Unbearable hyung

      Чанёль вошёл в гостиную, где находилось много народу. Едва переступив порог, он услышал голоса: — Бэкхён у нас молодец, завтра на выступление поедет! Чанёль перевёл взгляд на виновника торжества — золотушного Бэкхёна. Тот сидел с милой до тошноты улыбкой, улыбался почти до самых ушей и наслаждался похвалой. Пак-младший аккуратно прошёл к своему месту и присел за стол. Он наблюдал за своей семьёй со стороны и едва ли сдерживал приступ рвоты. — Бэкхённи, а что дают за участие? — ласково погладил папа парня по голове. — Как мне сказали, сто тысяч вон. Пап, представляешь, туда приедут много талантливых людей, с которыми я смогу пообщаться! — парень с улыбкой на лице положил руку на сердце и прикрыл веки. Это была его мечта — поучаствовать на концерте, как тот, что будет проходить в Японии на следующей неделе. К тому же, там ему придется провести пару дней с ночёвкой, но без родителей, что ещё больше будоражило. — Бэкки, помни: ты не должен доверять всем подряд! — Папа, ну мне же не одиннадцать лет, а двадцать. Я не такой уж и наивный. — над последним предложением Чанёль хмыкнул и заметил удивлённые взгляды в свою сторону. — Бэкки, я думаю, что тебе нужно отдохнуть. Иди, я сам приберу. А лучше мне поможет Чанёлли, да? — мужчина уставился на парня, и тот кивнул.       Бэкхён встал из-за стола и, вежливо поклонившись, вышел из гостиной. Мужчина вручил Паку тарелки и велел их отнести на кухню. Чанёль отнёс это всё в нужное место и, идя по коридору, увидел Бэка, который еле плёлся в свою комнату. Чан лишь пообещал себе, что позже зайдёт к брату и они поговорят.       Справившись со всей работой, Чан подошёл к комнате Бэка. Он осторожно постучался, а после услышал одобрительное: «Входи!» Чанёль вошёл в комнату и увидел брата, лежащего на кровати прямо в парадной одежде. Чан присел за стол, где обычно занимался старший. — Всё хорошо? — Чан начал рассматривать какие-то бумаги, лишь бы не смотреть на брата. — Думаю, да. Мне просто надо немного отдохнуть. — Бэк перевернулся на живот и простонал. — Ну, если всё хорошо, то я пойду. — Чанёль не хотел здесь долго засиживаться, поэтому решил полностью проигнорировать состояние старшего. Их отношения уже очень давно начали стремительно скатываться. Сначала мелкие ссоры, буйное детство, а со стороны Бэкхёна — идеально выглаженная рубашка, ровная осанка и чётко по расписанию поделённый день. Чанёль всегда в ссорах с родителями винил чопорного Бэкхёна, а сам Бэк говорил, что младший — несносный омега, и что таких ещё растить и растить. — Постой, — Бэкхён сел на кровати и жестом подозвал к себе младшего. Он тоже понимал, что долго Чанёля здесь нельзя держать. Бэкхён чувствовал запах младшего, и едва ли сдерживал свои животные инстинкты, чтобы не накинуться на младшего и не поиметь его на всех плоскостях этой квартиры. — Да? — омега развернулся, осматривая старшего, севшего в позу лотоса. — Хочу поговорить с тобой, Чанёль. — Бэк наконец выдохнул с облегчением. Парень сел рядом с Бэком на кровать, хотя ему до жути хотелось сбежать. — Знаешь, каково это: придерживаться определённого образа? Я так измотан. Не хочу больше притворяться бездушной куклой и улыбаться всем подряд. Не хочу. — парень чуть всхлипнул и откинулся на кровать. У Чанёля были какие-то смешанные чувства внутри. Он не хотел слушать старшего, но с другой стороны ему было больно от того, что его хён плачет. — Бэк, зачем ты мне всё это рассказываешь? — Чанёль действительно не понимал, чего он от него хочет. Поддержки? Такого увы, не случится. — Почему я рассказываю тебе это? Может, потому, что ты мой брат и я хочу высказаться? — Бэк всё так же лежал, но уже с закрытыми глазами. — Бэкхён, ты сам выбрал себе путь так называемой тобой «куклы». И ещё ты на что-то жалуешься? — Чанёль обернулся к старшему, и тот, почувствовав чужой взгляд, распахнул веки, заглядывая младшему прямо в глаза. — Когда я упустил наши отношения, что они теперь стали такими напряжёнными? — В тот момент, когда начал зазнаваться. Ты думал, что лучше меня. Вот и общайся с такими, как ты, уникумами! — Чанёль был безумно зол на старшего. Он хотел ударить его, но не мог себе позволить. По крайней мере, он не опустится до такого. Чан встал с кровати и молча покинул комнату. А Бэкхён так и остался лежать, не понимая, что он сделал не так. Почему Чанёль теперь так холоден к нему?

***

— Чан, ну что, ты сегодня с нами? — Минсок разлёгся на парте, заглядывая в глаза своему другу. — А кто будет? — Чимин, Чан Ук, Сокджин, Юн. — Ну уж нет! С этой компанией я больше не вожусь. А то после последней вечеринки я пришёл накуренный домой и мне хорошо досталось от папы. — Чего ты ломаешься, как пятиклассница? — Мне не привыкать. Ладно, бывай. — Чан поднялся из-за парт; собрав рюкзак, закинул себе его на плечо и вышел из класса. Чанёль шёл мимо кабинета завуча, стараясь идти тише. Иначе беды не миновать, а то ещё этот старик начнёт звонить папе, жалуясь ему на прогулы и плохие оценки сына. Тот потом вставит ему люлей, а Чану не нужно такое удовольствие.       Чанёль ощутил какой-то приятный запах и вдохнул его полной грудью. Запах спелого ананаса заставил Чана забыться. Спустя некоторое время из кабинета вышел обладатель запаха. Одетый в джинсовую куртку поверх белой футболки и чёрные обтягивающие джинсы. Чанёль увидил, как этот парень растянул свои губы в улыбке, и пытался заставить себя покинуть этот университет, ведь встречи со всякими альфами не вписывались в планы Пака, но так и не смог сдвинуться с места. — Вам что-то подсказать? — этот парень подошёл к Чану и чуть приобнял его. Это омега?... Но ведь... Я ведь тоже омега! Почему он пахнет для меня так сладко?!       Глаза Чанёля начали бегать по незнакомому парню, изучая. Он не верил своим глазам. Как такое могло вообще произойти? -Нет, извините. — Чан поклонился, немного помедлив с ответом и наконец-то ушёл.