Forever

      Прошло больше пяти лет с момента, когда Чон в последний раз видел его глаза, его слезы, его улыбку. Тот вечер до сих пор может сниться в самом страшном сне. Но Чонгук не видит сны уже больше полугода. И вроде бы в его жизни все хорошо и он, по сути, должен быть счастлив, но что-то просто идёт не так. Друзья ему завидуют. Хотя Чонгук и не видит повода завидовать ему. Ну да, у него красивая, умная девушка. Ну да, у них скоро свадьба. Чону так и хочется сказать «Ну и что?», но он не может, ведь тогда картина потускнеет. Он и так еле справляется с собой, своими чувствами, убивая их. Он совсем не любит Суён. Но у Чона нет выбора.

***

      Канун Рождества. Суён сказала, что будет поздно и Чонгуку придется остаться на ночь одному. Ее приятный голос желал удачи, снова и снова просил прощение. Чонгук отвечал короткими фразами, ибо сам устал и хочет отдохнуть. Всё-таки в одиночестве тоже надо иногда бывать. И вот, Чонгук лежит на кровати, листая ленту твиттера. Темная квартира, по которой гуляет запах духов девушки, запах мандарин, салатов и остальных Рождественских блюд. Только вот Чонгук совсем не в том настроении. В голове всплывают обрывки памяти, врезаясь в лёгкие. Давящая на грудную клетку память отдается тупой болью, заставляет сердце биться чуть быстрее, а душа не находит себе места. Снова. Становится ещё хуже, когда Чон вспоминает его. Лёгкие сжимает, начинаешь задыхаться. В комнате становится слишком душно. Кислород просто испаряется не заменяя себя ничем. Чонгук тяжело вздыхает и продолжает водить пальцами по экрану. Вдруг телефон вибрирует, оповещая о входящем сообщении. Чон бы проигнорировал его. Как и всегда. Но первые слова, прочитанные за считанные секунды, заставляют открыть его. Виден лишь адрес. Чонгук понимает все за мгновение и подрывается места.       Выбегая из подъезда парень бежит к тому месту. В мыслях он поет себя надеждами, что не ошибся и его сейчас просто не убьют. Он молит, чтобы надежды не были напрасны. Он бежит. Устает, мёрзнет, задыхается, но продолжает бежать. Ему все равно на людей, которых он задевает. На их ворчание. Ему всё равно, что он бежит с расстегнутой курткой в декабрьский минус. Сейчас самое главное — это он.       Чонгук на месте. Он оглядывается, ищет что-то похожее на него. Чон хочет узнать его, даже если тот изменился полностью. С ног до головы не похож на себя. Чонгук хочет. И вот, он замечает его. Да, он поменял свой внешний вид. Рыжие волосы были окрашены в пепельный, длинное пальто поменялось на короткую курточку. На нем больше нет очков, в ушах серьги, на руках кольца. Лёгкий макияж. Но не изменились две вещи. Это любимая черная шапка, которую когда-то давно освобождали от красной ленточки. И это теплый, ярко-красный шарф. Чонгук помнит, как ходил и выбирал для него этот подарок, но не нашел ничего подходящего, поэтому брал уроки вязания и после нескольких месяцев упорства он подарил ему этот шарф. Тогда он просто принял подарок и долго-долго обнимал, и так же долго благодарил. По телу проходится стая приятных мурашек, а в лёгких, наконец, появляется теплый воздух. Чонгук медленно подходит к парню и, сохранив дистанцию, останавливается, заглядывая в медовые глаза. — Привет, Чонгук, — мягкий голос ласкает слух, пуская новую толпу мурашек. Чонгук не слышит ничего, кроме этого голоса. Время как будто застывает на одном моменте. Парень напротив слегка краснеет, но не отводит взгляд. — Здравствуй, Чимин.