Инициатива наказуема

Вот не зря умные люди говорят: «Инициатива наказуема». Так же и в моем случае; на что мне это «счастье?!» И «слуга»?! Ха-ха и еще три раза ха-ха… Да знаю я, что он сволочь, садист и убийца, но не мог я стоять там в этом заброшенном доме и спокойно смотреть, как он истекает кровью, пускай по собственной глупости и самоуверенности, которых у него выше крыши. Понесло ж меня проверить, что там за необычная вспышка магической активности, и на тебе: картинка маслом: исчезающий в портале демон и умирающий доктор … Плохо помню, как действовал в дальнейшем, осталось только общее впечатление: не дать умереть, спасти любой ценой. Да и что я мог сделать в той ситуации? Любая скорая опоздала бы, и не умеют люди лечить такие раны... Значит, не думать, действовать, пока не стало слишком поздно… стремительным движением прокусить свое запястье и поднести сочащийся кровью разрез к его губам: − Пей уже, горе ты мое… Жадный рот, присосавшийся к ране, щекочущее движение языка… м-м-м… приятно… Меня накрыло жаркой, удушливой волной возбуждения, отчего одежда вдруг стала казаться ужасающе жесткой и тесной раздражающей ставшую очень чувствительной кожу. Дыхание сбилось... Хватит! А этот… не мог не заметить, что со мной творится. − Оно того стоило... Теперь нам никуда не деться друг от друга, Цузуки-сан. Мы навеки связаны и отныне я принадлежу тебе. Его голос больше всего напоминал сейчас мурлыканье довольной кошки. Интересно, ему как, по жизни, вообще без крыши не холодно?! А если бы я не пришел, если бы не успел, если бы меня в этот момент вообще не оказалось на земле?! Ах ты ж… Ладно… Принадлежишь, говоришь?! Я тебе сейчас такое устрою, мало не покажется… И я сделал то, о чем давно мечтал: вплел свои пальцы в его волосы, наслаждаясь их богатой, мягкой, шелковистой текстурой, и накрыл его рот своими губами, полностью погружаясь в чужое сознание. Образы, воспоминания, мысли, цвета, звуки – все это хлынуло буйным потоком, грозя захлестнуть целиком и полностью… О, да!!! Хочу тебя. Хочу все лучшее в тебе. Хочу все, что делает тебя счастливым и несчастным.. Хочу тот блестящий велосипед, ту красивую куклу... Хочу твой первый поцелуй, твою первую девушку, первое убийство… Хочу ту взбучку, что устроил тебе отец… Хочу первую спасенную тобой жизнь... Хочу синее небо, усыпанное звездами и красную луну… Хочу смерть твоей матери… Хочу твою кровь в огне лаборатории. Хочу твою ненависть к брату… Хочу твою месть… Хочу то мгновение, когда ты впервые увидел мою фотографию… И то, когда ты увидел меня впервые в жизни, в церкви. Хочу огни Токио… Хочу сакэ… Хочу, чтобы ты хотел меня… Хочу твою жизнь… Насыть меня, мой доктор, насыть меня… Это было невыносимо сладко, упоительно, но, усилием воли разогнав дурманящее ощущение, я остановился. Итак, мы связаны друг с другом навечно, и жить, и умирать нам предстоит тоже вместе. Ты не знаешь, на что обрек себя, ведь теперь твои мысли, сны, фантазии – все это принадлежит мне, и я не вижу причин, по каким мы не можем воплотить их в реальность… прямо сейчас!