Личное пространство

У Шаотяня часто спрашивают, имеет ли он представление о личном пространстве. Ему вообще по жизни много всякой херни говорят, ещё больше херни он говорит в ответ. Но вот кто действительно кладёт болт на личное пространство, так это капитан Вэй. Причём, только с Шаотянем. Нет, серьёзно, он никого так больше не лапает! Ну, или Шаотянь просто не обращает внимания. Только когда широкие ладони капитана Вэя сжимают плечи, Шаотянь подвисает будто старый комп: кулеры шумят, приложения продолжают работать, но под ними выплывают одна за другой системные ошибки, перегружают оперативку вплоть до кернель паник. Шаотянь долбит по клавиатуре, едва не выкидывает мышку за пределы стола, а Вэй Чэнь продолжает молча разминать его плечи, массирует шею большими пальцами, с нажимом оглаживает позвонки. «Блядь, да что ж ты делаешь у всех на виду, старый извращенец, это ж так охуенно, это ж кончить можно», - думает Шаотянь. - Умри-умри-умри уже нахрен! - ругается он себе под нос. И с облегчением выдыхает - стонет - когда хп противника на Арене падает до нуля. На экране всплывает статистика побед. - Ты сколько часов из-за компа не вылезаешь, щенок? - ворчит Вэй Чэнь, продолжая разминать его затёкшую шею. - Мышцы задеревенеют - вылетишь из про в двадцать лет! - Это ты собственным опытом делишься, старик? - язвит Шаотянь. Грубо, лишь бы отпустил. Потому что попросить остановиться или вывернуться из его рук невозможно. Не хочется. - Засранец, - говорит Вэй Чэнь, отвешивая ласковый подзатыльник. - Иди разомнись. И Шаотянь идёт разминаться. До туалета. Блядь, в его возрасте все нормальные парни с девчонками зажимаются, ну или хоть порнушку смотрят, а он, долбоёб, дрочит на взрослого мужика. - Пиздец какой, - заключает Шаотянь, вытирая с ладони сперму туалетной бумагой. *** - Полный пиздец, - вздыхает Шаотянь, рассматривая свой трофей. Трофей лежит расправленным на его кровати, тёмно-серый, с дыркой по шву сбоку и с маленьким белым логотипом "Абибас" на груди. Это Шаотянь столкнулся с капитаном Вэем по пути в прачечную, тот тоже тащил корзину грязного белья, из которой и выпала его футболка. Капитан Вэй не заметил - заметил Шаотянь. И стырил футболку себе. Ну не пиздец ли? Шаотянь запирает дверь комнаты, наглухо задёргивает шторы и, подумав, отворачивает глазок вебки в сторону стены - так, на всякий случай. - Малыш Тянь, ты ебанулся в край, - сам с собой, пытаясь имитировать наличие стыда или совести, говорит Шаотянь. Не помогает. Руки уверенно распутывают завязки на штанах, в животе разливается нетерпеливое возбуждение. Избавившись от одежды и взяв тюбик крема, Шаотянь забирается на кровать, сминает серую ткань в кулаке и, обхватив другой рукой член, прижимает футболку к лицу. Запах курева, пота и одеколона - мужицкого такого одеколона, который Шаотянь никогда не любил, но всё равно выпросил похожий у мамы, едва на теле начали расти волосы, - вышибает из дурной головы последние мысли о том, что всё это нездоровая хуйня и лучше её прекратить. Нет уж, лучше подрочить хорошенько, представляя... А что представлять? Как капитан Вэй складывает губы, понтуясь и пуская дым колечками? Или как разминает с кремом свои пальцы после долгой тренировки? В этих образах нет ничего эротичного, они обычные, нормальные. А вот ощущение сильных ладоней, сжимающих плечи и шею - вот это круто и эксклюзивно, и Шаотяня дрожь прошибает до кончиков пальцев. Закрыв глаза, он вдыхает запах полной грудью и представляет, как Вэй Чэнь, продолжая удерживать за шею, второй рукой обхватывает его член, сжимает крепко, дрочит сильно, прижимая к себе спиной. А ведь у него тоже встанет, точно-точно встанет, на Шаотяня-то, как иначе? И вот когда капитан Вэй прижмёт его к себе... Шаотянь кидает футболку на подушку, утыкается в неё лицом, подняв задницу, и, продолжая дрочить, гладит себя между ягодиц другой рукой. Вздрагивает, касаясь пальцами отверстия - охренеть, какой он чувствительный, оказывается. Только сухо слишком, где там крем? Растерев крем в ладонях, Шаотянь снова касается себя, трёт кончиками пальцев, чуть надавливая, раскрывает себя совсем немного - от ярких ощущений, от внезапно проснувшегося стыда, от пряного запаха одеколона, табачного дыма и пота крышу срывает напрочь. А если бы капитан Вэй действительно сейчас стоял позади, вжимал его лицом в подушки, ухатив за шею крепкими пальцами, если бы это его руки сейчас раскрывали его дырку, если бы он смотрел на такого вот Шаотяня и собирался его выебать... Шаотянь стонет, прикусывая зубами ткань чужой футболки, прижимает пальцы к пульсирующему анусу и кончает так, что перед зажмуренными глазами вспыхивают разноцветные фейерверки. Блядь. Он точно ебанулся в край. И с этим нужно что-то делать. *** - Я тебя хочу, давай ебаться! - твёрдо говорит Шаотянь, глядя на своё отражение в зеркале. Не, не то. - Я тебя люблю, давай встре... Тьфу! Аж сахар на зубах скрипит. Шаотянь старается подобрать слова, но нихрена у него не получается. В поисковике браузера история запросов замечательная: «Как признаться мужику» «Как признаться взрослому мужику если ты малолетка» «Как признаться взрослому мужику-натуралу если ты малолетний пидорас» «Как убиться об стену» «Как убиться об стену быстро и безболезненно» Интернет не помогает. Но сказать что-то надо, потому что руки все стёр дрочить в одиночестве, а запах курева и пота со спизженной футболки уже почти полностью выветрился. Потому Шаотянь, собрав яйца в кулак, идёт к Вэй Чэню без какого-либо плана, надеясь на свой талант и экспромт. Но абсолютно теряется, когда сталкивается с капитаном на пороге его комнаты. У Вэй Чэня на плече спортивная сумка, в зубах незажжённая сигарета, а комната за его плечом совсем пустая и чисто прибранная. - Это чё такое, старик? - растерянно спрашивает Шаотянь. - Ты куда собрался? Вэй Чэнь молчит, смотрит глазами старого пса, которого хозяева после стольких лет преданности выкидывают на улицу, захлопывает за собой дверь и, потрепав Шаотяня по голове, проходит мимо. - А ну, стоять! - кровь закипает в один миг, ударяет в голову злостью и болезненной обидой. - Что, мать твою, происходит?! Шаотянь ловит Вэй Чэня за плечо и, не думая, прижимает спиной к стене - у того аж сигарета изо рта падает. Они уже почти одного роста, ещё немного, и Шаотянь станет выше, но пока что смотрит снизу вверх. - Совсем оборзел, щенок, - скалится Вэй Чэнь, но в голосе слышится одобрение. - Ухожу я. - Какого хрена? Куда?! Вэй Чэнь вздыхает тяжело, его плечи под руками Шаотяня опадают, а после он кладёт тяжёлую горячую ладонь Шаотяню между шеей и плечом, сжимает пальцы - того дрожью прошибает насквозь. - Надо молодёжи дорогу уступать, - устало вздыхает Вэй Чэнь. У Шаотяня глаза округляются. - Ты из-за Вэньчжоу, что ли? Или из-за того, что Е Цю просрал? Ему вообще все просирают, это не считается! Но я отомщу за тебя, старик, вот увидишь! Порву его как грелку! Ты только не... Вэй Чэнь снова сжимает пальцы, и у Шаотяня горло перехватывает от понимания: поздно уже что-то говорить, капитан Вэй своего решения не изменит. - Порви обязательно. Вместе с Вэньчжоу, - кивает Вэй Чэнь. - Мы станем чемпионами, - тихо выдыхает Шаотянь, а после поднимает упрямый взгляд и смотрит Вэй Чэню в глаза: - Мы станем чемпионами, и ты, старый засранец, вернёшься ко мне! Понял?! Судя по ошарашенному взгляду Вэй Чэня, он ни черта не понял, хоть и кивнул. - И ещё, - продолжает Шаотянь. - Дай номер своего телефона. И кукушку. И мейл! Решил сбежать в ночь без шапки, не попрощавшись ни с кем? Фиг тебе, у нас обещание теперь, понял? И когда я выполню свою часть - ты выполнишь свою! Выплеснув всё это, Шаотянь, не давая себе времени на раздумья, подаётся вперёд и целует Вэй Чэня. Зажмуривается, сохраняя в памяти ощущение колкой щетины вокруг его рта, запах сигарет и одеколона, тепло его тела и тяжесть его ладони на шее. Отодвигается медленно и отступает на шаг, доставая телефон. Надеется, что получится сохранить невозмутимый вид, в отличие от целиком охуевшего Вэй Чэня. - А это что, чёрт возьми, было? - хрипло спрашивает тот. - А это был аванс, - усмехается Шаотянь. Он теперь костьми ляжет, но станет чемпионом. И вернёт капитана Вэя себе.