Fate: Кастер

***

      Пространство, где небо имело достаточно необычный цвет, а земли, как таковой, не было, за исключением летающих то тут, то там небольших островков, называлось Междумирьем. Каждый из этих парящих в небе «островов» имел свои размеры от совсем крохотных и до больших, от полностью голых пластов земли до одного единственного, где каким-то чудом работал фонтан. Среди таких небольших клочков земли были и большие острова, являвшиеся в данном измерении редким, но не необычным явлением… Даже открывавшиеся в разных плоскостях порталы, довольно многообразных размеров и цветов, выплевывающие достаточно много вещей и новых клочков земли, что будут парить в этом измерении, делали этот мир необычайно интересным.       Но даже для пространства именуемого Хаосом в этот миг произошло одно очень и очень редкое явление. Один из порталов начал ярко-ярко светиться и переливаться разными оттенками с очень высокой скоростью. После этого он достаточно быстро начал поглощать двух расположившихся неподалёку собратьев, до этого мерно переливавшихся алым и пурпурным оттенками. Стоило ему их поглотить, как этот портал резко увеличился на добрую сотню метров, поглощая всякий хлам, несчастные клочки земли, выдранные из реальности, и так же резко, как он начал увеличиваться, тот остановил свой рост, чтобы в следующий миг сжаться.       Теперь он напоминал маленькую сферу, которая переливалась тремя цветами: алым, пурпурным и фиолетовым. Это необычный для Хаоса процесс наверняка бы смог заворожить любого, кто осмелился наблюдать за этим и не бояться умереть под давлением энергии первородного Хаоса, но в следующий миг сфера покрылась, будто алыми трещинками, напоминавшими своим видом вздувшиеся вены.       Левитируя в пространстве, сфера не подавала каких-то «признаков жизни», но спустя час, месяц, год или саму вечность, вены на сфере начали становиться то ярче, то, наоборот, тухнуть. Казалось, что вены этой сферы копировали ритм сердцебиения, которое ускорялось с каждой секундой, пока алое свечение не стало постоянным. Но это не продлилось долго, ведь в следующий миг на её поверхности начали появляться сотни ветвистых трещин. Когда же сфера оказалась испещрена вязью из мельчайших трещин, сфера резко увеличилась в объёме, отчего она стала занимать пространство полтора на полтора метра. Когда же она приняла более большую форму, то распалась, высвобождая бушующую и всепоглощающую белую энергию, которая, расходясь во все стороны, уничтожала всё, до чего могла коснуться.       Самым удивительным было то, что в тот миг распространение энергии не привнесло каких бы то ни было звуков, как и привычных звуков от порталов, ранее выплевывавших разного рода вещи, часть их которых распадалась на ржавую пыль и превращалась в ничто. Но при всём этом были редкие случае того, что, выплевываемые порталами объекты оставались невредимыми, что закономерно приводило к звукам падения разных объектов. И если они были не хрупкими то они выживали, а если нет, то они разлетались в дребезги. Но в миг разрушения сферы, все звуки смолкли, казалось, будто само пространство смолкло, буквально замерев в предвкушении…       Свечение начало медленно сходить на нет, отчего в его эпицентре начали проступать непонятные очертания фигуры, которая с каждой секундой становилась всё чётче и чётче и уже спустя считанные мгновения, можно было увидеть сущность, сжавшуюся в позе эмбриона. Но и это было не всё, тело, будто повинуясь чьей-то воле, начало распрямляться, чтобы спустя миг оно зависло в «Т» образной позе.       Всё тело было испещрено фиолетовыми линиями-печатями, которые очерчивали стройную и подтянутую фигуру девушки, пол которой выдавала лишь довольно объёмная и подтянутая грудь третьего размера. Сами линии занимали большую часть тела девы и шли от кончиков пят и до самой шеи, на которой они образовывали причудливый узор из переплетающихся крест на крест по бокам и плавно переходящим в одну линию. Сам конечный след на шее напоминал таковой от ношения тугой ленты-ошейника. При этом эти печати прикрывали собой все интимные зоны зоны девушки.       Так же было примечательно, что эти печати, каким-то образом вообще стирали с тела половые признаки, казалось, что печати слегка светились изнутри. Как и у шеи, в районе таза печать была необычной. Она казалась монолитной, ведь всё ниже таза и меж ягодиц было полностью украшено орнаментом печати, что сочетались с другим орнаментом печати, покрывавшие грудь девушки.       Эти печати огибали довольно подтянутый, с еле видимым прессом, живот девушки. Эта печать все же не соединялась с теми, что были на ногах и в тазовой области, хоть линии к ним и тянулись, но они прерывались и не доходили до них… Все эти печати не делали её фигуру какой-то уродливой. Казалось, что эти печати были на ней всегда и при этом они лишь украшали её довольно фигуристое тело, которое могло бы легко стать причиной зависти со стороны многих женщин.       Её миловидное аккуратное лицо, которое обрамляли её достаточно длинные фиолетовые локоны, достигавшие её упругой попки, выглядело умиротворенным. Такое спокойствие было на лике её, что, казалось, будто это ребенок в теле взрослой девы, но, увы, это было не так. Её пухлые нежно-розовые губы и бархатно-бледная кожа, с тоненьким чуть вздернутым носиком, только подчеркивали красоту своей, ещё не пробудившейся, хозяйки.       Медленно её тело начало опускаться к ближайшему островку, а девушка начала приходить в сознание. Когда же она уже стояла на одном из островков прямо на прохладной каменной кладке, то почти тут же открыла глаза, являя миру Хаоса свой прекрасный взгляд, радужка коего изнутри сияла легким алым свечением. И в тот же миг, когда к ней пришло сознание, в районе груди, чуть ниже ключиц, появилась печать, которая состояла из множества линий. Одни были длинными и широкими, другие тонкие и короткие, но все они, хоть не соединялись между собой, при этом образовывали некий узор в форме круга, к которому тянулись точно такие же линии, а в самом эпицентре круга была изображена цифра: «0».       Не успев и воспроизвести в голове первую, полную понимания, мысль, девушка упала на колени, крепко держась за голову, издав тихий болезненный вскрик, ведь колени и локти ударились о каменную кладку. Ничего не понимая, она попыталась встать, но тело было ватным и не желало слушаться своего владельца, отчего стоя на четвереньках, она убрала ладони от головы и попыталась встать, но это было без успешно. И это привело лишь к очередному болезненному падению, в котором пострадал её лоб.       Кое-как схватившись ладошками за землю, она смогла перевернуться и лечь на спину. Девушка не обращала внимания на кровь, стекавшую по её лицу со лба, так как все её мысли завязаны на своём местонахождении. Но даже так она шестым чувством ощущала, что стала на шаг ближе к заветной цели, что отобразилось на её лице в виде легкой улыбки, которая почти тут же пропала.       Девушка неожиданно для самой себя прикрыла глаза, чувствуя сильнейшую усталость, которая навалила на неё будто цунами. Ей на миг показалось будто она не спала целую вечность, что было почти верным. Хоть она помнила всю свою достаточно долгую жизнь, полную сражений, боли, страданий и таких редких моментов счастья, но ей казалось, что никогда до этого мига она не ощущала такой сильной усталости, которая затягивала в царство снов всё сильнее и сильнее…       Не в силах побороть это чувство, королева Долины Теней закрыла глаза, но если бы кто-то стоял там, то наверняка увидел, как цифра «0» в печати, чуть ниже ключиц, исчезла, оставляя лишь пустое пространство в печати. Скатах       Медленно я вновь начала приходить в себя. Сложно поверить, что всё прошло удачно и я, наконец, умерла, но, кажется, мне это не суждено, иначе почему, открыв глаза, а вижу такое привычное темное пасмурное небо Долины Теней? Но даже так было кое-что странное, ведь когда прошла слабость, я подняла ладонь к глазам и не увидела какой бы то ни было такой привычной мне одежды, лишь печати, тянущиеся по всей руке, это было признаком чего-то необычного. Поэтому уже в следующий миг я привстала, чтобы обнаружить себя полностью обнаженной. Интимные части тела прикрывали лишь печати, конечно, мне было плевать на смущение, если бы дело дошло до сражения, но все же…       Подул прохладный ветер, вырвавший меня из пучин размышлений, это заставило меня осмотреться. Все было таким знакомым: острые горные вершины и одинокая дорога высоко в горах, что вела к моему замку, который расположился на высоко в горах.       Возле того места, где я пробудилась, лежало такое знакомое мне алое копье. Подобрав оружие, я с силой сжала древко и, опираясь о него, вонзила в землю. Благодаря этому мне удалось сконцентрироваться и ощутить возросшие объемы магической энергии. Пропустив необычайно мощную прану по телу, тем самым придавая тому тонуса, я лишь удостоверилась в том, что моя сила возросла многократно. Но при этом было что-то уходящее от моего сознания, что-то изменившееся в теле, и это я не могла понять.       В небе мелькнула ветвистая молния, после которой сразу же до ушей дошел оглушающий гром, заставивший меня поморщиться. Простояв так несколько минут, мне удалось вернуть полный контроль над телом, в котором уже ощущалась не слабость, а небывалый прилив сил. Казалось, что сейчас я могу сделать больше, чем когда бы то ни было. Но как бы сейчас во мне не бурлила сила, я отчетливо ощущала две ауры на своей территории, которые стояли там возле замка, и было что-то в этих ощущениях необычное…       Раздумывая о новых чувствах, ничего и никого не стесняясь, я шагала по дороге ввысь к своему замку, по крайней мере, так изначально и думала, но когда поднялась, то очень удивилась. И только тогда в голову пришла догадка о том, что эта Страна Теней, ничто иное, как моя душа! Вот какая мысль билась на задворках сознания все эти десять минут ходьбы! И стоило взмыть в небо, как мне открылась картина замка, который ровно посередине был разделен на три части. Первой была такая знакомая мне при жизни, где вымерла трава, а сами стены были чернее ночи. Вторая часть замка была покрыта тоненькой корочкой льда, а земля находилась полностью под снежным покровом, в то время как третья часть замка имела множество трещин в стенах, а под ногами было множество кратеров с горящей землей. И при всем этом разделение замка шло ровно из тронного зала, куда мне и предстояло направиться. Поудобней обхватив копье, я вновь встала на земную твердь, чтобы в следующий миг войти в гостеприимно открывшиеся по моей воле врата.       Медленно шагая по таким привычным для меня коридорам и проходя через знакомые помещения, я вышла к нужным массивным дверям, что открывали проход в тронный зал, который некогда принадлежал лишь мне одной. Но сейчас я чувствовала ещё две ауры, которые, по всей видимости, ожидали лишь меня. И стоило вратам отвариться, как я вошла в помещение, и когда взгляд пал на двух стоящих девушек, то невольно я удивилась.       В той части зала, где стены были сплошь испещрены трещинами, стояла точная копия меня, за тем исключением, что её волосы были светлые, они гармонировали с глазами медового оттенка, они и изучали меня с неким пренебрежением, интересом и жаждой битвы, будто борзая собака, что и может, что лишь сражаться…       Что же до внешнего вида, то она была идентична мне, та же нагота и те же печати, за тем исключением, что на животе плечах и под глазами расположились алые печати с заключенными в них рунами, а меж грудями расположилась еще одна алая печать в виде двух багряных «запятых». Вооружена она была копьём, которое отличалось от моего более большим острием и некими лезвиями, выходивших из древка возле самого острия.       Во второй части зала, где стены были покрыты тоненькой коркой льда, стояла еще одна копия меня, со светлыми, что были заправлены в косу на затылке. При этом было сложно не подметить, что в ее волосах была видна золотая диадема, а часть спины была исписана рунами, что было легко увидеть, так как она стояла боком ко мне и с напряжением смотрела на первую. Было заметно, как она с напряжением держала волшебную палочку, которая выполняет роль облегчения и сокращения, времени и сил для создания заклинаний. И если учитывать то что на ее спине были видны синего оттенка руны, то можно предположить, что она на них хорошо специализируется. При этом я могла отметить, что она стояла так, чтобы держать в поле зрения как меня, так и эту…       Я не сразу обратила внимание на область чуть ниже ключиц этих двух, а там было на что посмотреть. Печать, образующая некий круг, расположилась ровно посередине между ключицами и солнечным сплетением. Если у моей более злой версии была цифра два, то вот у другой, той, что держала на изготовке палочку, была цифра один. Когда я скосила взгляд ниже, то увидела, что эта печать у меня тоже присутствует. В ней была заключена цифра ноль, почему были именно эти цифры, и почему именно у нас, было совершенно не ясно. Понятно было лишь одно: можно будет что-то узнать, если начать разговор… Но этому было не суждено сбыться, ведь та из нас, что фонтанировала жаждой битвы, метнула копье в меня, отчего оно было парировано моим. В то время как с палочки другой сорвались руны, образуя копьё молнии, которое заставило отступить метнувшую орудие «темную» версию меня. Встретившись взглядом с магом, мы на секунду застыли, чтобы потом кивнуть друг другу…

***

      В одно мгновение вокруг «Первой» начали сплетаться десятки рун, образуя вязи, в то время как Скатах, обхватив древко копья, из положения полуприсяда оттолкнулась от земли, словно пружина, подталкиваемая пороховыми газами. И уже в следующий миг в помещении разнесся рык от «Второй», которая, отклонив тело в сторону, схватилась за копьё левой ладонью, в то время как правой нанесла удар в живот. Из рта Скатах брызнула кровь, почти тут же распавшаяся на синие искры. Но, будто этого было мало, тьма царицы Долины Теней, с рыком продолжила прикладывать силы для удара, отчего её кулак на несколько сантиметров зашёл за грудную клетку, и его силы хватило, чтобы тело воительницы подлетело в воздух. И когда «Вторая» уже почти с разворота попыталась нанести удар в падающее тело Скатах, её снесло со своего места и впечатало в покрытую вязью трещин стену, отчего та протестующее затрещала.       Не давая какого-либо отдыха «Второй», «Первая» вновь отправила заклинания, которые, попав в цель, буквально вытолкнули громко рычавшую от боли девушку из помещения замка. Кровь, которую оставило тело вылетевшей особы, почти растворилась, и лишь громкое удаляющееся рычание говорило о том, что у двух оставшихся особ есть некоторое время до возвращения их общей знакомой. Переведя взгляд на «Нулевую», которая кое-как встала, опираясь одной рукой о копье, в то время как второй она чертила в воздухе руны. Когда она заканчивала чертить одну то тут же приступала за вторую, в то время как первая медленно переползала на ее тело и вставала на своё место в близь раны. Когда же все руны были собраны, то не прошло и десяти секунд, как провал в грудной клетке резко вправился, а осколки костей скрылись под кожей. Но не это пугало первую, а еле заметная улыбка с горящими изнутри алым сиянием глазами, которые, по её воспоминаниям, Скатах показывала лишь когда искренне хотела уничтожить врага.       Переведя взгляд на временную союзницу, Скатах благодарно той кивнула, прежде чем за спиной воительницы появились шесть алых копий, которые расположились позади нее в форме звеньев веера. Каждое копьё фонтанировало в пространство алой энергией, в которой легко читалась жажда крови, и уже в следующий миг во второй руке Скатах держала второе копьё. Сглотнув, «Первая» взмахнула палочкой, отчего вокруг неё и высоко в небе появилось множество пик из фиолетового льда, и при этом каждая из них была в достаточно мере насыщена праной, чтобы оставить кратер в размере три на шесть метров.       Посмотрев друг на друга, девушки кинули, после чего Скатах пришла в движение, присев и прыгнув в небо, словно пружина, она в одно мгновение преодолела около сотни метров, но «Первая» не отставала от своей союзницы. Все небо заполонили ледяные пики, устремившиеся к одному врагу, который метнул свое большое копье, от которого отсоединились шипы и лезвия возле острия, отчего из алого свечения небо заполонили идентичные копьям Скатах орудия, отличавшиеся от главного лишь своими размерами.       Успев зацепиться за одну из ледяных пик, Скатах выжидала момента для атаки, что настал уже через секунду. В тот миг, когда за пару секунд напитанные праной копья и пики должны были соприкоснуться и озарить небо в бесчисленных и объёмных взрывах, «Нулевая» оттолкнулась от несшей ее пики. Вовремя успев составить из рун барьер за спиной, Скатах удовлетворённо ухмыльнулась, ведь взрывы ослепили «Вторую», собственно, как и стоявшую на земле «Первую», но у них был и свой плюс, ведь они подтолкнули сокрытую за барьером королеву к своей цели.       На инстинктах успев оттолкнуться от парившего рядом копья, «Вторая» с прищуром посмотрела на промчавшуюся мимо тень, но в следующий миг её конечности и живот с грудью пронзили копья, вырывая из её горла болезненный хрип. Когда же яркость от взрывов спала, то она смогла увидеть, как медленно, будто в замедленной съёмке, она отдаляется от «Нулевой», что с холодной улыбкой посмотрела на неё. Тело Скатах под силой гравитации сбросила скорость до нуля. На миг зависнув в воздухе, а потом, перенаправив свой вес, воительница прижала руки к торсу, таким образом, лишь ускоряясь для атаки. В следующее мгновенье ещё два копья вонзились в тело «Второй», и вместе с ударом под дых, напитанной праной, пяткой, при касании в бушующем вихре высвобождая накопившуюся энергию, лишь ускорило падение рычащей от боли девы.       За считанные секунды земля содрогнулась, взметая в воздух мелкие камушки и пыль, а одна из стен замка благополучно обвалилась, хороня под собой «Вторую», которая своим телом сначала одну из башен, а потом вылетала прямо в тронный зал, откуда и началась битва. Но будто этого было мало, Скатах, до этого парившая в воздухе, метнула фонтанирующее алой энергией копье, в обрушившуюся постройку, от чего то место было уничтожено взрывом. Но, стоявшая на земле, «Первая» смогла рассмотреть, как за миг до того как в пыль влетело копье, из неё на высокой скорости выскочило тело, которое приземлилось в отдалении от замка. Стоя на четвереньках, «Вторая» оскалила клыки и с неприкрытой злобой смотрела на своих противниц, которые не спешили проявить и капли жалости.       Встав подле «Первой», Скатах поудобней обхватила одно единственное копьё, чуть присев и выставив правую ногу вперед, а левую чуть назад. От неё и не отставала магесса, взмахнув палочкой, от чего вокруг них образовались достаточно большие обелиски фиолетового льда. Стоило им образоваться, вместе с зачатками формирующихся на обелисках рун, как в следующее мгновение в только них полетело копье, напитанное праной. Но оно лишь врезалось в один из обелисков с рунами на нём, которое буквально вырвало из земли и поставило на пути орудия, отчего взрывная сила, огибая его, не нанесла какого-либо вреда двум девушкам. Не добившись нужного результата, «Вторая» пошла на сближение и уже в этот миг Скатах отпружинила с места, и два кончика копий встретились, высекая снопы искр и оглушающий звон от удара металла о металл. Казалось, они недвижимо застыли, но лёгкая дрожь копий говорила об обратном, ведь сейчас шла борьба на то, кто и кого пересилит, и чьё копьё пронзит плоть.       Почувствовав неладное, «Нулевая» и «Вторая» отскочили в разные стороны, чтобы увидеть на месте их борьбы огромный обелиск. Переведя взгляд на «Первую», Скатах увидела, как та лишь пожала плечами, как бы говоря: «Ну ты же уклонилась». Но этот момент отпечатался в разуме воительницы, и при случае она с лихвой его припомнит магессе, а сейчас была проблема, которую им двоим предстояло решить.       Приняв выпад на блок, Скатах, наконец, перевела взгляд на противницу, которая предвкушающее оскалилась, будто обезумевшая собака, которая жаждет охоты и крови. Но ее ожидала неожиданность, Скатах чуть присела, отпустив копье, чтобы повторить собой пружину и со всей силы ударить обезумевшую собачку в живот, отчего выплюнула слишком горячую кровь прямо в глаза воительницы, та поморщилась от боли и при этом улыбнулась, ведь «Второй» сейчас было больнее.       Не упуская шанса, «Первая», буквально, в воздухе перехватила тело «Второй», которое то с одной стороны, то с другой атаковали копья, но она филигранно — или уклонялась от них, или на четвереньках, словно животное, буквально, бежала по пикам и обелискам, зачастую перепрыгивая с одного на другое, что порядком начинало злить магессу.       И вновь они оказались по разные стороны. Скатах и «Первая» на земле и «Вторая» в небе, копья и фиолетовый лед вновь устремились в стороны друг друга, чтобы озарить небо громогласными взрывами и затопить его в ярчайшем и нестерпимом, для глаз обычных людей, свете… И лишь разного рода улыбки, объединяли три такие разные личности, ведь если на лицах Скатах и «Второй» была улыбка предвкушения, то вот на лице «Первой» было беспокойство, ведь она не желала причинять кому-то вреда, хоть и была вынуждена, иначе была бы её ждала бы смерть или что-то похуже.       — Моё истинное имя — Скатах. — Эти слова почти тут же отразились на самом мире, который будто ребенок радостно приветствовал свою мать, откликаясь на её голос. — Я королева Земли Теней и обладательница копья, пронзающего все сущее.       Почувствовав угрозу, «Вторая» зарычала, бросаясь сверху вниз, но все те же копья и обелиски, сотканные из фиолетового льда, мешали ей и тянули время.       — Ударь и проникни! — Мир ожил из земной тверди, оную разрушая, вырвались цепи, устремившиеся к «Второй», и не прошло и полминуты, как она оказалась скована. Но в глазах девушки появился первобытный ужас и страх, ведь копьё в руках Скатах засветилось иначе, алое свечение и аура стали более яростными, более агрессивными и это пугало её, хоть она и обезумела, забыла прошлое, но эта атака… эта сила вспыхнула в её памяти, будто фейерверк в новогоднюю ночь. — Атакуй и пронзи!       Всё тело воительницы покрылось алой аурой, в то время как ее копье начало источать алые молнии, которые то и дело ударяли о землю. Перехватив правой рукой копье, которое она покрутила пальцами, и, уперев пятку правой ноги как упор, Скатах встала в идеальную стойку, чтобы метнуть копье. Но, прежде чем это произошло, она произнесла слова, от которых землю обдало жаром, а оружие начало источать еще больше алых молний: «Гаэ Болг Альтернатива».       Небо в очередной раз озарило сияние, после которого сверху вниз на высокой скорости пролетело обездвиженное тело «Второй», которая с грохотом упала на землю. Тем временем, «Первая» удивлённо посмотрела на воительницу.       «Значит, она скрывала часть воспоминаний, сил и способностей все то время, пока мы делили одно тело… Хотя это и не удивительно, ведь не могла же она полностью показать мне всё своё прошлое», — подумала магесса, с интересом смотря на подходящую к ней девушку.       — Будь добра, воспользуйся магией и перенеси это тело в замок, пожалуйста. — На миг остановившись подле «Первой», Скатах прошла мимо, в то время как ее орудие исчезло в алых искрах, на что магесса лишь тяжко вздохнула, прикусив язык, чтобы не высказать раздражения на пренебрежение воительницы по отношению к ней.       — Хорошо. — Стоило ей взмахнуть палочкой, как стонущее и рычащее тело поднялось в воздух, чтобы медленно плыть над землёй чуть позади «Первой», стараясь не отставать от королевы Долины Теней. На время они погрузились в молчание, прерываемое лишь тихим шипением девушки, которая то и дело при ходьбе босыми ногами по мелким камням морщилась от их острых краев, впивавшихся в суставы пальцев.

***

      Когда бой был завершён, а часть замка прибавила сквозных дыр от случайных снарядов, две девушки положили тело обезумевшей третьей особы под номером «2» на прохладный пол тронного зала. К удивлению, девушки отметили, что при всем безумии «Второй» она оказывала достаточно сильнейшее сопротивление, но всё же оказалась повержена и скована. И сейчас Скатах насильно погрузила её в состояние беспамятства, точнее, ей так казалось. Отойдя чуть поодаль от поверженной девушки, Скатах и «Первая» молчали… Общий противник повержен, что могло означать скорое начало новой битвы, которая так и не спешила наступать. Переведя взгляд с поверженной «Второй» на «Первую», Скатах вновь посмотрела в глаза «другой себе» под первым номером, на что та лишь вопросительно выгнула бровь и чуть улыбнулась, что было понятно по слегка приподнятым уголкам губ.       — Меня зовут Скатах, будем знакомы. — протянула раскрытую ладонь учитель героев, показав лишь скупую улыбку, которая была воспринята «другой ей» более дружелюбно.       — Я Скади, приятно познакомиться с вами. — так же дружелюбно произнесла она, с толикой холода.       Невольно сама Скатах подметила, что девушка перед ней не парадировала ей, просто манера речи Скади была схожа с её, что она списала на ауру божественности. Пожав протянутую ладонь, Скади для себя отметила высокую силу стоявшей перед ней особы, о которой она знала не понаслышке, ведь ранее именно она забрала тело Скатах по приказу Одина, и если бы она знала к чему это приведет… Прочитав на лице своей второй «я» то что творится внутри неё, Скатах лишь похлопала ту по плечу, как бы проявляя поддержку, на что Скади дернулась, будто от огня. Подняв взгляд, она увидела лишь легкую, будто родительскую улыбку и она ответила легкой благодарностью в виде кивка.        — Скади, скажи мне, я же правильно понимаю, что мы находимся во внутреннем мире? И давай сразу перейдём на «ты», хорошо? — посмотрев на Скади, которая прочитала в глазах Скатах, то что это была отнюдь не просьба, а приказ. Но не оказав и капли холода, магесса кивнула.       — Да, до того момента как пришли вы… То есть ты… Я успела провести анализ местности, достаточный для того чтобы понять что мы находимся в единой душе, разделенной на три части. При этом мы делим одно тело на троих. Я отнюдь не знаю, почему мы оказались во внутреннем мире, но могу предположить, что это было связано с тем, что каждая из нас должна была пробудиться и в каком-то смысле «познакомиться». Что удивительно, до момента твоего прибытия в данном зале стоял барьер, который не только разделял это помещение на три части, но и не давал одной нашей знакомой проникнуть на мою часть замка. — Довольно открыто Скади изложила свои догадки и тут же сама Скатах напряглась по удобней обхватив древко копья, что вызвало напряжение отразившееся на лице той. Услышав шорох со стороны «спящего» тела, девушка поняла от чего напряглась «нулевая». Но волнения были беспочвенны, хоть их третье «я» и попыталось подняться, у неё даже получилось опереться о локти, но травмы и магическое истощение сделали своё дело, и та обессилено упала на землю, злобно сопя, чем вызвала два лёгких смешка.       — Хм, понимаю, а цифры тогда означают приоритет в занимании тела. Это наверняка можно понять по тому что я помню, как касалась земли в пространстве, где было достаточно необычное небо, — задумчиво кивнула Скатах, под заинтересованный взгляд своего другого «я». — Что же, у меня есть предложение к тебе…       — Ко мне?.. — чуть наклонив голову в бок, как бы выражая вопрос, с интересом проговорила Скади, стоило прозвучать предложению «нулевой».       — Да, я предлагаю тебе, мне и вот ей…. — На миг замолчав, Скатах направила кончик копья в сторону лежачей и злобно-сопящей «второй», которая будто почувствовав, что на неё направили копьё, злобно зарычала и вновь попыталась встать, но и эта попытка была тщетной. — Провести обмен воспоминаниями, так как мы делим одно тело на троих мы будем вынуждены доверять друг другу, а как если не через обмен воспоминаниями начать доверять друг другу? Ведь тогда мы будем полностью открыты, как чистые листы в книге.       — Э-это… — переведя взгляд на злобно-сопящую и рычащую вторую, Скади с осторожностью взирала на неё, а после перевела взгляд на саму предлагающую. — Согласна, но с условием того, что ритуал будет моим.       — Вполне приемлемо, что нужно делать?       — Ничего необычного, просто возьмёмся за руки и всё, а дальше я сама справлюсь с помощью рун, — сказала Скади, поудобней сжав палочку и при этом подходя к лежащему телу «второй», которая почувствовав неладное, начала только сильнее рычать, на что, шедшая рядом с магессой, Скатах лишь закатила глаза в раздражении.       — Хорошо… — тихо прошептала Скатах, наблюдая за тем как Скади в воздухе вычерчивает нужную вязь рун, которые выстраивались в одну линию, образовавшую круг кружащих рун, что крутились вокруг всех троих девушек.       Когда цепочка рун была сложена в правильном порядке, Скади взяла ладони «нулевой» и «второй», что повторила и Скатах, после чего помещение затопило ярким светом от поглотившей их тела белой сферы. Но когда сфера разрушилась, то Скади, которая держалась за разболевшуюся голову, посмотрела на скатах и произнесла: «И это всё ради этого ученика?!»

Спустя н-ое количество лет.

      Очередное копье разрушило остров, после чего метнувшая его Скатах исчезла, о чем свидетельствовала исчезнувшая с груди цифра «0» и сменившаяся на цифру «1». После этого вокруг тела воительницы образовалась вязь рун, которая превратилась в десяток снарядов огненной стихии. И почти тут же они полетели в свои цели, отчего два небольших водоема были иссушены в одно мгновение. Но и Скади долго не пробыла в теле, ведь цифра сменилась на «2», отчего уже в следующий миг довольно большое копье устремилось в огромный остров и при этом одновременно с тем, шипы отсоединились от копья, превращаясь в копья поменьше. Небо, буквально, заполонил град напитанных праной копий, которые разнесли довольно внушительный остров на кусочки за считанные секунды.       «Время пришло!» — раздался в голове Альтер голос Скатах, отчего цифра вновь сменилась на «0». В одно мгновение её одежды изменились, сотни пробных попыток до этого и все ради этого раза. Теперь она была одета в плотно облегающие её тело белые одежды. Участки тела были окроплены ложной кровью. Но белоснежный плащ с алыми треугольными фигурами был запятнан кровью намного больше, чем вся остальная одежда. Похоже, именно на этот плащ капала кровь жертв этой девы, обитавшей в мире хаоса, что было не удивительно, пару раз за тысячелетие Хаос хотел породить еще пару существ подобных ей, но те лишь захлебнулись в собственной крови, хотя в первый раз она чуть не умерла, поэтому тренировки стали постоянными. Её торс обтягивала необычная конструкция из кожаных ремешков, от чего все это натягивало ее и без того плотные одежды настолько, что фигура Скатах могла показаться идеальной.       Лицо королевы Долины Теней было скрыто такой же белой, как и её одежда, маской, с небольшими прорезями для глаз, кровавыми следами и необычными рогами ближе к макушке. На торсе воительницы можно было заметить пару клинков, взамен привычных алых копий, которые любила Скатах. И украшением образа была помесь нимба и короны, которая парила над головой.       Телепортировавшись на заранее подготовленный островок, над которым парил небольшой фонтан, Скатах начала проводить, выверенный до мельчайшей капли праны, ритуал, на создание которого ушло больше семи сотен лет. И если верить часам, созданным Скади с помощью рунной магии, то прошло 724 года 11 месяцев и 3 дня*.       «Скатах, вот скажи, почему воспоминания твои, а чувства общие?» — раздался в голове тихий шепот, хорошей подруги, несмотря на то, что та была богиней, Скатах не сильно раздражалась, хоть и ненавидела богов… Любых богов…       — Не знаю, — раздался тихий шёпот, который были не только изменен но и приглушён маской.

***

       «И вот он вновь тут…» — подумала Скатах, под тихие «хмыки» двух других сожителей. И если для «второй» такие хмыки были обыденностью, ведь часть ее воспоминаний удалось вернуть, и, как следствие, удалось вернуть почти не обезумевшую личность, то вот для Скади такие «хмыки» были сродни редкости. Сейчас Скатах чувствовала, что Скади закатила глаза, что лишь вызвало легкую улыбку под маской. Но, тем временем, королева Земели Теней не сводила пристального взгляда с фигуры, которую она видела. Король, Артур Пендрагон, вот кто был объектом ожидания, в его взгляде было видно понимание ситуации. Осматриваясь и, будто не замечая её, Скатах почувствовала, как дернулась в раздражении бровь.       — Догадываешься, почему ты здесь? — прозвучал её спокойный голос, по крайней мере, на первый взгляд он таким казался. Но, не услышав от Артура ответа, она лишь встала, подойдя к нему поближе, после чего слегка пнула его в бок, отчего лежащий на земле король поморщился от не самых приятных ощущений. Если проекцию души, что приняла телесный облик, вместо «пылающего и летающего в воздухе шарика», можно было бы так назвать.       — Тогда я расскажу, всё из-за тех Лонгинов, которые остались в твоей душе. Так как среди них был первый Лонгин, заключавший в себе волю Библейского Бога, мне пришлось выкинуть те игрушки из твоей души. Видишь ли, мне как-то не очень хочется, чтобы мой апостол, на воскрешение которого я потратила достаточно сил и времени, стал не МОИМ… Плюс к этому мы берем то, что я полностью забрала твою душу из Трона Героев, и теперь не в моих же интересах видеть твою скорую смерть и переход на другую сторону, — не выдавая своих эмоций, Скатах всё же смогла унять раздражение и спокойно проговорила это, пожав плечами. Она умолчала о том, что копьё само собой исчезло, как и другие лонгины. Они хоть и были задержаны душой короля и вполне могли бы так и остаться там, если бы кое-кто не помог этим лонгинам «сбежать»… Но злость никуда не делась, если бы она не вмешалась, то пострадавшая от ран лонгином душа могла бы заживать ещё дольше, что привело бы к довольно долгому подселению в постель Артура одной «блохастой».       Артур, окончательно пришедший в себя, попытался встать, но тут же упал, заставляя Скатах погрузиться в воспоминания того дня, когда «вторая» после той битвы так же пыталась встать, это вызвало легкий смешок. Его подозрительный взгляд пробежался по телу воительницы в белом, и не ускользнул от нее, ведь подобного рода взгляды она отчетливо может почувствовать и сказать, откуда на нее смотрят даже с закрытыми глазами. Когда же он встал, периодически при этом кряхтя и пошатываясь, Скатах неожиданно для себя поняла, что находится в подсознании, в то время как телом завладела Скади, сменившая место дислокации, отчего вставший король удивленно посмотрел в прорези маски для глаз. Скади стояла в считанных сантиметрах от него и всматривалась в его удивленное лицо. Не успев моргнуть, Артур почувствовал, как ладони рук Скади медленно легли на его щёки, а после он увидел, как в глазницах маски горят её алые, словно кровь, зрачки, в которых он видел слишком многое, чтобы различить все по отдельности.       — Запомни: ты МОЙ Апостол, ты несешь в мир МОЮ волю, каждое твое действие продиктовано МОИМ желанием. Так было бы в идеале, но я же не контролирую твое тело, иначе было бы совсем скучно, — проговорила она, а после мир потемнел в глазах Артура, отчего он покачнулся и чуть не упал. И в тот миг, когда он не мог ничего видеть, со звуком легкого металлического клацанья, Скади сняла маску, чтобы поцеловать его. Контакт был не долгим, но этого было достаточно для ее планов. — Контракт заключён.       Стоило этим словам сорваться с её губ, а металлическому клацанью повторно прозвучать, как с глаз Артура пропала пелена, не дававшая увидеть то, чего видеть и не следовало бы. Но прежде чем он проморгался, она отошла на несколько шагов, слегка облизнув губы под маской. Она была сверх нормы таинственна и загадочна, сколько ответов она давала, столько же она оставляла и вопросов, на которые не было ответов, но когда-то таковым для Скатах, а потом и для Скади с Альтер стал и сам Артур, которого те помнили лишь по воспоминаниям их сожительницы под номером «0».       — Твоя душа принадлежит мне, но сердце и честь дари кому хочешь… — повернувшись на кончиках каблуков, она протянула королю коричневый пояс, на котором были два футляра, с некими предметами внутри. — Так как являешься ты моим апостолом, то я должна дать тебе что-то полезное, не так ли?..       «Что. Ты. За. Ахинею. Там. Несешь?!» — раздался в голове девушки крик Скатах и «угукающий» гневный возглас Альтер. — «Какой апостол?! Мы же обговаривали весь диалог, ду-у-ура! Ну всё, мы спалились…»       Замерев, Скади отчетливо ощутила, как Скатах ударяет себя по лицу раскрытой ладонью, в то время как Альтер в очередной раз одним лишь своим взглядом насмехается над оплошностью «первой». Но даже так Скади не перестала играть свою роль. Чуть наклонив голову, она продолжала протягивать ремень с этими чехлами, на который Артур нервно посматривал, чуя некий все еще не наступающий и не наступающий подвох. Решив, что если бы она хотела его убить, то сделала бы это уже давно, Артур протянул руку и взял подарок, отчего уже в следующий миг он застыл, словно памятник самому себе. С каждой пройденной секундой Скади нервничала всё сильнее и сильнее, все еще надеясь, что их не раскрыли раньше запланированного времени, заметив прибавление осознания происходящего в глазах Артура, девушка предположила, что их пока не раскусили… Пока что…       Удивленно посмотрев на нее, Артур увидел во всём положении тела девушки ничем не прикрытое довольство, и оно было оправданно. Скади сама отбирала из всей той горы карт с душами героев наиболее удачные результаты их общих экспериментов. Она была крайне довольна реакцией короля Туманного Альбиона на свой подарок, отчего ее искренние эмоции не ушли незамеченными самим Артуром.       «Молодец, но у меня всё ещё вопрос — а зачем? Да и выбрала ты одних баб! Хотя, в карте одного сейбера я не уверена… Но зачем?! Я, конечно, понимаю что так можно заставить его доверять и всякое такое, но не было другого способа?!» — нервно потирая виски, проговорила Скатах, но уже в следующий миг она по-доброму улыбнулась, смотря на Альтер, которая, не издав и звука, начала гладить «Нулевую» по голове, тем самым выказывая свою поддержку.       — А… — было попытался что-то произнести он, но был почти тут же перебит властным голосом девушки, которая скрестила руки на груди, став чуть более грозной.       — Почему ты? — наклонив голову и ткнув указательным пальцев в свою маску, в том самом месте, где у человека должны были быть губы, она сделала пару шажков, оказавшись в полуметре от Артура. — Всё очень и очень просто. Дело в том уже заблокированном участке корня миров, ты герой одного из миров прототипов, ставших точкой начала для многих других реальностей. Так же ты смог выдержать ту мощь первородного Хаоса, когда другие герои не смогли и меньшего, чего уж говорить о самой процедуре воскрешения. Это была случайность, хотя везение тут подходит в большей степени. Думаю, ты теперь понимаешь, почему та область корня миров для нас заблокирована?       «Ура! Алтер, она вернулась к плану!» — обняв «Вторую», Скатах вздохнула с облегчением.       «Уму-уму, согласна» — был ей хриплый ответ от Альтер, которая начала переживать, о том треснут или нет её духовные кости и вообще могут ли они это сделать, когда она находится во внутреннем мире…       Кивнув Скади в знак благодарности, Артур сосредоточил своё внимание на пояс, который он держал в ладони. Под заинтересованный взгляд Скади, некогда король достал карту сейбера, которую тот с интересом рассматривал, чуть ли не лизнув ее. И когда его подозрение пропало, то он перевернул карту, тихо прошептал имя: Астольф. Это была единственная карта с уже прописанным именем, в его колоде, что вызвало лишь хохот в голове Скади, которая поморщилась от этого смеха и слегка отвернулась, но лучше бы она этого не делала, ведь тогда бы она смогла предотвратить активацию карты, отчего следующие слова застряла в ее горле, а смех Скатах был прерван мычанием и завалившимся на спину телом от обильного кровоизлияния через нос…       Тело короля Туманного Альбиона покрылось тоненькой пленкой синевато-золотого свечения. Теперь, когда свечение начало сходить на нет и открывать вид на преобразившегося Артура, Скади, как и Скатах, с только поднявшейся Альтер, невольно сглотнули. Если «Нулевая» и «Вторая» смогли утереть кровь, то вот у Скади не было даже возможности на это, так как её тело резко отказалось подчиняться своей временной хозяйке.       Теперь великий король Камелота стал подобен девушке. Под влиянием карты, волосы будто слегка удлинились и на кончиках локонов сменили оттенок на нежно-розовый. Удлинившиеся локоны оказались заплетены в косу, с тремя вплетенными в них бантиками, а если присмотреться, то можно было бы увидеть темный ободок в локонах Артура, от которого тянулись длинные черные заячьи ушки.       Одежда короля Туманного Альбиона претерпела достаточно много кардинальных изменений. Теперь он был одет в укороченный пиджак, из-под которого снизу выглядывала ткань белоснежной рубашки. Стоит отметить, что эта одежда плотно прилегала к его торсу и при всем этом прикрывала только грудную клетку, оставляя область живота оголенной. Руки его были не видны из-за накладных митенок, которые скрывали собой большую часть рук. Крепились они в районе бицепсов плотно и при этом они становились свободнее, что было заметно на конце ткани, которая даже закрывала ладони, оставляя десяток сантиметров ткани, отчего она могла висеть на его ладонях, прикрывая их.       Привычные для короля брюки сменились на юбку, которая лишь прикрывала его бедра. Ткань этого элемента одежды была темной, а края юбки имели золотую тканевую окантовку. Но, будто этого было мало, ноги короля были скрыты до бедер черными чулками, подвязки от которых скрывались под тканью юбки. По бокам от нее были накладные элементы брони, как и на ногах, часть которых от пят и до колен скрывали под собой латные доспехи.       На поясе, с правой стороны, висели белоснежные ножны с золотыми вставками, а сам меч, заточенный в них, напоминал обычный рыцарский, только за тем исключением, что был довольно легок для своего владельца.       Переведя взгляд на девушку, Артур увидел лишь застывшее тело, но была одна необычность… С нижнего края ее маски капали одинокие капельки крови, окрашивая ее белоснежные туфли с высоким голенищем до бедра в алый. Нижняя часть маски, точнее нижний край, теперь был более алым, чем ранее, но Артур не мог себе даже вообразить, что его уже, как минимум, трижды раздели и трахнули, хоть только и мысленно…       — Что-то не так, госпожа? — произнес он каким-то более женственным голосом, начав подходить к ней, как…       — Стоять! — выкрикнула она, отчего он запнулся и упал, поцеловав лбом землю и выпятив пятую точку. И уже в следующий миг с ее стороны послышался совсем тихий писк, который ей было очень сложно подавить. Кое-как встав, потирая при этом ушибленный лоб, Артур с негодованием посмотрел на знакомую фигуру, которая в одно мгновение оказалась подле него, буквально всунув в его тело свою ладонь и насильно прервав его связь с картой. Отчего он принял свой истинный облик. Сделав что-то с картой, она отдала её почти сразу, и он отчетливо увидел, как, ранее прекратившая капать с маски кровь, вновь за кровоточила. Предпочитая делать вид, что этот факт кровоизлияния оказался им не замечен. Взяв карту из её протянутой руки, он с благодарностью улыбнулся, но это вызвало лишь крик Скади на всё подсознание: «Скатах, вот почему твои воспоминания так влияют?!» Но, не получив ответа, она кое-как придя в себя, заговорила: — Если что, карты будут в твоей душе, где ты, собственно, и хранишь посох с мечом. Так же многие карты пробудятся при определенных условиях. К примеру, эта карта «пробудилась», потому что вы схожи в стремлениях и целях, другими словами, в ваших душах много общего.       — Понял, но у меня остался последний вопрос. — Заметив, что Скади не собирается его перебивать, Артур продолжил: — Как я могу к вам обращаться?       — Хм, я же и не представлялась, да? — потерев подбородок, задумчиво проговорила девушка, а после смерила его своим пронзительным взглядом, при этом она заметила, как дернулось его колено в неком спазме. — Ладно, я та, кто была рождена из энергии Хаоса и стала воплощением его концепции. Меня можно назвать именно его дочерью, так как я могу управлять его энергией, но не в огромных масштабах. Можешь называть меня Морриган, Хаос Морриган или Морриган Хаос, без разницы.       — Рад с вами познакомиться.       — Обращайся ко мне на «ты», не люблю «выканья» с рождения, так что имей это в виду. Так же, пока я не забыла, у тебя два набора таких карт, и это не случайно. Один набор из семи карт будет всегда при тебе, но второй ты должен использовать как катализатор призыва слуг. То есть ты можешь призвать семь любых слуг, пусть даже их классы повторяются, но в конечном итоге у тебя должно остаться семь карт из четырнадцати, — сказала Морриган, подойдя к нему и погладив тыльной стороной правой ладони левую щеку некогда короля города-крепости Камелот. Это вызвало в теле воительницы и скандинавской богини в одном лице некую сладостную истому. И примечательным было то, что эти ощущения передались и двум другим девушкам, ведь что чувствует главное тело, то чувствуют и другие… Кажется, это связано с тем, что мое тело было создано Хаосом, а она им управляет, это как прикосновение матери, я полагаю.       — Именно так, — ехидно произнесла она, явно читая его мысли, которые были видны в его ясных глазах, не зря же говорят: «глаза зеркало души».       — Но на этом мы и закончим, иначе твоё тело не выдержит долгого отсутствия души… Так что, при пробуждении скажи «спасибо» своему мастеру, который вливал в твое тело магическую энергию, не давая ему умереть. А теперь, тебе пора уснуть и проснуться, покажи мне то, что мною не изведано… — произнесла она, наблюдая за тем, как тело короля исчезает из пространства хаоса. На некоторое время пространство погрузилось в тишину, но шестое чувство Скади возопило.       «Иди-ка сюда, дорогуша…» — тихо, но с нотками гнева, произнесла Скатах, но для Скади этот шепот был слишком громок. — «Я больше чем уверена, что при смене меня на тебя в теле поменялся оттенок ауры, и я теперь точно знаю, что чуть позже он проанализирует и придёт к ненужным нам пока выводам… Ты же понимаешь, что теперь будет?»       «Ты его слишком переоцениваешь…» — неуверенно прошептала Скади, явственно слыша «у-у-у-у-у» от немногословной Альтер, которая даже по её ощущениям, довольно быстро убегала из замка, расположившегося во внутреннем мире…       «Иди! Сюда!» — Были два последних слова, прежде чем мир померк для Скади, а тело обмякло, падая на мягкую траву. И уже через пару мгновений Скади оказалась подле Скатах, которая, скрестив руки на груди и являя свою ужасающе «добрую» улыбку, склонилась над богиней скандинавии, которая, будто нашкодивший ребенок, сидела на коленях и нервно улыбалась…