My personal frenetic

      

***

Он перестал кричать, закусил кулак и начал раскачиваться на коленях, продолжая держаться за грудь. — Это сердце? Что болит? Парень неопределенно кивнул и, спрятав лицо в ладони, начал вздрагивать. Господи, что же может причинять столько боли? — Не плачь, — прошептала я, поглаживая его волосы. — Скоро должно отпустить. Сейчас Тайгер придет. Тай? Где тебя носит? — Я тут! — послышался веселый голос близнеца прямо над ухом. От неожиданности я подпрыгнула и вскрикнула. Умостившись около меня, Тай принял расслабленную позу и заложил руки за голову. — Что ты… До меня медленно начало доходить, и я взглянула на Лайна, чтобы убедиться в своих догадках. Подлец не плакал, а ржал вовсю, прикрывая лицо. — Не плачь, Лайн, — передразнил меня Тайгер, от чего «больной» начал вздрагивать еще больше. Убрав ладони, он уже не скрывал смех. — Она реально задумалась о побеге, — выдал Лайн. — Я видел. — Но не убежала же, — хмыкнул его брат, опять мне подмигнув. — Ты должен мне двадцатку! — Я. Вас. Ненавижу! — отчеканила я, вскакивая. Эти гады точно такие же интриганы, как их брат. Хотят поиграть на моих нервах? Я им устрою нервотрепку! — Лидия! — Солнышко! Это была шутка! — донеслось вслед. Но я уже не слушала, а упрямо шла в дом. У меня созрел план мести. Жестокий и коварный. Как они этого заслуживают. Не знаю, зачем я здесь, но если действительно так нужна Стайлзу, как утверждают его братья, они сильно удивятся, найдя меня мертвой. Да, именно так я их подставлю. Схватив нож со стола, быстрым шагом я направилась вглубь домика. — Э-э-э! Лидия? Ты что это удумала? — раздались напряженные голоса с улицы. Я успела закрыться в ванной, прежде чем близнецы вбежали в комнату. Дверь здесь хиленькая, потому пришлось действовать быстро. Видели б они свои лица, когда заметили в моих руках холодное оружие. А ведь действительно разнервничались. Хорошо! — Вы даже не представляете, какую психопатку похитили, — пригрозила я зловещим тоном, с трудом сдерживая смех. — Похлеще вашего братца. — Открой эту чертову дверь! Немедленно! — прозвучал грозный приказ. Отчасти я говорила правду. Нет, умирать я не собиралась, пожить еще хотелось, но в том, что я отчаянная до безумия, они скоро убедятся. Открыв воду, я сделала неглубокий надрез на ладони и зашипела от боли. Глупая! Глупая затея, но я вошла в азарт и не могла остановиться. — Лидия? Что ты там делаешь? Я намочила рану, чтобы окрасить разбавленной водой кровью как можно больше одежды. Затем, наигранно застонав от боли, быстро размазала кровь по лицу, шее и приготовилась к последнему акту. — Чуешь? — Гребаное дерьмо! — проревел кто-то из братьев с той стороны. Дверь в ванную с треском слетела с петель, я закричала от испуга. На этот раз очень даже правдоподобно. Как только показались взволнованные мордашки близнецов, я резко отдернула нож от своей груди, будто только что его вытащила, и согнулась пополам. Издав последний вздох умирающего, с выражением муки на лице, я начала медленно сползать по стеночке. Я думала, что знаю все матерные слова, но парни меня удивили. И, черт, да! Они купились! С неподдельным ужасом в глазах бросились ко мне под холодную воду, выдернули нож из окровавленной ладони, начали искать несуществующее смертельное ранение на груди, а когда его не нашли, застыли потрясенные. И точно как Лайн несколько минут назад, я рассмеялась, довольная удавшимся розыгрышем. — Ах ты ж… Тайгер навалился на меня, сам не зная, какое наказание применить. Я громко завизжала, когда он добрался до ребер и начал щекотать. Но когда к нему присоединился Лайн, я сдалась и начала молить о пощаде. С двумя мне точно не справиться. — Какого черта? — прозвучал разъяренный голос у разломанной двери. Голос маньяка. Стайлз схватил Тая за шкирку и отбросил к стене с такой силой, что наверняка у бедного парня останется синяк. Я даже пискнуть не успела, как от меня отлетел Лайн. — Это не то, что ты… Парень не успел и слова сказать, как получил по лицу. Я не могла больше смотреть, как психопат избивает своего брата, и бросилась на помощь. Но тут же была перехвачена Тайгером. — Тебя еще там не хватало! — прикрикнул близнец. На удивление с весельем в голосе. — Это не смешно, придурок, — возмутилась я, пытаясь вырваться из захвата. — Стайлз! Прекрати сейчас же! Тот в последний раз зарядил Лайну под дых и медленно повернулся к нам с Таем. Он не смотрел на меня, а прожигал своего брата диким сумасшедшим взглядом. Парень тут же отпустил мои руки и поднял свои в знак капитуляции. — Тише, Мич! Просто дай нам все объяснить. Мы не… — На ней кровь, — произнес сиплым голосом Стайлз, все еще избегая моего взгляда. — На ней чёртова кровь. — Знаю, — спокойно продолжил Тайгер, как будто разговаривал с душевнобольным. Хотя, почему «как»… — Но это не наша вина. Лидия хотела нас разыграть, потому что до этого мы немного подшутили над ней. У нее лишь небольшой порез на руке. Вот, видишь? Он поднял мою ладонь, показывая брату надрез. — И больше ничего. Сам проверь. Тайгер отступил от меня, полностью передавая в распоряжение психа. Лишь на секунду взглянув мне в лицо, Стайлз с громким рыком развернулся и быстро зашагал прочь. — Фух! — облегченно вздохнул Тай. — Я же говорил! — подал голос Лайн. Затем вытер кровь и расплылся в улыбке. — Он любого грохнет за тебя. Это звучало нереально и абсолютно не укладывалось в голове. Но то, как поступил Стайлз, с какой злобой избивал собственных братьев… Из-за меня… Черт! — Иди к нему, — кивнул Тайгер на выход. — Он хочет этого. — Ты уверен? — с сомнением покосилась я на близнецов. — О да! — протянул Лайн. — Иди-иди. Я и сама чувствовала некое угрызение совести. В том, что случилось, — моя вина. — А вы в порядке? — решила я уточнить. Тай хорошенько приложился головой, а у Лайна текла кровь из носа. Но при этом оба выглядели оживленными и почему-то счастливыми. — Да! В полном! — одновременно ответили они, кивая. — Психи! — заключила я, глядя на близнецов. Тяжело вздохнув, я пошла искать своего маньяка. Не имея ни малейшего представления, что нужно говорить, просто хотелось успокоить его. Выйдя на улицу, я поежилась от лесной прохлады. Мокрая одежда неприятно липла к телу, но теперь уж придется терпеть. Сомневаюсь, что мне предложат другую майку. Разве что ту белую, с дырками. Стайлз, усевшись на капот своей машины, смотрел перед собой и курил. Странно, раньше я не чувствовала от него запаха табака. Он меня заметил, но не отреагировал. — Ты еще и куришь, — нарушила я тишину, пытаясь завязать разговор. Мужчина молча потушил сигарету прямо о капот, спрыгнул на землю и, обогнув меня, направился к багажнику джипа. Окурок не бросил на землю, а забрал с собой. Неожиданная порядочность с его стороны. Извращенец, но при этом заботится об окружающей среде? Забавно! Открыв багажник, он достал аптечку и направился ко мне. Все так же молча поставил коробку с медикаментами на капот, затем подхватил меня под руки и усадил на машину. Я застыла, не смея сопротивляться. Этот дикарь уже не казался таким злым, его красивое лицо было мрачным и сосредоточенным. По-хозяйски устроившись между моих ног, он открыл аптечку и взял мою ладонь. — Это было очень глупо с твоей стороны, — угрюмо сказал красавчик, обматывая бинт вокруг пореза. — Прости, — шепнула я, завороженная неторопливыми движениями. Приятно, черт побери. Я и не вспомню, когда обо мне кто-то так заботился. Видимо, Стайлз не ожидал, что я не буду спорить, а вот так просто сдамся. Даже остановился и удивленно посмотрел на меня. — Нет, ну правда, — пожала я плечами. — Глупо вышло. Твои братья меня довели, но все равно, избил ты их незаслуженно. — Вполне заслуженно, — возразил упрямец. — За сломанную дверь. Когда я представила, как это должно было выглядеть со стороны, мне стало жутко и смешно одновременно. Я в окровавленной футболке, лежа на полу, изо всех сил пытаюсь вырваться из хватки двух мальчишек недоростков. При этом во весь голос зову на помощь и молю о пощаде. Это одна из тех ситуаций, когда говорят: «Это вовсе не то, о чем ты подумал», находясь при этом в странном положении. — Не нужно было оставлять меня с ними, — подытожила я. — Значит, ты скучала! — не спрашивая, а самонадеянно утверждая, сказал нахал. На его лице расплылась хитрая улыбка, и он продолжил свое дело. — Ха! Ничего подобного. Помрачнев, он резко оборвал бинт и без особой нежности завязал узелок. — Жаль, — бросил он. — А я скучал. Даже купил тебе пиццу. — Пиццу? — оживилась я. — Да. Двойной размер, знаешь ли. С пепперони. — Моя любимая! Я буквально истекала слюнками, предвкушая обед. — Но раз ты не скучала… — Стайлз беззаботно пожал плечами. — Отдам ее близнецам. — Мы скучали! — донесся радостный голос из дома. Я бросила в сторону окон ненавидящий взгляд и недовольно поджала губы. О, ему это нравилось. Он обожал выводить меня из себя. — Так нельзя поступать, — твердо заявила я. — Хм! — удивился он. — Почему же? Разве это не так работает? Женщина сидит дома, ведет хозяйство, смотрит за детьми, мужчина зарабатывает на хлеб. А в конце дня: «Медочек, я дома! Пицца с пепперони!» Нет? Сжав губы еще крепче, чтобы удержать смех, я замотала головой. — Это не наш случай, Стайлз. Скорее, женщина сидит взаперти, потому что мужчина, наглый маньяк, ее выкрал посреди белого дня. А в конце дня: «Угадайте, кто сегодня поедет в бордель?!» Из дома послышались приглушенные смешки, а Стайлз закатил глаза. — Ты мне будешь это всю жизнь вспоминать? — Воу-воу! — воскликнула я. — Потише, ковбой! На всю жизнь я не подписывалась! Красавчик хищно улыбнулся, обхватил мои бедра и резко прижал к себе. Наши губы оказались опасно близко друг к другу. На таком расстоянии от него мой мозг начинает плавится, а на смену благоразумие приходит дикая похоть. Проверено! — Да ты сама за мной бегать будешь, — прошептал он. Мое дыхание сбилось, а сердцебиение участилось. Конечно, я не сразу собрала мысли в кучу, чтобы дать достойный ответ. Сморозила первое, что пришло на ум: — Если только приманишь меня пиццей с пеперони. — Скажи, что скучала, — не унимался Стайлз. Он медленно провел языком по моей нижней губе и сильнее сжал ягодицы, теснее сближая наши тела. Из моей груди вырвался непроизвольный стон, который я даже не пыталась скрыть. — По тебе — нет. Я провела ладонями по его мощным предплечьям, спускаясь ниже. — А по нему, — я запустила руку в джинсы и слегка сжала твердую плоть, — очень! С полными страсти глазами Стайлз накрыл мои губы поцелуем, заставляя забыться и с головой окунуться в непередаваемое чувство эйфории. Дьявол! Кажется, он прав. Я сама готова наброситься на него, как… маньячка! — Стоять! — внезапно прервав наш поцелуй, крикнул Стайлз. От неожиданности я подпрыгнула на капоте и во все глаза уставилась на мужчину. Его строгий взор был устремлен мне за спину, и, обернувшись, я увидела двух оболтусов, держащих коробку с пиццей. — Эй! — подхватила я, медленно вытаскивая руки из того места, где им быть не положено в присутствии несовершеннолетних. Близнецы невинно заулыбались. Такие себе пушистые овечки. — Кажется, это не вам, — протянул Стайлз, переведя на меня многозначительный взгляд. Что ж, похоже, мне опять придется принять его игру. Должна подметить, грязную. Все, лишь бы не готовить! — Я скучала, Стайлз, — процедила я тоном, далеким от обожания. — Круто, — кивнул он. — Теперь можете уносить! Последнее относилось к близнецам, и те таки набрались наглости унести мой, между прочим, обед. — Ах, ты… Затыкать мой рот поцелуем уже стало традицией. Но жаловаться я не собиралась. Возбуждение нисколечко не спало в непосредственной близости от мужчины, а тело жаждало разрядки. Обернув мои ноги вокруг своих бедер, Стайлз поднял меня и понес в сторону леса. — Надеюсь, ты не против небольшой прогулки. — Против! — из чистой вредности ответила я. — Отлично! — обрадовался Стайлз. Шли мы недолго. Как только моя спина коснулась твердой коры дерева, начался новый раунд. Мужчина лишь на минуту опустил мои ноги, чтобы расстегнуть ширинку. Затем резко стащил с меня майку, и ему даже не пришлось заботиться о шортах. Я и сама от них избавилась со скоростью света. А затем помогла снять футболку. Обвив его шею, потянулась к манящим губам. Стайлз положил одну ладонь на грубую кору, а второй ухватился за мою грудь, заставляя опереться спиной на его руку. Казалось бы, мелочь. Маленькая глупая забота, чтобы я не поранила кожу, но мне это показалось настоящим подвигом. — Чертов волшебник! — прошептала я. — Трахни меня! Он улыбнулся своей сексуальной улыбкой и, подняв мою ногу, резко вошел. Грубо. Мощно. Превосходно. С моих губ сорвался сладкий стон, разрывая лесную тишину. Я несла несуразный бред, вцепившись в его шею с каким-то отчаянием. Мне было мало этого мужчины. Хотелось, чтобы он стал еще ближе, глубже, роднее. Я ужасалась собственным мыслям, но никак не могла противостоять этому влечению. Удерживая мое бедро, он уткнулся лбом в плечо, продолжая яростно вонзать свой член. Идеальный для меня. — Да-а-а, — зашипел он. — Это, твою мать, слишком… Кажется, для Стайлза все это было так же умопомрачительно. Он издавал дикие неразборчивые звуки, сжимая меня с такой силой, что стало больно. Я же, подбираясь к пику наслаждения, ловила кайф даже от грубости. Нас накрыло почти одновременно. Он оборвал мой крик поцелуем, пока мое тело дрожало в его руках. А затем сам с глухим рыком кончил, оставаясь во мне. — О нет, — простонала я, все еще тяжело дыша. Я попыталась оттолкнуть мужчину, но он прижался ко мне еще сильнее. Отпустив ногу, сжал грудь, посылая новую волну возбуждения по телу. Но теперь я была слишком взволнована последствиями. Впервые он позволил себе такую неосторожность. — Где были твои мозги, ковбой? — поинтересовалась я у Стайлза, который вжался в меня всем телом. — Я же могу… залететь, понимаешь? Блин! Стайлз сделал глубокий вдох, отстранился и посмотрел мне в глаза. Ни веселья, ни дикости, лишь серьезность. — Понимаю, — сказал он. А затем наклонился, поднял нашу одежду и протянул мне майку с шортами. Я с отвисшей челюстью наблюдала, как он беззаботно поправляет джинсы и натягивает футболку. Понимает?! Да нихрена он не понимает! Надо объяснить. Заметив, что я не одеваюсь, а продолжаю тупо пялиться на него, этот ненормальный тяжело вздохнул, будто я жутко его задолбала, и уставился на меня исподлобья. Его взгляд метнулся к моей груди, снова вернулся к глазам, но потом опять опустился ниже, там и оставшись. — Йоу, Стайлз? — щелкнула я пальцами. — Не хочешь объяснить? Какого черта происходит? — Я не могу сконцентрироваться, — вымученно произнес он, не отрывая глаз от моего обнаженного тела. С неохотой натянув влажную одежду, я вновь посмотрела на него требовательным взглядом. — У меня полно вопросов. — Знаю, — кивнул он. — И? — И с каждым днем их становится все больше? Нет, он точно издевается. Ах, ясно… Он ждет, когда я сорвусь. Ведь мой истерический крик — музыка для его ушей. Стайлз настоящий энергетический вампир! Не дождешься, красавчик. Я сама кого угодно доведу до самоубийства. — Точно. Так что, ты собираешься приоткрыть завесу тайны, кто же ты такой? — Стайлз, — пожал плечами мужчина и кивнул в сторону домика. На секунду меня посетила мысль броситься наутек, но, посчитав ее крайне абсурдной в таком положении, я последовала за маньяком «домой». — Ох, да ладно тебе, — добродушно сказала я, повиснув на его руке. — Матери своих детей ты уж можешь доверять! Он напрягся, но ответа не последовало. — Подумай, милый, уже прямо сейчас внутри меня зародился маленький комочек, который скоро превратится в детку и появится на белый свет. Мы почти подошли к дому, и я понизила голос до проникновенного шепота, начав описывать ему все перспективы нашего совместного будущего. О да! Он офигеет. — Малыш будет твоей точной копией. Хотя, лучше бы глаза у него были мои. Твои какие-то… бешеные. Без обид! Стайлз бросил на меня строгий взгляд, а я продолжила, как ни в чем не бывало: — Интересно, кто это будет? Мальчик или девочка? Знаю! Близнецы! Два маленьких сорванца, бегающих по дому и ломающих все на своем пути. Точно как твои братья. Нет, они будут даже активнее! Все в родителей! Ох, не смотри на меня так. Конечно, это еще не скоро, долгие месяцы, даже годы подготовительного периода. Ну, знаешь, беременные вопли, чизбургер в три часа ночи, бесчисленные заказы на пиццу с пепперони, изжога, отрыжка, газы… — Лидия! — Ну, это у меня, хотя не стоит упускать из виду синдром беременности, когда папочка чувствует все то же, что и мамочка. — Лидия, заткнись! — Ну, а потом романтика первого года — бессонные ночи, беспрерывный детский плач, кормление грудью… Слышал о лактационном фетише? — Иисусе! — Большие расходы на подгузники, детское питание, игрушки. Удивительно, сколько тряпья нужно этим маленьким спиногрызам. А дерьмо? Черт, сколько они выдают дерьма! Не знаю даже, справишься ли ты. Нервишки-то ни к черту. Шепнув что-то неразборчивое, Стайлз вырвал из моего захвата свою руку и втолкнул меня в дом. Но я сдаваться не собиралась. Завидев близнецов, склонившихся над коробкой моей пиццы, я радостно объявила: — Поздравляю! Скоро-скоро вы станете дядями! Тайгер, держащий ломтик, открыл рот и выпустил кусок из рук, а Лайн закашлялся, давясь от смеха. Эффект был достигнут! — Уймись, истеричка, — яростно прошипел Стайлз. — Не будет у нас детей, ясно? Это физиологически невозможно. Так что сделай одолжение — просто заткнись. С этими словами он резко развернулся и, стукнув дверью, вышел на улицу. Вот так, за одну секунду, заботливый и сексуальный мужчина превратился в злобного ублюдка, одна лишь фраза которого отрезвила меня лучше ледяного душа. — Эй? Пиццу будешь? — позвал Тайгер. — Остался последний кусок. Повернувшись к близнецам, я поймала их как никогда серьезные взгляды. Лайн кивнул в сторону двери и произнес одними губами: «Больная тема». Может, он хотел оправдать своего брата, но в моих глазах Стайлз упал ровно до того места, откуда мы начали. Потому, молча вырвав последний кусок из рук Тайгера, я уселась на стул и начала обдумывать новый план побега. Да. Это именно то, что мне нужно сейчас. Дверь заскрипела, и на пороге показалось мрачное лицо маньяка. Он занес два бумажных пакета и поставил их на стол. — Ты все уладил? — спросил Тай. Нет, — угрюмо ответил ему брат. — Где же ты был? — поинтересовался Лайн. Я не поднимала глаз, но точно ощущала на себе взгляд. — Шопингом занимался. — А-а-а, — многозначительно протянул Лайн. — Можете меня не стесняться, — тихонечко съязвила я, обращаясь к близнецам. — Так и говорите — закупали волшебный порошок. Парни прыснули со смеху, а Стайлз пододвинул ко мне один из пакетов. — Нет. Другие покупки. Бросив на него быстрый взгляд, я убедилась, что это мне, и осторожно заглянула внутрь. Одежда! Нормальная, женская! Не веря своим глазам, я начала извлекать содержимое. Обтягивающие легинсы с изображением клубничек попались под руку первыми. После них я достала кружевные трусики пестрой окраски. Лайн протяжно засвистел, и я запустила бельем в его ехидную рожу. — Спасибо! — сказал он, перехватывая вещицу. — Я тоже считаю, что мне они пойдут больше! Я не смогла сдержать смешок и снова полезла в пакет. Белая футболка с огромной надписью «Потри, и я исполню любое желание» на груди вызвала еще больший ажиотаж у близнецов. Взглянув на Стайлза, я поймала его невинную улыбку. Дьявол, он еще красивее, когда улыбается, но я больше на это не куплюсь. Вытащив ярко-красную толстовку на пару размеров больше, я обнаружила на дне самый ценный подарок — обувь. Замечательные кроссовки точно моего размера. Смущал лишь кислотно-оранжевый цвет. Расчетливый подлец. Выбрал яркие цвета на случай, если я сбегу. В этом наряде не скроешься. А даже если и удастся добраться до трассы, меня точно сочтут за постоялицу сумасшедшего дома. — Спасибо, — не особо воодушевленно сказала я. Переодеваться в обновки не хотелось, но и в мокром тряпье не в кайф. — Стайлз? — позвал Тайгер. Они опять обменялись теми все понимающими взглядами, и старший брат хмуро произнес: — Переносится на этот вечер. Они сами приедут. — Дьявол, — бросил Лайн. — Это реально не в тему, бро. — Не облажайтесь, — отрезал маньяк, подкрепляя слова строгим взглядом. Близнецы переглянулись и поникли. Пока я молча слушала их диалог, пришла к выводу, что влипла по полной. Меня как будто магнитом притягивает к неприятностям. Скажите кто-нибудь, пожалуйста, когда же это дерьмо в моей жизни закончится? Я уже и не вспомню, с какого момента все начало напоминать одну сплошную черную дыру. С каждым днём меня все больше затягивает в неё, и все сложнее вырваться в нормальную жизнь. Наверное совсем плохо стало после смерти родителей. Мне едва исполнилось четырнадцать. Пожар забрал их и все, что было у семьи Сноу. Да, именно так. Лидия Сноу — солнце со снегом. Наверное цвет волос и имя послужило критерием для моих приёмных родителей при выборе ребенка. Видимо, в одно прекрасное утро Сара и Дэвид Сноу решили взять под опеку маленькую девочку с мыслью: «О, смотри, как прикольно сочетается с нашей фамилией. Все друзья обзавидуются. Берем!» Другого объяснения у меня нет, ведь они совсем не любили меня и при каждой удобной возможности напоминали, что во мне дурная кровь и я им не родня. Хотя грех жаловаться. Думаю, так все же лучше, чем в сиротском приюте. И уж точно лучше, чем с алкоголичкой-мамой, которая оставила пятилетнего ребенка у порога церкви холодной ноябрьской ночью. Мне сказали, в тот день шел дождь, как драматично. Я пыталась найти ее, когда осталась без дома, но, как оказалось, Натали уже лет семь не было в живых. Где меня только не носило! До шестнадцати жила в Майами у двоюродной бабушки со стороны приемного отца. Она была частично парализована, и мне позволили остаться в ее доме при условии, что я буду ухаживать за старушкой. Да, я прекрасно знаю, как это — заботиться о беспомощном человеке. И уж точно буду лучшей матерью, чем моя собственная. Там же, в Майами, мне повезло закончить школу. Я мечтала поступить в колледж, выучиться, стать полноправным членом общества. Но бабушка Райли умерла от инфаркта, а ее родня сдала меня в отдел социальной помощи. Я, конечно, сбежала. Вернулась в свой маленький серый городок на севере страны, где никому нет до меня дела. Здесь, среди заброшенных домов, складов и заводов — мое место. В какой-то момент я даже поверила в светлое будущее. Ведь нашла же работу, познакомилась с парнем. И не беда, что работу официантки я ненавидела. Плевать даже, что Эйдан, с которым я жила два года, оказался ублюдком, навсегда изменившим мой взгляд на отношения между мужчиной и женщиной. Грязный предатель. Зато хотя бы до восемнадцати у меня была крыша над головой. Потом наступил мрачный период. Настолько, что я оказалась у Джареда. Он сводный брат моей родной матери, хотя родственником я его не считаю. Хотя бы потому, что он никогда ничего не рассказывал о Натали, будто ее и не было вовсе. У этого парня, наверное, все известные миру виды зависимости — от наркотиков, алкоголя, сигарет, азартных игр, проституток… Список можно продолжать бесконечно. Но, надо отдать ему должное, он позволил мне пожить у него, пока не накоплю на съемную квартиру. Я и не жила, лишь ночевала, а днем пахала на трех низкооплачиваемых работах. И почти достигла цели. Оставалось каких-то долбаных триста баксов для первого взноса, когда я обнаружила свою заначку пустой. Паршивый ублюдок нашел мои деньги и все проиграл. До единого цента. Наверняка в той игре, которую выиграл маньяк. Выходит, наглец мне еще и должен! Эта мысль заставила улыбнуться. — Во втором пакете еда, — кивнул Стайлз на покупки, прерывая неприятные воспоминания. Я не хотела смотреть ему в глаза. Знала, что опять начну сомневаться, искать оправдания для него. Все это чушь. Розовые очки мне очень идут, но пора их снимать. Он не рассказывает о себе не потому, что весь такой загадочный и таинственный герой-любовник из фантастических романов. А потому что он в полной заднице и собирается впутать в это еще и меня. Кто бы там ни приехал этим вечером, добром для меня это не кончится. Не услышав ответа, Стайлза вышел, немного задержавшись у двери. Лайн с тяжелым вздохом поднялся со стула и направился следом. Мы с Тайгером остались одни. Парень, хоть и был мрачнее ночи, попытался мне подбадривающе улыбнуться. — Все будет хорошо, солнышко. — Нет, — покачала я головой. — Не будет, и ты это знаешь. Встав с места, я решила разобрать продукты, прежде чем пойду переодеваться. А заодно еще раз все проверить и придумать что-то действительно достойное в качестве плана для побега. Заметив в окне движение, я подняла голову. Стоя у машины, Стайлз протянул Лайну знакомый футляр и хлопнул того по плечу. Ох, как по-братски мило. Маньяк дает своему несовершеннолетнему брату долгожданную дозу. Сейчас расплачусь. Подавив желание вылететь на крыльцо и высказать придурку все, что думаю, я продолжила свое дело. — Не твоя забота, — шептала я себе под нос. — Не твоя. — Лидия? — осторожно позвал Тайгер. — Постарайся не высовываться этим вечером. Он хотел сказать что-то еще, но на пороге послышались голоса братьев. Лайн прямо-таки светился от счастья. Удивительно, но на его лице не осталось следов от недавней драки — ни покраснений, ни синяков. Встретившись с моим осуждающим взглядом, парень вмиг поник. — Идем, — позвал меня Стайлз, кивая в сторону спальни. Я замерла, бросив умоляющий взгляд на Тайгера. Но тот лишь расплылся в широкой улыбке и покачал головой. Предатель. Конечно, он не встанет на мою сторону, глупо было даже подумать об этом. — А продукты? — зацепилась я за последнюю соломинку. — Я займусь этим, — радостно объявил Лайн. Прищурившись и сжав губы, я выразила взглядом все, что думаю о нем сейчас. Стайлз схватил пакет с одеждой, вытащил трусики из нагрудного кармана Лайна, нагло закинул руку на мое плечо и повел вглубь домика. Руку я сбросила. Как только дверь, отделяющая нас от близнецов, закрылась, из кухни послышался смех. Ох, им смешно. — Чего тебе надо? — прямо спросила я. Вопрос, кажется, застал похитителя врасплох. Отбросив пакет на матрас, он сделал шаг ко мне, но я отпрянула. — Ты злишься. Не вопрос — утверждение. — О, да ты просто гений психологии. И как ты догадался? По глазам прочел? — Ты всегда язва, когда злишься. Хотя, нет. Ты всегда язва. Точка. — Ты просто завидуешь, что мои язвительные реплики лучше твоих, — парировала я. — Я не пытаюсь с тобой соревноваться в этом. Стайлз говорил серьезно, не улыбался, не стебался. Весь его вид выражал сосредоточенность. — Неужели ты созрел для серьезного разговора? — удивилась я. Он запустил руки в волосы, потер лицо и тяжело вздохнул. — Типа того. Ответ за ответ. — Ла-а-адно, — протянула я. — Что ты со мной сделаешь? Нахмурив брови, он несмело произнёс: — Скорей всего, заберу с собой. — Ох! Скорее всего? — Я закипала гневом. — Ты, блин, издеваешься? — Нет, Лидия . Всего лишь отвечаю то, что думаю. Моя очередь. — Погоди, это… — Что ты делала у Джареда ? — Жила, — так же неопределенно ответила я. — То есть как… — Моя очередь! — перебила я. — Ладно, ладно, — сдался красавчик. — Я понял. Еще раз вздохнув, он начал ходить по комнате. Нервничал? Таким я его еще не видела. Сейчас Стайлз казался каким-то… ранимым. И это зацепило меня за живое. Я с трудом поборола дурацкий порыв подойти и обнять его. Что еще за черт? — Мы с близнецами хотим уехать, — начал он. — Не просто сменить адрес, а полностью исчезнуть с лица земли. У меня все было продумано, но потом я… Не знаю. Хочу забрать тебя с собой. Это трудно по всем параметрам. Во-первых, я понятия не имею, как убедить тебя сделать это добровольно. Во-вторых, у меня нет на это времени. В-третьих, лишние затраты и определенные технические трудности с переездом. Поэтому я сказал «скорее всего». Я слушала его с открытым ртом, совершенно не зная, как реагировать. — Т-то есть как с лица земли? Что это еще за фигня? Вы что, парни, типа какие-то сектанты? Ты хочешь перенести нас в другое измерение? В ад? Для этого, случайно, не нужно сдохнуть? Стайлз закатил глаза и покачал головой. — Откуда у тебя столько немыслимых идей? — заворчал он. — Ну, это твоя вина. Ты же не думал, что, не зная, что происходит, я буду покорно сидеть у окна, ожидая, когда Стайлз снизойдет до пояснений? — Не ад, — отрезал мужчина. — Скорее, маленький рай. Здесь, на Земле. Теперь могу я получить ответ на свой вопрос? Немного подумав, я согласилась. — Я жила у Джареда последние четыре месяца. Стайлз сжал губы, закивал, а потом резко выдал: — Ты спала с ним? От одной лишь мысли меня передернуло. Мало того что от этого нечистоплотного наркомана всегда несло алкоголем и травкой за милю, так он еще и вроде как… мой дядя. Но в этом позоре я уж точно никогда не признаюсь. — Воу! Фу! Нет! Как ты вообще мог… Эй, погоди! Это уже второй вопрос. За секунду преодолев расстояние между нами, он обхватил мое лицо ладонями, заставляя посмотреть в глаза. И опять я, попав под действие его чар, забыла обо всем. Даже о том, что злилась. — Не врешь? — спросил Стайлз. — Третий! — Ты проститутка? «Спасибо, Стайлз! Опять вспомнила. Я же тебя ненавижу!» Оттолкнув придурка, я сжала руки в кулаки, чтобы не взорваться. Меня просто колотит, когда слышу этот вопрос. Да, я бездомная. Без единого цента в кармане. Да, о компании Джареда и не такое можно подумать. Если бы только у меня был выбор, я предпочла бы никогда не знать ублюдка. Да, я выгляжу потрепанно и затасканно, особенно к вечеру, потому что безумно устаю в попытках честно заработать. Но нет, черт побери, я никогда не торговала своим телом. Не знаю, как сильно нужно пасть, чтобы докатиться до такого. Я все еще отчаянно цеплялась за каждую возможность стать нормальным человеком. Не бродяжкой, не оборванкой, а такой, как все. Все это я прокричала в своей голове, но вслух не сказала ни слова. Это нечестная игра, в которой ответы получает только он. Стало обидно, что Стайлз все это время так думал обо мне. Наверное, я сама виновата. Ведь даже не сопротивлялась ему. Не знаю, что со мной. Я просто не могла, черт подери. –Лидия? В его голосе прозвучало сожаление, и это подействовало даже хуже, чем обычные слова. «Только не смей расплакаться при нем. Не показывай слабость». — Просто ты… — Куда вы собираетесь ехать? — резко оборвала я. Хотела показаться беззаботной, но голос предательски дрогнул. А изучающий взгляд маньяка вовсе не помогал прогнать подкатывающие слезы. Отвернувшись от него, я подошла к пакету и достала новую майку, чтобы переодеться в сухое. Простое механическое действие должно было отвлечь меня, но я все-таки не сдержалась и, встав у окна, беззвучно заплакала. На мою талию легли теплые руки, а к спине прижалась твердая грудь. — А что мне еще оставалось думать? — зашептал Стайлз. — Ты спала в его постели с голой задницей. Ни одна нормальная девушка не ляжет с этим уродом. Разве что за деньги. Это звучало логично. Я не могла злиться на него за такие выводы. Но теперь было обидно за себя и свое поведение. Почему рядом с ним я действительно веду себя как похотливая сучка? — Знаешь, — всхлипнула я. — Меня не сильно волнует, куда вы едете. Ответь, почему ты так действуешь на меня? Что происходит? Стайлз напрягся всем телом и даже затаил дыхание. Он знал. — Ни на один из этих вопросов я не могу дать ответ, — строго произнес мужчина. — Почему? Он развернул меня к себе и вытер слезы со щек. Все это с непроницаемым выражением. — Рано. Эта информация может навредить тебе. — Я убегу, Стайлз, — уверенно заявила я, глядя в карие глаза. — Когда-нибудь, пусть даже на секунду, ты упустишь меня из виду, или подвернется подходящий момент — я воспользуюсь шансом, не задумываясь. И больше не куплюсь на уловки твоих братьев. Я не поеду с тобой. Мне хотелось хорошенько долбануть саму себя, потому что глубоко в душе я не верила в собственные слова. Что со мной происходит? Откуда взялся этот азарт? Или, может, отчаяние? Неужели я бы решилась закрыть на все глаза, расслабиться, довериться малознакомому мужчине и уехать в неизвестность? С другой стороны, ничего не имея, что мне терять? И если уж совсем хорошо подумать и не брать в расчет все скандалы, нервотрепку и изнывание от неизвестности, с ним мне было… — Ты мне должен еще ответ, — сказала я. Мич молчал, видимо, все еще осмысливая мои слова. — Ты сказал: «Я хочу забрать тебя». Почему? Ты увидел мою спину у Джареда, даже на лицо не взглянул. Я могла оказаться страшилой, ты не мог знать наверняка. К тому же ты посчитал меня продажной девкой. Возможно, даже наркоманкой. И при всем этом захотел забрать? Не для того, чтобы продать в бордель, а для… Чего? Ответь мне. — Это десяток вопросов, — возразил он. — Не заставляй меня формулировать их в один. Ты понял суть. Мы с минуту смотрели друг на друга в напряженном молчании, затем Мич цинично хмыкнул и спросил: — Какой смысл что-то объяснять, если ты все уже решила? Хороший вопрос. Четко в цель. «Потому что, мать твою, я ищу оправдания твоим ненормальным поступкам и пытаюсь уговорить саму себя остаться». — Ты должен отвечать, а не задавать новые вопросы, — упрямо произнесла я. — Прости, детка, — шепнул он. — Все еще рано. — Ай! — Я вскрикнула от резкой боли, опуская взгляд. Из моего бедра торчал шприц, который Мич быстро вытащил, предварительно опустошив. — Так будет лучше. Я бросила на маньяка злобный взгляд, собираясь ему врезать, но голова закружилась, и я пошатнулась. Меня подняли на руки и уложили на мягкое. Я понимала, что бороться с затмением нет смысла, поэтому пыталась подобрать слова, которые лучше всего смогли бы описать мою злость на него, прежде чем я отключусь. — Пошел на хрен, ублюдок. Да! Это годится.