулась, — Спасибо за яблочки, что ты передал, — после чего взглянула на цветы, что стояли в вазе на комоде, — И за них тоже. Мадам Помфри рассказывала, как ты приходил каждый день в 6 утра и менял их, — Мэри рассмеялась, — Ты так смешно на носочках ходил, чтобы тебя никто не заметил, хотя ты и не мог предполагать, что мадам Помфри просыпается в 5:30 вот уже несколько месяцев. — Вот черт, а я думал, что ты будешь гадать, кто же твой таинственный поклонник, — загадочно улыбнулся парень, — На самом деле, тебе лучше не нюхать цветы, они отравлены, — подшутил Малфой, на что Тонкс обидчиво отвернула голову, — Так, как ты? — он решил изменить тему. — Я хорошо, на удивление. Но, конечно же, мечтаю подержаться за глотку того, кто сделал это. — И не ты одна, — Драко изменился в лице, — Ты здорово меня напугала в тот день. — Правда? Каменный слизеринский принц волновался обо мне? — девушка приподняла бровь. — Да, думал, что на одну влюбленную дуру в меня стало меньше, — Драко показушно вытер несуществующие слёзы, — Ладно, через пару минут вернется твой брат с проверкой. Не хочу, чтобы этот буйный снова накинулся на меня только из-за того, что у него комплекс неполноценности. Мэри ничего не ответила на его высказывание. В этом был весь Драко Малфой. И всё же, он любит сопереживать, помогать, волноваться, парень был отнюдь не бесчувственной скотиной, каким его описывал Рон или Гарри. — Да уж, Драко — ты истинная загадка… — она улыбнулась, вновь взглянув на цветы, — Ромашки… — девушка вытерла подступающую слезу, — Их любила мама… настоящая мама... Никто не знал, что чувствовала Мэри на самом деле. Никто из приближенных или отдаленных людей, что слыхали о Мэри Лили Меган Поттер не знал, что ощущала девушка на самом деле. Иногда ей снится Лили, которая закрывает её своим телом, чтобы только защитить единственную дочь. Порой кошмары берут вверх и Мэри просыпается с криком и в холодном поту. С болью от утраты ей, конечно, помогла справится приёмная семья, за что она и благодарна Теду, Андромеде и Нимфадоре, но Гарри не нужно напоминать сестре о том, что это не родная семья. Она и так об это знает, брюнетка помнит глаза мамы и улыбку отца, их никогда не забыть и не убрать с памяти. Но и потерять Тонксов или Гарри Мэри так же не может, если нужно, на сей раз она сама отдаст жизнь за свою семью, поступит так, как однажды поступила её отважная мать.