Не-с-вершившееся

На улице давно уже бушует рассвет нового дня, заливая уютные улочки золотом, но за стенами Иафаха время куда более своевольное и непредсказуемое. Собственно, как и характер дамы, этим временем управляющей. Леди Сотофа берёт уже опустевшую кружку и наполняет её самой вкусной камрой во всём Соединённом Королевстве... да что там! Во всём Мироздании! Над беседкой сияют мириады полуночных звёзд. - Что-то ты сегодня засиделся у меня, старый лис. Солнце встало, - Сотофа протягивает кружку Джуффину. – Тебе разве не пора ли муштровать своих обалдуев? Фарс. Фарс чистой воды! И Чиффа это прекрасно знает, ведь мог бы – давно уже ушёл. Но когда тебе желают высказать пару ласковых такие могущественные ведьмы как Сотофа (даже если не высказывают своих коварных намерений напрямую), то хоть обхотись уйти – уйти не получится. - Ночь мне твоя очень нравится. И звёзды ведь совершенно не здешние! Думала, я не замечу? – Чиффа довольно щурится и отпивает камры. - А обалдуи мои, по-твоему, совсем глупенькие? Не справятся сами без меня? Ну так им и надо, если не справятся. Сотофа хихикает, доливая и в свою кружку, а потом говорит, ласково-ласково: - Джуф, солнце моё, а ты не утомился голову себе и мальчику морочить? Откинувшись на скамейке, Чиффа разглядывает звёзды. - Нет, незабвенная. Не утомился. И не утомлюсь. И ты это знаешь, конечно. Неужели об этом хотела поговорить? - Да, об этом, - она умильно сёрпает камрой и продолжает: - Джуффин, я понимаю, что Тихий город – вещь неумолимая и стремительно приближающаяся. Я могу представить, насколько тебе плохо даже думать в том направлении. И тем не менее. Ты ведь осознаёшь, что от вашей связи вам никуда не деться. Неужели мне правда надо вслух говорить тебе «пострадать вы ещё оба успеете, а пока идите и любите друг друга, идиоты вы несчастные»? Неужели это настолько неочевидная мысль? Чиффа нехотя смотрит на старинную подругу: - Именно, что настолько не очевидная. Незабвенная, зачем лишний раз радовать душу, зная при этом, что дальше будет не просто плохо – невыносимо плохо? - «Радовать душу»? «Невыносимо плохо»?! Чиффа! Ты вообще себя слышишь? Что с тобой стало? Что ты с собой сделал? – Сотофа резко встаёт со скамейки, подходит к Джуффину и пристально заглядывает в глаза. – Я устала, незабвенный. Вы меня утомили, мальчики, и ты – особенно. Когда ты предлагал бесконечно прекрасному созданию осуществится в нашем Мире, ты не видами города его зазывал. Ты показал себя настоящего. И оно, увидев это, согласилось на «сэра Макса» и на Тихий город. Только после «создания» оно увидело, как прекрасен наш Мир и, полюбив его, ещё раз внутренне согласилось на свою печальную участь. Но, драть тебя четырежды через лисий хвост, Джуффин, сэр Макс, твоё величайшее творение, здесь в первую и последнюю очередь только ради тебя! Оно согласилось на этот тихий кошмар, потому что ты его попросил! И ведь я не совру, если скажу, что его даже уговаривать не пришлось, оно само захотело быть выдуманным тобой, стоило тебе только заикнуться об этом? Чиффа смотрит на Сотофу немигающим взглядом. Ему не нравятся её слова. По-настоящему не нравятся, ведь всё это правда. - Рани сразу заметила, что ты потерян для неё и ушла. Молодец. Мудрая девочка, ты всегда выбирал мудрых. Она отдала тебя ему, и не смей строить удивлённые морды! Ты прекрасно понимал всё. Тебе вручили самый ценный дар из всех возможных в данной ситуации – тебя отпустили! И как ты распоряжаешься этим даром? - Хватит, Сот, я понял… - …А леди Меламори и леди Теххи? Это-то что такое? Как ты вообще допустил эти ситуации? Сам знаешь, что «сэр Макс» в силу своего прошлого рассеян, глуп и наивен. Что он так и будет ходить вокруг да около, искренне не понимая (если вообще задумываясь об этом), почему это у него отношения не складываются. Джуффин! Хватит! Меня хотя бы пожалей! Ты любишь этого дурня! И он тебя тоже любит! Возьми себя в руки наконец и сделай то, чего весь Мир ждёт уже так давно, - Сотофа, задумавшись, продолжает: - Кстати, «сэр Макс Халли» звучит неплохо. В лице Джуффин не меняется, но чем больше она говорит, тем жёстче и тяжелее становится воздух в беседке. На последних словах дышать не просто сложно – невозможно. Сотофа отходит на два шага назад, смотрит пристально на Чиффу, кивает, удовлетворённая результатом, и садится на своё место. В Ехо не водится ни цикад, ни сверчков, но какие-то их дальние родственники здесь обитают и сейчас вовсю музицируют, хоть как-то разбавляя затянувшуюся тишину: для кого-то удушливо вязкую, а для кого-то спокойную и естественную. - Сот. Ты права. Я дурак. - Конечно, я права. Конечно, ты дурак. То же мне новости… - довольно ворчит ведьма. – А теперь будь добр, скажи мне, что ты намерен делать? Джуффин осуждающе косится на подругу, мол, дурак дураком, но не вчера же родился, зачем со мной как со школьником, но всё равно отвечает: - Исправлять ситуацию. Только не спрашивай, как именно. Это уже личное. - Да я и не буду спрашивать. Мне просто нужно было убедится, что я не зря Макса с дежурства так рано выдернула. Но раз так, то не зря. Сотофа поднимает левую руку и плавно проводит ей по воздуху рядом с собой. Пространство рябит, фырчит, и на землю падает тончайшее одеяло, которого не было видно секунду назад. На скамейке сидит сэр Макс, вцепившись руками в края этой ткани, смотря невидящим и ошарашенным взглядом на Джуффина. Чиффа подскакивает, открывает рот, чтоб что-то сказать, но тут же его закрывает, потом впивается взглядом в Сотофу и едко цедит: - Это было лишним, незабвенная. - А вот и нет! – ведьма смеётся звонко и довольно. – Я же сказала, что мне надоел этот цирк! А раз надоел – надо менять шоу-программу. Ну всё, моё дело сделано. Дальше вы сами. И исчезает. - … - … Как… давно ты тут, Макс? - С того момента, как леди Сотофа заговорила о леди Рани. Сэр Джуффин, я… она права. Чиффа морщится, как лис, которому в мордочку брызнули водой. - Да как будто бы я не знаю. - Джуффин, я лю… Кеттариец подлетает к Максу, закрывая ему рот ладонью, и, поцеловав в лоб, воровато оглядывается и шепчет: - Ну уж нет, я этой актрисе не отдам тебя и твои эмоции. Они мои. Хватит с неё шоу-программ. В беседке не остаётся никого.