Похоть со вкусом голубики

      Белые снежинки медленно падали на опустевший город. Ветер, что проникал в подземелье сквозь щёлки горы, поднимал их, а после стихал, оставляя множество блёсток вновь в замедленном вальсе опадать на белоснежное одеяло, что укрывало Сноудин.       В другой части подземного мира возвышался замок, в котором гуляла уже знакомая, завывающая у стен, воздушная стихия. Внутри замка уже давно никто не жил, на мебели осела многовековая пыль. Было ясно, что место это совсем гиблое. Разбросанный тут и там мусор уже невозможно было разузнать из-за многочисленной серой пеленой, напоминавшей несколько одеял друг на друге. Время от времени можно было услышать треск камней, а иногда и падение одного из них. Руины уже не были похожи на те, когда о них заботилась старая леди, как её чаще всего называли, но о ней позже.       В Водопадье сохранялось то же умиротворение: тихо журчащая вода навевала чувство спокойствия, а неведомая музыка, слышимая только собственным подсознанием, уговаривала пролежать около воды ещё долгое время.       Жаркоземье не отличалось от остальных мест. Сталактиты со временем не могли выдерживать свой огромный вес и, отрываясь от потолка пещеры, падали в раскалённую лаву с мелодичным шипением, после чего появлялся небольшой фонтан из магмы.       Во всём подземелье царило спокойствие, а ведь когда-то тут была жизнь. Причём очень даже активная и насыщенная. Воздух наполненный вечными плотскими утехами сменился на свежесть и пустынность. Всюду преследующий жар превратился в холодность. А вездесущие стоны и вздохи – на глухую тишину.       У входа в замок, с виду точно такого же, как и в Руинах, стоял невысокий скелет, с тоской и печалью смотрящий в глубь подземелья. Лазурный мех на капюшоне сливовой безрукавки слабо развивался на лёгком ветерке. Такого же цвета сапоги на пару с лаковыми штанами, удерживаемые чёрным ремнём с бляхой фиолетового цвета, незаметно переливались в слабых лучах солнца, иногда проникающего сквозь успевшие образоваться отверстия пещеры у самого потолка. Оголённые рёбра не приятно пронизывал холод, но скелету было всё равно. В его глазницах царила тьма, ни одного намёка на свет в них не было. Санс, так звали этого скелета, скучал по прошлому: по приятному жару, наполняющего всё тело, по своей популярности, когда он был признан самым сексуальным монстром, по двусмысленным шуткам, которые он рассказывал когда только угодно, по пьяным девицам, что так и норовили оседлать тебя, по алкоголю, дурманящий сознание. Всё это было неотъемлемой частью его жизни, частью его самого.       За 10 лет всё изменилось, все монстры обрели гармонию и семью, но не Санс. Первое время он пытался заменить свою прошлую жизнь альтернативами в людском мире, но абсолютно всё было очень далеко от идеала. Далеко от того мира, в котором Санс был «королём». Теперь же он просто скелет, напивающийся в баре, пытаясь всё забыть, но безуспешно встаёт со всеми воспоминаниями.       В какой-то момент, он даже пытался найти себе кого-нибудь из людей, так как все монстры уже были пересчитаны. Его брат даже помогал в этом, но ничего не вышло. Санс просто не создан для такой жизни, как другие, или же он просто не хочет отпускать прошлое.       На плечо скелета аккуратно опустилась рука молодой девушки, с виду двадцати-двадцати пяти лет. Шатенка с коротко подстриженными волосами, привлекательного телосложения и ясно голубыми глазами смотрела ровно в темнеющие глазницы. Подол светло-сиреневого платья, на треть бедра выше колен, бесшумно парил под слабеньким ветерком, а светло-голубые сапожки с ремешками также тускло отражали лучи света.       Санс не обратил внимание на девушку, продолжая вспоминать лучшие моменты своей уже прошлой жизни. Шатенка заметно погрустнела и встала перед скелетом, тем самым заставляя его посмотреть на себя. Она была выше его на четверть головы, что шло в плюс на данный момент. Санс тоскливо поднял взгляд на её «небесные» глаза, которые, к слову, привлекали его больше всего в этой девушке.       — Ты что-то хотела, малая?       «Малая» чуть сморщила носик, давая понять, что обращение ей не нравится.       — Я уже давно не маленькая. Хватит меня так называть.       — Сколько бы лет тебе не было, но для меня ты всегда останешься «малой», — на «лице» скелета проскользнула усмешка.       Девушка потопталась пару мгновений на месте, раздумывая, что ей сказать, и зачем она вовсе пришла и потревожила друга. В это время Санс хищно оглядывал её фигуру, отмечая, что шатенке удавалось выглядеть первозданной и невинной, предавая своему виду желанности.       — Ты всё ещё тоскуешь о прошлом?       Скелет кивнул, остановив свой взгляд на ключицах девушки.       — Я хочу, чтобы ты перезагрузила мир… — чуть погодя, добавил он.       Шатенку ничуть не удивил ответ: он всегда один и тот же. Правда, звучит по-разному.       — Как же другие?       — Они уже получили своё счастье. Я же, — Санс сделал шаг навстречу «малой», не прекращая смотреть на её ключицы — Хочу получить своё.       — Ты не хочешь этого, Санс, — шатенка не придавала значения его действиям.       — Если потребуется, я буду умолять… Фриск, — её имя он произнёс через пару секунд молчания, как бы задумываясь: «Стоит ли его говорить?».        Обладательница имени была в небольшом шоке. Санс ни разу не называл её по имени, только разными кличками, не более. В конце концов, она задумалась: может, действительно ей стоит нажать эту кнопку перезагрузки?       — Ты будешь желеть о своем выборе?       — Нет, – ответ был чётким и ясным, наполненный решимостью.       Фриск тяжело вздохнула и закрыла глаза. Рядом с ней появилась клавиша с надписью «Reset», видная только самой шатенкой и скелетом. Замешкавшись, девушка быстрым движением руки нажала на кнопку, после чего растворилась в многочисленных блёстках. На «лице» у скелета появилась искренняя, за столь долгое время, широкая улыбка. Всё, что окружало Санса, треснуло на миллиарды осколков и рассыпалось в чёрной пустоте. Через пару секунд, скелет рассыпался в пыль, также безвозвратно исчезая в чёрном постоянстве.

***

      Прошло около двух лет. Подземелье вновь стало оживлённее, как в воспоминаниях Санса, но что-то ему не хватало. Даже публичный дом Маффет и клуб Гриллби перестали поднимать настроение. Жители Сноудина перестали привлекать его внимание, а от алкоголя стало воротить.       Санса что-то не устраивало, но что это было – оставалось для него загадкой. Он получил всё о чём только мечтал, но реальность стала для него уже чем-то обыденным.       Скелет разлёживался на диване в гостиной, думая о том, что же надо изменить, чтобы вновь почувствовать беззаботность и слегка ощущаемою власть над монстрами. Он не понимал, что в нём изменилось такого, заставившего изменить всю жизнь. В очередной раз придя в тупик, Санс решил погулять по лесу Сноудина.