Let me be your husband

Всё когда-то заканчивается. И эти невероятно классные зимние каникулы Эвы подошли к концу. Она встретила Новый год в компании своих старых друзей. Это было удивительно. В Америке у неё не было друзей вообще, лишь пара девушек, с которыми она была вынуждена встречаться, ведь они были в паре с коллегами Шона. Но в Осло все было так легко и просто, она уже и забыла это чувство. Шон смотрел на неё и понимал, что никогда не видел, чтоб она так задорно смеялась. Разговоры с девчонками вызывали в ней столько эмоций. Она плакала от смеха, а Шон не понимал, что с ним не так. Почему в она не может так смеяться с ним в их квартире в Нью-Йорке? Почему здесь она так искренне счастлива? Была ли Эва по-настоящему счастлива рядом с Шоном? Он наблюдал за ней весь вечер, стараясь понять, что же всё-таки он делал не так. Почему здесь, в холодном Осло, всё было вот так прекрасно, а у них дома в Нью-Йорке совершенно по-другому. Но ответа Шон так и не нашёл. В полночь губы парня прикоснулись к её сладким губам, и девушка легко улыбнулась. Он сильно притянул её к себе за талию, чтобы почувствовать все её тело рядом с собой в этот прекрасный момент. Они были на улице. В небе взрывались яркие фейерверки. Рыжие волосы Эвы развивались от холодного воздуха, который обдувал молодых людей. — Я люблю тебя,— сказал Шон, отстраняясь от её губ, убирая выбившуюся прядь волос за ушко. — И я тебя,— она снова улыбнулась, обнимая мужчину за шею, но Шон точно знал, что что-то не так. Через пару дней они улетели на жаркие Мальдивские острова. Там Шон снял для них шикарную виллу с огромным бассейнов и личным чистым пляжем с белым песком и тёплым океаном. Они находились в самом настоящем раю. Шон хотел увидеть счастливую улыбку на её лице. И он её увидел. Эти две недели на отдыхе действительно хорошо сказались на их отношениях. С утра и до вечера они проводили только вдвоём. Шон отключил свой рабочий телефон и убрал его в ящик вместе с ноутбуком и планшетом и не вспоминал о технике целых четырнадцать дней. Просыпаясь утром в огромной кровати, Шон осыпал тело своей невесты поцелуями. Эва смеялась, обнимая его, а после вырывалась из его объятий. Девушка спрыгивала с постели и убегала от кудрявого мужчины куда-то в глубь дома абсолютно обнаженная, и это так заводило Шона. Он всегда находил её в их бассейне. Вода изящно ласкала мягкую кожу девушки, а она лучезарно улыбалась, маня будущего мужа к себе тоненьким пальчиком. И он никогда не мог устоять. Эти жаркие утренние поцелуи в прохладном бассейне сводили с ума. Они отдавали себе без остатка всем ласкам, прижимаясь к друг другу обнаженными телами. После обеда они нежились в объятиях друг друга на пляже, подставляя кожу лучам солнца. Бледная кожа девушки сгорала так быстро, что Шон был вынужден просто поливать её кремом от загара. Он нежно водил руками по всем изгибам нежной кожи, смазывая её белым жирным кремом. Но Эва всё равно сгорала очень сильно, поэтому по вечерам, Шон точно так же обмазывал её тело, только уже кремом от ожогов. Потом она лежала на его коленях, вдыхая морской воздух и слушая, как Шон читает ей вслух разные книги. В такие моменты Эва наконец-то ощутила снова чувство счастья. Она наконец-то снова разглядела в Шоне парня, в которого она влюбилась. Парня, который делал её счастливой. По вечерам Эва надевала красивые легкие платья, и они с Шоном ехали в город в какой-нибудь шикарный ресторанчик. Это каждый раз была разная кухня, и Эве так нравилось пробовать что-то новое. Они танцевали на площадях города под живую музыку, и Эва поняла, что уже не может дождаться их медового месяца. Но и этот трип подошёл к концу. Вернувшись в Нью-Йорк, пара вновь вернулась к тому на чём остановилась. Шон снова стал пропадать на работе, а Эва проводила время в абсолютном одиночестве. Она ужинала одна, одна смотрела фильмы по вечерам и даже спать ложилась одна, чувствуя лишь ночью, как прогибается постель под Шоном, когда он возвращался. Конечно, он всё так же будил её по утрам, готовил завтрак и целовал на прощание, но этого было недостаточно. На работе Эвы все восхищались её загаром и их с Шоном фотографиями с отпуска. «Вау, у вас такая любовь», — говорили люди. Вот только Эва знала, что это не так. Эмоции и любовь остались где-то на Мальдивах. В Нью-Йорк вернулись черствый Шон и всё так же жаждущая любви Эва. Но и по другую сторону океана всё было не так гладко. Кристофер улетел в Лондон почти сразу после Эвы, ведь его девушка должна была вот-вот вернуться с отдыха. Журналисты угомонились, когда пара снова начала активно постить сторис в инстаграм с участием друг друга и стала появляться вместе на различных мероприятиях. И вроде все были счастливы и довольны, ведь всё вернулось на круги своя. Пока в один день на почту Амалии не пришло одно очень интересное письмо от неизвестного журналиста с информацией, которая была скрыта от всех, до этого момента, после которой вся жизнь Кристофера Шистада изменилась в один миг. — Шистад, какого черта?! — Амалия вся в слезах врывается в кабинет Криса в его офисе,— Ты клялся мне! Уверял, что вы просто давние друзья и между вами ничего не было! Но, блять, Крис, ты снова изменил мне! Девушка истерично кричит, закрывая лицо руками. По лицу стекают горячие слёзы, обжигая её розовые щёки. Тушь уже давно потекла, и сейчас девушка только сильнее размазала её по своему лицу. — Амалия,— Крис подбегает к девушке, хватая за талию,— Что случилось? Я не понимаю. Девушка поднимает на него свои красные глаза. — Не понимаешь?! Ах ты не понимаешь! Она лезет куда-то в сумку, перерывая всё её содержимое в поисках чего-то. И тут на стол падает огромная пачка фотографий. Фотографий, на которых Кристофер Шистад целует Эву Квиг Мун на выходе из клуба. — Блять,— Крис запускает руку в волосы. Мужчина отходит от стола на котором сейчас были разбросаны фотографии и подходит к большому окну, опуская руки в карман своих серых брюк и шумно вздыхая. — Я могу объяснить. Амалия громко усмехается, отворачиваясь от него. — Мне не нужно ничего объяснять, Крис. Нужно быть слепой дурой, чтобы понять, что ты никогда меня не любил... — Не неси чушь, Амалия! Ты знаешь, что я люблю тебя.  Девушка снова вытирает слёзы с щёк, чувствуя как слова о его фальшивой любви задевают её за живое. — Нет, не любишь. Крис, я столько всего пережила за наши отношения. Я всегда была единственной, кто боролся за нас, пытался сделать хоть что-то. Я терпела все твои измены в начале, я укладывала тебя спать после каждой твоей пьянки. Я изменила свою жизнь и подстроила её ритм под тебя! Я так хотела быть с тобой. Боже, я была такой влюблённой дурой, что из-за своей любви не разглядела того, что ты никогда не хотел быть со мной. Я устала, Крис! Устала от твоей лжи, от твоего холода, от твоей грубости. Я устала от твоих измен. Парень оборачивается. Он смотрит на девушку, но уже знает, что она сейчас скажет. — Сегодня, когда ты вернёшься с работы, моих вещей в квартире уже не будет. Надеюсь, ты найдёшь себе ту, которой не сможешь изменять,— девушка хватает с пола свою сумку, которую уронила в порыве своей пламенной речи,— Я позвонила отцу и сказала, что мы расстались. Не знаю, что будет с тобой и твоей карьерой, Крис, но мне честно уже всё равно. И да, Шистад, жених Эвы уже получил эти фотографии. Услышав эти слова, Крис тут же сокращает расстояние между ними, хватая её своими ладонями за руки. Девушка даже вздрагивает от неожиданности. Его взгляд полон злости и гнева, казалось, что он мог даже ударит её прямо сейчас. — Зачем? Зачем ты сделала это?!! — Чтоб не я одна почувствовала, что это такое — разбитое сердце. Девушка усмехается, разворачиваясь на каблуках, и уходит из кабинета. Она оставляет Шистада абсолютно одного разгребать всю ту кашу, что он заварил.