Новые вершины

— Я тебя блять ударю, если ты дернешься. — Дададада, я понял, понял. Даня поднимает раскрытые ладони в сдающемся жесте, выдыхает, расслабленно кладя руки на кровать, и старается быть как можно более нейтральным, чтобы не выбесить или, скорее, не спугнуть каким-то своим действием. Если бы он мог — перестал бы дышать. Руслан над ним все еще явно чувствует себя некомфортно, будто бы не он еще каких-то десять минут назад стонал и кусался в поцелуе, пока Даня растягивал его пальцами, закинув его ногу себе на плечо. Ладно, да, поза наездника — дурацкая. Дане не нравится просто лежать и бездействовать, Руслану — такая явная открытость. Но надо двигаться вперед и преодолевать новые и не очень вершины. Во всех смыслах. Честно сказать, не то чтобы Даня думал, что Руслан согласится. Он просто вытащил из него пальцы, больно укусил за шею, Руслан в отместку ткнул его в бок, и они устроили очередной короткий раунд грубоватых поцелуев вперемешку с укусами. Даня просто перевернул их, подтягивая Руслана себе на бедра, сел, проходясь языком по ключицам и шее, и почти в шутку предложил «давай так». Руслан нахмурился, замер на пару секунд, и напряженно согласился. И теперь Руслан блять медлит. Пытается упереться коленями в матрас поудобнее, больно давя руками Дане на живот и грудь, матерится вполголоса, и упорно не смотрит в глаза. Даня сжимает губы, но молчит, и, на каком-то автомате, отслеживает, чтобы у Руслана не начались тики на нервной почве. Даня страдает. У него стоит до звона в ушах, Руслан то и дело задевает его член задницей или мошонкой, и это совершенно не облегчает ситуацию. Не облегчает ситуацию и то, что Руслан сейчас — что-то пиздецки милое. В своем ключе. Он красный — от возбуждения и от глупого стыда тоже, — кусает губы и упорно не смотрит в глаза, и Даня сейчас правда боится спустить в первые же три минуты. Если, конечно, они все-таки приступят к делу. Внутри бьется желание просто прекратить эту пытку для них обоих, перевернуть Руслана и просто вытрахать его уже наконец. Но Дане любопытно. И открывающийся вид стоит этих страданий. Руслан надавливает ему ладонью на тазовую косточку пока пытается насадиться на член, придерживая его рукой, и Даня жмурится, сжимая в кулаках одеяло, потому что давление на кость ощущается явно неприятным, а еще потому что дико хочется толкнуться вверх. Руслан справляется попытку на третью, медленно пропускает в себя, слегка морщась, медленно выдыхая, и замирает. — Бляяять, — задушенно сипит Даня, потому что это просто блять потрясающе, горячо и узко, и дико хочется уже засадить по самые яйца. Но он просто сжимает кулаки до побелевших костяшек, сжимает губы, и просто смотрит, пытаясь придержать остатки рассудка. Руслану неприятно. Это всегда неприятно поначалу, первую минуту, первый толчок, но обычно Даня просто не растягивает все это, толкается поспешно, отвлекая поцелуями и укусами, и Руслан просто теряется во всем этом. В этот раз все по-другому. Отвлечься не на что, поза неудобная, сводит бедра, и удержаться в нужном положении сложно. Ощущения чистые, потому что сосредоточиться выходит только на них. Он пытается сдвинуться, упереть руки Дане в грудь, и при этом не насадиться на член еще глубже, и это, блять, сложно. Даня шипит, но ничего не говорит. Руслан напробу двигает бедрами, наконец чувствуя, как пропадают неприятные ощущения. Даня под ним со свистом втягивает воздух. Он ощущается сейчас как каменная статуя, Руслан ведет взглядом по напряженному животу, через раз вздымающейся груди, покрытой красными пятнами румянца, сжатым губам, и наконец доходит до внимательного нетерпеливого взгляда. Даня дышит через раз, напряжен, и выглядит практически смешно. — Пиздец ты стараешься, — коротко смеется Руслан. — Господи блять, Руслан, просто- Руслан шикает на него, закрывая рот ладонью, и снова двигается вниз. Даня закатывает глаза и как-то несмело касается пальцами коленей Руслана. И вдавливает пальцы в кожу сильнее, выгибаясь, когда Руслан резким толчком опускается до конца. Даня шипит, кладет руки ему на бедра увереннее и слабо вскидывает бедра, закусывая губу, и Руслан приглушенно стонет от неожиданности, почти теряется в волне ощущений, но вовремя хватается за запястья Дани, не давая ему сделать новый толчок. — Я же блять сказал, — тяжело говорит он, убирая руки Дани и прижимая их к матрасу около его плеч. — Сука. Мне что вообще не шевелиться сегодня? — бесится Даня, но не дергается больше. Вместо ответа Руслан переносит вес вперед, прижимая руки Дани к кровати сильнее, и плавно движется вверх, наблюдая, как сокращаются мышцы на данином животе, как он жмурится и приподнимает голову, чтобы взглянуть вниз. Его нетерпение только подстегивает быть медленнее. Руслан это и делает, двигается медленно и плавно, покусывая губы и наблюдая за Даней. Тот смотрит то в ответ, то спускается взглядом ниже, разглядывая, периодически поднимая голову, тоже кусает губы. У Руслана во взгляде почти веселье и наслаждение, у Дани — нетерпение и похоть, и Руслану интересно, когда же у Дани сдаст выдержка. Он двигается в неторопливом темпе еще минуты две, когда Даня бессильно стонет. — Да сука, — шипит он и снова поддает бедрами вверх, вырывая из Руслана резкий выдох. Тот сжимает пальцы на чужих запястьях на мгновение сильнее, но с новым толчком сдается, выпрямляясь и отпуская. Даня только этого и ждет — сжимает пальцами бедра Руслана, упирается пятками в матрас и просто начинает толкаться вверх. Руслан почти слетает с него при первом толчке, но вовремя упирается рукой Дане в грудь. Вот теперь все просто отлично. Даня двигается быстро и сильно, выбивая из Руслана хриплые стоны каждым толчком, и сжимает пальцами так, что синяки наутро останутся приличные. Руслан, все пытаясь найти наиболее стабильную позу, упирается руками в изголовье кровати и начинает толкаться навстречу. — Блятьблятьблятьблять, — шипит Даня, запрокидывая голову и жмурясь на секунду, а затем обхватывает пальцами член Руслана. Дрочит он быстро, в такт толчкам, и смотрит в лицо, ловя все эмоции и самодовольно скалясь. У Руслана мелко дрожат бедра от напряжения, и он, черт возьми, близок просто пиздец, так что желание как-то с Даней посоревноваться и стереть самодовольную усмешку пропадает за стуком сердца и хриплыми стонами в ушах. Руслан сбивается с ритма, выпрямляется, перенося руки Дане на грудь, и ему не хватает совсем немного, когда Даня убирает руку. — Сука, — выстанывает он, когда Даня снова сжимает бедра и начинает толкаться еще сильнее. Дрочить себе приходится уже самому. Хватает их еще совсем на чуть-чуть, Руслан кончает себе в кулак, сжимаясь и заставляя Даню снова задушено сматериться и сбиться с ритма. Он почти валится на Даню сверху, но упирается руками в изголовье кровати и дает сделать последние толчки. Даня входит в него последним толчком слишком резко, чуть ли не сшибая Руслана, выгибается и спускает в него. Когда он, тяжело дыша и довольно скалясь, опускается обратно на матрас, он кладет руку Руслану на шею, тянет на себя, впиваясь в губы, и Руслан отвечает, опускаясь на локти. Между ними липко от пота и спермы, и это не особо-то приятно, но Даня не хочет убирать руки с шеи Руслана, пока им обоим не перестает хватать воздуха. Руслан скатывается с него, укладываясь рядом, и они, пытаясь отдышаться, молча изучают потолок несколько минут. — Дай мне пару минут, и я тебе въебу как и обещал, — рушит тишину Руслан, и Даня в ответ тихо ржет. — Ты меня вынудил, — протестует он, шипит, получив тычок локтем под ребра, и переворачивается на бок, поднимаясь на локоть и нависая сверху. — Дай мне пару минут, и я тебя выебу еще раз, только в этот раз разрешаю быть бревном, — Даня подмигивает, игнорирует закатанные глаза Руслана и снова лезет целоваться.