Доброе утро

Джо повошкался и с трудом разлепил глаза. Бревенчатый грубо сколоченный потолок подсказал ему, что ночевал он вовсе не в своей комнате, а соломенный лежак под спиной — что не в каком-нибудь хлеву или сарае. Больше всего обстановка вокруг напоминала таверну, которую Вершитель Нуновал показал ему пару локтей назад. Дескать, тут варили лучшую бормотуху в городе. Слабая попытка приподняться и сесть обернулась тем, что Джо скрутило от тошноты и невыносимой головной боли. Ощущение было такое, будто вчера он пил не хваленую бормотуху, а отвар полыни напополам с мочой зверолюда — и выпил как минимум два ведра. Иначе ему нечем было объяснить такое жуткое похмелье. — Утро, по-видимому, не очень доброе? Зажимая ладонями разваливающуюся на куски голову, Джо всем телом повернулся на голос и немало оторопел. У стены на широкой, явно рассчитанной на двоих кровати, сложив руки на груди поверх покрывала, лежал его однокашник, Релет. — Говорил ведь, чтобы то зелье в кружку не добавлял, — он вздохнул и потянулся к Джо. Тот машинально отпрянул и застонал от боли. — Сиди смирно. Легче станет. Длинные тонкие пальцы начертили в воздухе сигил, переливающийся живительной зеленью. Когда сигил истаял, и правда стало немного легче. Релет принялся рисовать второй. Джо тем временем с нескрываемым интересом рассматривал многочисленные царапины, укусы и темные пятна, покрывавшие его бледную шею, руки, живот и грудь. — Э… Рел… А мы с тобой вчера?.. Релет закончил сигил и красноречиво приподнял бровь. — Ты ничего не помнишь? — Ну, — замялся Джо. Он только сейчас обнаружил, что сидит абсолютно голый. Благо, судейская форма нашлась тут же, смятая и разбросанная по полу. — А… А девка же какая-то еще была?.. Релет поднял бровь еще чуть выше. Джо глубоко вздохнул. Он уже знал, что Релета девчонки не привлекают, но у той, в конце концов, были такие сиськи… Хотелось спросить еще, но Джо никак не мог придумать, что именно. На нем тоже было полно царапин и — здоровенных почему-то — синяков. На запястье отчетливо алели следы зубов. — А это ты так? Релет помедлил и закатил глаза. — Нет. Это ты подрался с трактирщиком. — Я подрался с трактирщиком?.. А он… — А его дочь тебя укусила. — …это была его дочь? — Та, кому ты весь вечер задирал юбку? Нет, это была дочь кузнеца. С ним ты тоже подрался. — Я понял-понял, — Джо отмахнулся и помассировал виски. Похмелье, спасибо сигилам, почти прошло, зато теперь о себе напомнили синяки. — Хорошо, а с кем я вчера НЕ подрался? Релет склонил голову к плечу и приподнял уголки губ в улыбке. Кажется, примерно так же он улыбался вчера. До… или после драки? — Со мной. Джо негромко засмеялся и, наклонившись, подобрал штаны. При ближайшем рассмотрении штаны оказались чужие, и он услужливо протянул их Релу. Но тот вместо ожидаемой благодарности недовольно наморщил нос. — То есть, ты совсем ничего не помнишь? — Ну-у… Не мог же он сказать, что помнит только сиськи и чей-то очень неприятный удар по морде. Самое интересное-то, судя по всему, было гораздо позже. Джо уже решил было, что заслужил смертельную обиду или новую оплеуху, когда Релет изящно откинул в сторону покрывало и погладил себя по животу и внутренней стороне бедра. Джо замер, завороженно глядя на бугрящиеся под тонкой кожей узелки мышц и сходящуюся к паху сетку голубоватых вен. Если так подумать, спать с «белоручками» ему прежде не доводилось. Релет, правда, уже не раз доказал, что он не из тех, кто не вылазит из кабинетов, питается исключительно фруктовой нарезкой и дышать не может без пышного опахала, но было в нем что-то… эдакое. Что-то такое, чем не мог похвастаться ни Джо, ни те, кого он обычно выбирал в любовники. Может, та самая знаменитая голубая кровь? — Как насчет немного освежить память? — Ты за этим на мне сигилы рисовал? — усмехнулся Джо, откладывая штаны в сторону и забираясь на кровать с ногами. — В том числе, — Релет с улыбкой потянулся к нему и зарылся пальцами в волосы на затылке, путаясь в основании растрепанной косы. — Никак не могу позволить себе стереться из твоей памяти. Джо хотел ответить что-нибудь остроумное, но Релет привлек его к себе и прижался к губам чувственным поцелуем. Даже целовался он как-то по-особенному, но Джо никогда не смог бы подобрать подходящих слов, чтобы описать разницу. Зато мог погладить его по плоскому животу и накрыть ладонью совсем еще мягкий член. Релет шумно выдохнул и повторил за ним. Ну и Кайрос с ней, с этой разницей. Уже спустя какие-то полминуты Джо, сладко постанывая в чужие губы, готов был не только как следует отодрать Релета, но и охотно подставить ему свой зад. Причем, судя по неясному ощущению пониже спины, за сегодня — не в первый раз.