Невероятные приключения итальянцев в Хогвартсе

Тишину кабинета разбивало мирное тиканье часов. Все остальные артефакты были отключены или же поломаны небольшим стихийным выбросом светлого волшебника. Он все так же лежал возле стенки и рассматривал обрушившийся стеллаж с книгами и проломленный стол. По щеке одиноко стекала слеза. Нет, он ничего себе не повредил, хотя подобного с ним давно не случалось, лет этак сто. Но, у него была причина. - Выкормыши мантикоры, везде успели. – Пробормотал старец и всё же поднялся с пола, на четвереньки. Мадам Максим несмотря на свой вес и занятость оказалась намного быстрее почтенного старца и, набрав полный комплект учеников, послала официальные документы в министерство своей страны о невозможности добора. - А говорят полувеликанша, дурой должна быть. Или это только Хагрид чудит? – покачиваясь на карачках, маг вытянул бороду из-под колена и забросил на плечо, чтобы не мешала. - Зря я Каркарова не засадил. – Гениальное решение в прошлом сейчас таким не казалось. Игорек провернул тот же финт еще быстрее француженки. И теперь единственное место куда может поступить единственный наследник огромной итальянской династии, это Хогвартс. - Альбус! – дверь в кабинет влетела вместе с косяком, а ведь была единственной непострадавшей в сегодняшнем инциденте. Грозно сверкая глазами, в кабинет влетела декан Гриффиндора. - Минерва, девочка моя. – Старец искренне надеялся на своего бессменного оруженосца, надо бы прибраться здесь, а эльфов к артефактам допускать не хотелось. - Как ты мог?! Почему я получила ответ от Забини? Этот мальчик что, здесь будет учиться? – она изначально кричала, но это не помешало ведьме добавлять децибелы и дальше. - Кошка драная, - совсем тихо в бороду пробормотал Альбус и таки встал. – Да, Минерва. Хогвартс - это самое безопасное место, мы просто обязаны дать этому мальчику шанс. – Только годы тренировки вранья, не дали его голосу вздрогнуть в конце. Покосившиеся портреты уважаемых директоров Хогвартса показывали ему кулаки, а Диппет крутил фигуры поинтереснее, нахватался в свое время от маглорожденных. И в этот момент Дамблдор подумал, что еще ничего не потеряно. Ведь можно надавить на свои связи и отправить мальчишку в Америку. Довольно кивнув сам себе, маг дослушал шипение кошки и начал убирать разруху. Сам. С такими последователями вообще править не получалось. *** Огромный зал сиял тысячами свечей, звездное небо над головой вызывало восхищение. Все профессора и студенты старших курсов собрались в ожидании праздничного пира. Ну, а до этого узнать кого из малышей примет в свои ряды каждый факультет. Тем более год был особенный, много наследников старинных семей отправили своих отпрысков познавать науку выживания и волшебства. Одним словом отправили на полгода в интернат, и живи в свое удовольствие. Дамблдора не простили. Все деканы были в курсе, как старик опростоволосился. И дело не в Каркарове и Максим. Ответ из содружества Американских школ прилетел прямо на педагогическое собрание. Вот только подошли заморские маги к подаче информации с выдумкой. Письмо доставил гипогрифф вместо совы. Так как кабинет мага пока был в нерабочем состоянии, то коллектив собрался в одном из классов, куда высадив окно, влетело магическое животное. Просканировав глазами фигуру старца в нежно розовой мантии, конверт, до этого привязанный к лапе, был аккуратно подцеплен клювом. То, что он красного цвета наводило на размышление. А когда письмо оказалось отвязанным, то самостоятельно подлетело и, превратившись в большой рот, стало орать глухим басом разные неприятные Альбусу вещи. - ...old goat...Dumbledore fool!!! Альбус Вульфрик с ужасом вспоминал те несколько минут, когда он на пару с Флитвиком пытались уничтожить письмо или его заткнуть. Но по личному мнению директора, полугоблин совсем не старался. Одни проблемы тянули за собой другие. Белому магу совсем не оставалось времени на важные вещи. Тот же Гарри Поттер. Мальчик должен был в этом году поступать, и что получилось? Разобиженная на него Минерва шипела и не поддавалась дрессировке, даже не выслушав, захлопнула дверь и отказалась посетить Дурслей. Снейпа он не хотел посылать по двум причинам. Если Гарри понравится профессор, то первая привязанность и радость от обретения волшебного мира будет связана именно с зельеваром. А если мальчик еще и на Слизерин захочет? Второй вариант был еще хуже. Если Снейп, официально первый волшебник который будет знакомить избранного с магическим миром, станет ему очень неприятным, а учитывая отношения «Мародеры - Снейп» это было очень вероятно, то… А захочет ли Поттер потом спасать этот самый мир? Ведь доверие, как и дружба, легче всего создаются именно в таком возрасте, когда жизненного опыта мало, а критичность мышления очень относительна. Остальные профессора были не так подвержены влиянию директора и могли рассказать что-то не то. Так размышлял уважаемый маг, планируя историю нового героя Магической Англии. Сказку для сироты. Гарри пришлось навещать Хагриду. И хоть не гладко, но встреча вроде состоялась нормально. Вот только Альбусу было не до этого. В зал вошла Минерва Макгонагалл, а за ней потянулась цепочка первокурсников. В самом конце Дамблдор увидел немного бледноватого Хагрида, который мял свой клетчатый платок и туда же отправлял содружество соплей из своего носа. Голубые глаза тут же метнулись к первокурсникам, осматривая и считая по головам, он уже знал количество поступающих. - Мордред! – Альбус лично сорвался с трона и поспешил к маленькому мокрому мальчику, черноволосому и с темными глазами. – Что произошло? – набросив диагностические чары на Блейза, Альбус подхватил его за руку и потянул еще и Хагрида за собой. – Начинайте без нас. – Бледная Минерва кивнула, а директор, выскочив из зала, начал разбираться. - М-м-м, это, директор, так получилось… Ну вы помните, мне за Гарри сказали присмотреть, а за него я и забыл. Да и как тут не забыть, - огромный платок вновь наполнился содержимым, - он же на папку с мамкой так похож… - Хагрид, конкретно, что произошло с Забини? На нем столько артефактов, что уверен вся его родня уже направляется сюда, - бросив согревающее заклинание, маг дополнительно высушил парня, а после и разгладил на нем мантию. - Так, это… Он по тропинке того. Упал, там в одном месте спуск крутой. Его ребята сзади, мне сказали и я того. – Он показал на свой зонтик, - поднял. - А почему он мокрый? – оправдываться придется. Прежде чем мальчик приехал под своды древнего замка, Альбуса и так далее в его отнюдь не глупый мозг имели все представители древней династии. Ну не могла «черная вдова Забини» родить своего отпрыска где-нибудь далеко? И желательно не от главы Медичи… - Ну, так в озеро. Лонгботома, того.. кальмар выбросил. А его я сам, нырял. – Под ложечкой у директора засосало. Скажут было покушение. Точнее два. - Ясно. Иди-ка Хагрид в лес, проверь, сколько там единорогов водится. – Дамблдор не желал ему смерти, а если итальянцы узнают, кто был ответственным за «их мальчика», то великанья кровь не спасет. - Дык, эта… А пир? – Голубые глаза недобро блеснули в сторону лесника, и какое-то понимание всё-таки к нему пришло. Так и не получив ответа хранитель ключей пошел в лес. Сделав хорошую мину при плохой игре, Дамблдор взял за руку наследника Забини и вновь завел в зал. Он искренне надеялся, что отсутствие травм благоприятно повлияет на это семейство. Ведь ничего же не случилось? Темноволосый мальчик сел на стул. Белобородый маг сел на трон. Шляпа начала медленно опускаться на голову юному магу. Лица ребенка, как и рассуждений шляпы никто не слышал и не видел, но тут. - Сли…. – Шляпу резко подбросило и она, зияя нескромно открытым тряпичным ртом упала обратно на голову ребенка. - Гри… - ситуация повторилась. Впервые Снейп и Макгонагал довольно переглянулись. Конфундус он такой – сближает. - Хафф… - как-то отчаянно, тоненьким голосом попытался распределить мага артефакт и … задымился. Флитвик в этот момент достал палочку и демонстративно ей крутил. Гоблины они такие, древний артефакт или нет, а человеческие изобретения всегда ниже ценятся, чем своего народа. Еще с минуту шляпа приходила в себя. Собиралась с силами. Дамблдор сначала хотел наложить щит, чтобы не баловались деканы. Уважаемые же маги, а так мелочно себя ведут… Но он всегда любил наблюдать за соперничеством в обыкновенной среде, просчитывая результаты. Потому решил подождать. - ШАРМБАТОН! – Гордо выкрикнула шляпа и, перебирая полами, слезла с чернявой головы. Альбус покосился на Северуса. Зельевар единственный давал ему клятвы, которые заставят его согласиться и принять на свой факультет будущего отравителя. - Олух. Пузырь. Остаток. Уловка. Все, всем спасибо! – и только приступив к еде, директор вспомнил о своем «подопечном». Гарри Поттер обнаружился на факультете Хаффлпафф. Недовольно поджав губы, Альбус решил, что Дурсли переусердствовали и воспитали тихоню и трудоголика. Но, ничего. Он из него еще героя сделает! *** 1.Оld goat - старый козел. 2.Dumbledore fool - Дамблдор - дурак. *** Итальянцы кричали, бросались проклятиями в Альбуса и срочно вызванного министра. Глава аврората и лучшие специалисты старались разрулить международный конфликт. Покушение было? Судя по ору прибывших – да. Англичане же списывали все на небрежность и несчастный случай. Фраза «ничего же не случилось» не помогла. Странным образом дольки оказались ядовиты. Директора откачал Мастер Снейп, чем вызвал заинтересованные взгляды некоторых итальянок. Артефакт-переводчик уважаемому директору спалил высокий черноволосый мужчина после невинного обращения «мальчик мой». И тут же его вызвали на дуэль. Ее таки удалось избежать. Хогвартс и Министерство оплатили огромный штраф. Так как прохождение «полосы препятствий» было прописано в уставе Хогвартса и не могло быть отмененным, то… Тропа превратилась в огражденную дорогу, в которую закопали артефакты гарантирующие смягчение при обычном падении. Через озеро проложили мост, огражденный. По нему передвигались небольшие кареты, заколдованные из тыкв, выращиваемых Хагридом. Итальянцы остались, наконец, всем довольны и, расцеловав единственного наследника, отбыли из школы. Дамблдор был седым, но теперь ему конкуренцию составляли Фадж и Скримджер. - Я так это не оставлю! – бросил напоследок Корнелиус, бросая порох в камин и отбывая в Министерство. Альбус с грустью подумал, что теперь будет не так просто давать «ценные советы». Вообще с Забини никогда не было просто. Итальянцы крепко держались друг за друга, были сильны, мелочны в мести, все как один являлись отравителями и совершенно не уважали великого Светлого волшебника. А Блейз… С мальчиком в четыре года произошла трагедия. Ну, точнее это стало трагедией для всего окружающего мира. В очередной раз овдовев, но, уже имея сына от здравствующего главы Медичи (это был единственный развод в жизни ведьмы), мать Блейза варила зелье. И на удивление, не яд. А стойкое модифицированное зелье неудачи. Как в лабораторию попал малыш Блейз? Как он упал в котел? Да никто не знает, но про курьезы, что с ним случались еще до одиннадцати, ходили нехорошие слухи. Только через несколько дней Альбус вновь смог задуматься о приключениях для Гарри. Цербер уже сторожил люк, правда директор забыл сделать объявление о третьем этаже, но это он исправит на утреннем завтраке. А еще Альбус понимал, что один ребенок может и не решиться на приключения, значит надо подобрать кого-то более деятельного. С этими мыслями уважаемый директор уснул прямо за своим столом, перебирая очередной артефакт. *** - Блейз Забини сломал ногу. – Это сказала мадам Помфри, входя в Большой зал и печально глядя на окружающих. До приезду его родственников оставалось не так много времени. – Я же просила вас, директор. Нельзя оставлять на движущихся лестницах исчезающие ступеньки. Это - травмоопасно. Следующая неделя прошла для директора Хогвартса в попытках на пару с Флитвиком отремонтировать мордредовы ступеньки. - А может, просто покрасим их? И все будут помнить… - Фразу о веселом детстве и милых приключениях Альбусу не удалось договорить. Перед глазами потемнело, и последнее что он увидел, это как к нему бросился школьный зельевар. «Мальчик мой» мысленно пробормотал директор и отключился. Еще одна неделя прошла в ужасном напряжении всех. Дамблдора Северус откачал опять. Теперь на зельевара стала засматриваться даже миссис Забини, что вызывало в невозмутимом маге трепет. Отнюдь не от любви, а простого человеческого страха. Слизеринцы поняв «какой мальчик» учится с ними, взяли над Блейзом шефство. Мальца отводили и приводили на занятие, проверяли его еду, придерживали за руку на ступенях, и… не уследили. Мистер Бреджбери, что сегодня должен был отвести мальчика в Большой зал, пострадал в стычке с грифиндорцами. Блейз решил добраться самостоятельно, улизнув из надоевшего больничного крыла. Итальянцы еще не уехали. Когда открылась дверь в Большой зал, и в нее буквально упал слизеринец, у Дамблдора задёргался глаз. Северус и итальянцы рванули к мальчику одновременно. - Отравление, шок, травмы спины. – Диагностическое заклинания показывало все четко. - Ма-а-ам, - Блейз смотрел расфокусировано, - я себе такого же хочу. - Что? Сынок, о чем ты говоришь? – пока она отвлекала ребенка, из мантий присутствующих тут же появилось множество флакончиков. Помощь от отравления решили дать на месте, тут же трансфигурировав кровать и расположив на ней мальчика. - Цербера, мам. Он тако-о-ой… Все студенты, сидящие в зале, не издавали и звука, надеясь, что о них не вспомнят. Даже грифиндорцы услышав о таком как-то притихли. Да и опасались они итальянцев. Те жили по странным непонятным многим законам. Могли за неуважение выпустить заковыристое проклятие, несмотря на возраст противника, или вызвать на дуэль. - Фоукс. – Дамблдор вызвал феникса тихо, но в оглушающей тишине… Некоторые итальянцы оглянулись в сторону директора и появившуюся птицу накрыло несколькими заклятиями-ловушками. С палочек магов сорвалось несколько патронусов, так что вскоре появившиеся в школе Фадж и Скримджер никого не удивили. - Моего сына отравили, и в вашей школе сидит цербер. – Миссис Забини пока говорила, все сильнее прищуривала глаза и поднимала подбородок. Снейпу эта красавица напомнила черную мамбу, готовящуюся напасть. Корнелиус посмотрел на женщину и ощетинившихся палочками итальянцев. Точнее пятнадцать взрослых магов, которые, являлись зельеварами, были прекрасными отравителями. Скримджер же подняв голову, рассматривал потолок Большого зала, с поступлением Забини, он теперь часто рассматривал эту достопримечательность. Услышав претензии, аврор также повернулся к директору сего учреждения. Предстояло выяснить, откуда взялся цербер. А это, на минуточку, опасное магическое существо категории А. Его разводить разрешалось только одному отделению в Отделе Тайн и то в засекреченном месте с полным набором артефактов и в подходящих условиях. А разведение опасной магической твари в неположенном месте - это два года Азкабана. Учитывая, что это происходит в школе Хогвартс…. Скримджер осмотрел старика оценивающим взглядом. И решил, что лет на пять точно потянет. И тут итальянцы получили первые результаты по поводу вещества, которым отравился их наследник. - Блейз, сынок, что ты ел? – голос миссис Забини был мягок и нежен, он опутывал своими чарами присутствующих, поражая не меньше чем ее красота. - Да то же что и все. – С интересом поблескивая черными глазами, слизеринец сидел на кровати и смотрел, как его дядя ловко работает в переносной лаборатории, уже точнее определяя состав. - Мистер Забини, - вмешался на свои седины зельевар, - назовите последовательно все, что вы сегодня ели. – Результат точно указывал, что яд попал в пищевод с едой. Как-то разом собравшись, мальчик начал последовательно перечислять свой завтрак. - Овсянку, пирог с почками, тыквенный сок и немного салата. – Нахмурив бровки, он тут же улыбнулся. Снейп отметил, что мальчик очень обаятельный и простоват, если сравнивать с малолетними аристократами острова. – Конфету сэр, меня угостил… Дальше Снейп уже не слушал. Уизли - конец. Заигрались Дамблдор с Маккошкой со своим попустительством. Близнецы, оказалось, сидели в Зале, и, судя по насмешливым ухмылкам, до сих пор не поняли, что это для них означает. «Стук земли о крышку гроба» - так мысленно прокомментировал он постукивание магической палочки итальянца. - Фред! Джордж! По пятьдесят баллов с каждого! – встала со своего места Минерва. - Ой, дура, – протянул Снейп, уловив взгляд одного из магов, сообразил, что что-то не так. – Я это в голос сказал? - Да, мистер Снейп. Да. Гриффиндорцы тут же нахмурились и недовольно посмотрели на близнецов, им явно не пришлась по вкусу потеря баллов. - Это кровяные конфеты, ничего бы с ним не случилось, – пробормотал один из рыжих парней с красным галстуком. – Ничего, в квиддич отыграем, да, Фред? - Да, Джордж. Отношение к подобным событиям прекрасно просматривалось по поведению учеников. И если Снейп думал, что перед этим было все плохо, то, уловив огненный блеск в глазах итальянцев, принял новую истину. Все еще хуже. - Юный маг считает, что все так просто? И покушение на жизнь наследника Забини можно измерять… БАЛЛАМИ! – начавшаяся отповедь одного из дядюшек сначала замораживала своим холодом, а в конце взорвалась лавой негодования. «Горячая кровь» - подумал Северус. Итальянцы оказались очень шумными и темпераментными. - Это Хогвартс, мистер. Здесь свои законы. Провинившиеся будут наказаны. Месяц отработок у мистера Филча. – На декана Гриффиндора остальные смотрели с жалостью. Слишком оторванная от реального мира гриффиндорка, так до конца и не поняла, что равноправия нет. Есть право сильного. Скримджер только услышав фамилию виновников, послал патронус в Министерство Артуру Уизли, а после и его жене. Надо же кому-то забрать тело после дуэли? *** Цербера забрал Отдел Тайн. Тело Квирелла тоже забрал Отдел Тайн. Флешбек Занятие по ЗОТи были смешны и никому из первокурсников не интересны. Профессор заикается, говорит то же что и в учебнике написано. Сдвоенные курсы Гриффиндор - Слизерин, сидели в аудитории, и каждый занимался своими делами. Один Блейз решил заняться полезным делом. Потренировать заклинание, которое было описано в этом же учебнике. Учитель как раз отвернулся и что-то пошло не так. Чары сработали неправильно. Попытка поставить охранный щит, самый простенький, даже не от боевых заклятий, провалилась. Получился мяч, который подскочил, и отбиваясь от поверхностей залепил профессору в голову. Сзади. Сидящие позади итальянцы, которые пока не уехали, похмыкали, оценив подготовку мага. - Да Мордред, тьху, твою на лево, - то, что звук шел приглушенным, дети не поняли. В отличие от взрослых. Несколько цепочек не самых слабых чар засветили по фигуре профессора. Конец флешбека Магическая Англия содрогнулась. В профессоре Хогвартса был обнаружен остаток Волдеморта. В «самом безопасном месте» обнаружился цербер. Возникли несколько неприятных вопросов. Как такое стало возможно, если сама процедура принятия в себя чужой сущности противоречит клятве профессоров? А после стали интересоваться, а были ли клятвы? А как они звучали? Разбирательство проводило Министерство, были они не очень учтивы со своими согражданами, зато мило щерились каждый раз итальянцам. Из-за частых покушений на наследника, магическая Италия и Англия оказались на пороге войны. А темные искусства-то под запретом… В Англии. Альбуса не любили. Ему слали кричалки, отравленные письма, выставляли претензии как самому тупому директору. Почему все остальные успели отказаться, а он нет? Глава Медичи лично вернул Фламелю найденный в черномагическом артефакте философский камень и посоветовал «не доверять всяким шарлатанам». Уизли исключили из школы. Всех. Пока Минерва и Альбус препирались и пытались выкрутиться, Фадж подмахнул очередной указ и был невероятно счастлив, когда это помогло отсрочить военные действия с Италией. Он не хотел быть тем Министром, который правил страной в военное время. Артур Уизли попал в Святого Мунго вполне с обычными переломами, не зря опасаясь магической дуэли, он настоял на простой магловской драке. Как же он удивился, когда один из итальянцев ярко улыбнулся и согласился. А после на законных условиях сгибал его, бросал и ломал под разными углами. Молли, забыв о том, что вмешиваться нельзя, бросила свой Летучемышиный сглаз, решив спасти мужа. Но тут вступилась миссис Забини. У той давно руки чесались нанести справедливость. Так что заклинание бывшей Прюэтт разбилось о наложенный невербально щит, и рядом с магловской дракой началась дуэль довольно сильных ведьм. Снейп с остальными благоразумно решил не вмешиваться. Да и внутри он был вполне согласен с негодованием итальянцев. Своих детей надо воспитывать. А не говорить о «детской непосредственности», «втором шансе» и милых шалостях. Самому зельевару также надоело составлять противоядие к очередным изобретениям Уизли, но подпихнуть мальчишек не было возможным. За них всегда вступался директор. Но ничто не вечно под луной. Все профессора дали новые клятвы, заверенные Министерством и слово в слово повторявшие свои древние аналоги, написанные в первых уставах Хогвартса. К директору, у изучавших воспоминания профессоров, возникли совсем нецензурные вопросы. Дамблдор только и занимался тем, что улаживал неприятные шевеления и шатания народных масс. Цербера списали на Хагрида. Но отправленный директором в лес полувеликан, так и не возвратился. В официальной бумаге Скримджер скрипя зубами записал: «Отправился пересчитывать кентавров». В Азкабан Дамблдор не попал. Но ему удалось договориться с министерством и аристократами, только отказавшись от места в Визенгамоте и международном суде. Когда месяц спустя итальянцы уехали, Альбус был морально и физически измучен. От разнообразия попадающих в его тело ядов спасали только огромное количество наворованных когда-то с Гринденвальдом специфичных артефактов да личный Мастер-зельевар. Уже засыпая, директор почувствовал какое-то зудение ниже поясницы. Пальцы тут же щелкнули, вызывая домового. - Рики, Снейпа ко мне. – Речь становилась медленней и челюсть будто немела. *** «За прошедшие годы в Хогвартсе произошло много событий. А укреплением и ремонтом занимался как лично директор (самый сильный белый маг столетия) с педагогическим коллективом так и Попечительский совет. Было создано много новейших разработок зелий и противоядий, которые прославили Англию далеко за ее границами. Подготовка студентов оказалась выше всяких похвал…» Рита Скитер разливалась соловьем, расписывая, как же хорошо стало жить в Хогвартсе. Но вот те, кто там в это время был, не разделяли ее мнения. Школа и впрямь стала «Самым безопасным местом в Англии». Но путь к этому оказался слишком тернист. Северус Тобиас Снейп, сидел сейчас на прощальном пиру в честь окончания седьмым курсом Хогвартса и искренне удивлялся, что еще жив. Неужели «семилетка ужаса Забини» закончилась? Этот мальчик своим существованием заставлял все время быть в тонусе. Мастер-зельевар школы очень сильно продвинулся в исследовании ядов и противоядий, и не раз публиковал свои статьи после очередного отравления директора. Живучий старец и работодатель, боясь раньше времени уйти за Грань, прекрасно описывал все симптомы и ощущения, и любил перепроверяться даже тогда, когда уже не было необходимости. Так что материала для исследований хватало. Кроме того, итальянцы были прекрасными собеседниками, конечно, если в этот момент как-то не страдал их наследник. А Блейз… Он на первом курсе нарвался на тролля. Чары на замке обновлялись, так как директора яростно подгоняли как гости, так и родное министерство. Забини вышел подышать воздухом. А тут агрессивная магическая тварь, которая из леса, попав на территорию Хогвартса, сразу бросилась в конкретном направлении, на слизеринца. Северус не раз с ужасом вспоминал тот момент и благодарил Мать Магию, что в тот момент ходил в теплицы, поговорить с Мадам Спраут о выращивании некоторых ингредиентов. Тролль был повержен. Итальянцы очень злы. Министерство в истерике. А проверка существа (еще живого) указала на давнее магическое внушение. Все как-то вспомнили двоемордого Квирелла и надавили на Отдел Тайн, а те отчитались, что еще два крестража найдены и сейчас всё ещё идут поиски. Англию лихорадило. На втором курсе Блейз замечтавшись, слишком глубоко зашел в лес, заблудился и напоролся на акромантулов. Ответственность повесили на Хагрида. К мальчику-наследнику после первого ранения тут же перенеслось несколько магов, на которых был настроен один из артефактов. И Северус понял, что ненавидит. Он жутко захотел найти Хагрида и объяснить, что такие твари в Запретном лесу не родные. Учитывая, что с ним было всего два итальянца, а нападало на них больше сотни пауков разного размера, то пришлось вспоминать молодость и уроки мастера Долохова. В тот же год Забини, неудачно применив заклинание, сам смыл себя в унитаз. Как тот умудрился, Северус даже не хотел знать. Так была найдена Тайная комната, в которой тут же затаились маги из Отдела Тайн. Третий год принес Снейпу необходимость походов к психологу. Обычному магловскому. Как оказалось, сбежавший Сириус Блэк был невиновен. Итальянцы, поймавшие азкабанца возле гриффиндорской башни, это доказали. Прижав еще сильнее министерство, отсудили ОЧЕНЬ большую компенсацию и забрали последнего из Блэков себе. Забини вновь вышла замуж. Когда на четвертом курсе решили проводить соревнование между школами, профессора взвыли. Дамблдор и сам желал отказаться, но Шармбатон и Думстранг не желали принимать английских магов у себя. -Кх, - всхрапнул от неожиданности Альбус, когда от Хогвартса ему в руку прилетела бумажка с надписью «Блейз Забини». Было еще эпохальное выселение кентавров из леса. Пошел, значит, Блейз на свидание, и вновь заблудился. Было это на шестом курсе. А там эти люди-кони. Напугать решили, стрелы в землю рядом решили выпустить. После кентавр клялся, что он, Быстрое Копыто, никогда не промахивался и стрелял в метре от юноши. Как стрела оказалась в ноге, никто из присутствующих не понял. Гоняли кентавров итальянцы по всему лесу. И настаивали на их полном уничтожении. Но вмешалось Министерство и некоторые сердобольные домохозяйки, пошло шевеление масс, и Фадж, седой к тому времени, отдал указ на выселение кентавров. Через неделю магическая Греция подала протестующую петицию и выразила свое негодование из-за «подкидышей». Аргументировали тем, что это не те кентавры, которые в свое время покинули Крит. Тех бы они приняли, а этих – не желают! С девушкой Блэйз таки поцеловался под присмотром родственников. Его язык защемило брекетами. Ведьма была маглорожденной. Северус мог расписать каждый учебный год помесячно, потому, что Блейз был просто неиссякаемым источником неприятностей. Устало вздохнув, Северус вновь настроился на происходящее, выплывая из воспоминаний. Директор что-то вещал с доброй улыбкой. Вместе с присутствующими родителями у стен сидел почти весь клан итальянцев. Блейз был жив и пока невредим. И главное состояло в том, чтобы так продолжилось к самому его отбытию. И тут Снейп кое–что вспомнил. «Избранный»! Дамблдор ведь так ждал его прибытия, и что же выходит? Он нашел глазами лохматого зеленоглазого парня. Копия отца, если бы не цвет тех самых глаз. Ничего о нем конкретного за семь лет нельзя было сказать. Звезд с неба не хватал, внимания не привлекал. Как был тихоней, так и остался. Что с него взять? И в чем же была его избранность?