Прикосновение

      Она стояла, прижавшись к дереву, и бросала косые взгляды на узкую полоску между нависшей каменной глыбой и землей, где уже лежал Шикамару. Напарнику повезло больше: расчетливый Нара выбрал подходящее место для укрытия. Конечно, встать там было нереально, если только на четвереньки, зато с трех сторон были глухие каменные стены, а с четвертой — лаз, практически скрытый деревьями и кустарником. Сгущающиеся сумерки делали это место совершенно неприметным, сливая камень и землю в единое целое. Ино же стояла как на ладони, переминаясь с ноги на ногу и выжидая удобный момент, чтоб присоединиться к напарнику.       Как они умудрились так проколоться? Поначалу это даже нельзя было считать миссией: они с Шикамару должны были проверить подозрительную активность на краю леса, на самой границе вверенной Конохе территории, и напоролись на Акацки практически в полном составе. Так «повезти» могло только Наруто. Обычно у Узумаки самая простая миссия превращалась в очередное спасение мира. Но сегодня выигрышный билет вытянули Ино и Шика.       Наконец, недалеко от Яманака что-то взорвалось, и густой дым потянулся в сторону куноичи. Она, используя удачно предоставленное прикрытие, перескочила к Шикамару, рухнула на землю рядом с ним и затаила дыхание. В укрытии было тесно. Ино лежала на спине, Шикамару на боку, и если бы Нара перевернулся, как Яманака, на спину или лег животом вниз, половина его тела закрывала бы тело девушки. Плечо Ино упиралось в грудь напарника, и она чувствовала как он размеренно дышит, вглядываясь в лес и пытаясь понять, видел ли кто-то ее рывок. Тягуче медленно тянулось время, но ничего не происходило.       — Они нас не заметят, если не будут подходить ближе, я применил печать, и тут нас не будет слышно, а учитывая сумерки, скоро не будет и видно.       Ино кивнула.       — Они разбили лагерь и наверняка выставили часовых.       Ино опять кивнула. Она знала, что гений уже просчитал наперед все варианты их действий, и теперь ей остается только выслушать план и следовать ему.       — До утра мы остаемся здесь. Придется дождаться, когда они покинут место привала и отойдут на определенное расстояние. У нас будет шанс или обогнать их по дуге и передать сведения в деревню, или совершенно беспрепятственно вернуться кратчайшим путем, в зависимости от того, в какую сторону они направятся.       Ино снова кивнула и глубоко вздохнула. «Всю ночь на голой земле — просто замечательно! Хотя, это лучше, чем оказаться закопанной в этой земле, если вообще будет что закапывать, случись им вступить в схватку с врагами».       — Ты можешь поспать, — Шикамару положил руку на плечо девушки, ободряюще его сжав.       Ино устало приложила ладони к лицу, выдохнула и заерзала, пытаясь устроиться поудобнее. Жесткая холодная земля, но разве куноичи не привыкать? Разве может жаловаться храбрый генин на превратности походной жизни? Нет и нет. Ино опять глубоко и горестно вздохнула, пытаясь примириться с обстоятельствами. Шикамару бросил на нее косой взгляд и дружески легко улыбнулся уголками губ.       Через пару часов она и правда уснула. Нужно было хоть немного восстановить силы, ведь, если завтра им предстоит обгонять Акацки, да еще по дуге, силы как никогда ей понадобятся. Не говоря уже о том, что может произойти, если их все-таки обнаружат и втянут в бой.       Как и следовало ожидать, из-за переживаний по поводу предстоящего дня Ино приснился липкий отвратительный кошмар. Мутный темный лес, сплошь состоящий из дыма и огня, то и дело гремящие взрывы и мерзкий хохот Дейдары. Падающий, истекающий кровью Шикамару, сама Ино, зажатая в угол ужасающими деревянными марионетками Сасори. Ино задергалась во сне и вскрикнула. Она открыла глаза, окончательно скидывая с себя остатки сна, и почувствовала на своих губах широкую ладонь Шикамару.       — Не кричи, — шепотом выдохнул он ей в ухо, убирая руку. — Кто-то уже подходил опасно близко сюда.       Ино задрала голову, вглядываясь в темноту из положения лежа на спине, и пытаясь хоть что-то в ней различить.       — Ты вряд ли что-то увидишь, сработал мой маячок, — снова прошептал Шикамару.— Печать на месте, и они не могут нас слышать, но и кричать будет излишним.       Ино опять кивнула. Она так и лежала на спине. Шикамару нависал над ней, расположив руки по обе стороны от ее тела, вперив взгляд куда-то в непроглядную чащу мимо девушки. Он еще не переместился обратно на бок, оставаясь неподвижным и напряженным.       Минуты текли мучительно долго. Спать Ино уже не хотелось, спина девушки от долгого лежания на твердой земле затекла, ноги и руки замерзли и покрылись мурашками. От каменных стен их убежища, казалось, становилось еще холоднее, как будто пещера накапливала весь холод окружающей ночи, выплескивая его на своих невольных постояльцев.       Ино непроизвольно поежилась. Шикамару двинулся, устраиваясь удобнее в прежнюю позу на боку. Продрогшая Яманака инстинктивно двинулась к нему чуть ближе и, к удивлению девушки, Нара подложил свою руку ей под голову, приобнимая за плечо и притягивая к себе. Все произошло в одно мгновение: раз, и Ино уткнулась носом в его грудь, ее руки так и остались в не слишком удобном положении вдоль тела, но она не смела шевелиться. Через одежду чувствовался запах его кожи — табак, смешанный с легким оттенком пота и чем-то еле уловимым, древесным, различимым только при такой тесной близости. Тонкая ткань футболки передавала тепло его тела, приятно согревая прохладную щеку Ино. Он тоже замер, боясь разрушить этот момент, осознавая, что дружеский порыв согреть напарницу получился более интимным, чем он планировал.       Впервые они готовы были заступить за ту черту, где заканчивалась дружба и начиналось что-то совершенно иное. Еще были пути к отступлению, она понимала, что отчасти нелепые оправдания, произнеси кто-то из них их вслух, еще смогут сделать эти объятия дружескими. Остался один шаг, после которого назад пути не будет, но ни Ино, ни Шикамару его не делали.       Девушка слышала как гулко бьется сердце в его груди, выдавая волнение. Ее же собственное, казалось, биться перестало. Дыхание перехватило. Ожидание растянулось вечностью. В абсолютной непроглядной тьме все чувства обострились до предела. Он медленно коснулся ее руки, осторожно, как бы случайно, проводя по ее пальцам своими. Сердце Ино сорвалось в безумный галоп, проваливаясь куда-то вниз, ее обдал жар. Она позволила себе тихонько сглотнуть. Что-то жгучее волнительное собиралось в тугой комок в животе. Шикамару переплел пальцы девушки со своими и осторожно закинул ее руку себе за шею. Она чуть потянулась вверх, внезапно, в темноте касаясь своими губами горячих сухих губ Шикамару. Моментальный импульс этого прикосновения разлился и взорвался, взвинчивая чувства до предела, стягивая их в тугую пружину, способную лопнуть в любую секунду. Она судорожно выдохнула ему в лицо, не в силах начать поцелуй. Шикамару медленно, тягуче поцеловал ее мягкие губы. Они забыли обо всем, время остановилось, все части тела были парализованы, все скрутилось в воронку, сосредоточившись на единении их губ. Ино осторожно переместила свою руку с шеи Шикамару к его лицу, накрывая раскрытой ладонью щеку парня. Становясь смелее с каждым движением, он провел по ее бедру вверх, оставляя теплый след своей руки. Не разрывая поцелуя, она скользнула пальцами в его волосы, подаваясь вперед всем телом.       Сердце Шикамару бешено билось о грудную клетку, срываясь неровным ритмом, он чувствовал жаркое дыхание Ино на своей коже, близость ее влажных губ, тонкие пальцы, касающиеся его плеч. Шикамару скользнул губами по ее шее, припадая к ложбинке ключицы, обжигая горячими требовательными поцелуями, заставляя Ино трепетать в своих объятиях, отзываться на каждое прикосновение. Руки сами проникли под плотную ткань ее топа, ощущая мягкий плоский живот, тонкую талию, выступающие ребра. Ладонь переместилась за спину, приподнимая невесомую хрупкую Ино и расстегивая тугую застежку ее лифчика. Резкий щелчок, прозвучавший взрывом среди их тихих шорохов, движение, и ее грудь оголилась. Он быстро стянул с себя походную футболку, оставаясь голым по пояс, как и она. Воздух холодил кожу, и Шикамару лег на девушку, желая ощутить все ее тело каждым миллиметром своего. Все его мышцы напрягались от ее ласк, она гладила его сильные руки, вжималась сильнее, соприкасаясь своим животом с его голым торсом.       Сбившееся неровное дыхание, близость почти обнаженной Ино, целующей его за мочкой уха, податливой в его руках, нежной, тающей, как карамель — это сорвало все барьеры, разрушило все обещания, данные когда-то себе, данные когда-то другу и их общему напарнику, данные другой девушке из горячей Суны. Обязательств больше не было, были он и она, одни, весь мир сжался до размера этой маленькой тесной пещеры.       Они по-прежнему ничего не говорили друг другу, освобождаясь от остатков одежды. Ино ощущала его желание и хотела того же: почувствовать его еще сильнее, ближе, внутри себя, хотела слиться с ним в этой страсти, сгореть в ней, отдаться ей полностью. Толчок. Пронзающая игла боли, от которой распахнулись ее глаза, в сотый раз перехватило дыхание, и из груди вырвался еле слышный тонкий стон. Он понял, что произошло, замер.       — Больно? — чуть хрипло виновато прошептал Шикамару в ее ухо.       Первое слово за эту ночь.       — Нет, — совсем тихо прошептала Ино и притянула его к себе.       Он нежно поцеловал ее, зарылся лицом в волосы и осторожно продолжил двигаться, поддаваясь страсти, не осознавая, а действуя. Шикамару так хотел сорваться и довести ее до исступления, глубже, резче, быстрее, но из последних сил сдержал себя. Отголоски его разума, остатки, не совсем затуманенные их общим безумием, подсказали: ей возможно еще больно, а он не хочет быть законченным мудаком. Тянущее наслаждение разливалось от паха по всему телу, ему и так было предельно хорошо с ней, в ней. Толчок. Еще, еще. Он больше не в силах себя держать. Несколько резких движений, спазм, и волна оргазма прокатила, накрывая с головой, доставая до кончиков пальцев. Тянущий комок развернулся, взорвался мириадами электрических разрядов. Наслаждение заслонило все остальные чувства, расслабляя мышцы, отпуская напряжение, секунду назад достигшее предела.       Растрепанная голова Шикамару на ее животе покачивалась в такт ее дыхания. Ино перебирала его волосы, пропуская их между пальцев. Он щекотал ее кожу дрожащими ресницами. Двигаться более этого было невыносимо. Любое другое движение разрушило бы этот момент, вернуло их к реальности, в которой скорее всего пришлось бы обсудить то, что сейчас произошло, в которой у них миссия, в которой у них жизнь, разделенная навсегда на до и после ночи в тесной пещере.

***

      — Видел бы ты, как она ему влепила, — вдохновенно размахивая руками, рассказывал Наруто.       Чоджи от такого представления в лицах даже отставил рамен подальше от себя.       — Тыдыщ!!! — Узумаки врезал себе по скуле кулаком, наглядно демонстрируя силу удара.       — А он? — Акимичи даже перестал на минуту дышать от совершенно невероятной неправдоподобной новости.       — Заслужил он, вот что он. Я б за такое и сильнее влепил, — рассудительно продолжил Наруто, присаживаясь наконец рядом с Чоджи.       — Так ты знаешь за что?! — Акимичи вытаращился во все глаза, ожидая продолжения.       — А ты бы не влепил, если б тебя бросили? Да еще так, ничего не объясняя. Типа: «Извини, Темари, исходя из опыта наших отношений, я делаю вывод о нецелесообразности их продолжения и развития. Хорошо, что ничего непоправимого не произошло».       — Да ладно?! — Чоджи вперил неверящий взгляд в друга. Рамен безнадежно остывал.       Дверь закусочной приоткрылась, на пороге показались Нара с Яманака, к ужасу Акимичи, держащиеся за руки. На скуле парня красовался здоровенный синяк.       Повисла тишина. Щеки Ино вспыхнули, взгляд стыдливо опустился в пол. Расслабленный и как всегда спокойный Шикамару крепче стиснул ее руку и невозмутимо потащил за собой за столик.