Проклятый Эрен Йегер!

На улице шёл дождь, в город вернулась осень. Молодой мальчишка, избитый, покалеченный от рук собратьев, шел босиком на главную сцену. Вся площадь была переполнена ехидными голосами людей, они злобно кричали: «Убить титана! Безопасность жителям!» Эрен повернулся и увидел в толпе маленькую девочку, в её глазах было непонимание: в чем этот человек виноват? Йегер сам не понимал. Он не выбирал эту судьбу. Делал то, что должен был — убивал титанов, протаптывая путь человечеству за стены. Внезапно парнишка споткнулся об малозаметный камень и упал лицом в грязь. Публика торжественно захохотала, начала активнее кричать, требуя гибель «злодея». Сквозь боль, Эрен поднялся на ноги, продолжая идти к своей погибели. На главной сцене стоял Эрвин Смит. Заложив руки за спину, он смотрел вдаль, не желая наблюдать за унижением верного солдата Разведкорпуса. Каждый раз, когда люди начинали громче, яростнее, в один голос подавлять Йегера — пальцы неистово сжимались, царапая ногтями кожу. Рядом с ним находилась Ханджи, она следила глазами за сборищем и удивлялась. «Они хуже титанов.» — исследователь тяжело вздохнул, набираясь сил для стойкости. Внутри жестокой толпы безжизненно стояли друзья Эрена Йегера. Армин, Микаса и Жан внимательно смотрели на своего товарища, безмолвно переглядывались. Руки сжимались в кулак, они норовили ворваться на сцену, устроить бунт… Рассудок был сильнее желания. — Кто… — начала шепотом спрашивать Саша. — Кто его… лишит жизни?.. — Они не решили… — ответил Конни. — Наверное, городовые. Жан в напряжении сглотнул слюну, продолжая смотреть на Эрена. — Нет. — отчаянно заявил Армин. — Капитан Леви. Микаса пошатнулась, вопросительно, с испугом в глазах, посмотрела на Арлерта. Спрингер схватился за кисть руки Браус и неконтролируемо, от паники, начал сжимать. Жан продолжал неподвижно стоять. Аккерман подхватила Армина за воротник. — Почему ты раньше об этом не сказал? — сквозь зубы прошипела девушка. Юноша молчал, пытаясь сдерживать страх. Он знал, что если бы Микаса узнала об этом намного раньше, то устроила бы резню с «коротышкой», в тишине, без свидетелей. — Я могла бы с ним договориться, Армин… — продолжала в отчаянии Аккерман, но Жан её перебил. — Началось. Дождь все усиливался, косой, мелкий, спорый… люди не спешат укрыться от него. Старый мужчина, с сильным ожирением, медленно хромал в центр сцены. С помощью рук, он показывал жестами толпе, чтобы те угомонились, стали тише и обратили на него внимание. Ханджи сморщилась, когда он стал проходить мимо них, от него разило тухлой рыбой. Эрвин искоса посмотрел на Эрена. Юноше дали бедную, тонкую одежду, которая успела промокнуть насквозь. Йегер трясся от холода, продолжая стоять бессильно на ногах. Когда мужчина наконец доковылял до цели, сборище сорвало дичайшие овации. — Я рад вас видеть. — он фальшиво улыбнулся и похлопал сам себе. — Сегодня настанет день, когда люди смогут спать спокойно, когда мир станет безопаснее, потому что… правосудие восторжествует. Люди снова радостно закричали. Какой-то мальчишка умудрился просочиться сквозь толпу, подобраться к сцене и кинуть в титана картошкой. Йегер не уворачивался, овощ попал прямо в висок. — Со всеми титанами так будет! — завопил мальчишка. — Со всеми! Микаса злобно прорычала сквозь зубы, сделав решительный шаг, но Армин схватил её за руку. — Сегодня состоится обезглавливание… — представитель улыбнулся во все гнилые зубы. — Эрена Йегера. — Вот же ублюдок. — прокомментировал Конни, но шумная публика приглушила его слова. Старик продолжал вести свой монолог, но, вряд ли, кто-нибудь его слушал. Местный полицейский взял преступника за шиворот и поволок к старому столику. Юноша не сопротивлялся, послушно, пытаясь идти ровно, следовал за законопослушным. Городовой небрежно кинул Эрена на пол и ухмыльнулся своей силе подчинения. Толпа продолжала торжественно вопить, после тут же быстро затихла. Послышались тяжелые шаги по ступенькам, ведущие на педжент. — Это, ведь, тот самый, верно? — девушка обратилась к старику, они стояли впереди Жана, но солдат на них не реагировал. — Да, — отвечал пожилой мужчина, — человечество верит в него, будущее за ним. Капитан Леви, уверенной походкой, держа лезвие в руке, восходил на сцену. На лице не было ни одной эмоции, лишь незаметная боль, которую могли разглядеть Ханджи с Эрвином. Он прошел мимо «вонючей рыбы», думая, что было бы неплохо, прямо сейчас перерезать здесь всех. Зое сняла очки и протерла стекла от дождя. — Почему он не превращается в титана? — шепотом спросил исследователь. Леви встал рядом с Смитом, чувствуя взгляд толпы на себе. Микаса ждала, когда «коротышка» обратит на неё внимание, дабы тот увидел её ярость, но тот не собирался. «Почему…» — начал задаваться вопросом Армин. — «Почему Эрен не превращается в титана?» Эрен обратил внимание на своих друзей. Он улыбнулся, нашел силы издать, что-то похожее, на смех. Микаса невольно изобразила улыбку в ответ, Армин вытер слезы. — Он не заслуживает такого. — с жалостью сказал Жан, следом за Арлертом смахнул слезинку с щеки. Представитель закончил свою речь, приглашая Эрвина заменить его и дать несколько комментариев. Смит зашагал к центру, остановившись в паре метре от Йегера. Руки продолжали сжиматься от происходящего. — Мне нечего добавить. — дал ответ главнокомандующий. Народ лениво похлопал, с нетерпением ждал то, ради чего пришел. Ханджи надела очки, взглянула на своего товарища. Леви безмолвно стоял. Местный полицейский подбежал к краю сцены, закричав: — Палач — капитан Леви! Отряд Разведкорпуса, сильнейший боец человечества! Сборище бросились кричать от радости, выкрикивая благодарности капитану. Под шум людей, Леви подошел к Эрену и бессильно взглянул в глаза. Юноша ждал своего часа, подготовив свою голову к обезглавливанию. Йегер поймал взгляд мужчины, улыбнувшись, с хрипотой в голосе, заговорил шепотом: — Я проклят, капитан. Леви сжал клинок в ладони, его рука не дрогнула. — Я не желаю превращаться в титана. Капитан запрокинул руку назад, созерцая перед народом девственный клинок. — Я люблю Вас, Леви. — последние слова Эрена остались в голове мужчины эхом морского прибоя. Сборище затихло. Все лицезрели будущую историю человечества. От маленьких детей до стариков. Саша и Конни не могли смотреть и отвернулись, пытаясь перестать плакать. Жан продолжал смотреть на своего друга, с маленькой надеждой на спасение. Армин уткнулся в плечо Микасы, пытаясь, краем глаза наблюдать. На Аккерман не было лица, она готова была разорвать всю толпу, привести титанов, устроить апокалипсис, голыми руками вырвать сердце любому, лишь бы спасти Эрена. Ханджи повернулась к Леви и, сморщившись, старалась не отвернуться. Эрвин стоял к смертной казни спиной, не желая видеть страдания. Леви сжал сильнее клинок, на глазах выступили слезы. — Я люблю тебя! — выкрикнул капитан. — Проклятый! Эрен! Йегер! Через секунду толпа ахнула от ужаса. Голова юноши медленно покатилась по сцене. Тело титана намертво упало. Люди оцепенели от такой картины. Дождь смывал кровь с лезвия. — Клянусь, я убью тебя! — послышался женский крик из публики. Армин и Жан пытались удержать Микасу, которая так и норовила выполнить свое обещание. Леви продолжал крепко держать оружие в руке, смотря на тело любовника. Старый мужчина отошел на край сцены и начал блевать, чуть ли не на людей. Эрвин закрыл глаза, нахмурил брови, пытаясь контролировать себя. Ханджи подошла к капитану. — Леви… — обеспокоено начал исследователь, — мне жаль, что все так вышло. Мужчина перевел взгляд на Зое. Слезы беспомощно лились из глаз, словно обрушенная плотина. Ханджи впервые видела его таким, от удивления, смешанное с испугом, отступилась назад. Капитан засмеялся, в истерике упал на колени, продолжая держать клинок твердо в руке. Леви запрокинул руку и вогнал оружие себе в грудь. Толпа завопила от страха. Люди начали паниковать, бежать, топтать друг друга. Солдаты элитного отряда Разведкорпуса застыли в кошмаре. Они не могли сдвинуться с места, не могли произнести слово. Не могли поверить. Их охватила паника. На фоне беспорядочного шума, беззакония и бесчеловечности, тело Леви приземлилось на кровавый деревянный пол сцены. Ханджи в смятении присела к капитану, надеясь, что он все ещё дышит. Смит взглянул на Зое, но исследователь отрицательно покачал головой. — Мертв. — бессловно произнесли губы исследователя.