Как растопить холодное сердце

POV Иккинг Я не чувствую ничего, я как будто нахожусь в пустоте. И это слегка напрягает. Я проснулся и первое, что я мог почувствовать за это время: тупую-давящую боль чуть выше поясницы, резкий запах спирта и хлорки и очень, как мне показалось, яркий свет. Предметы потеряли свою форму: все сливалось сначала в серую, потом в светлую массу. Все понятно — я в больнице. Я огляделся. Первое, что я мог нормально рассмотреть (точнее, кого), так это мирно спящую белокурую девушку, сидящую на кресле недалеко от меня. Тут заходит медсестра и, видимо, мой врач… — О, мистер Хэддок, вы очнулись! Как ваше самочувствие? Голова не кружится? — Здрасте… Да нет, вроде ничего не кружится. Только вот небольшая боль в спине, а так всё нормально. Могу задать вам несколько вопросов? — Конечно. Только прежде, чем вы зададите мне вопросы, хочу сказать, что вам нужен покой. К вам сегодня утром, как я полагаю, приходили ваши друзья и они очень за вас переживали, просили это передать и еще пакеты, которые лежат на тумбе — это тоже от них. Только эта блондинка не захотела уходить. — Хорошо. Спасибо за информацию. А сколько я пролежал? — Пуля, которая попала вам в спину, чуть ли не пробила мышцы торса насквозь. Но к моему удивлению, особо важных органов она не задела, только слегка слепую кишку, но операция прошла успешно. Видимо, вы были не очень далеко от того «стрелка». И да, вы пролежали здесь неделю. И могу вас поздравить: вы идёте на поправку! Если станет лучше, то через неделю вас выпишем. — Хорошо, спасибо. Все, что меня интересовало, вы, в принципе, сказали сами. Только у меня просьба: скажите пожалуйста этой девушке, что мне нужен отдых или время посещения закончилось, короче, чтобы она ушла. На то есть свои причины и… — Хорошо, я поняла. Но в ваши семейные разборки я лезть не стану. Я сделаю все, что в моих силах. Она у нас тоже пролежала чуток, но как только очнулась, от вас не отходила ни на шаг. Можете не беспокоиться, а пока — отдыхайте. — Ага. Я сделал вид, что сплю. И действительно, чуть не заснул, но услышал чьи-то шаги. Видимо, Астрид встала. Я почувствовал на себе взгляд и… ААА!!! Что это было?! Она меня поцеловала?! В щеку, под глаз, но не суть. Что происходит?! Она ушла. Фух… На том месте, где она коснулась своими губами у меня потеплело, да я, кажется, весь горю. Великий Один, это просто поцелуй в щеку! Ладно. Почему я попросил доктора, чтобы он сказал Астрид уйти? Хотя ему даже не пришлось этого говорить. Всё самому в итоге пришлось делать… Дело в том, что я не хочу, чтобы она видела меня в таком состоянии, и я хотел бы с ней потом поговорить с глазу на глаз, а не в этой белой спиртной коробке с капельницами и санитарами. Есть, конечно, и другие причины, но это не важно; я хочу просто разобраться, что да как. Я, конечно, понимаю, кто принёс мне гостинцы. Надо поблагодарить их; еще Астрид от меня не отходила… А у меня еще столько планов. Нет, это не экзамены: на счет них я вообще не парюсь. 1) Скоро концерт. 2) Репетиция на выступление от школы, надо же хотя бы раз попробовать хоть какую-то песню спеть. 3) Этот Шизанутый. Чё вообще тогда произошло? Кто эти люди? Хотя нет, я знаю от кого они и это 4) Гриммель. Ну, тут нечего сказать, просто старые счеты. 5) В связи со всеми происшествиями мне придется, для безопасности Беззубика, отпустить его на волю. Я думал его отдать в приют, но он сразу отпал, в дикую природу тоже не вариант (далеко). А так отправлю его в лес к себе на «Базу» и буду периодически его навещать. Конечно, там не безопасней, чем у меня дома. Но территория больше, и так хоть с голоду не помрет. Он все-таки какой-никакой гепард, но он черный и в ночи скрытый. А недалеко от нашего места есть пастбища, там и будет таскать себе пропитание. Думаю, на время, все обойдется… Умею я решать проблемы. С того происшествия прошло две недели. Иккинга выписали из больницы, но тяжелые нагрузку на спину запрещены. Все же он будет ходить в школу, но осторожности никто не отменял. Впереди ждут жаркие дни. Школа. Урок географии. — Мистер Хэддок, вы долго отсутствовали на уроках, поэтому готовьтесь к опросу! — Да, миссис Фридерих. *Звонок с урока. (*Иккинг говорит по телефону). — Ребят, а вы Астрид не видели? — Нет, а куда она делась? — Сама не знаю, поэтому у вас и спрашиваю. — Нет, мы все были вместе, но вроде бы ее учительница позвала. Видимо, что-то хотела. Но это не точно. — Ладно… — А че ты от нее хотел? — Да так, не важно. (*Иккинг закончил говорить по телефону). — Иккинг! Когда ты успел выучить материал? — Эльза. — Мне легко география дается, вообще у меня мало проблем с предметами, и на счет ЕГЭ я не парюсь особо. — Да ты мозг! — воскликнула девушка. — Ну… Слушай, Джек, че без меня было? — Эм… Ты очень много пропустил репетиций, да и Астрид на них не ходила. Много чего происходило, но это такие события, которые… ну… В общем, это можно не сейчас обсудить. — Да, конечно. Я понимаю. Мимо них проходит компашка старшеклассников с колонкой. Они шли по коридору в сторону вестибюля и каждый тупо орал что-то свое: — Каждый раз я вспоминаю детство! — Холодный кубик льда Кинь в меня! — Малиновый свет упал на окна, Танцует во тьме пара влюбленных… Уууууу… Джек: — Ха, им, видимо, весело. Ладно, может, в столовую? Иккинг: — А пошли. Эльза: — Сейчас, ребят, я забегу кое-куда, а вы идите, я вас догоню. — Хорошо. Эльза побежала в туалет. Там она встретила своих одноклассниц, но особо не обратив внимания зашла в кабинку. *Ступор. После десятисекундной тишины Эльза заржала во все горло до слез и каким-то образом перехотела идти по зову природы по делам… Надпись кровью на стене в кабинке женского туалета: — Ура! Я не беременна!!! Мальчики в это время были уже в столовой и ждали подругу. Эльза пришла с таким выражением лица, будто ее потрепала жизнь. — Эльза, че с тобой? — А? Со мной все нормально. — Точно? — Да. Просто мимо меня прошел какой-то высокий мудак, и я нечайно вписалась головой в его плечо. Он слишком высокий. А потом говорит, типа: «Низким прохода не давали!» Я уже хотела ему показать свое место, но он пихнул и куда-то смылся… — Знаешь, есть такие люди, которые провоцируют, бесят, и таких людей очень много. Не стоит иногда зацикливаться на таких моментах. А про рост: он — просто двухметровый шпал, не умеющий извиняться. — Успокаивал девушку Фрост. — Мы все одного роста. Кто-то выше, кто-то ниже, но мы все одного роста. — Добавил от себя шатен. -..... — Спасибо, ребят, большое! А тебе, Иккинг, надо цитаты писать. Только мне кажется, что ты много крови потерял, и из-за этого у тебя немного котелок не варит…  — Хех, вполне вероятно. Друзья залились хохотом и скрылись в толпе учеников… — Добрый день, класс! — Добрый день, профессор. — Сегодня я неважно себя чувствую, поэтому посидите тихо, мне еще отчеты сдавать… — А причиной вашего самочувствия, если не секрет, какая? —Поинтересовался Хеддок. — Да, к нам недавно в соседнюю квартиру переехали новые жильцы. Вот, а у них дети, и шумели они, наверное, до часу ночи, так точно. Как бы, собственно, в этом вся и причина… — Не драматизируйте, профессор. — Пытался подбодрить учителя шатен.— Если у вас соседские дети сильно шумят, скажите им через стенку, что вы гномик, живущий в розетке, и вас надо покормить гвоздями. Класс залился воплями и звонким смехом. Кто-то пустил легкий смешок, кто-то говорил: «Жестко», а кто-то вообще никак не реагировал. Но большинство оценило шутку Иккинга, как и сам профессор. — Да, Иккинг, спасибо тебе, подбодрил! Я могу вас отпустить куда душе угодно, только чтобы вас директор не запалил, по секрету, хорошо? — Даааа!!! Спасибо! — Когда хорошее настроение, любая сонливость и боль уйдет. Спасибо Хэддоку скажите. Казалось бы, он простой шуткой меня развеселил, а вот как понеслась. Ладно, шуруйте. — Иккинг — красавчик! *Пожимают руку. — Ага. — Иккинг, че это было? Ты сегодня весь день такой… (Джек) — Просто я сегодня расслаблен, и я выспался. *Шепотом. И если ты не забыл, то у нас послезавтра концерт. — Да помню я, помню. Кстати, тебе идет такая непринужденная легкость. А то совсем недавно вообще голову понурил и не скажешь, что не зомби и что у нас не начался какой-нибудь пост апокалипсис. Ты говорил с Астрид? — А о чем мне с ней говорить? — Ну, не знаю, у вас вообще все как-то непонятно и сложно. Будь проще. Че, так сложно все сказать, обсудить и уйти? Сами себе наматываете. — А че ты меня допрашиваешь? Как будто я понимаю, что происходит. Как в миг прошли все те недели, когда мы с Астрид под дождем разошлись; так недавно я вообще маслину словил в спину! И о чем после этого нам говорить?! И, так, к сведению — ты мне сказал, что мне надо переключиться на другую, забыл? — Но ты же — однолюб. -… — Я с ней поговорю, но сейчас не время. Да и я думаю, что мы не готовы. У нас вообще ничего не было, максимум — это поцелуй в лоб или в щечку. Ааааа. Вот, Джек, че ты начинаешь, я же теперь только об этом думать и буду!!! — Зато теперь разберешься в своих чувствах, если вообще разберешься… Смотри только не наделай глупостей, а то я знаю тебя, что-нибудь учудишь, а потом жалеть будешь. — Да понял я, понял. Иккинг искал Астрид по всей школе, чтобы договориться встретиться где-нибудь в парке поговорить; точно так же, как и Астрид искала Иккинга, но они друг друга, просто напросто, не могли найти. Сегодня Локи решил выбрать в жертву Иккинга, как и в прошлые разы. Уж больно ему пригляделся этот паренек. Но так и быть, сегодня можно пощадить, поэтому бог решил кинуть на голову шатена Крис, а дальше пусть сам выкручивается. И так Локи развлекается со всеми, кому не попадя, если на то сам Тор ему не запрещает… Значит, представьте себе такую картину: идете вы, значит, ищите девушку своей мечты, чтобы поговорить по душам, а тут на вас падает, причем в буквальном смысле, какая-то бестия и орет тебе на ухо: — Милый!!! Как же я тебя давно не видела! Ты скучал по мне? И да… Если эта бестия — последнее, что вы хотели бы увидеть хотя бы сегодня; мало того, она упала на бедного Иккинга прямо грудью в лицо и так бы и лежала, если бы не одна голубоглазая валькирия, предмет подражания всех девушек школы, с прекрасным голосом и стержнем и… так можно перечислять, и перечислять. — Кхм, кхм. — О, Астрид. А мы тут немного заняты, ты не могла бы отойти на метров пятьдесят назад? — Увы, я боюсь тебя разочаровать, но через три метра сзади от меня стена, поэтому на пятьдесят метров я явно не смогу отойти. Уж извини, но ты чуток не рассчитала, если вообще умеешь это делать… — Да ты, да как ты? — Можешь слезешь с меня? Задрала! Иккинг уже сорвался на крик, но Крис так просто сдаваться не хотела, поэтому собрав все силы, она обняла Иккинга так, что он не мог шевелить руками и не мог поднять торс, впрочем он даже ничего не видел, так как девушка еще умудрилась закрыть ему все лицо в целом. — Астрид, спаси! Умоляю! — Крис, мне кажется, что ты перегнула палку! — А мне кажется, что ты лезешь не в свое дело. Нам с моим котенком и без тебя хорошо. Видишь? Аж покраснел, как ему хорошо! — Да он задыхается из-за твоих доек, аж тошно, ей богу. И кто? Котенок? Серьёзно? И ты на него сама запрыгнула, мне кажется, он даже не хотел тебя видеть, да и нам нужно серьезно поговорить. — Что же, ну я могу, конечно, вам помочь, но… Крис встала с шатена, но хватки не отпускала — сильная, чертовка — про себя отметил Хэддок, но Астрид посильней будет. И тут произошло то, чего никто не ожидал увидеть, тем более толпа любопытных пятиклассников, да и вообще вся старшая и средняя школа, проходившая мимо, ненароком останавливалась, чтобы посмотреть, что тут происходит. Крис впилась Иккингу в губы так, что как бы он не сопротивлялся… в общем, все было бесполезно. Она добилась своего. Астрид не хотела этого видеть больше всего. Теперь в школе Крис и Иккинг официально стали парой, слухи распространились по школе моментально, приукрашивая и преувеличивая, набирая темп. Вскоре все узнали об этом поцелуе, но никто даже и говорить не хотел, что он был «ненастоящий». Джек мигом оторвал от Иккинга чертовку, а Эльза побежала за Астрид. Глубоко в душе Астрид понимала, что это все фальшиво, но Крис добилась своего, как бы Астрид не хотела этого признавать. Теперь они стали еще дальше друг от друга, чем были раньше, если бы вообще были близки… Иккинг постоянно ловил Астрид, хотя поговорить, но она так же часто его отвергала. Как бы он ни старался, а говорить и, тем более, видеть девушка его не хотела. Все равно ситуация противная. Кое-как, но все же прошел день. Теперь Иккинг якобы встречается с Крис. Скоро у парней концерт, а еще через полтора месяца концерт от школы. Ух, сколько планов. Справятся ли они? Справится ли Хэддок? Когда жизнь насквозь просвечена ядовитым светом неоновых огней; когда по ночам ты только и слышишь, как с жаждой услышать твой голос выкрикивают твое имя; когда ты живешь музыкой и не можешь высказывать свои чувства ничем, кроме песни, ты уходишь от реальности, совсем забывая про тех, кто находится рядом с тобой. Концерт. **Бурные аплодисменты. Включились прожекторы. Тишина. Заиграла музыка. Парень в черных кроссовках, джинсах и пиджаке, как будто показывая свой торс для поклонников, начал петь. ** Уууу… Ооо… Мммм… Я подожду тебя в лифте, Между четвертым и третьим. И помечтает о лете, Со мною дедушка Питэр. И не работают сети, Хмурый февраль на ретвите. А я все жду тебя в лифте, Между четвертым и третьим *Тут же подловил шатена ''серый'' парень, точно в такой же одежде, но она была в синих тонах: Скорее! Минуты летите, чтобы' я Вас не заметил, и Поспешите, на третий Свободы мне принесите. Скорее! Минуты летите, чтобы' я Вас не заметил, и Поспешите, на третий Откройте, Освободите! Я буду думать о свете, Я буду думать, как выйти. И о тотальном открытии Всех дверей на планете. Где-нибудь на рассвете, Прибудет дядя спаситель И мне откроется свидетель Между четвертым и третьим! Скорее! Минуты летите, чтобы' я Вас не заметил, и Поспешите, на третий Свободы мне принесите. Скорее! Минуты летите, чтобы' я Вас не заметил, и Поспешите, на третий Откройте, Освободите! Концерт шел практически всю ночь, и Иккинг с Джеком легли спать, наверное, только в половину четвертого. Ночной Мадрид. Шатен залез на подоконник аккуратного домика, освещаемого только одним фонарем. По другую сторону окна была задвинута штора, но окно было поставлено на проветривание, поэтому в комнате все было слышно, что происходило на улице. Шатен надел капюшон и, прислонившись к окну, посмотрел в щель. Да, это на сто процентов комната его возлюбленной. Когда проехала последняя машина мимо этого дома, и когда на улице кроме лая собак и мерцания светлячков больше не было слышно, парень запел. Я разлюблю тебя, когда исчезнут слова Я разлюблю тебя, когда исчезнут города И не сойдет огонь во храме Я разлюблю тебя походу уже никогда! В смысле когда это закончится? Никогда мы ведь на веки вечные, аминь Спустя сто лет, сто миль вдвоем стабильно Вот это стиль Когда сто параллельных, пересекутся Даже тогда, никогда никогда Наши судьбы канаты не порвутся. Я разлюблю тебя, когда исчезнут слово Я разлюблю тебя, когда исчезнут города И не сойдет огонь во храме е Я разлюблю тебя по ходу уже никогда! Я разлюблю тебя, когда исчезнут слово Я разлюблю тебя, когда исчезнут города И не сойдет огонь во храме е Я разлюблю тебя по ходу уже никогда! Раз пятый, система нервная раз в пятый Я повторяю тебе, зря ты Зря ты боишься, что нас может разлучить что-то Скорее Тихий Океан станет лишь болотом Когда исчезнет грех, Когда умрет карида Когда вместо пустынь всех будет Атлантида, И не удержут нашу Землю больше три кита То есть не скоро, а точнее Уже никогда! Я разлюблю тебя, когда исчезнут слово Я разлюблю тебя, когда исчезнут города И не сойдет огонь во храме его Я разлюблю тебя по ходу уже никогда! Я разлюблю тебя, когда исчезнут слово Я разлюблю тебя, когда исчезнут города И не сойдет огонь во храме е Я разлюблю тебя по ходу уже никогда! Шатен дыхнул на окно так, что оно запотело. Потом нарисовал на нем сердечко, засунул в щель приоткрытого окна, предварительно сорвав, самую красивую розу. Спрыгнул с подоконника и медленным шагом пошел домой. Все это время по другую сторону стены на полу, облокотившись об неё, сидела девушка с закрытыми глазами, блаженно слушая голос парня, который пел эту песню, ее по началу даже не волновало, кто это был. После стресса и депрессии хочется отдохнуть. А эта песня с признанием и каким-то утешением, которую еще более волшебно подал этот парень… Одним словом, девушка замечталась. Только когда песня закончилась, блондинка открыла шторы и посмотрела в окно: на нем было нарисовано сердце, а в проеме окна была воткнута очень красивая роза. Девушка открыла окно и посмотрела на темный силуэт, удаляющийся в неизвестность; она взяла розу и, вдыхая головокружительный аромат сего цветка, так и продолжила смотреть в окно, прокручивая все снова и снова в своей голове слова песни.